Белый шоколад

Наверное, в такие моменты трудно вернуться в реальность. Нет, правда. Когда столько чувств переполняют одновременно, единственным спасением, защитой, становится шок. Вопрос лишь, как долго человек будет из него возвращаться. Пока Рика, застывши, стояла с широко распахнутыми глазами, все ребята уже успели выйти из зала, прекрасно понимая, что этим двоим сейчас надо о многом поговорить. Поступок Рена для всех стал неожиданностью, особенно для Лайсерга. В памяти парня сразу же вспыхнула картина того самого дня, когда они с Реном заключили уговор. Прошел уже год, а они так и не исполнили данные друг другу обещания. До сегодняшнего дня. Лайсерг поджал губы. Теперь получается, и он должен сделать это? Он обязан довести дело до конца… - Лайс, ты чего застыл? – окликнул его Йо. Парень тяжело выдохнул и, сунув руки в карманы, молча последовал за друзьями. Звук хлопнувшей двери заставил Рику инстинктивно дернуться и выпасть, наконец, из состояния шока. Взгляд стал осмысленным, хоть и немного растерянным. Девушка поджала губы и, стараясь не смотреть Рену в глаза, взяла сумку и направилась к двери. - Куда?! – буквально прорычал Тао, тут же преградив Рике путь. Столь властный тон пробудил в ней какую-то непонятную злость и раздражение, что моментально отразились на лице. - Домой, - грубо ответила она и уверенно шагнула вперед, в душе слабо надеясь, что Рен действительно даст ей пройти. Разумеется, не тут-то было. Парень с непоколебимым лицом встал напротив Рики и скрестил руки на груди, всем своим видом демонстрируя, что разговор не окончен, и девушку он отсюда не отпустит. Одзава сделала ещё одну попытку показать своё упрямство, но в этот раз Рен уже не стал церемониться, а резко прижал девушку к стене. Взгляд Рики заметался в разные стороны, щёки предательски вспыхнули, выдавая крайнюю степень смущения. - Пусти, - уже с каким-то напускным раздражением сказала она, упираясь руками парню в грудь. - Нет, - просто ответил Рен, продолжая безуспешные попытки поймать взгляд девушки. - Я хочу поговорить. Сердце забилось быстрее. Было уже невыносимо чувствовать, как парень неотрывно смотрит на неё. Поэтому, глубоко вдохнув, Рика всё же набралась храбрости, чтобы взглянуть ему в глаза. - Хорошо, - как-то по-особенному спокойно ответила Одзава. От столь неожиданного ответа Рен вскинул брови. – Вон, видишь, рядом стена? Я думаю, она с удовольствием тебя выслушает, - продолжила Рика, со всей язвительностью в голосе, на которую только была способна. Вот тут-то Рен по-настоящему взбесился. Глаза недобро вспыхнули, мышцы ощутимо напряглись, от чего Рика уже в каком-то страхе убрала руки с его груди. Парень наклонился ближе, так, что теперь тёплое дыхание касалось кожи, моментально распространяя колющие разряды тока по телу. - Прекрати, или я… - Или что?! Снова назовешь меня шлюхой? – со злостью выкрикнула Рика. Страх просто в секунду куда-то испарился, уступая место разрастающемуся пламени ненависти, что так безжалостно жгло изнутри. Рен нахмурил брови, его взгляд помрачнел. Все таки, это был тот самый упрёк, который он так боялся услышать. Не беспочвенный, а настоящий, имеющий полное право на свое существование и воздействие. И неважно, что оно слишком болезненное. Все таки Тао понимал, что сам виноват во всем. - Всё, что сказала Мишель про меня – правда. Но понимаешь, я не знал. Только сегодня услышал, наконец, от тебя... Я ведь даже предположить не мог, что всё было настолько серьёзно. Рика скептично усмехнулась, скрестив руки на груди. Сейчас, она, сама того не подозревая, наслаждалась вот таким Тао. Чувство вины ему действительно к лицу. Эгоистично, конечно, но Рике это казалось вполне достойной расплатой за всю ту боль, что ей причинил этот человек. - Ты говоришь о долгой любви, но почему же тогда поверил им, а не мне? – стальным голосом произнесла она. Забывала, забывалась, отдавалась этому пленительному желанию выплеснуть всё, что накопилось. Может быть, жестокостью жаждала просто отыграться на нем, как бы отвратительно это не звучало. - Я верил до последнего, понимаешь?! – так же срываясь на грубость, ответил он. Глупо так, наверное, спорить о любви, и при этом в глубине души утешая, заставлять себя верить в то, что ни в чём не виноваты. Продолжая винить лишь друг друга. Глупая гордость и чертов эгоизм. – Но потом однажды зашел в мужской туалет и увидел там тебя с каким-то уродом, что стонал от твоих прикосновений. И что я должен был подумать, скажи мне? Рика непонимающе уставилась на Рена, просто теряясь в предположениях, о чём же именно он говорит. Внезапно, яркое столь давнее воспоминание вспыхнуло перед глазами, почему-то заставляя медленно расплываться губы в улыбке. Тихий смех стал самой неожиданной реакцией для Рена. И правда, ведь он ожидал объяснений или раскаяний, а то, что наблюдал он сейчас, казалось даже каким-то слишком жестоким. - Кей, из нынешнего десятого «C». Случайно споткнулся на перемене через мой портфель и расстелился на полу. Сильно разбил бровь, и из носа кровь потекла. Знаешь, в тот момент мне было как-то все равно, мужской туалет или женский, я хотела просто помочь. Он тот еще нюня и для него прикосновение ватки со спиртом к коже подобно расстрелу. – Рика усмехнулась. – А теперь скажи мне, Рен, неужели твоей любви было достаточно вот такой мелочи, чтобы возненавидеть меня и в течение всего последующего времени называть шлюхой? Как же сильно ты мне доверяешь, - с горькой иронией сказала она и, отстранив Рена, вышла из зала. Парень уже не пытался её остановить. Ему просто действительно было нечего больше сказать. Уже сам не понимал на кого он злится больше. На неё, за то, что ничего не рассказала раньше, или на себя, что вот так просто поверил, ни в чем не разобравшись. На неё, за то, что не простила так сразу, или на себя, в конечном итоге понимая, что ведь действительно сам оскорблял девушку. Почему так сильно не хотелось уходить отсюда? Откуда это ноющее чувство в груди, что ты поступаешь неправильно? Рика медленно подходила к воротам, постоянно смотря себе под ноги. Даже сейчас была уверена в своей правоте. Только вот боль никак не отпускала. Но это ничего. Пройдет, наверное… - Рика! – окликнули её. Девушка без особого интереса подняла голову. Перед ней стояла Пилика. Раскрасневшаяся от мороза, очевидно, она уже довольно долго ждала. Её? Но зачем? - Ты что-то хотела? – сухо спросила Одзава. И ведь Юсуи абсолютно не заслужила такого тона, но на душе сейчас было так паршиво, что Рика была не в силах сдерживать эмоции. Пилика моментально нахмурилась. Сама, будучи девушкой довольно вспыльчивой, сейчас ей было очень трудно просто вдохнуть и досчитать до десяти. - Знаешь, чем отличаются чувства от эмоций? – спросила она, выходя за калитку и призывая Рику следовать за ней. Та послушно двинулась вперед, сама не понимая, почему же ей стало так интересно. Щелчок зажигалки, и вот уже столь любимый горький дым заполняет легкие, успокаивая. Давно надо было это сделать. Может и с Реном тогда разговор сложился бы по-другому. Хотя, не глупо ли это, надеяться на помощь от никотина? Насколько слабым же нужно быть, чтобы контролировать себя только после затяжек? Столь внезапный вопрос в голове. Ранее Рика никогда о таком не задумывалась. Она вообще не задумывалась о своих поступках, характере. Не спрашивала себя, хороший она человек или нет, просто жила так, как приходилось. - Так в чем же? – спросила она, пытаясь отвлечься от навязчивых мыслей. - Свои эмоции мы можем контролировать, если захотим. Над чувствами же человек не властен. По-моему, это очень правильно, тебе так не кажется? Рика скептично усмехнулась. Кто они такие, чтобы говорить о подобных вещах? И стоит ли? Рика была далека от этого. Поиск себя, попытки понять жизнь, это было не для неё. Она уже давно не пытается её понять. Для себя девушка уже всё решила. Однако в данной ситуации дело, скорее всего, было не в философии. Скорее, это был тонкий намек, попытка одернуть. Рика поджала губы. А ведь и правда, разве Пилика виновата в её проблемах… - Прости. Юсуи слабо улыбнулась. - Знаешь, это, конечно же, не мое дело, но мне кажется, надо уметь прощать. Рика от неожиданности поперхнулась дымом и надрывно закашляла. Сигарета моментально выпала из рук, оставив на снегу маленькое черное пятнышко. Наконец, когда удушливый кашель немного отступил, Одзава хриплым голосом смогла выговорить: - Думаешь? А ты бы смогла простить? - Думаю, да. Представь себя на месте Рена. Наверняка, тебе было бы больно узнать такое о любимом человеке. А еще больнее потом узнать истинную правду. Понять, что всё это время зря злился. Что всё это время любимому человеку была нужна помощь, а он был ослеплён своей обидой и болью. - Вот именно, Пилика, - перебила её Рика. – Он был ослеплен и не понимал, что все это время мне было гораздо больнее. Как можно любить и при этом не верить? - А верить во что? Разве он знал правду? – продолжила наставать Юсуи. - Вот именно! Он не знал её, знал лишь парочку сплетен и слухов, а уже вбил себе в голову, что я дешёвая проститутка. Если бы ему действительно было важно, он бы попытался разобраться. Девушки замолчали. Упрямство никак не позволяло им услышать друг друга. Обе были слишком уверены в своей правоте. - Зачем ты ждала меня? – внезапно спросила Рика. Девушка в ответ как-то неуверенно улыбнулась, что было довольно странно. Застенчивость совершенно не её черта. - На самом деле я лишь хотела сказать, что ты большая молодец, что всё-таки смогла рассказать нам. Правда. Думаю теперь, когда больше нет этой недосказанности, всем нам будет проще, и… мы сможем по-настоящему сдружиться. И ещё. Ты можешь всегда ко мне обратиться. Я обязательно поддержу, правда. Рика застыла. В прямом смысле просто вросла в землю, не смея сделать эти несчастные несколько шагов в сторону лестницы метро. Судорожно перебирая в памяти всё стопки кадров, не смогла найти ни одного похожего на тот, что родился только что. Никто, за всю её жизнь ещё ни разу не сказал ей ничего подобного. Были подруги, были знакомые, но ни от кого, ни разу не смела услышать эти несколько таких сильных слов. Таких значимых, вселяющих какую-то непонятную уверенность. - Ладно, до завтра, - все так же улыбаясь, пропела Пилика и направилась в сторону остановки. Кажется, она даже не заметила удивления на лице Рики, что ещё в течение пяти минут смотрела ей вслед. Мысли об этой девчонке никак не покидали голову, при этом постоянно сталкиваясь с воспоминаниями сегодняшней сцены в зале. Столько всего за один день… Было действительно приятно услышать, что есть человек, готовый тебя поддержать. Терзали лишь сомнения. Действительно ли ему можно довериться, и сможет ли он по-настоящему до конца исполнить свое обещание? Рике категорически не нравилось слово «всегда». Для неё этого понятия не существовало в принципе. Ничто не вечно. И ведь это действительно так. Однако, означает ли это, что каждый раз, когда человек говорит это слово, он сознательно произносит ложь? Рика устало вздохнула. От всех этих вопросов уже начала болеть голова, в висках неприятно покалывало. Нет, нужно дотерпеть. Буквально вылетев из вагона, девушка рванула в сторону выхода, не обращая внимания на презрительные взгляды вокруг. Холодная свежесть быстро насыщала каждую клеточку тела, что уже буквально изнывали от боли и усталости. Морозный воздух переполнял легкие до максимума, распирая изнутри, своим давлением чуть ли не ломая ребра. Рика немного нагнулась и собрала с верхушки сугроба горсть снежинок. Ослепительно белые, как будто и впрямь искрились светом. Быстро таяли на горячих ладонях, растекаясь каплями, и в конечном итоге, падая на землю. Может и правда, на самом деле всё так, и все мы рано или поздно закончим своё главное существование, утратим тот облик, в котором прекрасны и станем лишь тусклыми частичками нашего лучшего я? А что же ждёт нас дальше? Пропасть, смерть… На этом всё и закончится? Рика вздохнула. Сегодня явно день выдается какой-то странный. Подобными вопросами девушка не задавалась, ей вполне было достаточно раз и навсегда решить, что жизнь решает всё за человека и никогда не даёт ему права выбора. Пожалуй, это было единственное понятие о жизни, которое она имела. Сегодняшний день стал первым, когда Рика задумалась о том, что одного представления не хватает и ей нужно ещё очень много ответов. Наконец, переступив порог квартиры, девушка облегченно выдохнула, ведь здесь можно было действительно отвлечься от всего этого урагана мыслей. Быстро повесив куртку и как обычно, не расшнуровывая, скинув кеды, Рика тихонько пробралась в свою комнату, стараясь не шуметь. Она знала, что в это время мать обычно отдыхает, а тревожить её совсем не хотелось. Она и так в последнее время чувствовала себя неважно. В комнате как обычно был идеальный порядок, что всегда так радовало глаз. Рика ненавидела разбросанные вещи и поэтому, даже если она возвращалась домой поздно ночью, всё равно находила в себе силы, чтобы снова разложить всё по полочкам. Правда, Нэо, конечно, шумел и злился, что ему не дают спать, но спорить с сестрой было бесполезно. Потом он не хотел утомлять её, и без того измотанную работой. - Ты пришла, – теплый голос брата заставил вздрогнуть. Рика тут же развернулась в его сторону, стараясь натянуть наиболее правдоподобную улыбку. Нэо с усмешкой смотрел в глаза сестре, прожигая своим проницательным взглядом, от которого всегда по телу пробегали мурашки. Парень был совершенно не из того типа людей, что могли видеть душу любого насквозь, однако семнадцать лет живя бок о бок с сестрой, было бы странно не выучить все её маски наизусть. Правда, иногда случалось так, что Нэо не мог отличить маску от истинного лица, и тогда главной проблемой становилось то, что ему практически ничто не могло доказать его неправоту. Как и Рика, парень был ужасно упрям. - Что случилось? – холодно спросил он. Его голос всегда становился стальным, когда речь шла о серьезных вещах, особенно, если это были проблемы сестры. Всё-таки, как бы он порой грубо себя не вел, Нэо все равно очень сильно любил её. Рика устало вздохнула и села напротив брата. - Скажи, а ты бы смог простить человека, который тебе не поверил, хотя говорит о любви? Нэо нахмурился и откинулся на кровати, положив руки под голову. Девушка внимательно следила за его взглядом, словно пытаясь предугадать ответ на свой вопрос. Парень перевернулся набок в сторону Рики и спокойно произнес: - Думаю, да. Прощать – это главное, чему должен научиться человек в своей жизни. Если ты научишься это делать, в какой-то степени ты сможешь считать себя по-настоящему свободным, а значит – сильным. Правда, одно дело не держать зла и совершенно другое решать вопрос о том, будешь ли ты продолжать общаться с этим человеком. И вот здесь уже все зависит исключительно от твоего желания. Брови Рики в изумлении поползли вверх. - А если этот человек не просто не поверил тебе, но и присоединился к общей массе, что никогда не упускала возможности унизить? - В таком случае человека можно только пожалеть. Видимо, когда он поверил в ложь, счел её правдой, ему было слишком тяжело принять это. Поэтому, боль раздирала его, а он не мог с ней справиться, вот и пытался таким образом заглушить. Нэо устало потер переносицу и вздохнул. - Рика, я понимаю, твои обиды не беспочвенны, но из-за них ты ничего не приобретешь, а вот потерять можешь очень многое. Любовь – явление крайне редкое и им нужно дорожить. Ты же сама хочешь быть с этим Реном, так переступи через свою идиотскую гордость и живи счастливо, в чем проблема? - Откуда ты…? – непонимающе пролепетала девушка. Нэо несколько секунд внимательно смотрел сестре в глаза, после чего закрыл лицо руками и заливисто засмеялся. От такой неожиданности Рика вздрогнула, тут же сделав обиженное лицо. Парню же, кажется, было как-то все равно, он и не думал останавливаться. Уже чуть ли не плача от смеха, он протер ладонью лицо и резко выдохнул. - Рик, я тебя первый день что ли знаю? Да было сразу понятно, что вы просто парочка влюбленных идиотов. - Ничего подобного! – сразу поспешила возразить Рика, стремительно при этом краснея. Нэо это, конечно же, заметил и лишь ещё сильнее улыбнулся. - Что и требовалось доказать. Послушай, хоть раз в жизни поступи по-взрослому, а не как маленький ребенок, у которого отобрали лопатку в песочнице, и он решил до конца детского сада обижаться. Да, согласен, у тебя причина посерьёзнее, и всё-таки, знаешь, она не стоит того, что ты можешь потерять. Готова ли ты пожертвовать тем, чего хотела все эти полтора года, в обмен на банальное упрямство, которое на самом деле даже вовсе не является гордостью. Рика поджала губы. И ведь действительно, слова брата были правдой. Всё, от первого до последнего слова. Просто, наверное, не хотелось так сразу это признавать. Нэо, конечно, был человеком сложным, но иногда всего лишь один разговор с ним мог помочь решить все проблемы. - Ладно, спасибо. Я поняла. Я тут хотела ещё кое-что спросить… - девушка замялась. – Что бы ты хотел на Новый Год? Вопрос явно озадачил парня, минуту он просто смотрел в одну точку каким-то пустым взглядом, но наконец, решив, совершенно серьёзно ответил: - Я бы хотел увидеть тебя счастливой. На сцене, поющую. Увидеть, как ты теряешь голову от переполняющего тебя восторга. Такой ты бываешь только во время пения, а дома ты поёшь очень редко. К сожалению. В тот момент у Рики действительно чуть не навернулись на глаза слёзы. Нэо… Брат, который хочет видеть её счастливой и для него это важнее всяких подарков. Её брат-инвалид, который так несправедливо оказался в коляске, который бы мог столько всего добиться, а вместо этого прикован. - Эй, ты чего? – непонимающе спросил Нэо. Видимо, все чувства отразились у Рики на лице. Девушка судорожно втянула воздух, после чего резко подалась вперед и прижалась губами ко лбу брата, крепко держа его лицо в ладонях. - Спасибо… - тихо прошептала она. Парень улыбнулся и слегка приобнял её, поглаживая по спине. И правда, к чёрту это упрямство, что так фальшиво сама же пытается замаскировать под гордость и принципы. Любовь действительно слишком редкая вещь, чтобы так небрежно к ней относится. Особенно, если она взаимная. Здесь главное именно в этом, остальное неважно. На следующий день Рика уверенно шла в школу. Зная, чего хочет и что собирается сделать. Пожалуй, это был первый раз, когда девушка не просто что-то делала, а была ещё и уверена в этом. Шум беспрерывной болтовни учеников уже не напрягал, лишь снова появилось это приятное чувство, что ты находишься там, где есть жизнь. Ты не один. Медленно Рика поднималась по ступенькам лестницы, в мыслях готовясь к встрече с друзьями. Со вчерашнего дня им так и не удалось нормально поговорить, а после её рассказа они особенно остро нуждались в том, чтобы, наконец, прояснить всё. От начала и до конца. В груди чувствовалось какое-то волнение, странная дрожь в коленях никак не хотела отпускать. Холод пробежался по позвоночнику. Сейчас будет действительно важный момент. Резкая боль в области локтя заставила Одзаву инстинктивно развернуться назад. От увиденного перехватило дыхание, сердце забилось быстрее, разбивая жар по всему телу, особенно сильно, буквально вгоняя в ладони самый горячий поток пламени. Любимый взгляд янтарных глаз, и в горле уже пересохло. - Мне кажется, мы вчера не договорили, - с нажимом в голосе сказал Рен, всё так и не отпуская руку Рики. Глаза в глаза, неотрывно, в течение столь долгих двадцати секунд, что девушка никак не могла собраться и вымолвить хоть слово. Глубокий, какой-то неумелый вдох, словно вообще дышала впервые, из-за чего кислород сильно переполнил лёгкие, отдаваясь колющей болью в рёбрах. Наконец, твердый голос нарушил молчание. - Хорошо. Но ты должен пообещать мне кое в чём помочь.