Я не хочу остаться один.

Первым, что увидел Рей после длительного сна стал яркий свет алого солнца. Мальчик лежал на коленях недвижимого брата, боясь отойти от него и на шаг. Тело Акио было на удивление ни холодным, ни теплым. Лицо юноши стремилось вниз, к полу. А изящные голубые глаза, которыми так гордился Акио, казались обычными пуговицами, небрежно пришитыми к старой кукле. Наконец встав с пола, Рей взял за руку тело брата и попытался поднять. Оно, на удивление, поддалось. Ноги безвольно выпрямились, но тело продолжало неподвижно стоять подобно статуе. Понятно, — подумал Рей — выходит, он способен выполнять только механические движения, и те не без внешнего вмешательства… Переварив случившееся, парень отвел Акио на небольшой, жестковатый диван, а сам принялся доставать еду из старых ящиков. Они были сделаны из не очень то прочного дерева, из-за чего давно начали разваливаться, но Рея это вовсе не волновало. Еда была уже не такой свежей, мягкой и нежной, но на готовку у парня сил не было. Пытаясь собраться с мыслями, дабы начать трапезу, Рей взял пищу в холодные руки, а после машинально отломил от хлеба кусок и вручил его брату. Немое осознание ударило в голову мальчика. Горячие и обжигающие слезы вновь хлынули из опустошенных глаз. И снова они — навязчивые мысли, состоящие лишь из негативных, ужасно болезненных чувств, ожиданий и представлений о будущем заполнили голову Рея. «Случившееся — очевидно, моя вина!.. Я должен был раньше заметить происходящее. Но я, как последний идиот, ничего не понимал. Молодец, Рей.» И снова слёзы. «Моя, моя и только моя вина в том, что Акио не стало! Если бы я просто был чуть ответственнее и внимательнее, то ничего бы не случилось. Я — ничтожество, недостойное жизни. Я ужасен. Погубить жизнь брата, родного брата!» Это и тысячи подобных суждений переполняли Рея всевозможными чувствами. Он не мог, а может, просто не хотел, смириться со случившимся. А потому и безумно винил себя. Так прошли дни, недели, возможно месяца, или, может, года. Мальчик давно потерял счет времени. Бездонные черные круги под глазами становились все более глубокими. Бессонница четко давала о себе знать. Состояние паренька было все более плачевным, а взгляд все более безжизненным. Жизнь Рея была похожа на день сурка, да и цель своего существования мальчик потерял уже слишком давно. Изо дня в день все его действия составляли лишь безответные разговоры с трупом Акио, а в моменты, когда Рей переставал чувствовать собственное тело из за недостатка пищи, он за ручку с братом отправлялся в лес за грибами, ягодами, или другими съедобными растениями. А животные, которых разводил Рей, давно издохли. Наступил очередной бессмысленный, лишь все больше угнетающий жизнь мальчика день. Рей нехотя встал с кровати, после чего устало направился в сторону кухни. Запасы еды начинают заканчиваться, а остатки загнивать. Это означало скорое начало "путешествия" ребят, единственного события, которого так сторонился Рей. Последнее, что он желал делать - выходить из дома, его единственного укрытия от всех бед. Доев остатки пищи, чтобы не упасть в обморок от голода по пути, парниша небрежно подхватил мешок для сбора пропитания, оделся, и, потащив с собой брата, наконец, вышел из убежища. Чуть более двух четвертей часа прошло с начала похождений Рея с его беднягой-братом. Нашли они за это время немногое: лес, в который дети отправились, никогда особо не славился количеством грибов или ягод, но в этот раз все было совсем плачевно. Да и сам по себе лес был ужасно густым, даже яркое утреннее солнце разглядеть было далеко не просто. Это все значительно усложняло поиски. Наконец найдя кучку грибов, Рей на пару метров отошел от брата, глухо сказав себе под нос: -Хоть немного, но мне все же повезло.. - мальчик улыбнулся и продолжил, наклоняясь к будущему ужину - Т-а-а-ак-с, что тут у на.. - но закончить свою фразу Рей не успел. Прервало мальчика нападение диких волков. Неожиданность парализовала его тело, да и мысли были перемешаны между собой. «Что произошло?» Прознающая боль. В ушах раздался звонкий писк, а глаза постепенно размывали всю картинку перед мальчишкой. «Почему мне так больно?» Хотелось кричать, но не было сил. Рей на пороге смерти. Бедный мальчишка, казалось совсем недавно беззаботно играющий в салочки с братом, скоро перестанет дышать, если не принять срочные меры. А кто их принимать то будет? Безысходно. Каковы чувства ребёнка, тело которого сейчас разорвут на части? Каковы чувства ребёнка, который понимает, что в лучшем случае через несколько секунд его хрупкая жизнь оборвется? Но мальчика беспокоит другое. «Где Акио? А с ним же все хорошо? Ему ведь не больно? Хочу домой… Тут так холодно, но и тепло одновременно. Хочу спать… Хочу к брату.» Кровожадные существа разрывали на части бедного мальчика. Кровь брызгала с невероятным напором их всех частей его беззащитного тела. Стая волков изорвала в клочья все. Руки, ноги, живот.. все, абсолютно все было похоже на кровавую мясорубку. «А? Я не чувствую ни рук, ни ног, ничего… Что такое?» Сил не было оглянутся, посмотреть. «Я умру? Нет… Нет! Я не хочу этого… А как же Акио?! надо вернуться к Акио!.. Беспощадные звери. «А что, если.. что, если ему еще хуже? Мне нужно увидеть Акио! Прости… Я не хотел умереть так. Мне нужно к Акио… Акио, нет...» Трапеза волков продолжалась. Все истекало кровью. Кожа была разорвана на мелкие кусочки. Трава под остатками Рея наливалась алыми красками. Жизнь все быстрее угасала в хрупком теле ребенка, да и на тело оно похоже уже не было, скорее кровавый огрызок мяса. Пару секунд спустя, жизнь окончательно покинула Рея. А что же с Акио? Парень мог лишь наблюдать за происходящим с его самым близким человеком. Акио медленно опускался на колени. Его тонкие ноги постепенно подкашивались, не выдерживая веса тела юноши, но сделать что либо он был не способен. Все, что оставалось Акио - наблюдать за смертью брата кукольными, слово искусственными глазами. В мертвых зрачках Акио начали накапливаться маленькие капли холодных слез, капающих на окровавленную траву.