Чжубайрайтобер

Шлем, перчатки, гулкий, низкий рокот мотора. Бай Юй проверяет телефон и прячет его во внутренний карман под защиту куртки. Ближайшие пару часов он будет недоступен. Он любит скорость – пьянящее, вливающееся в вены жидким куражом чувство полета. Ничто другое не дает ему ощутить себя здесь и сейчас так остро. Только когда ветер со всего размаху ударяется о грудь в неистовом желании выбить из нее весь воздух и царапает холодом пальцы, он может назвать себя живым в полной мере. Все мысли, сомнения и страхи остаются где-то позади, стертые следами шин, забытые на короткое мгновение истинной свободы. Но Бай Юй так же прекрасно знает, что скорость хороша только в малых дозах. Вся его жизнь похожа на аттракцион – подготовка, забег, короткая передышка, резкий взлет и попытка поймать потоки воздуха, чтобы удержать высоту. Не то, что бы ему не нравится – падать нет ни малейшего желания, – но иногда ему все же хочется замедлиться и почувствовать под ногами твердую почву. Возможно, именно поэтому их отношения с Лун-ге вот уже пять лет ползут со скоростью улитки, которую накачали транквилизаторами. Иногда Бай Юй задумывается над тем, когда им уже надоест этот бесконечный, постоянный – раздражающе упрямый – флирт на грани падения. Каждая их встреча это очередной круг по краю – уже не столько пугающей, сколько манящей – бездны. Каждое сообщение – уже ни капли не завуалированный – намек. Каждый разговор – бесстыдное, откровенно провокационное – приглашение. Прежде все отношения Бай Юй переходили в разряд романтических со скоростью короткой вспышки молнии. К чему тянуть время, если все понятно и так? Впрочем, и длительностью у них едва ли была дольше, что уж говорить о глубине. Быстрое все же, не всегда было хорошим. Лун-ге готовит многослойные, сложные, до ужаса долгие в подготовке блюда. Если чему-то нужно настояться пару дней, тщательно промариноваться или запекаться в течении трех часов, эти ингредиенты непременно будут включены. Бай Юй заставляет себя думать, что это его бесит, но на самом деле, где-то в глубине души он понимает. Это чужой способ заземлиться. Его же собственный способ замедлиться – это сам Лун-ге. Спокойный, взвешенный, постоянный, словно россыпь древних созвездий. Лун-ге, который летит на сверхсветовой скорости к успеху и процветанию. И непременно когда-нибудь оставит его позади. Может быть именно это и заставляет Бай Юй держать себя у самого края? Он заглушает мотор, стягивает шлем и выдает в стылый осенний воздух смачное ругательство. Слишком много мыслей. Сегодня от них не помогает избавиться даже скорость по сотню. Телефон рассылает по телу приятную волну вибрации, оповещая о сообщении. Бай Юй, достает его из кармана и пробегает глазами по уведомлению. Улыбка против воли растягивает губы. “Хватит наворачивать круги. Заходи, я приготовил ризотто”