Непобежденный

Джон всматривался в темный потолок под непривычный гул двигателя. Не хватало звездного неба. Аквариума на стене. Дурацкого будильника. Истребитель слишком быстро достиг конечной точки, о чем сообщил бездушный ИИ. - Конечная точка пути была достигнута. Разблокирован оружейный шкаф. Разрешение на выход с судна у капитана получено. - Смешно… - Джон не знал, стоит ли считать разговор с ИИ за бред поврежденного разума – Хэй, кто капитан? ИИ проигнорировал его запрос. Под кроватью обнаружился ящик с вооружением и броней. Забавно, что это была копия его последнего вооружения — вот только оно не было настроено под него. Новое. Просто такое же. Пустая копия. Он настраивал снайперскую винтовку и думал о сложившейся ситуации. Его уже должны были признать мертвым. Сколько времени прошло? Как его команда… Хотелось узнать все, но он снова оказался заложником ситуации. Джон встал с небольшого спального места и направился в сторону выхода. С смирением зомби, следующему вшитой программе в полусгнивших мозгах – убивать жнецов. Корабль окружила расстилающаяся на весь горизонт тропическая поросль. Он находился в центре странной постройки, напоминающей пирамиду с обрезанной верхушкой, похожей на что-то из архитектуры Майя, хотя скорее всего официально - протеан. Любые древние постройки признавались постройками протеан. Вот она свобода, но в душе - полная растерянность. Раньше перед выполнением любого задания у него были хоть какие-то входные данные. Бывший капитан сел на одну из ближайших ступеней и вдохнул влажный тропический воздух. Шлем положил рядом с собой, снял перчатки и осмотрел руки – множество мелких шрамов. Белесые, жесткие, розовеющие, болящие и те, которые не ощущаются. Сколько езе таких на теле? А есть ли какая-то разница теперь? Рука сама по себе легла на щеку, где раньше проглядывались шрамы – судя по ощущениям они остались. Вот так спокойно. Будто не было войны, страданий в… в тьме левиафана. Или в своем сознании? Ранее он не подвергался внушению Левиафана, лишь видел со стороны, жаль, что он не расспросил Энн, пока занимался поиском этих древних существ по приказу Хакета. Инструментон был, но без доступа к сети и его учетной записи. Просто обеличенный набор функций. Можно было попытаться отправить письмо. Он помнил несколько почт наизусть. Хакет, Кайден, Лиара… “Лиара, я жив. Шепард” - сообщение не отправлено, ошибка: «функционал заблокирован». Видимо бесполезно… Хакету он однажды писал нечто подобное, после чего остался в изоляции под контролем Веги. Слишком надолго. Кайдену хотелось написать, но… “Не факт, что выживу…Давать ложную надежду… Да и у него слишком мощный хост, сообщение не пропустит с стороннего адреса… Черт” Терять ему было нечего, и он спустился ниже, к изножью пирамиды. Бывший капитан осматривал странную архитектуру. Снова нечто древнее. Под ногами множество корней, трав, мелких насекомых. Пришлось надеть шлем, чтобы никто не заполз за шиворот. Мерзость. Пару раз он чуть не споткнулся о лианы под ногами, не хватало еще змей или кого-то хищного с когтями и зубами. - Кап…ан Шеп…д, прием – инстурментон заработал, не смотря на помехи Джон расслышал фамилию, сам он встал как вкопанный проверяя входящий канал связи. - Да… И… Больше не капитан - пришлось приложить достаточно усилий, чтобы сохранить уверенность в голосе. - Это Йенн. Вы в комплексе Настра. Источник сигнала идет из-под земли. Я постараюсь помочь вам - этот голос вызывал двойственные чувства. Хотелось поговорить хоть с кем-то… Менее древним чем Левиафан и понять какого же все-таки черта происходит. Вопросов было больше, чем ответов. - Зачем? - Эмм - она явно растерялась - Моя семья поколениями служат Левиафанам… Капитан, Предатель - левиафан, он продолжил работы по настройке циклов. Если мы не уничтожим его, все повторится. Дикий зверь внутри Шепарда перестал рычать, поджал хвост и с вниманием взглянул на хозяина – разум. “Все повторится” - набатом в ушах. “Все повторится” - перед глазами лица погибших товарищей и невинных разумных существ. “Все повторится” - разрушенный Лондон, перевернувшийся трак, ранение Кайдана, Нормандия под ногами жнеца забирает раненых сопартийцев, цитадель и взрыв… - Йенн, ведите - спокойная уверенность в голосе, он снова был настроен на решение поставленной задачи. - Я так рада… - в голосе девушки на том конце канала надежда, Джон вздохнул, снимая с шлема прилипший опавший лист. - К делу, Йенн. Поговорим потом – он продолжил пробираться сквозь заросли, помогая себе лезвием инструментона. - Ой да. Вам на север. Корабль могли засечь, так что пришлось выбрать точку на отдалении. Сначала жесткие непослушные мышцы становились все эластичнее и гибче. Организм вспоминал что такое движение и жизнь. Кровь активнее циркулировала по венам, хотя нарастающая боль напоминала, что он пришел в себя совсем недавно. Хотя Капитану Шепарду было не в первой восставать из мертвых… - Йенн, каким образом я… - он встал, задумываясь как точно сформулировать вопрос – Эмм… - Жив? Все просто у нас было ваше тело в криостазе, недостающие фрагменты мы скопировали из архива ци… - она тараторила быстрее Мордина, у Джона разболелась голова от попыток понять ее. Мозг соображал не так быстро как раньше. - Ты не могла бы притормозить и пощадить мою и без того раскалывающуюся голову? - То, чего не хватало мы либо взяли у человека донора или скопировали из архива Цитадели данные и вырастили в биокамерах... Сердце, например. Моя мать долго работала специ… - Как взяли? – он надеялся, что они не додумались вылавливать людей как доктор Салеон. - Ну эм… менее 3 процентов, да. Большая часть все же из Архива. Это моя мать курировала проект - в ее голосе слышалась гордость и восторг - Все должно работать как раньше, хотя и с некоторыми допущениями. Мы были ограничены во времени. Нам разрешили восстанавливать ваше тело как угодно, не меняя душу и воспоминания, капитан Шепард. - Душу? - Да, вы стали легендой, Шепард. Изменить вас - преступление. Вам еще 300 метров вперед и должен быть спуск под землю. - Кхм…Ну спасибохотя бы на этом… - Пожалуйста! - восторженный почти детский крик раздражал. Может, потому что его благодарность была явным сарказмом и наполнена ядом. Вход и правда обнаружился за водопадом густой поросли лиан, отрезанных лезвием инструментона. Шепард заметил, что на каждый шорох и дуновение ветра он дергается, ожидает нападения жнецов – его нервная система точно пострадала после всего пережитого. Перед входом в неизвестность, пришлось побороть мелкую дрожь. Внутри строения воздух затхлый. Дышать нечем. Свет только от фонарика, и он продолжает спускаться в неизвестность, не опуская оружия, ожидая нападения. - Шепард, как ваше состояние? – бывший капитан вздрогнул, крепче схватил оружие и уже готов был стрелять по противнику. Осознание того, что девушка – совсем не противник приходило мучительно медленно. Он тихо нервно рассмеялся. - Ой, да мелочи, Йенн. Меня просто снова воскресили, чтобы я выполнил грязную работу за огромного клеща с завышенным самомнением и нежеланием пачкать клешни… - он мог еще многое сказать, но его прервали. - Кхм-ухм… Я… Извиняюсь. Но вы не могли не говорить так о том, кто дал вам второй шанс. - Меня не спрашивали нужен ли мне этот, к слову, третий шанс. Я выгляжу как бесплатная военная мощь для каждого не желающего решать свои проблемы самостоятельно?! – злость отпускала, оставляя за собой выжженое пустое место, он продолжил разговор в более спокойном и тихом тоне - Сколько пошло времени с битвы на Земле, Йенн? - Два года – она хлюпнула носом и ответила на вопрос. Он остановился, обессилено опустил оружие… - Символично…Снова два года… Мы победили? - Вы победили, Джон. Без вас победы бы не было. Отец считает, что вы сделали нечто большее – преодолели одурманивание… Он на ночь рассказывает моему братишке о герое, который не поддался уговором старых машин, не было одурманен и, пожертвовав собой, приняли правильное решение. Братик хочет быть похожим на вас… - разговор о молодом поколении свободном от войны как-то успокоило мужчину. - Йенн, вы работаете с Серым Посредником? – совсем уже мирным тоном спросил он. - Думаю, отец работает. А что? - Намекните ему, что я жив. Не прошу говорить прямо… Не уверен, что выберусь. - Я попробую уговорить отца… Не обещаю, но с условием, что вы выберетесь… Скай будет рад, если его герой вернется…Отец будет ругаться, но… - она грустно выдохнула - Сейчас напишу ему, капитан… Шепард шел по достаточно узкому коридору, размышляя, что если есть вероятность восстановления цикла стараниями одного членистоногого, то он просто обязан помешать. Иначе все будет зря. За размышлениями он не заметил пошатнувшийся пол, пришлось схватиться свободной рукой о стенку, с которой осыпались мелкие фракции породы. - Йенн, сейсмическая активность… - в динамиках раздалось шуршание, связи судя по всему не было. Ему стоило продолжить путь вниз. Судя по всему - это был старый горнодобывающий объект, сеть была обесточена, но была слабая надежда на явно устаревшие генераторы. Пришлось потратить несколько часов на поисксамих установок и их восстановление… Вспомнился Гаррус, который мог починить любую капризничающую электронику несколькими движениями… Тали, которая могла из мусора сделать что-то невероятное… В голову лезли мысли, мешающие мыслить здраво. Хотелось сесть на пол и спрятать лицо в широких ладонях, но он все еще был что-то должен миру, рас его удалось поднять из небытия. - Йенн… - он несколько раз пытался наладить связь с девушкой, но все было бесполезно - Йенн. - Шеппп..Рррр..д св..зь - она видимо тоже пыталась связаться, но что-то мешало – возможно во время землетрясения засыпало несколько проходов, возможно он отдалился от источника сети, хотя… А может это была диверсия и просто вовремя включённая глушилка? Его раз 5 ударило током, пока генераторы на заработали. Он тысячу раз проклял устаревшую технологию и сгнившую изоляцию. Лифт включился и Джон мог собой гордиться. Спуск на лифте длился слишком долго. Левая нога Джона снова разразилась ноющей болью, ему пришлось сесть на пол, чтобы снять напряжение – он попытался расслабиться и размять болящую мышцу. С закрытыми глазами он массировал ногу, пытался прийти в себя под мирное гудение лифта. Периодически Джон выходил на открытую частоту, но там стояло радиомолчание. - Йенн… - тишина… Сдавшись, он использовал один из инъекторов панацелина в надежде на некоторое облегчение, но ощутил лишь легкое онемение и сонливость от него.По ощущениям, он спускался минут 40. Воздух становился все тяжелее, шлем не справлялся с фильтрацией и ощущался тяжелый затхлый запах. Видимость ухудшилась еще сильнее - всюду витала мелкая пыль, мешающая обзору и подсвечиваемая фонарем. Когда кабина опустилась на твердую поверхность, скрежетающий звук усилился, землетрясения и мелкие вибриации происходили все чаще и были сильнее чем на поверхности. Общий антураж напоминал корабль коллекционеров, в воздухе плотным слоем витала пыль, мешающая обзору. Фонарь подсвечивал совсем немного пространства впереди и капсула протеанина стала для него неожиданным сюрпризом - судя по всему их тела использовались для создания новых коллекционеров. Прямо перед этой капсулой Джон замер, повел рукой по гладкому корпусу, закрыл дверку… Померещился Явик… Он не заслуживал третьей войны и он должен был сделать все, что от него зависело. Шепард прошел дальше - капсулы менялись, были металлические, как на Иле или более новые с Иден Прайма, капсулы коллекционеров, какие-то странные коконы, которые вызывали брезгливое желание помыть руки. Он шел как заколдованный, не ощущая времени и себя. Как в страшном сне. Все кончилось. Должно кончится. Вдалеке показались мелкие огни, добавился пульсирующий звук, стены превратились в мелкие соты с личинками жуков-разведчиков, мелко дрожащими и издающими тихий писк. Новая жизнь, растущая чтобы убивать. Было не понятно собственное направление движения. – полная дезориентация в темноте тоннелей. Он шел наугад, так как никакого маршрута не было - запомнился только вход, а дальше частые всплывающие воспоминания будто из прошлой жизни. Гаррус, явно красующийся, рассказывает почему его назвали “Арангелом”. Лиара, угрожающая какому-то толстосуму на Иллиуме. Кайден одним удром биотики спасший задницу Веги, еще неделю назад рассказывающему о превосходстве физики над биотикой…Джон пытался запоминать маршрут, несколько раз останавливался, пытаясь прийти в себя, но ничего не получалось – все было будто в тумане и казалось не реальным, несколько замедленным и будто мультяшным. Техника изменялась. Какая-то выкачивала содержимое капсул, какая-то встраивала соты в стены, странные емкости с гниющим содержимым, капсулы с телами и пустые, генераторы…Часто она была испачкана в явно почти сгнившей органике. Поборов рвотный позыв, ему пришлось идти вперед не обращая внимания на останки тел в этом заводе-смерти. Они погибли, но есть те, кто еще жив. Нужно бороться за живых… Шепард продвигался в глубь базы и для него неожиданным сюрпризом стала шеренга коллекционеров в стазис полях – они стояли с открытыми светящимися тусклым светом глазами. Он сначала дернулся и сделал несколько шагов назад, ожидая увидеть направленное на него вооружение и появление Предвестника, но эти твари застыли как статуи. Шепард опасливо обошел их кругом и направился дальше – болящие конечности все чаще напоминали о себе и подгоняли к финальной цели, которая все еще была не ясна. Он шел дальше на нарастающий звук и замер в оцепенении… Он был достаточно далеко от большого объекта, напоминающего протожнеца, только вместо человеческого черепа там был все еще живой Левиафан. Он был обвит лианами полупрозрачных труб, через которые поступала жидкость из переработанных тел. Целые конечности еще мелко подергивались, неповрежденные технологиями жнецов глаза хаотично двигались. Он выглядел почти как Властелин. Стало не понятно, как вообще возможно уничтожить эту штуку, имея в запасе только стандартное пехотное вооружение, но вызов был принят. Обратного пути нет. Да и скорее всего в случае крупного взрыва его попросту завалит. Не был жив - не страшно умирать. Разве что обидно. Шепард, обходя очередного застывшего коллекционера, поймал себя на мысли, что это скучно. Они не стреляют, не бегают… Азарт боя был ему близок, а сейчас – он разваливается на ходу… «Собран из того, что было, да?» Хотелось вспомнить и ощутить горячку боя, кровь, бегущую по венам… - Человек - Джон даже не дернулся, когда с ним заговорил Леиафан - Шепард. Левиафан был двуголосым. Первый говорил как остальные, голос второго был искажен доработками жнецов. - Левиафан - Шепард не сдерживал свой сарказм – Предатель. - Я - жертва. Ты знаешь, что ты должен сделать – его голос менялся, он явно не контролировал тональность то был спокоен, то переходил на истеричные ноты. - Не уверен - Левиафан дернулся в путах, но не смог сдвинуться. - Устранить - как по команде активизировались трубы, по которым в Левиафана поступила уже знакомая жидкость, металлическая лоза продолжила обвивать его - Уничтожь. Верни меня в тишину. Воспоминание о том самом ретрансляторе, в котором чуть не сгинула вся Нормандия прошило тело. Слабым местом протожнеца были стеклянные емкости, накапливающие раствор. Можно было попытаться обнаружить на расстоянии от мучимого Левиафана. Даже не смотря на их устранение протожнец смог атаковать и тогда, скорее всего, он не выживет. Пришлось вернуться назад, следуя за трубами. Первая колба оказалась прямо над целым отрядом застывших коллекционеров. Судьба Предвестника была неизвестна - Шепард даже не надеялся на его смерть. Будь он Жнецом - в первую очередь восстанавливал бы “королей” управляющих пешками. Вдова знакомо легла в руки, он повел по стволу рукой почти нежно, ласково. Эта была не его винтовка, но точно такая же. Из укрытий - только оборудование, которое легко прошивали термозаряды коллекционеров или труба, содержащая неизвестное вещество, на которую капитан и оперся плечом. Вертикальная позиция неудобна для снайперской винтовки, но лучше так чем погибнуть с первого выстрела, направленного в него. Стрельба как в тире - нет поправки на ветер, система винтовки послушно сама рассчитывает необходимые углы. Колба поддалась на третий выстрел, коллекционеров осыпало осколками и окатило едкой жидкостью. Шепарду померещилось движение одного из жуков, но после этой войны ему везде мерещилась опасность – но все же он размозжил голову этому подозрительному телу и отправился искать следующую емкость. Если на протожнеца было нужно всего 4 таких устройства, то к Левиафану тянулось около 8 труб, на которых он и был подвешен. Работа была достаточно простой, если не учитывать внутренних демонов капитана – в каждой тени мерещилось движение и опасность, в перерабатываемых останках мерещились лица друзей, укутанные в проводах Призрак, Кай Ленг, Сарен… Все одурманенные и пострадавшие. Ему казалось, что он сходит с ума, но как и раньше он должен бы выполнить задачу. От него снова зависело слишком многое, чтобы сдаться. Пришлось отдыхать. Тело сопротивлялось хозяину - сломанная бедренная кость еще до Нормандии ныла и мешала поддерживать скорость, кисти рук сводило и приходилось снимать перчатки с наручами и разминать их, обувь казалась тяжеленой…На голой коже были видны тонкие линии шрамов – для костюма на Хеллоуин не хватало только поперечных ниток. «Черт, да гребаный Цербер даст сто баллов форы этим мясникам… Начинаю хорошими словами вспоминать Призрака… Шепард, вот тебе корабль, броня оружие и Джокер – с таким набором ты точно завалишь жнецов…» Как никогда не хватало Карин. Лучший медик, которого он несправедливо долго избегал… До тех пор, пока команда не сговорилась - Кайден приносил ему еду по составленному рациону Чаквас прямо в каюту, Сюзи переводила будильники согласно полученному от ее расписанию, Джеймс притворялся уставшим и отказывался от спарринга, хотя сам потом часами подтягивлся на турнике… Сейчас не было медика под боком, одиночества и тишина старой шахты давили. В очередной привал он пытался писать письмо Кайдену…. Его дорогой биотик размажет его по стене, если не будет первысм, кому он сообщит о том, что жив… Хотя может он выбрал себе одну из фанаток и выбросил мертвеца из памяти. Если бы он действительно погиб, он бы хотел, чтобы остальные начали другую жизнь… Он ведь действительно погиб? Два года был мертв. Может Аленко возьмет мораторий на отношения на два года? Ему хотелось надеяться, что его дождутся. Хотя нет… Его в любой случае пару раз размажут по стене, потом может быть пожалеют. На инструментоне не было времени, оно, казалось вязким и не существующим. Он просто шел по базе жнецов, видел застывших коллекционеров сквозь слои пыли и песка, работающее оборудование. Он просто стрелял в емкости отрезая левиафана от вещества. Теперь Шепард знал, что жизнь заключается в нахождении рядом с близкими. Забавно, что ради этого ему пришлось дважды погибнуть. Оставалась последняя емкость. Что будет потом? Погибнет ли от этого Левиафан? Сможет ли он выбраться отсюда. Капитан не спешил. Он всматривался в прозрачные стенки, наблюдал за янтарной переливающейся жидкостью, поступающей в тело очередной жертвы. Самокопание надоедало опытному вояке, он принял очередное решение, как и тогда на Цитадели - забыть про свои эмоции, желания, потребности и просто делать свое дело. Последняя колба подозрительно быстр сдалась - хватило одного заряда. По базе пошла вибрация, земля задрожала. Шепард, вспоминая обратный маршрут к подвешенному Левиофану перешел на бег. Издалека были видны лишь обрывки труб - он готовился к такому же неожиданному появлению Левиафана, как тогда появился протожнец… Шепард издалека высчитывал тактику, выбирал оружие, набегу проверяя запасы стимуляторов и термозарядов. Адреналин помогал, но как обычно после него обязательно должен был быть откат… Легкие жгло, было до ужаса обидно за тело, которое раньше в полной экипировке выдерживало более серьёзные нагрузки, а сейчас подводило. Он спотыкался на ровном месте, голова раскалывалась, но он упорно шел вперед. У обрыва он заглянул вниз и увидел темную пропасть, откуда приближались огни. Левиафан атаковал человека снизу, лазер прожигал даже металлические укрытия и пол - пришлось уворачиваться. Кварианского флота, который мог бы ударить по нему у Шепарда не было. Пришлось выглядывать зазоры на еще нормальном не переработанном теле и изменёнными частями. Он был готов забросить туда все гранаты… Других идей не было. Левиафан целенаправленно уничтожал укрытия, играл с ним, удачный выстрел из снайперской винтовки в еще целый глаз вызвало волну ярости у существа - Шепарда сбило странной волной, возникла уже знакомая боль, зрение расфокусировалось и издалека наступала тень. В голове мелькала лишь дна мысль: “Видишь, Шеп, тебя из-под земли достанут чтобы использовать. Послушная марионетка, чувствами и жизнью которой играют сильнейшие игроки… К ноге, фас…” Рука на винтовке сжалась, зрение заволокло туманом. В приступе ярости Шепард был неудержим, он сам себя не контролировал - два быстрых выстрела в ту же цель почти по наитию - большой налитый чем-то зеленым глаз твари. Пискливое предупреждение о перегреве оружия. Дальше все как в перемотке - череда быстрых, понятных только поверхностно кадров. Он отбросил винтовку и с диким криком, рвущимся откуда-то из глубин груди, разорвал огромную тварь на куски… Энергия подвластная его мыли… Земля. Кровь. Пыль. Боль. Он не понимал, что произошло. Казалось, что он снова в тени под контролем Левиафана. Встать. Вколоть. Удержаться на ногах. Под шлемом по лицу текла кровь - из глаз, носа, рта. Горячий знакомый вкус. Стекло испачкано, ничего не видно. Шаг. Два. Забрать оружие. Он попытался забрать вдову, которую отбросил в гневе, но нагнувшись не удержал равновесия и оказался на коленях, броня казалось слишком тяжелой, а винтовка неподъемной. Голова раскалывалась. Собраться. Забрать оружие. Встать. Ноги подгибаются. Воздух тяжелый и густой. Сил идти нет. Винтовка становиться опорой, которую можно вонзить в землю и опираться на нее. Стоп. Он убил Левиафана. Скорее всего. Но толпы готовых к бою коллекционеров сами собой не пропадут, но у него нет ничего, что бы помогло. Безысходность. К выходу. Обратная дорога заняла больше времени чем все остальное, кровотечение не останавливалось, силы пропадали, а разум был занят поиском решения. Уже у лифта он обернулся назад - он сейчас беспомощен. Нужен аварийный код Альянса. Йенн. Они должны проверить эту тварь, убедится, что он мертв. Поднимался в лифте он лежа. Сил на движение не было. Джон слизывал кровь с пересушенных губ. Он найдет воду на поверхности, а пока… Пока у него было еще одно обязательство. - Йенн, прием… Полная апатия. - Йенн, прием… Боль пропала, становилось легче, но это обманчиво. Он знал, что теряет сознание, но упорно ожидал подъема на поверхность, чтобы связаться с единственным живым существом. - Йенн, прием… Он не помнил, как долго опускался, нн ощущал времени и поднимаясь. - Йенн, при… Поиск связи казался бесполезным, только сильнее саднило сухие губы и першило в горле. - Йенн… Глаза закрываются… Он собирался уснуть, когда инструментон с шипением заработал. - Капитан Шепард! Капитан… - Йенн… Нет взрывчатки, нужно уничтожить фабрику. Отправьте сигнал альянсу. Аварийный код …. - Я не… Я не могу… - он уверенно осадил ее своим фирменным командным тоном, хоть и слабым. - Вы сделаете это. У меня кровотечение, не уверен, что дойду до истребителя. Это не важно. Отправьте запрос на мои координаты. - Но отец… Мама…Они будут против! - Они найдут меня или мое тело. Я запишу сообщение. Задача будет выполнена. Они все доделают. - Хорошо… Капитан Шепард, постарайтесь выжить. Братик – он хныкала в микрофон, но Джон из последних сил перебил ее. - Йенн, отправьте сообщение… Выползал он из лифта ползком. Встать не получилось - нога, ранее просто болящая, больше не слушалась. Вот он “Великий Капитан Шепард”... Ползет на карачках, как пьянчуга из бара. Отличаясь только тем, что в руке все еще сжата винтовка. На улице он смог снять шлем и вдохнуть свежий воздух без пыли. Кровь продолжает капать из носа, лицо ощущается влажным, липким, глаза залиты кровью и не хотят открываться, но глаза ему и не нужны. Он привычно вслепую активировал инструментон, запустил запись… Выдох. Последний рывок. Он приблизил инструментон поближе к лицу и начал диктовать сообщение. “Говорит капитан Шепард… Ниже по тоннелю лифт, ведущий в шахту, ее необходимо уничтожить. Левиафан попытался запустить очередной цикл, он уничтожен. Завалить шахту не смог - нет взрывчатки. Нужно зачистить коридоры от оставшихся жнецов, уничтожить оборудование и завалить туннели” Ослабевшая рука упала на ноги. Он сидел на входе в странную пирамиду и смотрел на восход местного солнца. Стоило ли быть воскрешённым чтобы посмотреть на восход? Наверное да... Оставалось надеяться на Йенн передаст сообщение Альянсу… Организм совсем сдавался, глаза начинали болеть от пыли и частичек свернувшейся крови, а сил поднять руку и протереть их нет. Встать не представлялось возможным - слишком тяжелая броня. Сил хватило лишь, чтобы повести руками по гладкой винтовке и уложить ее себе на колени. Последнее задание было отвратительным. Разумом он понимал, что его подвел истощенный организм, но в душе он думал, что не выложился на все 100. Последнее, что он сделал перед тем, как отключиться - разблокировал инструментон и последний раз взглянул на восход.