Бесчувственный

Небольшая, но от этого не менее уютная комната утопала в пленительной мелодии, исходящей из портативной колонки. Не смотря на размер помещения, казалось, оно умещало в себе бесчисленное количество вещей: стены украшали приклеенные на двусторонний скотч фотографии, сделанные на старый пленочный фотоаппарат; с потолка свисала мигающая гирлянда; располагаясь небольшими группками, по периметру комнаты были расставлены пестрые горшочки с зелеными растениями, а кровать едва проглядывала из-под обилия подушек всех форм, цветов и размеров. Пока в воздухе в третий раз проносились слова «Я потерялась во времени, но это все, что мне нужно» , девушка с темно-рыжими по пояс волосами сидела за письменным столом и увлеченно вписывала что-то в блокнот. Еле слышно подпевая, она стучала ногой в такт играющей музыке. – Лисс, милая, подойди сюда, пожалуйста! – раздался из кухни голос, разрушивший царившую идиллию. – Сейчас, мам! – неохотно девушка оторвалась от своих записей и направилась вниз. На кухне, выполненной в бирюзово-зеленых оттенках, наклонившись над поварской книгой, стояла Алиса Хиггинс – мать девушки. Ее такие же медные, как у дочери, волосы были собраны в низкий пучок. Непослушные пряди выбивались из прически и лезли женщине на лицо, но та будто совсем не замечала этого, как и пятен муки на некогда синем фартуке. Во время готовки она часто забывала об остальном. – Милая, помоги мне с ужином. Хочу сделать пирог, как на твое восемнадцатилетие. Лисс кивнула в ответ. Воспоминания о том дне до сих пор часто вспыхивали в ее голове яркими картинками. Поужинав с родителями, Лисс встретилась со своей лучшей подругой Шарлоттой. Вместе они выпили шампанского, возможно, даже слишком много, и отправились в центр города. Там-то Шарлотта и сделала пирсинг носа, чтобы в очередной раз вывести из себя родителей, которые чересчур любили ограничивать свою дочь правилами. Девушка же никогда не упускала возможности показать им, что только она имеет право выбирать, что ей делать. Впрочем, Шарлотта до сих пор не пожалела о своем решении. А в завершении дня, девушки прокатились по ночному городу в компании знакомых байкеров. Даже огни маленького города могут покорить своей красотой. – Лисс, хочешь покажу новый фокус? – обратился к девушке ее отец, расположившийся на диване в соединенной с кухней гостиной. – Давай, что я должна делать? – Просто возьми любую карту, запомни ее, положи обратно в колоду и приготовься увидеть чудо, – Лисс заинтересованно проследовала инструкции. – Хорошо, это твоя карта? Мужчина демонстрировал дочери семерку пик. Лицо отца озаряла по-ребячески счастливая улыбка, и Лисс так не хотелось его расстраивать, но это была не ее карта. Представление прервал звонок в дверь. Девушка поспешила узнать, кто же это мог быть, и через глазок разглядела почтальона, сжимавшего в руках большой белый конверт. Увиденное смутило Лисс, ведь обычно почту кидали в специальный ящик, но никак не передавали лично, однако девушка все же открыла дверь. – Здравствуйте, у меня срочное письмо для, – на секунду мужчина глянул на адресата, указанного на конверте, – мистера и миссис Хиггинс. Услышав свое имя, Алиса тут же выросла рядом с дочерью и, отряхнув руки об и без того запачканный фартук, приняла конверт. – Спасибо, – дружелюбно улыбнулась женщина и поспешно попрощалась с почтальоном. Закрыв дверь, Алиса наконец взглянула на отправителя. И еще раз. Она несколько раз перечитала три несчастные строчки, будто, не веря свои глазам. На ее лице маской застыл испуг. Любопытство, вызванное реакцией матери, не давало Лисс покоя, и она безуспешно пыталась разглядеть написанное на конверте. Заметив это, Алиса спрятала письмо за спиной и обратилась к дочери: – Милая, можешь проследить, чтобы в духовке ничего не подгорело? – уголки ее губ попытались изогнуться в улыбке, но получилось слишком криво. – Все нормально? – Конечно, – продолжала врать Алиса. – Просто нужно обсудить кое-что с твоим отцом. Подозвав мужа рукой, женщина кивнула в направлении спальни, призывая мужчину пойти следом за ней. – Держи, – прежде, чем уйти, отец сунул Лисс в руки карту пиковой дамы, на которой красовался радостный смайлик. Это была ее карта. Девушка с недоумением смотрела вслед отцу. – Но как… Вместо ответа она услышала щелчок закрывающейся двери. Что-то случилось. И это не давало Лисс покоя. Она на цыпочках подошла к родительской спальне и на секунду перестала дышать, пытаясь расслышать хоть слово с той стороны двери. – Что нам делать, Даниэль? – тихо произнесла женщина. – Я не думала, что она может так сглупить. – Ты уверена, что письмо и правда от него? – Я же тебе только что показала! – сорвалась на крик Алиса, заставив сердце дочери сжаться от страха. Лисса никак не могла понять о ком идет речь. От волнения ее ладони начали потеть. Придвинувшись еще ближе, девушка продолжила прислушиваться, но теперь едва могла различить хоть слово. Голоса родителей стали тише, будто те поняли, что их подслушивают. Разочарованно отстранившись, Лисс так же тихо, как и ранее, направилась на кухню. Ее любопытство рвалось наружу, заставляя пальцы нервно ощупываться все, что попадалось на пути. Что же такого в этом письме? Через пару часов все семейство собралось за ужином. Обычно совместные трапезы проходили за активной беседой, но сегодня даже манящие ароматы запеченной с картофелем курицы не могли отвлечь членов семьи от их молчаливых раздумий. Повисшее напряжение ощущалось каждой частичкой тела, что в очередной раз подтверждало гипотезу Лисс: с письмом точно что-то не так. Раскрывать свои тайны никто из родителей явно не собирался, поэтому девушка мысленно добавляла себе заметку поискать злосчастный конверт в отцовском кабинете. Однако сидеть в этой гнетущей тишине весь вечер было невозможно, поэтому, чтобы хоть как-то разрядить обстановку, девушка решила завести беседу. – Помните, я вам говорила, что через пару дней в домике на озере будет небольшая вечеринка? Там будут почти все из моей школы, так что я надеялась, что вы тоже отпустите меня. Обычно мистер и миссис Хиггинс без лишних раздумий разрешали дочери пойти на подобные мероприятия – в их семье были выстроены достаточно доверительные отношения. Но в этот раз вместо хоть какого-либо ответа Лисс слышала всю ту же тишину. И это начинало раздражать. – Милая, может в этот раз ты останешься дома? – нарушила напряженное молчание миссис Хиггинс. – Мы могли бы съездить куда-нибудь вместе. – Но… но эта вечеринка очень важна для меня, тем более я уже сказала Теду, что вы меня отпустите, – разочарование разливалось в груди девушки тяжелым грузом. – Мы же можем съездить с вами куда-нибудь и в другой день. Пожалуйста, отпустите меня, – умоляла она, не собираясь принимать отказ родителей. Они уже давно построили совместные планы с ее молодым человеком, тем самым Тедом, и Лисс не хотела все отменять. – Дай нам еще денек, чтобы подумать, – неуверенно произнес ее отец. Его глаза выражали сожаление, но сейчас девушка была слишком рассерженна, поэтому грозно уткнулась в тарелку с ужином, стараясь как можно быстрее окончить трапезу и удалиться в свою комнату.

***

На следующий день, проходя по школьному коридору, Лисс и Шарлотта обсуждали всю ту же злополучную вечеринку. – Они точно тебя отпустят. Всегда же отпускают, – уверенно произнесла Шарлотта, останавливаясь у своего шкафчика. – Ты мне лучше скажи: ты отправила документы в тот колледж? Девушка достала из глубин шкафчика большую упаковку влажных салфеток и принялась оттирать руки от краски, которой была испачкана буквально всегда. То руки, то лицо, то одежда. Шарлотту неутомимо тянуло к искусству, а оно отвечало ей взаимностью. Поэтому каждый день девушка вместе с остальными фанатами рисования занималась в классе искусств. Лисс тоже как-то решила попробовать себя в живописи, но окончилось это осознанием, что рисование – это явно не ее призвание. Тот фиолетовый кот, наверное, до сих пор снится преподавателю в кошмарах. – Да, – тяжело вздохнула Лисс. – Надеюсь на положительный ответ, иначе родители вряд ли потянут всю стоимость обучения. Еще с самого детства девушка мечтала стать журналистом. Будучи маленькой девочкой, она выстраивала в ряд всю свою коллекцию кукол, а затем брала у каждой интервью. Порой вечерами она смотрела с родителями журналистские расследования по телевизору и каждый раз представляла, как сама будет рыскать повсюду в поисках крупиц информации, чтобы потом собрать в одну огромную сенсацию. Вот только все ее мечты могли рассыпаться под весом финансовых проблем, которые сулило отсутствие стипендии. – Ну привет, – отвлек Лисс от меланхоличных мыслей голос позади. Хозяин голоса обвил талию девушки руками, привлекая к себе. От знакомого запаха по спине Лисс побежали мурашки. – Привет, Тед. Развернув девушку на сто восемьдесят градусов, парень провел рукой по ее лицу, убирая непослушные прядки, и нежно поцеловал. Его запах был смесью геля после бритья и мяты, которая входила в состав его каждодневного утреннего смузи. Это то-то вроде фишки спортсменов, в которые Лисс предпочитала не лезть, особенно пока запах был приятный. – Надеюсь наши планы на выходные в силе? – продолжал парень, не выпуская Лисс из рук. – Да… то есть нет. Тед непонимающе выгнул бровь. – Родители еще не дали официальное согласие, но у них нет другого выбора. – Раз ты так говоришь, – чмокнув девушку в лоб, он кивнул Шарлотте и ушел в направлении спортивного зала. – И что у вас за планы, о которых ты мне ни слова не сказала? – с издевкой спросила Шарлотта. Это был риторический вопрос. Два гротескно серьезных взгляда встретились друг с другом, и девушки залились звонким смехом, обращая на себя внимание проходящих мимо подростков. После школы Лисс как всегда направилась домой. За целый день в компании лучшей подруги она успела позабыть о творящейся дома неразберихе. Поэтому открыв входную дверь и услышав громкие голоса родителей, доносящиеся из их спальни, девушка не успела сразу среагировать и навострить ушки. Крики матери сливались в один сплошной шум, на фоне которого едва различался более спокойный и строгий голос отца. Не успела Лисс сделать и шага в сторону спальни родителей, как оттуда выскочил мистер Хиггинс. – Пап, все нормально? – взволнованно спросила Лисса. Ее родители ругались настолько редко, что подобное их поведение не могло не вызывать панику. Даниэль устало провел рукой по лицу, надевая маску жизнерадостности. – Не забивай голову. Кстати, по поводу твоей вечеринки, – Лисс застыла в ожидании вердикта. – Я поговорил с Алисой, так что можешь пойти. Не сдержав радости, девушка кинулась на плечи отца, обнимая его. Но сразу же отстранилась, виновато отводя взгляд. – Я надеюсь, вы не из-за этого ругались с мамой? – Нет, конечно, нет, – поспешил успокоить ее Даниэль. – Не обращай внимания. Все хорошо. Вот только Лисс не могла поверить в это до конца. Дни до вечеринки прошли беспокойно. Из родительской спальни постоянно слышались спорящие голоса. Девушка постоянно подавляла свое желание подслушивать, но даже когда пыталась у нее не получалось разобрать больше пары слов. В отцовском кабинете того самого письма она не нашла, а забираться ради этого в родительскую спальню казалось ей неправильно, да и возможности так и не представилось. Наконец наступили долгожданные выходные. Лисс надела новое черное платье, купленное с мамой еще две недели назад, когда они в очередной раз устроили небольшой девичник и провели весь день в торговом центре. Девушка сделала легкий макияж, с помощью плойки подкрутила волосы и направилась вниз, ведь снаружи ее уже ждал Тед. В гостиной ее встретили обеспокоенная мама и уставшего вида отец. – Милая, может ты все-таки передумаешь? – молящим тоном произнесла Алиса, сжимая руки дочери. – Поедем в нашу любимую пиццерию или куда-нибудь за город. Смотря в заплаканные глаза матери, Лисса была готова согласиться. И, возможно, если бы не ее отец, то она тут же отослала бы Теда прочь и осталась с родителями. – Успокойся, дорогая, – мистер Хиггинс подошел и крепко обнял своих девочек. – Лисс, ты выглядишь потрясно, хорошо повеселись. Поцеловав дочь в лоб, Даниэль убрал руки жены с рук дочери и что-то прошептал Алисе на ухо. Что Лисс так и не узнала. Отец быстро выпроводил ее на улицу, где она, запрыгнув в машину Теда, помчалась на вечеринку. Но плохое предчувствие последовало за ней.

***

В домике у озера уже собралась толпа. Как и говорила Лисс родителям, здесь была почти вся школа. Отовсюду слышалась громкая музыка и увлеченные разговоры. По воздуху расплывался запах костра. Тед, приобнимая за талию, вел девушку в гущу событий. Лисс увлеченно оглядывалась по сторонам, улавливая каждую деталь. Больше всего ей нравились фонарики, которые умудрились повесить вокруг. Они быстро меняли цвета, будто подстраиваясь под музыку. Девушке не терпелось начать танцевать. – Я принесу нам выпить, – обворожительно улыбнулся Тед, когда они вышли на небольшой островок, свободный от людей. Лисс кивнула, и парень тут же скрылся в веселящихся толпе. Наблюдая за его удаляющейся спиной, девушка ненадолго ушла в свои мысли. Ей до сих пор иногда не верилось, что она встречается одним из главных плейбоев школы. Не то чтобы она принижала себя или считала это за какое-то достижение. Дело было в другом, ведь девушка не привыкла видеть рядом кого-то похожего на Теда. Блондинистый капитан футбольной команды – все это казалось ей слишком ванильным. – Эй, Лисс, тебя все-таки отпустили! – Шарлотта прервала раздумья девушки, подходя ближе и утягивая за собой какого-то незнакомого парня. – Как я могла такое пропустить, – Лисс бросила мимолетный взгляд на спутника своей подруги, после чего девушки перекинулись усмешками, и Шарлотта потянула своего принца танцевать. – А вот и я, – подкрался со спины Тед с двумя стаканами спиртного в руках. – Не скучала? – Не дождешься. Что это? – Лисс вопросительно смотрела на содержимое стаканчиков. – Это единственный алкоголь, который я здесь нашел. Надеюсь вашему величеству понравиться, – все с той же идеальной улыбкой, что и всегда, протянул Тед стакан. Не успела Лисс взять свой напиток, как какой-то пьяный парень неуклюжим движением опрокинул его на землю. Когда девушка повернулась, чтобы пошутить на тему произошедшего, она заметила, что Тед выглядел более расстроенным, чем того требовала ситуация. – Я принесу еще. Но Лисса остановила его. После сцены в гостиной ей не очень хотелось напиваться сегодня. Хотелось сбросить стресс несколько иначе. Избавив Теда от его стакана, она обвила шею парня руками и, наклонившись к его уху, прошептала: – Кажется, у нас были совсем другие планы. В глазах Теда заиграли чертики. Уже через минуту пара зашла в пустую просторную спальню. Лисс была рада, что никто не успел занять эту комнату и в итоге им не придется ютиться в каком-нибудь крошечном туалете. Когда дверь за ними закрылась, Тед потянулся, чтобы включить свет, но девушка остановила его, положив руки парня себе на талию. Полумрак, царивший в комнате, добавлял шарма моменту. Пара сплелась в жарком поцелуе. Сексуальное напряжение нарастало, и Тед, целуя и нежно покусывая шею девушки, принялся расстегивать непослушную молнию ее платья. Лисса не сопротивлялась, отдаваясь моменту. Дойдя до половины застежки, парень стянул платье с груди Лисс, открывая вид на прелестный кружевной лифчик. Тед довольно хмыкнул и примкнул губами к шее девушки. Стянув одну из лямок лифчика, он начал спускать ниже, продолжая осыпать кожу Лисс поцелуями. Но даже окутанная пеленой страсти девушка расслышала тихие шорохи в шкафу. – Тед, ты слышал? Парень отрицательно мыкнул в ответ, не желая отвлекаться от дела. Лисс была готова поверить, что ей просто показалось, но шкаф вновь издал непонятные звуки, и девушка попыталась оттолкнуть своего возбужденного партнера. – Тебе показалось, – с новой силой притягивая ее к себе, шептал Тед. – Тут только мы. Не отвлекайся. Его губы вновь коснулись распаленной кожи, но Лисс не могла игнорировать собственные опасения. С еще большим усилием оттолкнув от себя Теда, она подошла к шкафу. И, пожалуй, то, что она там увидела, вполне можно назвать неприятным сюрпризом. Два друга Теда стояли внутри, держав в руках телефон, чтобы, по всей видимости, записать происходящее в комнате на видео. Лисс окутал шок. Ее взгляд метался с ее уже бывшего парня на его друзей и обратно. Не смотря на сконфуженность Теда, было понятно, что он прекрасно знал о происходящей съемке. Девушка почувствовала давящую боль в груди. Она была разочарована и зла. Горячие слезы накатывались на глаза. – И что это, черт возьми, значит, Андерсон?! – Лисс спешно натягивала платье назад, не отводя разъяренного взгляда от Теда. – К чему все это? А вы двое, сколько вам лет? Считаете, что это смешно? – Лисс, успокойся. Наконец выдавил из себя смущенный Тед. – Успокойся? Ты сейчас серьезно? Да пошел ты к черту, урод! – девушка, влепив парню свою самую мощную пощечину, схватила свои вещи и выбежала из комнаты. Она сразу же направилась на улицу. Ей хотелось оказаться как можно дальше. Не замечая никого вокруг, она бежала вперед, пока молния на ее платье все так же оставалась на половину расстегнутой. Снаружи начинался серьезный ливень, и люди прятались под крышами. Но Лисс было все равно на непогоду. Она хотела домой. Дорога до туда была неблизкая, но девушка упрямо шла вперед, с каждой секундой промокая все сильнее. В голове у нее без остановки прокручивалось случившееся. Лисс искренне не могла понять, как могла так ошибиться в человеке. Как она могла доверять такому мерзавцу как Тед? Какой же глупой она была, раз не замечала, что его фасад лишь кажется идеальным, а на деле весь состоит из прогнивших насквозь досок. К черту Теда. К черту его друзей. В понедельник, когда ей придется вернуться в школу, Лисс сделает все, чтобы уничтожить и репутацию. Больше никто не попадется на эту слащавую улыбку. Сама того не замечая, девушка, промокшая до нитки, успела добраться до улицы, где находился ее дом. Выйдя из раздумий, полных ненависти, она наконец разглядела за столбом дождя яркий синий свет. Подойдя ближе, она поняла, что тут принадлежит машинам скорой помощи, и полиции. Сердце девушки начало биться чаще, а в голове пронеслись самые ужасные сценарии того, что могло произойти. Прогнав подобные мысли прочь, она попробовала взять себя в руки и ринулась в гущу событий. Когда Лисс оказалась у желтой оградительной ленты, она увидела, как из ее дома выносят тело, упакованное в специальный черный мешок. Девушка замерла в ожидании. Ей было страшно, что ее опасения окажутся правдой. Но ведь ее родители хотели уехать? Они ведь уехали. Правда ведь? Один из офицеров полиции приоткрыл мешок, и тогда Лисс удалось разглядеть знакомые медные волосы. Точно такие же, как у нее самой. Это была ее мать. Это Алиса Хиггинс лежала в том мешке, куда кладут лишь трупы. Лисс бросилась вперед, крича слова отрицания на всю улицу. Рыдая и вопя во всю глотку, она упала на колени рядом с фельдшерами, что держали носилки с ее матерью. Офицер полиции пытался поднять ее, но Лисс не поддавалась. Она вырывалась и тянулась, чтобы дотронуться, чтобы обнять маму, будто бы это могло оживить ту. – Нет! Мамочка, нет… Пожалуйста, не уходи! Прости, прости меня… У офицера наконец получилось хоть немного оттащить девушку, чьи колени уже были исцарапаны об асфальт, и тогда взгляд Лиссы упал на второе тело, которое выносили из дома следом. Сомнений не было: это ее отец. Новая волна истерики захлестнула девушку. Она принялась еще больше вырывать из крепких рук офицера. Ее крик наверняка разбудил всю округу, но Лисс не могла перестать вопить, в надежде таким образом избавиться хоть от малой части той нестерпимой боли, что сейчас разрывала ее грудь. – Не-е-ет! В ее голове проносилась мольба матери уехать вместе с ними, но тогда девушка думала только о том, как будет веселится с Тедом. С Тедом, которого теперь ненавидела. Лисс винила себя за произошедшее. Она не знала, как жить дальше, когда рядом не будет ее любимой мамы, которая всегда успокаивала и поддерживала девушку в трудные времена, и без отца, который был ее лучшим другом. Жизнь Лисс Хиггинс рухнула в одночасье, когда выяснилось, что ее родителей убили.