Звёздные лилии

      Тоска безудержно наполняла осенние деньки. Лето убегало всё дальше, забирая с собой дуновение тёплых ветров и уже поблёклые воспоминания. Октябрь, не менее солнечный, но такой печальный, ступал по улицам; осыпал листья на дороги, не щадя людские сердца.       Дни были наполнены рутиной, но не той, что неприятно жгла горло по утрам, а совершенно другой. Райдэн порой и сама удивлялась, что учебные дни могут идти не в тягость. И ей было жутко неприятно осознавать, что до этого дни её были наполнены праздной и весьма необоснованной тоской. Но что до этого… Больше всего в ступор её вводила Яэ Мико. И работа в библиотеке скорее будоражила мысли и сознание, а не приводила в должное спокойствие и умиротворение. Или это всё личная склонность и непрочная душевная привязанность, которую, впрочем, тоже можно было считать необоснованной?       Тишину пустых коридоров нарушало эхо шагов. Наблюдая за неровным жёлтым светом старых ламп, Эи двигалась в сторону библиотеки. Её сердце учащённо билось где-то в горле; но на душе не было тоски и тяжести осенних дней. Сердце опустело, да и с какой лёгкостью! Эи не верится, что глубоко в душе она надеется на перемены. Тусклый огонёк теплится, источая слабый свет надежды.       В библиотеке витал аромат ягод и цветов. Эи подумалось, что она оказалось в цветочном поле, а в руках — горсть жимолости. Яэ Мико забавная! Её не было на рабочем месте, но из глубин стеллажей раздавалась тихая мелодия, которую напевала Яэ. Райдэн с удивлением всматривалась в полки книг.       — Привет, Эи, — раздался шум каблуков и радостный выдох. — Влилась в рабочий процесс?       — Можно и так сказать, — Райдэн потянулась к сумке. — А ещё нужна твоя подпись, классная попросила, — листок с шорохом опустился на стол.       — Вот так! С порога! — Мико хмыкнула, а затем улыбнулась. — Хоть что-то новенькое среди этих полок. Подпись… А то здесь хотят личности до ужаса важные, поднимающие свои носы да подбородки так высоко, что становится не по себе. И они всё говорят о тяжестях жизни, времени, которое так стремительно утекает и прочем…       Мико расписалась, откинув ручку в сторону. Райдэн с интересом наблюдала за ней, вслушиваясь в слова. Глаза Яэ заблестели, но она лишь всплеснула руками, будто сдаваясь в этой борьбе пустых слов.       — В жизни есть блеск,— воодушевленно начинала Яэ Мико. — И кровь, и огонь, и цвет! В жизни есть столько вещей, а люди говорят об одном. Времена года сменяют друг друга. И скоро придёт зима, такая пустая зима! Она окутает нас своей белой смертью-скатертью, погружая в непробудный сон. А те всё будут жаловаться и говорить о своём!       Эи подумалось, что она могла слушать эти речи вечно. Блестящие глаза Яэ Мико отразились в полутьме, словно огоньки. Огоньки домиков для заблудшего в лесной глуши. Эи хотелось идти за ней, ухватиться и не отпускать. По телу разливалась сладостная нега, и Райдэн подалась вперёд.       Она обхватила Мико за плечи, не отводя взгляд. Яэ замерла. Чувства внутри Райдэн бурлили так сильно, что ей было сложно совладать с ними; конечности не слушались, а поток мыслей превратился в бессвязный комок из нитей. Она хотела сказать так много вещей, таких важных, стоящих, всепоглощающих. Поделиться хоть с кем-то, выразить свою точку зрения.       Но больше всего ей хотелось ласкать своим взглядом её нежные губы, глаза и светлые локоны. Эи очень хотела прикоснуться к её бархатной коже, почувствовать текстуру под своими пальцами, возможно закрыть глаза или даже обвить руки вокруг её шеи… Это молчаливое понимание было дороже слов. Казалось, они говорили, говорили, соглашаясь и кивая, хотя в библиотеке стояла полная тишина.       — Прислушайся к звукам природы… — сбивчивое дыхание нарушило тишину. Мико с удивлением поглядывала на тёмноволосую. — Почему бы этому всему не придать смысл самим?       От тепла тел стало жарко; Эи всё также держала подругу за плечи, боясь, что её лучик света ускользнет, словно солнечный зайчик. Ей не хотелось вновь погружаться во тьму осенних дней. Не хотелось погружаться в собственную тьму. В свои бессвязные мысли и речи безумца непроглядной ночью, в свои карикатуры чувств. Эи здесь и сейчас; и сейчас она чувствует её ягодный парфюм и неровное дыхание; чувствует тепло её тела. Разве нельзя запечатлеть это навсегда?       — Я… — Эи сглотнула. — Я полностью согласна с тобой…       Мико резко прижалась к Эи. Райдэн задержала дыхание, не в силах осознать происходящее. Небывалая лёгкость заполнила грудную клетку и разум. Мысли остановились, а чувства запылали с новой силой. Райдэн ощущала её руки в волосах; её дыхание.       Она никогда не испытывала подобное. Сердце не щемило от серой тоски дня, оно трепетало, наливаясь новыми красками. Эта жизнь теперь не казалась маленьким адом; здесь оживились луга с красивыми цветами, преобразились листочки на деревьях, воздух стал чище.       — Мико, знаешь… — слова рвались наружу, но Эи молчала, тяжело вздыхая.       О, эта сладость на губах! Да, Мико, точно знает. Эи сначала не поняла, почему лёгкость сменилась вспышками эйфории, а затем почувствовала чужие губы. И вдруг ей стало так неловко от того, что она никогда не не целовалась! Но Мико так уверенно вела этот поцелуй, что чувства приглушили сомнения.       Эи впустила пальцы в розовые локоны. У Яэ самые лучшие волосы на свете! Такие мягкие, невесомые и до ужаса приятные на ощупь. Яэ не стеснялась и спускала руки всё ниже, по спине, но всё равно возвращалась к щекам, большим пальцем проводя линию по скуле. Она осыпала лицо Райдэн лёгкими поцелуями.       Эи заметно покраснела, поджимая губы. Ведь та вовсе не ожидала подобного! Не ожидала… Да даже мечтать о таком не могла, ведь её мечты ограничивались чем-то светлым и горящим, мелькающим беспрерывно в её сознании.       — Всё нормально? — Мико чуть испуганно взглянула на Эи. — Или мне стоит остановиться?       Эи мотнула головой. Она не могла оторвать глаз от её лица, следя за блестящими глазами и свежим румянцем, что приятно оттеняло лицо. Мико выдохнула, улыбнувшись так нежно и так лучезарно! Эи и большего желать не могла!       Под кожу въелось чувство, что она этого была не достойна. Прокрались мысли не совсем пристойного содержания. О, Эи, что с тобой сделалось! Ведь раньше тревожные мысли не касались темы любви, такой трепетной и хрупкой. А сейчас она целуется с Мико, которую вовсе и не знает. Они разделили много моментов в библиотеке с середины сентября, но этим знакомство и ограничилось. Но эти пламенные речи!       — Думаю, нам стоит заварить чай, — неловко улыбнулась Яэ Мико. — Что ты чувствуешь сейчас, Эи?       — Ну, что-то приятное, — Мико застала ту врасплох. Вернувшись с чайником, Мико с удивлением подняла брови. — Что-то очень приятное. Такого я никогда не чувствовала.       — Всё хорошо, я не пытаюсь выманить у тебя сочинение о собственных чувствах, — Мико вздохнула.       Этого Эи и боялась. Она вздохнула так разочарованно, будто ответ показался скудным и недостаточным для такого момента. Она боялась, что облажается, сказав лишнего, и поэтому не говорила много. Но оказалось, что и от этого становилось хуже.       — Поверь, я хочу сказать так много, но, — последовал всплеск руками. — Боюсь, что ты не захочешь слушать мой неугомонный поток речей.       — Но ведь это не так, — нахмурилась Мико. — Ты ведь выслушала меня про жизнь. Почему я не могу делать того же?       Мико со звоном расставляла чашки на блюдца. Её личико было таким светлым, что хотелось безоговорочно поверить её словам. Хотелось думать, что всё это правда, а не тягостный сон, после которого ты проснёшься в холодном поту.       Эи глубоко вздохнула, пытаясь устаканить собственные мысли. Хотелось хорошенько хлопнуть себя по лбу. Эти чувства и эмоции казались ей неуместными, ведь до этого всё складывалось так хорошо. В голове пронеслись воспоминания: урок химии, библиотека, сигареты, опять библиотека, её тонкие перчатки, библиотека... Всё это необъяснимо тянуло и не оставляло иного выхода. Теперь отвязаться просто так не получится.       Райдэн со всей своей храбростью посмотрела в глаза Мико, улыбнувшись так душевно, что Яэ кинула удивлённый взгляд.