Моё электричество.

«Я тебе, взамен могильных роз. Взамен кадильного куренья; Ты так сурово жил и до конца донес Великолепное презренье».       Лёгкий запах мыла и тихое мурчание кота наполняли комнату, не нарушая сон молодых людей. Однако, почувствовав холод, Драко проснулся раньше. Он оглядел Гермиону, которая зажала одеяло между ног и сладко сопела, утыкаясь лбом в плечо. Аккуратно погладив чужие волосы, он стал подниматься с места. Охранять сон гриффиндорки — довольно необычное занятие, но оно не было ему в тягость. Так Малфой ощущал себя нужным. Его планы мгновенно рушатся, когда девушка хватает за руку и слабо тянет к себе, что-то сонно бормоча.       — Куда это? Сегодня у нас свободное утро, — проговаривает Гермиона чуть хрипловатым голосом, не открывая глаз. Блондин лишь усмехнулся и вернулся на своё место, ощущая лёгкий поцелуй на шее. Грейнджер буквально могла свести с ума одним взглядом или словом, а тут это... Желание воспылало в грудной полости, создавая приятное жжение и заставляя губы скривиться в лёгкую ухмылку.       — И ты решила поваляться? — спрашивает тот, утыкаясь носом в кудри и прикрывая глаза.       — Мы решили! Ну правда, Драко, какой толк в этом утреннем обходе? — бурчит темноволосая, отпуская руку. Это вызывает лёгкий смешок, ибо слышать подобное от девушки было экзотикой. Сама Гермиона Грейнджер только что одобрила нарушение правил? Или ему показалось? Мир явно перевернулся.       — А если я захочу тебя соблазнить? — уточняет Малфой и, оглядывая чужое лицо, тянется, оставляя невесомый поцелуй на щеке. Девушка вдруг широко улыбнулась и наконец посмотрела на него, чуть играя бровями.       — Тогда тебе придётся жениться на мне, — вдруг выдает та. Малфой лишь почувствовал себя увереннее. Жениться? Это было предложением или предлогом?       Приблизившись вплотную к девушке, он прошептал ей на ухо с хитрой улыбкой:       — Я не против.       Давно ли тот стал так просто раскидываться этим «Не против»? Блондин пытался отыскать начало этой нити в закоулках разума. В какой именно момент он настолько раскрыл границы своей души, что теперь готов пойти на многое ради этой улыбки? Ради этого тёплого взгляда и восторженного писка. Малфой не мог дать точный ответ, но нужно ли?       — Ага, как же. Появится кто-то вроде Дафны, и ты забудешь про меня, — продолжает Гермиона и, чуть приподнимаясь, с серьёзным видом укладывает руку ему на грудь. Эта фраза вдруг резко обожгла холодом, заставляя нахмуриться. Но он продолжал смотреть на девушку.       — Грейнджер... Я всегда выберу тебя, — шепнул тот и поцеловал в висок, укладывая руки на спину. Это признание было чистой истинной: оголённой, прозрачной, без подводных камней. Замечая нахмуренный вид Гермионы, Драко довольно улыбнулся, целуя чужое плечо.       — И даже не смей спорить. Да, после школы я женюсь на тебе, а потом сделаю самой счастливой женщиной на свете, — шепчет парень, поглаживая чужую спину. Ему не было известно, как точно тот попадает в душу девушки, но старания не прошли даром. Гермиона вдруг наклоняется и, щекоча чужие щеки волосами, оставляет мягкий поцелуй на его губах.       — Ты уже сделал меня чуть счастливее, Малфой, — шепнула та, и он замер. Взгляд скользит по её губам, где в этот момент была усмешка, а затем по изящным плечам и рукам. Он не сдерживается и мягко укладывает руку на чужую шею, притягивая ближе к себе и целуя девичьи губы. Вторую руку тот укладывает на спину и запускает под майку, невесомо поглаживая и слушая дыхание. Это мгновение тут же заставило сердце наполниться наслаждением, растекающимся по сосудам.       — Подожди... — тихо шепнула Гермиона, отрываясь от парня и смотря прямо в чужие глаза. Блондин вскинул брови, не понимая, чего та хочет, но вместо какого-либо ответа темноволосая лихо садится на бедра, спускаясь за новой порцией поцелуев.       — Удобно? — с усмешкой уточняет парень, возвращая руки на спину и углубляя поцелуй. Руки оглаживают тело гриффиндорки и, опускаясь на ягодицы, сжимают их. Парень чуть поддался вперёд бёдрами. Возбуждение накрыло постепенно, но мысли убежали довольно быстро. Как вообще можно трезво думать, если Грейнджер сидит сверху?       — Твоё лицо удобнее, — отвечает темноволосая, смотря на того с вызовом. И откуда взялась эта сторона натуры? На эти слова тот лишь запускает руки под ткань пижамных штанов, сжимая её седалище. Но Драко решает поиграть, понимая, что заставлять смущаться Гермиону Грейнджер — прекрасный квест.       — Как-то неубедительно... Может, попробуешь ещё? — усмехается парень, сжимая мягкую плоть чуть сильнее. Гермиона краснеет. Пальцы прекрасно охлаждали её кожу, что вызывало ещё большее желание.       — Я хочу сесть тебе на лицо. Можно? — преодолевая стыд, произносит наконец-то девушка чуть дрожащим голосом, и Малфой тут же восторженно улыбнулся, прижимая ту к себе ближе. Её запах и без того действовал словно афродизиак, а столь славные слова и вовсе заставили забыть, как дышать. Он оставляет мягкий поцелуй на ключице, продолжая любоваться румянцем.       — И вправду попросила. — Шепнул тот и чуть приподнялся, снимая с себя кудрявую и стягивая футболку. Взгляд девушки прошёлся по его телу, и Драко прекрасно видел это. В ванной старост они стеснялись друг друга, но не сейчас... Блондин в свою очередь тянется к ней, помогая стянуть брюки. Он внимательно разглядывал её интимное место. Но Гермиона тут же, краснея, стыдливо прикрылась подушкой.       — Если ты не готова, мы можем остановиться, — вкрадчиво шепчет Драко, смотря в её глаза и мягко улыбаясь. К чему он стремился по отношению к ней, так это к тому, чтобы не оставлять новые травмы. Малфой хотел проявить максимум заботы и понимания, дабы не подвести её.       — Я просто немного стесняюсь. Самую малость.       Наконец, находя в себе силы, она отложила подушку и следом стянула футболку, оставаясь голой. Взгляд парня тут же смягчился, а на лице появилась озорная улыбка, которая скрывала в себе восхищение. Осторожно протягивая руку, она скользит от живота до груди. Томный вздох гриффиндорки не остался проигнорированным. Блондин закусил губу и, мягко наклонясь, поцеловал её ключицу.       — Фантазии врут, — шепнул тот и провёл кончиком носа по её коже. Её сбившееся дыхание сводило его с ума.       Блондин укладывается на спину и, чуть поправив подушку, внимательно смотрит на неё:       — Иди сюда, Грейнджер, — с хитрой ухмылкой шепнул тот, протягивая руку и помогая ей встать. Вид обнаженной львиной принцессы заставил затаить дыхание. Кудри как никогда казались чёртовым облаком. Парень был готов поклоняться, лишь бы наблюдать это вечно. Девушка опускается и, аккуратно перекинув ногу, упирается руками в спинку кровати, стараясь не быть слишком шумной.       — У тебя когда-нибудь было подобное? — спрашивает девушка и, борясь со смущением, опускает на того взгляд.       — Нет. Я не делал этого ранее. Это вообще мой первый опыт, — спокойно признается аристократ, проведя пальцами по внутренней стороне бедра. Решив поиграть, он потянулся и поцеловал её ниже.       — У меня тоже, — кусая губы, выдыхает девушка и сжимает от волнения спинку.       Нашёл особенно чувствительную часть и решил побаловаться? Но вместо ответа блондин уверенно укладывает руки на бёдра и проводит языком между складок, заставляя девушку, чуть изогнувшись, застонать. Эта реакция лишь сильнее заставила восхититься, и парень, находя головку клитора, начал двигаться более уверенно. Солоноватый вкус оседает на языке, заставляя желать Грейнджер сильнее и сильнее. Однако, сейчас это было не к спеху, и блондин продолжал свои ласки, слушая томные вздохи. Пробравшись ближе, он, не останавливая своё поклонение, начинает двигать языком более активно. Очередной стон. Он заставляет его ускориться, скользя по влаге, которая смешалась с его собственной. Драко не останавливается, стараясь подарить максимум удовольствия.       — Продолжай...       Откинув голову назад, она прикрывает глаза и начинает двигаться увереннее. Драко, касаясь кончиком языка заветной горошины, делает вакуум, дабы доставить как можно больше удовольствия. Стон распространился по всей комнате. Темноволосая, тяжело дыша, уткнулась головой в спинку. Тело пробила мелкая дрожь, а внизу живота разливалось тепло, которое проникало в каждую часть тела. Малфой осторожно целует бедро и гладит по животу, давая той отдышаться.       — Как тебе? — уточняет блондин и, помогая той слезть, приподнимается, поправляя свои штаны. Возбуждение никуда не скрыть. Сияющие лицо и румянец были наградой за столь интересный опыт. Он осторожно потянулся к Гермионе и, целуя в уголок губ, провёл носом по щеке, ощущая бархатистость кожи.       — Весьма необычно. — Отвечает кудрявая и, прикрыв глаза, тянется к нему навстречу, целуя в щёку. Нежность буквально струилась между ними, делая каждый взгляд более теплым.       — Значит, ещё повторим, — тихо мурчит Малфой и встаёт с места, начиная одеваться, мельком разглядывая Грейнджер. Он утопает в абсолютной власти, которую та имела по отношению к нему, но ещё не догадывалась об этом.

***

      Ветер активно гнул стволы старых деревьев, что росли на территории поместья, а дождь усиливался, стараясь занять главенствующую позицию в этом бое. Малфой, попивая кофе, лениво оглядывает всё это из окна библиотеки. Сколько он здесь уже провёл? Казалось, вечность, но Гермиона никак не отпускала, читая раз за разом свой текст и накручивая круги по комнате. Он перевел взгляд на девушку, которая вдруг резко остановилась и нахмурилась, сверяясь с текстом.       — Грейнджер, — позвал Драко. Отставив чашку, он слез с подоконника и подошёл к ней. Кудрявая внимательно посмотрела на того, убирая локон со лба. Для Драко сейчас она выглядела довольно забавно, так что тот усмехнулся.       — Кто твой Патронус? — наконец задаёт вопрос и опускается в любимое кресло, чуть вытягивая ноги. Застал врасплох, ибо по выражению лица Гермионы это было очевидно. Наверное, снова обвинит в легкомысленности и заставит повторять речь.       — Выдра, — отвечает гриффиндорка и усаживается на диван, разглядывая лицо собеседника. Ответ покорил Драко, ибо не было привычного сарказма или чего-то подобного, но и расстроил одновременно. Это заклинание никак не поддавалось слизеринцу, напоминая каждый раз о прошлом, которое хотелось забыть.       — А какое воспоминание вызывает его? — уточняет блондин, постукивая пальцами по подлокотнику. И откуда это желание узнать девушку лучше? Откуда это любопытство? Гермиона всё ещё выглядела настороженно.       — Оно из детства. Как-то в мой день рождения мы с родителями пошли в одну кофейню и заказали огромную порцию карамельного мороженого, а потом пошли в парк аттракционов, — поделилась темноволосая, прикрывая глаза и широко улыбаясь. Малфой же в свою очередь отчётливо представил эту картину: двое взрослых ведут за руки кудрявую девчушку, которая наверняка была серьёзной не по годам, рассказывающую в этот момент какой-нибудь научный факт про животных, что увидела в утренней передаче на научном канале.       — А у тебя есть счастливое воспоминание? — голос Грейнджер ворвался в сознание, заставляя сфокусироваться на ней. Он выдыхает. Он не знал что ответить, потому что счастье в этом доме было редкостью.       — Я ещё не решил: победа над Тёмным лордом или работа здесь с тобой, — вдруг весьма серьёзно проговаривает парень, смотря в этот момент на неё. Это было чистейшей правдой, которая вырвалась весьма легко. Врать самому себе иногда просто невыносимо, так что многие вопросы нужно решать по факту. Но эти две грани... Он замечает чужое смущение, которое довольно красочно отразилось на лице.       — Мне не хочется уезжать отсюда, — чуть тише отвечает Гермиона и, сжимая лист сильнее, поджимает губы. Неловкость момента нарушает стук ветвей в окно, и Драко оборачивается на звук, шумно сглатывая. Так вот оно что. Не хочет уезжать?       — Ты можешь остаться здесь и после суда, если хочешь, — пожимает тот плечами и снова смотрит на неё. Почему всё стало лишь сложнее?       — Хорошо. Я подумаю над этим, — кивает Гермиона и возвращает взгляд к тексту, решая пережить это в себе. Парень лишь неловко чешет затылок, пытаясь справиться со смущением...

***

      Драко плетётся по коридору прямо к своей башне, мечтательно улыбаясь. Утро началось просто замечательно, а день прошёл ещё лучше, завершающим этапом было дежурство, которое тот выполнил. Он поднимается по лестнице, произносит пароль и наконец проходит внутрь, улавливая знакомый запах. Сливочное пиво. Оно стояло на столике рядом со взволнованной Гермионой. Она была вся в предвкушении.       — Я просто... В общем, я его сделала сама, так что прошу оценить. Вечер выдался свободным, — довольно сбивчиво проговорила та, протягивая один из стаканов блондину.       — Из твоих рук хоть яд, — подмигнул Малфой и осторожно взял напиток, делая небольшой глоток. Вкус карамели тут же заиграл на языке, но в классическом рецепте этого не было. Кто-то решил поиграть со вкусами? Слизеринец делает ещё один глоток и усаживается рядом, беря её руку. Поднося к своему лицу, он с тёплой улыбкой целует каждую костяшку, не отрывая взгляд.       — Спасибо. Это очень вкусно, Грейнджер, — наконец шёпотом добавляет блондин и, допивая свою порцию, отставляет пустой стакан в сторону. Ему было сложно сопротивляться столь милому жесту, и оставалось лишь бесконечно благодарить, вызывая в чужом сердце фейерверк из разных чувств.       — Что ж, я рада, но, кажется, тебе и мне пора спать, — отвечает темноволосая и, отставив свой стакан, поднимается с места. Сегодня они решили спать в комнате Малфоя, куда и отправились, держась за руки.       У всех ведь есть счастливое воспоминание, не так ли?