Посиделки

Пустословие — то, что так искренне ненавидела Оливия. Точно так же как ложь, лицемерие и гнев. Но пустые слова, пустые обещания, не имеющие абсолютно никакого значения для дающего их человека — ещё хуже. Так же Оливия не любила длинные разговоры о жизни, так сказать, по душам. Не нравилось копаться в себе и объяснять что-то другим. И не просто с каким-то определенным человеком, с которым особо и говорить то не о чем — а со всеми. Оливия вообще много чего не любила. И ничего из этого списка не являлось качеством ее возлюбленного. Хотя, наверное, всезнание ее тоже изрядно подбешивало. Ботану можно было простить многое, просто потому что это Ботан. И Оливия в первый раз любила кого-то всей душой, при этом искренне удивляясь над своим выбором. Они могли сначала послать друг друга на все четыре стороны света, а чуть позже сидеть и разговаривать. Разговаривать о том, как же тяжела и прекрасна жизнь. О звёздах и о том, что же шло по телевизору вчера утром. Любой разговор шел на ура, когда Оливия и Ботан сидели за кружками горячего чая поздним вечером, с балкона наблюдая за мерцающим вечностью небом. — Мне нравится небо, — Стар опустила глаза вниз. — там спокойно. А Ботан кивнул и посмотрел куда-то наверх, словно ища взглядом конец темного облака, уходящего за крышу их дома. Он поражался, что такой человек как Оливия вообще может спокойно рассуждать о чем-то, или любить такие простые вещи как небо, открыто говоря об этом. Поражался раньше, а сейчас для него это стало привычным делом. Каждый вечер приходить на этот балкон, садиться на холодную плитку и думать. Ни разу повисшая в прохладном воздухе тишина не напрягала и не давила. Они размышляли, изредка выдавая что-то из своих мыслей, а иногда заходил разговор. Всех все устраивало. Ни Ботан, ни Оливия, никто ни разу не поднимал эту тему утром, днем и в принципе до того как приходил на этот балкон. Не было вопросов о том, что происходит по вечерам. Почему парень с девушкой такие разные? Какие они в повседневной жизни, и какие они в своих посиделках. Не было слишком много вопросов и не было мало ответов. Разговаривали обо всем, отвечали на все что нужно и всегда. И Оливии действительно нравилось, как и Ботану. Для Стар это были единственные моменты в ее жизни, когда абсолютно все имело смысл. Каждый звук, вдох, выдох, диалог, обстоятельство. И пока что никто не собирался говорить о чувствах, о том что будет с ними дальше. Все может измениться. Изменится, когда это будет нужно, а сейчас им все нравится так как оно и есть. Нет страданий и переживаний из-за неразделённой любви, потому что нет причин для волнения. Пока что оно так, значит так нужно. И более эмоциональный разговор они оставят на потом, когда надоест каждый вечер задумываться о смысле бытия человека.