Владения Шута

На краю света, под утёсом в ущелье где меркнет свет, где не ступала живая душа под каменным пологом синеет голубая листва. Средь могучих стволов сквозь туман снуют забытые души и звери что давно позабыли людскую кровь и утехи, что знают лишь голод и мрак. Куда не проникнет не ветер не солнечный свет под лазурной травой, в корнях столетних дубов и осин, куда стекают озёра и реки. В лабиринт коридоров зарытых дворцов где картинные рамки покрыл серый снег. Не найдёте вы золота иль драгоценных камней что срыли завалы, нет, там просто на просто нет. Да и с чего вы взяли что они там есть? Тот кто построил их не был ни вором и не был лжецом, да и человеком назвать его трудно. Он появился из не отосланных писем, и несказанных слов, из простых надежд, сожалений из не сбывшихся снов. Кто-то величает его богом, посланцем судьбы, колесом, обычной удачей и непогодой. Кто-то и вовсе с ним не знаком но надеется на его снисхождение даже в пургу. А он и не прочь пожать руку судьбе и завести с ней беседу за чашечкой чая. Или кофе? Кто их разберёт? Судьба предпочитает кислый каркаде, и крепкий чёрный кофе с ванилью. Ну а тот тип обычно обходится стаканом воды. Их споры длинны, а от топота сопагов сотрясается земь. Но помочь всем невозможно и обоим это известно. И тогда он возвёл островок меж двумя берегами и с каждого путника берёт обещанье что закончив свой путь добровольно спустит тот паруса. И вырос первый город под стать здешним людям что мечтали забыться под музыку в сладком угаре, придаваться страстям, безнаказанно красть, плясать на столах и играть в карты на скромный выйгрышь под бренчание грязных строк. Не было там ни порядка ни правил лишь пьянящий азарт, скрежет клинков и свистящие пули. Второй город был поднят для тех кто отдаётся мечтам больше и чаще чем жизни вокруг. Там вы не увидите грязно одетых людей или пьяниц. В синих пиджаках там расхаживают мужчины в цилиндрах, и леди в пышных нарядах. Улицы там пусты и безлюдны, люди здесь любят читать сидя в кресле у камина. Эти люди говорят странно, нередко цитатами или целыми абзацами. И вы вряд ли поймёте витьиватость их слога если заведёте с одним беседу. Да вряд ли они хотя бы раз скажут вам правду, врать здесь любят больше чем красочные обложки и почитают лож как искусство нежели парок. Третий город давно скрыли воды что льются с поверхности вниз. Он построен по подобию звёздного свода, хотя его жители утверждают, что это небо бесстыдно крадёт их чертежи. Жители здесь отказались тонуть и научились вдыхать муть воды. Этот город для тех кто готов хранить и дарить мудрости жизни и сказки, оттого и жизни их длинны как циклы небесных светил. Нет для них чужих и своих, все они одной лужи и ила, от того и кличат друг друга роднёй. Нет здесь воинов и драк, и не любят лишь тех кто без спросу сечёт кораблями водную гладь. Город четвёртый возник под горой, что осыпает песком с вершин. Проживают тут люди простые, без злобы и бед. Нет тут коварства лишь улыбки и смех. Чужды здесь преступления и кражи, и не бывает их здесь совсем. Тут каждый знаком и дружен, не бывает здесь сор, есть лишь покой. В людской суете почитается время, каждая песчинка песочных часов. Хоть люди здесь милы и безвредны обижать их нестоит, ведь в песках спит крылатый дракон что плюётся алой жарой и жалеет лишь воду. Этот тип, что создал всё это зовётся Шутом и любимцем судьбы. Обозвал он их особо и просто, по смыслу и воле. Рюмка -восток, Небылица - север, Аквариум - запад и Дюна - юг. Четыре пристанеща тем кто захотел отдохнуть, загладить ошибки и исполнить мечты. Нет здесь ни королей не правителей, не советов не высших, нет здесь и нищих и бедных. Все равны невзирая на имена и мгновенья, на возраст и стать, на богатство и время. Заканчивал Шут благоверные строчки. Не подлежат эти строки суду и огласки, не имеют какого-то смысла и сказки. Нет в них законов, строгих указаний, приказов, и лжи. Пусть живут как хотят, на это их право во всём. И эти слова записал он на желтелых листах точных раза четыре. Разослал в города и исчес. Ни разу не видел и не знался с ним ни кто ни до, ни после прошедших времён. Говорят испорился иль просто ушёл? О нём писались болады песни, ставили пьесы, писали картины и просто шутили. О нём не забыли! И ему это в радость. На этом поставил он точку и пошёл заниматься другими делами.