Очередная студенческая au

Утро, довольно раннее. Хёнджин проснулся от приступа тошноты, сразу и не сообразил что происходит и где он вообще. Увидев Минхо слёзы сами навернулись на глаза. "Бежать" - всё о чём думал Хван, быстро, но всё же тихо выбираясь из кровати. Его вещи оказались на том же диване, где он вчера их и оставил. Всё же не сдержав нервного порыва, парень метнулся в туалет, вытошнив. Тело совсем не слушалось, слабость, чуть ли не судороги, но всё же страх, что Ли проснётся заставил Хвана по-быстрому переодеться и вызвать такси, которое, на удивление для субботнего утра приехало быстро. Минхо проснулся лишь от громкого хлопка входной двери, которую младший, торопясь, захлопнул со всей силы. Протерев глаза, Ли вздохнул, он не надеялся, что Хёнджин останется с ним, но всё же было обидно, хотелось извиниться и поговорить, пусть это и мало чем помогло бы. Хван стоял на пороге квартиры, стуча в дверь, чуть ли не сползая по ней же. Чанбин ещё спал, но как только проснулся и понял, что только один человек может ломиться в дверь, побежал её открывать. Хёнджин сразу же обнял друга, чуть ли не сбивая с ног. Со не понимал пока что ничего, поэтому просто обнял младшего в ответ, закрывая за ним дверь. Конечно же он переживал, но думал, что Хван просто пошёл в бар и остался ночевать у кого-то из одногрупников, потому что такие случаи участились, но никак не мог предположить то что сейчас услышит. - Кажется меня изнасиловали. - дрожащим голосом сообщил Хёнджин. Чанбин отвёл парня в его комнату, усадив на кровать, сел перед ним на корточки, крепко взяв за руки. - Кто это сделал? - Минхо, я сам виноват, что пошёл с ним, я виноват, что позволил этому случится. Хван не успокаивался совсем, пришло осознание, пришло всё то, чем вчера он пренебрег. До сих пор было страшно, пусть он и был дома и рядом с ним был Со, в котором, несмотря на его ориентацию, сейчас Хёнджин был уверен на все сто. Единственный, кому он решил рассказать. - Не говори такого, виноват он и только он, ты можешь рассказать что конкретно было? Очень рвано, но всё же блондин смог восстановить вчерашний вечер, иногда останавливаясь, чтобы вытереть непрекращающиеся слёзы. Чанбин сел рядом, крепко обняв друга, когда тот закончил. - Ты не виноват, Джинни, прошу, просто успокойся, ладно, я тут, я никуда не уйду, можешь попросить меня о чём угодно, хочешь поговорю с ним? Или заявление на него напишем? - Спасибо. Хёнджин как можно ближе прижался к Со, уже даже не плача, просто хватая грудью воздух, издавая не самые приятные звуки. Чанбин не жалуясь, просто гладил Хвана по спине, слегка покачивая из стороны в сторону, понимал, что его друг переживает наяву самый его ужасный кошмар. Спустя минут десять, Хван смог отпустить парня, позволив тому отлучится, чтобы сделать еду и заварить успокаивающий травяной чай. Сколько времени уйдёт на восстановление парня неизвестно, что сказать той девушке за которой он ухаживал всё это время и как, Со взял на себя половину тревожащих младшего мыслей, будто забрал, пока они обнимались. Возвращаясь в комнату с небольшим подносом, Чанбин остановился в коридоре, подумав несколько секунд, парень всё же взял с полки запечатанную упаковку сигарет, положив их рядом с тарелкой лапши. За время, пока старший готовил, Хёнджин до конца успокоился, укутавшись в одеяло. Во вторник была пара по высшей математике, но он уже знал, что не пойдёт на неё, как в принципе ближайшую неделю в универ, хотелось отдохнуть. - Джинни, твоя любимая лапша, надеюсь ты покушаешь? -Я не знаю, меня утром тошнило. - слабым голосом ответил Хван, принимая полусидячее положение. - Давай хоть немного, а то будешь как обычно потом ещё месяц голодать. Хёнджин кивнул, слегка улыбаясь, глядя как Чанбин дует на горячую лапшу и уже подносит её ко рту младшего. Парень не стал противиться, съел всё предложенное другом, который, к слову, готовил очень вкусно. В голове было пусто, лишь тело болело. Минхо сидел на диване, потягивая пиво. Он не завтракал, не хотелось. Сидел он так, пока не раздался звонок в дверь. Открыв её, первое что почувствовал Ли - жгучую боль в районе щеки. - Ты подонок, Минхо. - сказал Сынмин, как раз давший звонкую пощёчину другу. - Каким был таким и остался, и это должен был сделать Хёнджин. Ли виновато смотрел в пол, потирая больное место. Заслужил. - И я друг такого мерзавца, поэтому я тут. Ким переступил через порог, закрывая за собой дверь. Первым делом он открыл форточку на кухне, чтобы проветрить квартиру, свежий воздух всегда помогает. Минхо за это время лишь сел обратно на диван, возвращаясь к пиву. Ли влюбился, действительно влюбился, но думал лишь о себе. Да, вчера он не имел плана сделать этого, так просто сложилось, этим парень себя успокаивал и оправдывал. - В холодильнике как всегда ничего. - недовольно бурчал младший где-то на кухне. - Хо, давай долго не загоняйся, всё, ты всё упустил. - Херовая поддержка. - нахмурился парень, сжимая алюминиевую банку. - А я и не пытаюсь поддержать, ты поступил ужасно, хочу что б ты побыстрее принял это. - Блять, да если б я не сделал этого, мне бы даже не дали шанс. - Минхо, успокойся. - Ким вышел в гостиную, смотря на друга, всеми силами пытаясь скрыть страх того что банка полетит в него. - Какой нахрен шанс, ты не имел никакого права так поступать, тем более со своим студентом, на первом курсе и перед сессией. - Я его люблю. -Поэтому решил добить? Сам ходил ныл мне, что он подавленный ходит, что тебе хочется о нём позаботиться, а что в итоге? - А в итоге я позаботился о себе, что плохого? Ли был на грани, чтобы лишиться и лучшего друга, таков уж механизм защиты, отогнать всех от себя, благо Сынмин уже привык. - Послушай, не пей больше, я заварю тебе чай и начни опять принимать успокоительные. - Прости. Ким лишь вздохнул, подходя к Минхо, осторожно обнимая. Старший был не тем, кто нуждался в тактильности, и не сказать, что это помогало, как некоторым, но сейчас, это было лучшим выходом. - Я понимаю, Хо, я правда понимаю, просто постарайся забыть, он не простит, никто бы на его месте не простил. Сынмин прекрасно знал какими надеждами себя тешит Ли и как трудно ему принимать то что в который раз он оплашался на любовном фронте. - Хочу лишь извиниться перед ним. - Ты уже наизвинялся. Парни стояли в обнимку, Ким поглаживал спину старшего, стараясь не дать ему провалиться в бездну переживаний целиком. А Минхо надеялся, что у него ещё будет шанс, хоть основные работы и сданы и у Хёнджина есть все возможности больше не появляться на занятиях. Вечер. За окном уже голые деревья, ничего красочного, да к тому же и холодно так, что даже в квартире приходилось ходить в тёплой одежде. Хёнджин весь день в основном проспал, иногда вскакивая от кошмаров. Со всё это время лежал рядом как раз для того, чтобы успокаивать младшего, обнимая, иногда прикуривая сигарету, потому что руки Хвана настолько сильно тряслись, что давать ему зажигалку было не лучшей идеей. Когда блондин выспался, он не знал чем себя занять, поэтому просто ходил по комнате. Не хотелось ни с кем говорить, в принципе открывать интернет, хорошей идеей было порисовать, но материалов для этого не было. - Сходим завтра в магазин? - тихо спросил Хван, даже этим напугав Чанбина, привыкшему к тишине. - Без проблем, Джинни, может хочешь поесть? - Нет, хочу принять ванну. Чанбин кивнул, отложив ноутбук, также вылезая из постели, потому что сам он уже проголодался. - Без проблем, за деньги не переживай. Тёплая вода. Перед Хёнджином его собственные руки, на бёдрах царапины, в мутном отражении видны засосы на шее и на груди. И сколько бы геля Хван не тратил, сколько бы раз не перенабирал воду, тёр тело губкой, никак, оно оставалось грязным. Пусто, ничего не осталось внутри, только эта омерзительная оболочка, которую нужно кормить, мыть, следить за ней, перемещать. Что с ним сделали? Это не просто физическое насилие, казалось с ним справиться намного проще. Но что же вызывает и такое моральное истязание. Он жертва, речи быть и не может, просто обвинить Минхо и всё. Но он не мог этого сделать, он не понимал, как можно разбить человека, которого говоришь что любишь, как можно поступить так? Выйдя примерно через час, Хёнджин направился в свою комнату, ложась на кровать, рядом с Чанбином, который успел уже приготовить еду и поесть. - Как ты? Мы можем поговорить? - довольно серьёзно спросил Со. - О чём? - интонация младшего была такой безжизненной, что аж пугала. - Давай напишем заявление или хотя бы доложим администрации. Что-то шелохнулось внутри. - Нет, не хочу чтобы у него были проблемы из-за меня. - А он хотел, чтобы у тебя были проблемы, сейчас небось сидит и радуется, что сделал это и не чувствует ни капельки вины, пусть хоть работу потеряет, а в лучшем случае срок получит. "Минхо переживает, очень переживает, просто не любит показывать это, уверен, он боялся так же как и я" - думал Хёнджин, не заметив, как обнял друга за руку. - Джинни, тебя никто не осудит, даже наоборот, все станут на твою сторону. - Со предположил переживания блондина. - Давай просто не будем этого делать, сломанная жизнь другого человека мне никак не поможет. Слишком добрый, и так всегда. Парни дружили чуть ли не с самого детства и всегда было так, Чанбин защищал уж слишком мягкого Хёнджина, который просто хотел, чтобы у всех всё было хорошо. И сейчас, Хван только и думает о комфорте других, может от этого и ничего не чувствует, не может позаботиться ни о других, ни о себе. - Может встретишься с Вонён? - предложил Бин, в надежде, что встреча с девушкой как-то порадует друга. - Я не хочу, чувствую что если начну с ней встречаться, то поступлю также как со мной. - Хорошо, но ей стоит тогда рассказать, а не просто пропасть, тоже некрасиво. - младший, соглашаясь, кивнул, вновь закрывая глаза. - Завтра в магазин? Ответа не последовало, Хёнджин опять уснул, крепко обнимая руку Чанбина.