Умри, чтобы выжить

Pov: Мэдисон Каждый человек боится смерти, просто кто-то говорит об этом открыто, а кто-то предпочитает держать этот страх в самом потайном уголке своей души. И прямо сейчас, сидя на крыше пятиэтажного здания, ты пытаешься решиться на последний поступок в своей жизни, но страх… Он никуда не уходит, даже если стараешься внушить себе обратное. Передо мной открывается вид на серый, тусклый и ленивый город. Небо затянуто тучами, а шпили высоток сегодня совсем не видны из-за густого тумана. Холодный осенний ветер продувает мой тонкий чёрный свитер, касаясь тела и вызывая табун мурашек. Это время года всегда наталкивало меня на депрессивные мысли, но сегодня это особенно ощущалось. Пошёл дождь. В голове только что промелькнули воспоминания, как мы с мамой ходили на эту крышу, чтобы посмотреть на жизнь города свысока. Я видела его таким красивым и большим… Всё было видно, как на ладони. Помню, как мы сбрасывали отсюда водные шарики на прохожих в знойные летние дни, или, как сажали цветы в новую маленькую теплицу, которую совсем недавно установили на крыше. Прошел ровно год… Год с того момента, как её не стало. — Сколько раз тебе говорилось не ходить сюда? — голос дяди Джона отвлёк меня от воспоминаний. Он стоял достаточно далеко, но я отчётливо чувствовала его взгляд, сверлящий мне в спину. — Немедленно подойди ко мне, — я знаю, что он говорит так, потому что любит и переживает за меня, но он пришёл совершенно не вовремя. — Мэдисон! Я, нагло проигнорировав его слова, уставилась в одну точку. У меня не было никакого желания что-то отвечать и тем более уходить. — Не испытывай моё терпение, — он сделал несколько быстрых шагов в мою сторону. — Иначе будем разговаривать по-другому. Джон — младший брат моей матери. Он взял надо мной опеку после её смерти, отказавшись от личной жизни. Дядя часто проводил со мной время в детстве, за что я его люблю. С того времени, внешне он мало изменился. Все такой же высокий, голубоглазый, с гладкими чертами лица и блондинистыми волосами. Только теперь, в силу возраста, появились небольшие морщинки. Джон был очень упрямый, поэтому любая его просьба не подлежала возражениям. Осознав, что другого выхода нет, я медленно поднялась. За то время, что я находилась в своих мыслях, вся одежда успела насквозь промокнуть. Дядя взял меня за руку, когда я проходила мимо него и грустно улыбнулся. — Прошел целый год, Мэдисон, я тоже её потерял. Нужно хотя бы дать себе шанс жить дальше. Поверь, Саманта желала тебе всего самого лучшего. Ты была для неё не только дочерью, но и подругой, — его взгляд прошелся по моему лицу и мокрым волосам. — Спускайся вниз, прими ванную, чтобы согреться и начинай собирать вещи. Я осознал, что из меня выходит плохой опекун. Думаю, что смена обстановки тебе точно пойдет на пользу. — Что? Да причём тут вещи? Все же хорошо! Джон, не нужно, прошу тебя! К этому я точно не готова! — на моём лице застыла маска недоумения с толикой разочарования. Только не это. Только не сейчас. — Мэдисон, — он положил мне руки на плечи и заставил посмотреть в его глаза. Сегодня они казались такими серыми и стеклянными, красиво сочетаясь с дождливой погодой, как будто бы это картина художника. — На протяжении года я вижу, как ты страдаешь. Ты совсем перестала ходить в школу, забросила рисование, а твои друзья не появлялись здесь Бог знает сколько! Ты не представляешь, как сильно у меня сжимается сердце, когда ты приходишь домой посреди ночи с бутылкой в руке. Мне пришлось связаться с Майклом. Завтра утром он будет здесь. Ты переедешь к нему в Бостон, будешь ходить в школу и найдешь новых друзей. Со мной тебе только хуже! Никакие возражения не принимаются. Майкл. Тот самый Майкл Рид, чья фамилия, к несчастью, досталась и мне. Мой отец бросил нас с мамой, когда мне было 5 месяцев, потому что нашёл себе любовницу во время очередей командировки. Обида долгое время пожирала меня изнутри. Каждый раз, когда я видела, как мама работает на трёх работах, чтобы нас прокормить, моё сердце обливалось кровью. Я никогда не прощу ему это. Никогда он не будет мне отцом. Никогда. — Только не Майкл, пожалуйста, — голос предательски дрогнул, а щеку обожгла слеза, скатывающаяся к подбородку. Только сейчас я поняла, как сильно замёрзла. Джон приобнял меня за плечи и повел к выходу. Я уверенна, ему это решение тоже далось тяжело, но в чём-то он прав. Я повисла у него на шее и не даю возможности завести свою семью, знакомиться с новыми людьми. Да что уж там, он боится оставить меня одну, зная, на что я способна… *** Всю ночь я не могла уснуть, все больше и больше погружаясь в мысли. Встав с кровати, я оглядела комнату. Взгляд упал на мою детскую фотографию с мамой, которая стояла в пластиковой рамке на прикроватной тумбе. Я подошла ближе и взяла в руки кусочек воспоминания. Это был мой десятый день рождения. Я в милом голубом платье, с несколькими шариками в руках, смеюсь. Рядом сидит моя мама и улыбается. Какая она здесь красивая и живая. Уголки моих губ дрогнули. Если бы она только знала, как сильно мне её не хватает… Я убрала фотографию в дорожный рюкзак. С вещами точно было покончено. На улице послышался гудок машины. Пора… Я спустилась вниз и зашла на кухню, где сидел дядя Джон. На глазах снова навернулись слёзы. Я не хочу уезжать от него. Дядя поднялся с барного стула и подошёл ближе. — Прости меня, но ты же знаешь, что так лучше для тебя. Это именно то, чего бы хотела твоя мама, — он поцеловал меня в макушку. — Из меня вышел не очень хороший опекун. — Нет, Джон, ты прости меня. Я не должна была себя так вести. Я настолько эгоистична, что даже не давала тебе жить нормальной жизнью! — он озадачено на меня посмотрел. — Мэдисон, ты же знаешь, что это не так. У меня замечательная жизнь, а с тобой мы прошли многие трудности, что сделало нас сильнее. Так что даже не думай о том, что я не жил полноценной жизнью. Я люблю тебя, Мэдисон. Люблю, — он потрепал мне волосы на голове. Послышался ещё один гудок. — Пора. На улице стоял чёрный Land Cruiser, а рядом с ним высокий, статный мужчина в полурасстегнутой рубашке и чёрных брюках. Волосы были пострижены коротко, а глаза не разглядеть из-за солнцезащитных очков. Это был Майкл Рид. Меня снова окатила злость, потому что пока мама работала на трёх работах, у него было всё: машина, престижная работа, дом в Бостоне. Мерзавец. Майкл отпрянул от машины, подошёл к Джону и протянул ему руку. — Здравствуй, — дядя посмотрел на его жест, но не ответил взаимностью. — Береги её. Мэдисон нужна твоя поддержка. Майкл бросил короткий кивок и посмотрел на меня. Я не могла сказать точно, как именно он посмотрел из-за очков, но по спине пробежался холодок. Я не хотела его видеть, не хотела его слышать и знать. Если бы не он, всё было бы иначе. — Привет, Мэдисон, — он улыбнулся, но его голос звучал слишком холодно. — Садись в машину, а я закину твои вещи в багажник. Нужно поторопиться, до вылета остаётся мало времени. Я подошла к Джону и напоследок обняла его. Как же я справлюсь без него? Успокаивает только то, что теперь Джон сможет завести новые знакомства, а может, и полноценную семью, о которой так долго мечтал. Я открыла дверь внедорожника и села на заднее сидение. Машина выглядела очень красиво не только снаружи, но и внутри. Скорее всего, она в аренде, потому что Майкл прилетел сюда на самолёте. Когда папаша загрузил вещи, я открыла окно и помахала дяде рукой. Так больно с ним расставаться. — Прощай, дядя Джон, — он улыбнулся и повторил мой жест. Машина завелась. Мы тронулись с места. Через полчаса дороги мы остановились, чтобы отправить вещи в Бостон и поехали в сам аэропорт. — Забавно, ты моя родная дочь, а мы даже не знакомы. Расскажи что-нибудь о себе. — Ты находишь в этом что-то забавное? Мне нечего сказать о себе. Если бы тебе было дело до любимой дочурки, то поинтересовался бы намного раньше. Например, когда собирал свои вещи в командировку, — мой голос прозвучал холодно. Наверное, даже слишком, но это и к лучшему. Не хочу с ним общаться. — Как будешь готова, дай знать, хорошо? — сказал Майк и улыбнулся мне через зеркало заднего вида. Я достала наушники и включила свой любимый плей-лист. В наушниках заиграла песня «Love and War» — Fleurie, как раз то, что нужно для того, чтобы погрузиться в мысли. Облокотившись на дверь, я смотрела, как здания начинают утопать в лесной чаще, а потом и вовсе перестали появляться. Деревья начинают сбрасывать свою яркую листву, готовясь к зиме. Унылая картина. Постепенно, я утопаю в мыслях, задавая всё больше и больше вопросов, на которые нет ответа. Что будет дальше? Как у нас выстроятся отношения с отцом? Какой будет новый дом? Как сильно я буду скучать по дяде Джону? Осталось ещё пару миль до аэропорта, а это значит, что моя новая жизнь должна начаться совсем скоро. Слишком… скоро…