пальцы скрипачки и губы нежные

- скрипичный ключ, - говорит гуань шань, закатывая глаза и не надеясь случайным образом попасть в правильный ответ. - неправильно, солнце, - снова хищно скалится хэ тянь и повторно проводит кончиками пальцев по обнажённой спине, - альтовый, но ты была близка. - как я должна была угадать твои бредни? - с напускным раздражением спрашивает гуань шань и хмурит брови, будто хэ тянь должна была её увидеть, - то, что ты восемь лет училась в музыкальной школе ещё ничего не значит. хэ тянь оставляет вопрос без ответа и продолжает сидеть на пояснице, иногда поднимая кромку спортивных шорт. чувствуя, что игра начинает надоедать, решает перевести ситуацию в более спокойное русло и ведёт ладонью по спине, слегка надавливая. - как тебе идея массажа? - произносит любовно. ей до сих пор не нравилось, что предлагая финансовую помощь, она получает отказ от своей самостоятельной и упрямой девушки, результатом чего всегда является невыносимая усталость. мо гуань шань неопределенно хмыкает, не выражая никакого сопротивления, но так, что и явного согласия тоже. хотя, хэ тянь всегда была своевольной и порой делала все, что ей захочется. темноволосая начинает нежно поглаживать кожу, покрывающуюся мурашками из-за контраста тёплых пальцев и прохладного воздуха в комнате. ведёт руками в разные стороны, постепенно переходя на бока, зная, что эти участки кожи особенно чувствительны. раздаётся небольшой смешок, и хэ тянь бросает вгляд на ласковую улыбку гуань шань, воспринимает сигнал по своему: движения начинают принимать тяжёлый характер, делая воздух гуще и томнее. с нижней части боков поднимается до части груди, не прижатой к жёсткой ткани пододеяльника, поглаживает тыльной стороной указательных пальцев. мо гуань шань никогда не нужно было много времени, чтобы возбудиться: темпераментная и импульсивная, сейчас тяжело дышала и уткнулась головой в подушку: так легче скрыть горящие щеки. хэ тянь ощущает каждым рецептором, что атмосфера резко сменилась, кладёт одну ладонь на затылок, наматывая пряди волос на палец нежно, без лишних болезненных движений. уже чувствует себя разгоряченной, в отличие от мо гуань шань, её кожу не охлаждает воздух в комнате, ведь она полностью одета. - уверена, что мне нравится, когда ты скрываешь от меня свой привлекательный румянец? - достаточно изучив поведение своей девушки в подобных ситуациях, хэ тянь знает, что заставить хоть немного открыться и отстраниться от стеснения можно только с помощью небольшой провокации. мо гуань шань, как всегда, ведется: резко вскидывает голову и насколько позволяет вес на её бёдрах, переворачивается, так, что её запястья ловят в кольца чужих пальцев, верхняя часть тела полностью открыта, и яростный блеск в глазах натыкается на хищный. запал сразу угасает, ведь она поняла, что снова попалась в ловушку и раздражённо цыкает. - ты как всегда, солнце, - хэ тянь непринуждённо поглаживает запястья, постепенно переходит на чувствительную кожу рук, ту, что выше. - я перестану вестись тогда, когда ты перестанешь меня провоцировать. - никогда не смогу отказаться от этого, ты невероятно очаровательна в своём раздражении. мо гуань шань давно приняла свое поражение и теперь смотрит на свободную черную рубашку хэ тянь, будто планируя резко вскочить и расстегнуть её окончательно, ведь её девушка, несомненно ходила так весь день, не застегивая парочку верхних пуговиц и заставляя всех прохожих смотреть на её неотразимость. удивительно, но провокации на ревность с ней не работали, она знала, что хэ тянь, хоть и та ещё выпендрежница, но не поступит подло, предав партнёрку. сглотнув вязкий ком слюны, мо гуань шань все же освободилась от оков и протянула руки вверх, хватая воротник, который, скорее всего, будет безнадёжно испорчен, и потянула хэ тянь вниз. - сегодня ты груба, - нарочито опечаленно протянула хэ тянь, выпячивая губу, но вся эта фальшь держалась лишь на честном слове: она достаточно возбуждена, чтобы положить свои руки в таком положении мо гуань шань на бедра, слегка их сжав. - заткнись, - грубо, но лишь для того, чтобы скрыть накатывающее смущение и лёгкий стыд за несдержанность. мо гуань шань берет пуговицы, иногда ловко, иногда запутываясь, расстегивает их и с удивлением обнаруживает то, что под рубашкой лишь нагое тело, легко усмехается, догадываясь, что хэ тянь как всегда все продумала наперед. обе тяжело дышат, так и застыв в положении: сверлят друг друга возбужденными взглядами. первой отмирает хэ тянь и впивается в чужие губы, грубо покусывая и сразу зализывая языком укушенные места. мо гуань шань сбита резким напором, но это ненадолго: спустя мгновение она так же пылко отвечает. хэ тянь не теряя времени, отклоняется назад, заставляя партнёрку двинуться следом, начинает гладить выпирающие позвонки спины. мо гуань шань почти задыхается. темноволосая перестаёт целоваться, вырвав негромкий скулёж протеста. опускается чуть ниже и глубоко вдыхает остатки мыльного запаха с шеи: гуань шань никогда не любила парфюм. сначала едва прикасается губами к коже, затем резко втягивает в рот, оставляя краснеющий след. мо гуань шань не остаётся в долгу и небрежно скидывает висящую на плечах рубашку: теперь они в равной степени обнаженности. одну руку кладёт на затылок хэ тянь, намереваясь потянуть за волосы, но прежде, она выкручивает сосок пальцами второй руки, дожидаясь, пока хэ тянь протяжно застонет в её шею. все случилось так, как она и планировала: голова запрокинута, изгибы её шеи видны, рот приоткрыт. гуань шань наклоняется и дерзко выдает: - не одна ты великий стратег. ответом ей служит завилистый смех, оставляя небольшую обиду на подкорке сознания: - солнце, тебе учиться и учиться. хэ тянь перехватывает чужую руку, целует ребро ладони, затем приятно кусая её ребро, все время смотря потемневшим взглядом на свою девушку. пока её снова не отвлекли от важного занятия она опускается ниже, целует впадинку между грудью, перемещается чуть влево и вбирает моментально затвердевший сосок в рот. гуань шань всегда стеснялась издавать громкие звуки в постели, поэтому, что отвлечься, крепко сжимает волосы на чужом затылке, снова. хэ тянь шикает и все же добивается тихого хныканья, усладу для своих ушей. она не выдерживает и начинает ритмично тереться о чужие бедра, через тонкую ткань шорт проходят импульсы удовольствия. хэ тянь недовольна: её узкие джинсы хоть и сжимают для минимальной стимуляции, но этого недостаточно. поэтому она приподнимается, расстегивает дрожащими руками пуговицу и почти плачет, что ей приходится привстать для того, чтобы стянуть джинсы. мо гуань шань была в высшей степени завороженна и смотрела, как изящно в своей торопливости двигается хэ тянь, ей нравится в ней абсолютно все, хоть и путь к этой почти одержимости был тернист и печален. наконец, избавившись от штанов, хэ тянь остаётся в одном нижнем белье. для неё всегда удовольствие своей партнёрки было важнее собственного, но сегодня мо гуань шань решила прикончить ее, кладя свои пальцы на ее промежность, начиная быстро ими двигать сквозь нижнее белье. она сгибается под напором сумасшедшего удовольствия, зажмуривая глаза, глубоко стонет и, вот, для чего она готова жить, думает гуань шань. хэ тянь правда пытается собраться с мыслями и доставить удовольствие своей девушке тоже, но она слишком давно не ощущала её прикосновений, поэтому эгоистично позволяет себе насладиться всем, что ей дают эти потрясающие пальцы. рыжеволосая чувствует, как хэ тянь достигает своего предела: сгибается ещё сильнее, уткнувшись лбом ей в плечо и особенно чувственно стонет. убирает пальцы и поднимая обеими руками её голову нежно целует, встречаясь языком с чужим. хэ тянь хочет заставить гуань шань кричать, поэтому прерывает поцелуй и резко приподнимается, хватая девушку за лодыжки и чуть двигая ближе к себе. медленно, насколько ей позволяет собственное состояние, ведёт руками выше, так, что внутренняя часть бедра заметно покрывается мурашками. берет с двух сторон края нижнего белья вместе с шортами и нежно их стягивает, видя тянущуюся нить естественной смазки. глаза загораются, она хочет доставить удовольствие. хэ тянь пристраивается между ног, принимая полулежачее положение, закидывая чужие бедра себе на плечи. целует кожу внутренней стороны, прикусывая, затем зализывая и поднимается все выше. пока, наконец, её язык не чувствует вкус смазки. широкие движения доводят мо гуань шань до крика, как она и хотела. хэ тянь ждёт пока она хотя бы отдышится и, стирая пальцем следы с губ, ложится рядом. мо гуань шань выжата, поэтому обняв свою обнаженную девушку, кладёт голову на подушку и моментально засыпает. хэ тянь смотрит на её веснушки в рассветном полумраке.