Long Time Friends

19** год. Именно тогда в приют округа Манделы взяли двух новых малышей чуть ли не с первых дней их жизни: Адама Мюррея и Йону Маршалла. Оба оказались здесь по разной причине: Мюррей оказался сиротой в связи смерти родителей; Маршалла просто отобрали из неблагополучной семьи, которую вскоре ожидал тот же исход, что и Мюрреев. Они воспитывались и росли вместе. Других друзей, среди детей в приюте, они не смогли найти, кроме друг друга. Казалось бы, Адам был спокойным мальчиком, сильно не реагирующим на что-либо; Йона был наоборот очень эмоционален, из-за чего иногда ему доставалось за обзывательства, драки и прочее. Но мальчики нашли нечто общее между ними, отчего они и стали друзьями. Они так и росли, контактируя в основном друг с другом и с воспитателями. На уроках они сидели вместе: блондин усваивал все темы, хорошо учился; тёмного уроки не интересовали, и он лез к своему другу, отвлекал его, но вскоре получал замечания. Конечно, у Адама были претензии по поводу халатности к учёбе и к списыванию всего что было у него, но обида длилась недолго, да и сам Йона заключал в крепкие объятия и клялся, что больше такого не случится. Крупные ссоры начали появляться с тех пор, как с ними начала дружить девочка не из приюта, постарше самих парней – Сара Хитклифф. Она была чем-то средним между ними двумя: в меру дерзкая и ответственная. Правда, в основном она хотела дружить только с Мюрреем, отчего Йона ни раз бесился, что про него забывают. Так мало что не берут в кампанию, но ещё и обижают! Сара не раз старалась подшутить над ним. Так случилось и в этот раз, когда им было по двенадцать лет. Сара забрала у Йоны друга, отведя в сторону и играя только вдвоем. – Эй, я тоже хочу с вами! Адам и мой друг тоже! – негодовал Маршалл, упёршись руками в бока. – Мм.. Да, и что? Девочкам надо уступать! – хмыкнула брюнетка. – Или ты что, ревнуешь меня к другу? Ну иди там, не знаю.. Поплачь по этому поводу. Вы и так постоянно вместе, я же не живу с вами в приюте! Конечно же, не совсем взрослого ребёнка задели эти слова. Он ушёл с двора приюта в само здание, направляясь к комнатке. В каждой комнате жили по шесть человек, но все сейчас гуляли, поэтому Йона был один.

Another little abuse, another pointless excuse, another joke that's not to laugh at. Another day feeling like I don't belong... I really don't belong.

Это было не в первый раз, и вряд ли это был последний. Йоне было обидно, грустно, он не хотел видеть эту девочку рядом с его другом. Что она о себе возомнила?! Единственное, что помогало мальчику справиться со своей агрессией, либо накричать на кого-либо, либо выпустить пар на предметах мебели. Что ж, раз детей здесь не было, да и никому, кроме Сары, не хотелось портить настроение, выбор пал на второй вариант... Сначала в ход пошла обычная подушка, взятая с его кровати. Аккуратно поставив её так, чтобы она не упала в вертикальном положении, тёмный начал избивать её. Сначала удары были слабые, но если представить что это не подушка, а обидчик... После таких мыслей удары стали резкими и возросли в количестве.

So, I end another day feeling totally betrayed. Say hello to anger - did you miss me? I know it so well like a long time friend who smiles while poisoning me.

Помимо подушки, злость была также вымещена на личных вещах Маршалла, которые теперь были разбросаны по всей комнате. Йона в последний раз глубоко вдохнул и выдохнул, окончательно успокоившись, после чего принялся убирать всё по местам, будто ничего такого и не было. Но такое и вправду не прекратилось. Недобрые слова из уст "подруги" продолжали литься чуть ли не каждый раз, когда она видела неподалёку уже постепенно отстраняющегося Маршалла. Вновь он не вытерпел этого, вновь был зол, и гнев хотелось выместить прямо сейчас. – Да что с тобой, твою мать, не так?! Какого хера ты так поступаешь со мной?! С какой стати я не имею права спокойно и без твоих гадких слов играть с моим другом?! Знаешь, я тоже могу разбрасываться такими словами! Ничто мне не мешает обозвать тебя злой су-.. Кричащий поток мог бы продолжаться из уст Маршалла, но Мюррей его перебил, осуждающе смотря на него: – Йона, любой конфликт можно решить спокойно, без криков. Да и как ты можешь говорить такое о Саре? Она совсем не такая-.. – Ох, ну тогда знаете что?! Идите вы оба к чёрту!.. Нет, лучше оба идите нахер, раз я мешаю вам и задеваю ваши чувства! Я знал, что ты конченный, Адам, но не настолько же, как она! Он снова ушёл от них, не желал видеть сейчас. Голова раскалывалась, в горле постепенно образовался ком, как и слёзы на щеках. Как его могли променять на девчонку? Почему он защищает её, при этом самолично каждый раз обозревая картину где та самая "неплохая" Хитклифф ни с того ни с сего первая показывает неприязнь к Маршаллу. Ну и ладно, он оставил их в покое, раз им хорошо вдвоём!

And I don’t know if they still love me. And I don’t know if they still care. But all I really know is I am sorry, I let you make me grow so unprepared. I’m pulling at the root to tear you off me to see if I’ll have something left. And even if it means I’m starting over and everything I made with you means nothing.

К счастью, спустя пару лет, когда Адам и Йона стали совершеннолетними, отношения между вторым и девушкой немного смягчились. Мюррей старался не лезть в их ссоры, был пофигистичен к ним, но после ему приходилось мирить своих друзей друг с другом. Это срабатывало. Хитклифф изменила своё мнение, как только увидела что и тёмный парень не так уж плох в кампании, даже решила позвать обоих парней в свою организацию по выявлению паранормальных явлений! Эта идея у неё была давно, и она не раз делилась ей в детстве с блондином, ведь хотела найти того или то, что по-настоящему привело её старшего брата к плохому концу. Парни не были против. Адам обожал всякие страшные вещи, а Йона... просто увязался из-за лучшего друга. Он хотел быть намного дольше рядом с ним, пускай он и до чёртиков боялся обыкновенной бродячей собаки. Казалось, теперь-то всё хорошо! Больше проблем никаких не было, и атмосфера была хорошей...

Пока у Адама не появилась девушка.

Эвелин. О, как Маршалл её терпеть не мог! Она была в разы хуже Сары в детстве!! Она забирала себе всё внимание, она могла появиться во время разговора и просто забрать своего парня, ведь она же важнее каких-то там друзей и напарников!! Маршалл старался не кричать ни на Адама, ни на Сару, дабы выместить злость: Адам либо вытерпит его, либо пошлёт на три буквы, тут не подгадаешь что будет вероятнее; Сара же на злобу, вероятнее всего, вмажет ему по лицу или будет драть волосы. А этого Йона тоже не хотел! Он только-только их покрасил и нынешняя причёска ему нравилась гораздо больше, чем если подруга его обдерёт. По восемнадцатой годовщине воспитатели выпроводили сирот из приюта, но государство выдало каждому по маленькому частному домику: буквально только кухня, ванная, небольшая спальня и такая же небольшая гостиная – всё на одном этаже. Мебель уже приходилось докупать за вырученные каким-то чудом деньги с многочисленных подработок. Что ж, её будет жалко, но Маршаллу необходимо выместить злость. Хотя... Нет, он не может, он не будет это делать. По возвращению домой, Йона просто пошёл в спальню, рухнув на кровать и уткнувшись в подушку, желая просто полежать в тишине, наедине со своими мыслями.

Another thing to remake, another patient mistake, another self humiliation. A better day happy that I won’t belong... Does anyone belong?

So, I end a lonely day feeling totally okay. Wave goodbye to anger - will you miss me? I knew it so well like a long time friend.. We’ll never be friends again.

...Он не сдержался. Крашенный не смог сдержать себя. Поэтому, как итог, у Хитклифф была очень неприятная беседа, состоявшая из порыва гнева и обиды. А ведь Сара не Адам, обидится ещё хуже. Именно поэтому, когда к ним пришёл "заказ" от женщины с некой кошкой в доме, девушка предпочитала общаться только с Мюрреем, иногда как-то нехорошо говоря ему про их общего друга. Обоих это уже несильно волновало. Они прекрасно знали, какой Маршалл на самом деле. – ... Эй, кис-кис-кис... Всё в порядке? Твоя душа... спокойна? Парни уже доехали до нужного адреса. Йона предпочёл остаться в машине, смотря по камерам за происходящим. Адам же прямо сейчас бродил по самому дому, пытаясь выйти на связь с духом кошки заказчицы. – ... Ты сейчас выглядишь так тупо, – хихикнул Маршалл по рации, наблюдая за любимым другом со стороны. – А что ты предлагаешь делать буквально с призраком кошки?! – спросил Мюррей, явно недовольный, что над ним посмеиваются. – Что... что она нам сделает? Замурчит досмерти? Что мы тут вообще забыли? – Ты можешь хоть раз побыть серьёзным? – тяжело вздохнул блондин. – В плане, в конце концов, я не могу воспринимать это всерьёз вообще, потому что я сижу здесь, пока ты... ты... – ... Ага, потому что тебе было слишком страшно, чтобы пойти со мной. Йона немного напрягся после этих слов, убрав с лица улыбку. – Мне не страшно... – Да, страшно! – Нет. Нет, не страшно. Нет. Нет... У меня просто... аллергия на кошек. – ... Ты видишь это? – вдруг спросил Адам, направив свою камеру на дверь. – Эм... Дверь? Мюррей взялся за ручку, попробовав открыть её, но дверь не поддалась. – Закрыто... Странно. – Попробуй, эм... вынести её чем-то? – Я не собираюсь выносить дверь в доме какой-то случайной женщины! – Не парься, она даже не узнает! – настаивал крашенный. – Не важно, идём дальше... На всякий случай, парень сфотографировал эту дверь, прежде чем пойти дальше. Всё-таки это была единственная закрытая дверь в доме. На протяжении некоторого времени Йона рассказывал по рации Адаму всё, что он думает насчёт этого дела. Что никакого духа кошки нет, нет этому подтверждения: на камерах ничего не было, никаких странных звуков, вроде мяуканья тоже. Маршаллу ни капли не нравился этот дом, и он хотел покончить со всем этим, но вскоре... – ... Откуда идёт звук? – Думаю, из дома. Чувак, теперь всё серьёзно плохо, – голос тёмного звучал взволновано, испугано. – Наоборот, наконец-то что-то интересное. – Ох, я уверен, что тебе точно не следует идти туда сейчас-... – Я иду туда. Здесь что-то... намного сложнее, чем просто кот. – В этом и проблема, я-... – Всё в норме, ты преувеличиваешь. Ты хоть знаешь, что это может дать нам? – Дать что? Мы уже в бегах! Что нам точно не нужно, так это ещё больше внимания! – ... Хочешь ты того или нет, но я возвращаюсь в дом. – Адам, пожалуйста!-... – Поздно, я всё для себя решил, – холодно прервал его Мюррей, возвращаясь в дом. Чёртов Мюррей. Чем дольше они здесь находятся, и чем дольше Адам молчит, тем сильнее Йона волновался и желал ещё сильнее уехать подальше от этого места. Но он не может уехать без Адама, нет. Он не уедет без него, без своего друга... Адам как-то смог открыть дверь в подвал, оттуда доносилось мяуканье. Парень попросил Маршалла позвонить ему по рации, спускаясь вниз. – ... Ты только сейчас позвонил? – без капли эмоций спросил Мюррей, а на фоне мяукала та самая кошка. – В чём дело? Тебе кот язык прикусил? – ... Нет. Просто не надо, ладно? Прошу... – дрогнул голос второго парня. – Ох, так теперь ты воспринимаешь это всерьёз... – Чувак, я не знаю, чего ты хочешь от меня! Я серьёзен, как никогда! Адам тихонько засмеялся. – Был серьёзен всё это время, да? Теперь, значит, мы без ебучих шуток. – Я понимаю, что я иногда дурачусь, окей? Я просто тот, кто я есть! – Ну, может тебе пора поменяться? – Слушай, чувак, я чувствую себя ужасно оттого, что я пережил это лучше тебя, после всего случившегося и мне жаль, что я не могу помочь тебе нести это бремя! – Какое это имеет отношение к чему-либо вообще?-... – Но это мой грёбаный предел! Эти штуки отняли так много у нас, и ты всё равно бежишь к ним при каждом удобном случае! – Это не так! – пытался нормально говорить Адам, но его друг вновь сорвался на крики. – Слушай, блять, сюда! Ты не бессмертный, ясно?! Я знаю, что ты так решил, когда мы начали эти грёбаные марши смерти, и ничего не случилось, я понимаю. Но это прямо здесь – реальность, и ты понимаешь это лучше кого-либо другого! – Что это вообще значит? – Лучше бы мы никогда не искали твою мать, потому что она мертва и не вернётся, и мы не сможем этого поменять! – Что ты, блять, только что сказал?! – ... И мне жаль, что теперь мы вынуждены жить так! Но, Адам, если ты спустишься по этой лестнице, то ты к ней присоединишься, и если каким-то чудом ты вернёшься назад, я не думаю, что это на самом деле будешь ты! И я говорю тебе прямо сейчас, что меня уже не будет здесь, чтобы это проверить... – Так просто оставь меня! Проваливай! – по итогу, у Мюррея тоже сдали нервы, и он тоже перешёл на повышенные тона.

I don’t really know if they still love me. And I don’t know if they still care. But all I really know is I’m not sorry cuz I am on my own with no one there to make me feel alone when they are with me. It sounds insane, but au contraire. I’m cutting off the parts that kill the body because they never played me fair and square and..

Маршалл уехал. Выключив рацию и отбросив её на соседнее сидение, парень завёл машину, взялся за руль и начал выруливать на дорогу, уезжая с этого проклятого места. Он обещал самому себе, что не бросит Адама. Он обещал, что не смотря на любые разногласия, он всё равно уедет с ним... К сожалению, таков Йона был всегда: обещает, но эти обещания не выполняет.

Ты бросил его.

Крашенный вздрогнул и всхлипнул, услышав эти слова.

Что же он будет делать без тебя?

Неизвестный голос начал повторять: "Открой свои глаза", а на GPS высветилась ошибка со словами: "Ты оставил его умирать". – ЗАКРОЙ РОТ! ЗАТКНИСЬ! ЗАКРОЙ ПАСТЬ! – пытался заткнуть его Маршалл, но голос продолжал говорить одно и то же. Тогда Йона схватился за руль сильнее, стараясь игнорировать голос и желая без дополнительных приключений добраться до дома. Получалось плохо...

I feel fucking awesome. I’m alone and I’m free cuz there’s nothing really wrong with me and I know it doesn’t matter, no matter what they tell me. Done living for someone else’s time on someone else’s dime, so I’m drawing my line in the sand cuz I know it doesn’t matter.

I don’t really think about your love now and I don’t think that I still care. I know without a doubt if you could see me, I would ruin your week, your month, your year. Cuz you don’t have a victim you can poison, so now the poison’s all you have. I’m living a new life and don’t regret it and you just have the memory bet you’ll never forget it because now..

I’m alone and I’m free cuz there’s nothing really wrong with me and I know it doesn’t matter, no matter what they tell me. Done living for someone else’s time on someone else’s dime, so I’m drawing my line in the sand cuz I know it doesn’t matter (Do they even know what love is?). Yeah I know it doesn’t matter.. (Are they growing tired of this?). Yeah I know it doesn’t matter... (On my own I’ll float above this).

And I don’t really know...