Неожиданный спутник

             Хиличурлы спали, похрюкивая во сне. Весь лагерь спал. Исключением являлся стрелок на посту, однако и тот уже клевал носом. Идеальные условия для нападения.        Итэр вышел из засады, готовясь к взрыву стихий. Вокруг пальцев образовалась небольшая воронка, которая, ловя даже мельчайшее дуновение ветерка, становилась больше. Путешественник не стал долго ждать и спустил вихрь в сторону врагов. Паймон, услышав свист, бросила в сторону воронки спичку, отчего та окрасилась в алый.        Первым в ловушку попал лучник. Услышав его визг, поднялись с нагретых мест другие. Так, одного за другим, их затянуло в вихрь.        Итэр осмотрелся. От хиличурлов давно уже не осталось и пепла. Трава, по которой прошлась огненная воронка, иссохла и сгорела. Паймон воскликнула: — Вау, как быстро мы от них избавились! Сколько их было, — она подняла обе ручки и принялась загибать пальцы, — больше десяти? — Я не считал. — пожал плечами Итэр и развернулся. — Пора возвращаться, Паймон.        В Мондштадт они возвращались, обсуждая произошедшее. Паймон доказывала, что она сильно помогла делу, а Итэр, смеясь, соглашался с ней. Внезапно Паймон перелетела Сидровое озеро и остановилась около стены города. Итэр увидел рядом с собой воздушный поток и взлетел на нем. — Эй, это разве не объявление о твоей сестре? Почему оно здесь? Сюда же никто не забредает.        Итэр нахмурился. Паймон была права — объявление почему-то повесили за городом, что весьма нелогично, ведь место безлюдное. Путешественник пошёл вдоль стены и подтвердил свою догадку — здесь насчитывалось не менее пяти объявлений.        Итэр сорвал одно и зашёл в Мондштадт. Путешественник шёл по знакомым улицам по направлению к штабу Ордо Фавониус.        В кабинете Джинн были Лиза, Эмбер и хозяйка кабинета. Джинн, едва посмотрев на посетителя, оторвалась от просмотра документов. — Что случилось? — Поинтересовалась Магистр, заметив, что брови Почётного Рыцаря свелись к переносице. — Я нашел его за городом. Там ещё пять таких же, и все слишком близки друг к другу. — Пояснил Итэр. Пока Джинн рассматривала лист, он добавил: — В итоге это всего лишь напрасное проявление доброты. — Милашка, не стоит волноваться, это безответственность одного из рыцарей. Мы решим проблему в срочном порядке. — Лиза положила руку на плечо Путешественника. — Объявления всё же оказались ненужными, — Итэр вспомнил прошлую встречу с сестрой, однако тут же продолжил спор, — но, если бы Люмин не оказалась Принцессой Бездны, ваши труды остались бы равными медвежьей услуге! — Почётный Рыцарь, успокойся, пожалуйста, и сядь. — Сегодня я стёр с лица Тейвата четыре лагеря хиличурлов, в одном был маг Бездны. Каждый день я стараюсь не оставить от них ни следа, а взамен вы предлагаете пять клочков бумаги, прибитых один на другой?! От вас я такого не ожидал! Дилюк был прав. — Успокойся и послушай меня. — Попросила его Джинн, но тот уже вышел, хлопнув дверью.        Паймон ждала Итэра у штаба, и, едва Путешественник показался в воротах, подлетела к нему. — Ну, что? — Потом решу. — Он пошёл прочь, а Паймон за ним. Пройдя несколько кварталов, Итэр спросил: — У тебя есть дела в Мондштадте? — Я хотела заглянуть в «Долю ангелов». —Идём.        В таверне было людно, впрочем, как всегда. Дилюк, сегодня занявший место бармена, протирал бокалы. На приход знакомых он отреагировал легко: «Рановато для пятницы.».        Паймон заказала яблочный сидр, Итэр последовал её примеру (алкоголь ему не продавали). Пили они в тишине, пока Паймон не спросила: — Что всё-таки произошло? — Недоразумение, по их словам. А на деле это даёт повод сомнениям в компетенции рыцарей. Что говорить о защитниках города, если они не могут нормально объявления развесить? — Итэр уронил голову на ладони. — Что случилось? — Вмешался в разговор Дилюк. Путешественник рассказал об открытии, на что винодел ответил: — Этим они выделяются. Безответственностью и слабостью. — Мы с Паймон уйдём из Монда. — внезапно выдал Итэр. — Да… Что?! Но куда мы пойдём? Эй, это наш дом, а из дома не уходят! Мы же вернемся? — В ответ Путешественник лишь кивнул.       Таверна со временем опустела. Они допили напитки и пошли на выход. Дилюк задержал их: — Подождите меня. Пойдём на винокурню, попрощаемся нормально.       Долго ждать не пришлось.        Выйдя из города, путники заметили Кли, бегущую к ним. — Итэр! — Девочка обняла Рыцаря и помахала ручкой Паймон. — Ты уходишь? Обиделся на кого-то? На меня? — Нет-нет, что ты? Как я могу обидеться на такую прекрасную девочку? Мне придется уйти ненадолго. Ты и не заметишь, как я вернусь. — Путешественник улыбнулся, поцеловав Кли в немного вздернутый носик.        Когда они пришли, уже было довольно темно. Из-за горизонта выглядывал лишь край солнца. Их встретила Аделинда. Дилюк попросил приготовить гостевую комнату и ушёл к себе. Итэр и Паймон остались в гостиной. Летающая уточнила: — Всё настолько плохо, что мы даже не предупредим никого? — Кли расскажет. Нас пропавшими считать не будут. — Неправильно… Мы ведь были друзьями.       «Действительно… И в итоге мы бросаем их. Сбегаем.» — подумал Итэр, но отмахнулся от мысли.        Вскоре Аделинда позвала их наверх. Паймон заставила Итэра написать хотя бы записку. Наконец на пустом листе бумаги появилось подобие текста. Внезапно на первом этаже раздался голос: — Итэр, сын митачурла ты! Итэр!— голос принадлежал Кэйе.        Итэр выглянул из-за двери. Помедлив, он всё же взял письмо и спустился к нему. Дилюк уже стоял в стороне от капитана гвардии, время от времени смеряя того недовольным взглядом. Заметив Итэра, Кэйа бросился к нему. — Что за хрень? С чего ты вдруг ушёл из города? И почему я узнаю об этом от ребёнка?!       Итэр ответил спокойно, будто по чёткому сценарию: —Мы с Паймон идём в Ли Юэ, оттуда в Сумеру, Фонтейн и Снежную. Займёмся поисками моей сестры. Рыцарям это дело доверить не могу. — Ты вернёшься в Монд? — Не знаю. — Джинн мне рассказала. — Вдруг сменил тему Кэйа. — Ты и об этом знаешь. — Усмехнулся Итэр. — Это причина ухода? Ты поэтому отворачиваешься от города и нас? — Кэйа отвёл взгляд, не задерживая его надолго ни на чём. — Нет. Я всё ещё считаю вас друзьями и в стороне не останусь, если с Мондштадтом что-то случится. Но я больше не Почётный Рыцарь. — Итэр снял с шарфа брошь Рыцаря и протянул её Кэйе вместе с письмом. — Я буду вам писать. И вы обо мне не забывайте.        Итэр обнял его за плечи и быстро отстранился. Развернувшись, он поднялся к себе.