Алекситимия

Если бы у Такемичи спросили бы, что самое ненавистное в его жизни он ответил — бои на деньги. Он с детства не выражает эмоций, когда все смеются он не понимает почему они смеются. Это и называется — Алекситимия. Может его просто не научили выражать эмоций? Отец ушёл сразу, как узнал про это. Мать работает в месячных командировках. Она очень редко бывает дома. Ханагаки старается не доставлять ей проблем своими оценками или своим поведением. Вернëмся к боям. Он стал их участником после того, как вступился за одноклассника, за Такую Ямамото. Он бросил вызов Киëмасе, чтоб прикрыть болезненного и физически слабого парня. Хотя он с Мичи были на одном уровне по физическим способностям. — Ну всё ты достал, несите биту, — толпа стихла. Никто не торопился нести биту. Киëмаса бесится из-за Такемичи, который прижался у нему с такой силой, что ему одному не отлепить от себя, — я что не ясно сказал? — он отталкивает голубоглазого, тот падает. Киëмаса поворачивает голову к своим подчинëнным. — Ты организатор боя? — спросил коротышка так его про себя назвал Ханагаке. Киëмаса опустился для поклона и хотел поздороваться как в него прилетает ногой в живот от главы "Токийской свастики". Он пошёл дальше, а громила или бугай повторил удар коротышки. Организатор лежал на земле, он не подавал признаков жизни. Коротышка подошёл ближе к Такемичи и протянул ему руку, чтоб помочь встать. С безразличием принял помощь и встал. — Как тебя зовут? — Такемичи. Такемичи Ханагаке, — спокойной и монотонно сказал брюнет — Такемучи, я - Манджиро Сано. Прогуляемся? — спросил Сано с улыбкой на лице. — Я не против, чтоб ты дошёл со мной до дома, а то сам я не дойду, — он вытер кровь из носа. Все стояли и смотрели на него, как будто за сказанное на лице голубоглазого будет фарш, а не синяки и ссадины. Бугай хотел, что-то сказать, но Манджиро его перебил. — Хорошо. Кенчин, мы пойдëм одни, хорошо? — Бугай кивнул, а Ханагаке ушёл вместе с Сано под руку. ... Они шли мимо речки в тишине. Майки уже не держал Мичи за руку. А последний клевал носом. Видно очень устал за сегодня. Они остановились. — Ты хорошо держался, — нарушил тишину, — я уже думал, что ты заплачешь или начнëшь звать на помощь, но ты был так спокоен. — У меня алекситимия, — тяжело вздохнув сказал Мичи, — мне было больно. Может я чувствовал её (боль) не так сильно, как другие, но чувствовал. — А что алекмия, алемсти, — Сано пытался сказать правильно, но язык его не слушался. — Это когда человек не может чувствовать и выражать все или некоторые эмоции. Я с детства такой,— Сано смотрел на него, как ребёнок,но Такемичи знал, что он хочет сказать, что это круто, — Может для тебя это круто, но для меня это отстой. Я не умею улыбаться или смеяться, грустить или злится. Из-за этого мой отец ушёл, а мать месяцами в командировках, — изливал душу брюнет. Голос был всё такой же спокойным и без эмоциональным. — Такемучи Ханагаке — теперь ты мой друг, — твëрдо заявил Сано, — и я научу тебя улыбаться и любить. Я сделаю тебе счастливым, обещаю, — а чёрных глаз появился огонëк. — Хорошо, делай, как знаешь, — сказал Мичи, но его никто не слушал, потому что внутри Манджиро ликовал над своей маленькой победой. ... Дошли они до дома под истории из жизни Сано. Такемичи тоже задавал вопросы, но их было не так много. — Тебе помочь раны обработать? — с кошачьими глаза спросил блондин. — Как хочешь, — сухо ответил Мичи. — Значит помогу, — улыбнулся чëрноглазый. Они зашли в двухэтажный дом. Разулись и Такемичи пошёл за аптечкой на кухню, а Майки за ним. — Так, — начал командовать глава "Токийской свастики", — садись и расслабься. Я постараюсь не сделать тебе больно. Хозяин дома сел и ждал, когда руки гостя начнут обработку свежих ран. Когда ватка дотронулась до ссадины на щеке, Мичи зажмурился было некомфортно, не особо больно. Пару минут и всё готово. На лице были пластыри, следов от крови не осталось, будто её там и не было. — Сколько сейчас время? — спросил Майки смотря на хозяина дома, который убирал аптечку на место. — 6 часов. Тебе домой надо? — Да нет, у меня собрание через 30 минут и ты идëшь со мной, — поставил его перед фактом Глава "Свастонов". — Собрание? Меня? С собой? Ну ладно если ты так хочешь, — Такемичи хотел быть где угодно, с кем угодно, но не одному дома. Это и так понятно, когда ты остаёшься одни почти всю свою жизнь не хочется упускать шанс побыть в компании. Хоть и знает он этого парня от силы часа 3, ну всё, хватит об этом. — Отлично! ... Такемичи шёл рядом с Манджиро. Он не отходил от него ни на шаг. Если честно он даже не знает, что здесь происходит. Все люди поклонились и сделали своеобразный проход. Почему эти люди в форме? Это что секта? — Слушай, а что это у вас за секта? — тихо сказал Мичи. Будто боялся, что его услышат. — Секта? А нет, просто, — Сано не знал, как объяснить своему новому другу, что здесь происходит, — ну понимаешь сейчас много байкитских банд. — А понял, — такое ощущение, что он либо понял с этого предложение, либо когда он начал спрашивать у Сано и на него были направлены все взгляды этих и ему не по себе от них. — Ты далеко от меня не отходи, а то мало ли, что может случиться. — Ладно? Он подошли ближе к храму. Там их ждали ребята, но как Мичи для себя отметил они выделяются из всей толпы. — Смотрите Манджиро Сано пришёл на 15 раньше положенного. Кого ты там привёл? — спросил кареглазый брюнет и улыбнулся. У него что, клыки? — Знакомьтесь это - Такемучи, — блондин показал в сторону нового друга, а тот начал прожигать в земле дыру. — Манджиро, я Такемичи, не Такемучи, — поправил его Мичи — Задаров, Такемучи, — к нему подошёл бугай, — очень приятно я Кен Рюгджи или Дракен, как тебе угодно, — Дракен видел, как его друг ушёл вместе с ним, а это значило одно: Такемучи понравился Манджиро. — Хей, Такемучи, не надо стесняться, — сказал парень с фиолетовыми волосами, — или ты не рад знакомится с нами? — Стесняться? — спросил без эмоциональный, — Манджиро, а что такое "стесняться"? — Ты дурак? Или ты шутишь? — спросил брюнет приподняв бровь. Из-за этого вопроса Мичи был готов сквозь землю провалиться, но ему не дал его новый знакомый. — Нет, Баджи он не дурак он просто не может чувствовать эмоций, а значит не умеет их выражать, — отвечая за Мичи говорил глава "Токийской Свастики" — Такое вообще возможно? — спросил Дракен. — Да, и моя задача сделать его счастливым. — Ого, Майки, ты впервые построил логическую цепочку, — сказал Баджи. — Такемучи, это теперь твои новые друзья, — говорил Сано показывая на своих друзей, — они тоже будут мне помогать делать тебя счастливым.