Неожиданный спутник

            На протяжении последующей недели изменений в состоянии Итэра не наблюдалось — рука так и лежала мёртвым грузом.        Сяо уходил лишь за едой, посвящая большую часть времени слушанию рассказов Путешественника. Он полностью поселился в этих четырёх стенах, но, тем не менее, не скучал. Иногда он улыбался, и в такие редкие моменты появлялись едва заметные ямочки на щеках.       Итэр рассказывал о встрече со Странником, когда Сяо, сидевший рядом, протянул руку, чтобы смахнуть выпавшую из косы прядь с лица. Путешественник не обратил внимания на это и собрался говорить дальше. Движение было бы мимолётным, однако Адепт, нахмурившись, оставил ладонь на лбу. Он взял поражённую руку Итэра и согнул её в локте. Итэр внезапно почувствовал тупую боль и вскрикнул. Сяо нахмурился ещё сильнее. — Повышенная температура и чувствительность к обычным движениям… — Как ты думаешь, хорошо это или плохо?       Сяо неопределённо помотал головой. — Лучше подождать. А пока снимем жар. — ответил он и встал с кровати, выходя из комнаты.       Итэр сжал ладонь в кулак. У него получилось, но пальцы заныли, и он сразу разжал их. Путешественник уронил голову на подушку со вздохом. Захотелось спать. Рука зудела, и от этого хотелось плакать… Но слёз не было.       Сяо пришёл не один, а с Пухляшом и Паймон. Паймон подлетела к едва пришедшему в сидячее положение Итэру и села рядом. Сяо поднёс ко рту чашу, и Путешественник, по-детски сморщив нос, залпом выпил ненавистное ему горькое лекарство. Адепт аккуратно, медленно опустил его на подушки, придержав за плечи. Итэр уснул. — Рука! — Вскочил Путешественник через какое-то время, схватив себя за пульсирующее предплечье. Было ощущение, что оно вот-вот лопнет, а ошмётки кожи и плоти с кровью разлетятся по всей комнате. Итэр согнулся пополам, крича от боли, пока Сяо отрывал рукав от его ночной рубашки. Адепт посмотрел в глаза Путешественника, объясняя ему свои дальнейшие действия, дабы тот не дёргался от неожиданности. Итэр лишь кивал, а потом уткнулся лицом в колени. Сил на крики уже не оставалось. Руки мелко дрожали.        Сяо прижался губами к следу дротика. Время от времени он отрывался и сплёвывал яд в подготовленную заранее ёмкость. Закончив, он вколол обезболивающее средство.        Адепт, чуть медля, придвинулся ближе к Итэру и неловко прижал его к своей груди. Путешественник послушно подался. Сяо, перебирая золотые пряди, заговорил: — Я не знаю, что ты испытывал и узнать не могу. Но в любом случае это закончилось. Мне жаль, что я медлил с этим. Надеюсь, ты не в обиде. Впредь я не подвергну тебя такому. Обещаю.       Итэр ещё крепче сжал в кулак ткань одежды на спине Сяо и выдохнул. — Хорошо. — Итэр всхлипнул ещё раз, хоть и перестал плакать. Он прохрипел. — Я устал. Хочу спать. Прости. — Конечно. — Прошептал Сяо и опустил голову Путешественника на подушку.        Когда Адепт лёг рядом, Итэр упёрся лбом в ямочку у основания шеи и уснул. Слушая его спокойное, тихое дыхание, Сяо слегка приобнял Путешественника за плечо. Он спас кого-то сам, без чужой помощи — эта мысль не давала ему покоя. Таких случаев было немного. Сейчас под его рукой лежит один из тех немногих, кто его не боится. Тот, кто не боится отдать себя ему на защиту. Тот, кто не сторонится.       Сяо прислушался к сердцебиению Итэра и сосредоточился на нём. Голоса в голове затихли. Адепт с облегчением закрыл глаза и задремал.