Outsider

      Торфинн попытался взять себя в руки к тому моменту, как Каст вернулся с аптечкой. Арторий присел рядом с ним и приложил ватный диск с перекисью к разбитой губе. Торфинн поморщился, но стерпел боль — не так все серьезно, как после прошлой драки. Каст вытер кровь с лица парня и отложил медикаменты.       В комнате повисла тишина. Арторий явно ждал занятнейшего рассказа, а Торфинн не мог произнести ни слова. К нему только что пришло осознание: он мог умереть. К нему домой заявился мудак с пистолетом и направил на него оружие. Блять, это уже не просто уличные драки. Все становилось куда серьезнее. Может, не так уж и сильно ему важна была память о родителях, может, правда стоило отказаться от затеи бороться с Руденсом, который явно был готов на все, лишь бы получить деньги.       Каст смотрел на парня и будто видел его насквозь. Торфинн за все это время даже не пошевелился — лишь размеренно дышал, продумывая свои последующие действия. Арторий не собирался просто так уходить, невзирая на то, что утром был настроен к своему ученику несколько иначе.       — Карлсефни, сколько бы вы ни молчали, я не собираюсь так просто уходить и забывать все, что только что произошло.       Торфинн, наконец, поднял свои напуганные карие глаза на мужчину и выдал совсем не то, о чем размышлял, столько времени отмалчиваясь.       — Он мог бы выстрелить?       Арторий вздохнул и положил руку на голову парня, растрепав его волосы еще больше. Такой знакомый жест. Из всех только Торкель делал так же, проявляя свою заботу о парне. Но ощущение чужих пальцев в волосах действительно расслабляло и успокаивало.       — Нет, не похоже, что он хотел стрелять. И его очень легко было напугать в ответ. Я закрыл дверь, так что снова сюда никто не войдет.       Торфинн опустил голову и напрягся, когда чужая рука исчезла с его головы. Раз уж этот пиздец произошел...       — Знаете, Карлсефни, по шкале от одного до десяти я на все двенадцать хочу знать, что это только что было.       А, ну да, шкала пиздеца Торфинна. Только вот в такой ситуации это не совсем работало.       — Все из-за документов по поводу моего наследства. Я собираюсь вернуть то, что принадлежит мне, а кое-кто другой не собирается так просто все отдавать.       — А конкретнее?       — А конкретнее, — Торфинн вздохнул, — директор моего приюта хочет обманом лишить меня всего, что осталось мне в наследство. Он составил на себя доверенность с полномочиями последующего распоряжения собственностью. А когда я пришел к нему с претензией, лишь посмеялся и сказал, что у меня ничего не получится. После этого я написал заявление и попросил Торкеля помочь мне с этим делом. Он сказал, что один его знакомый адвокат готов взяться за дело. Но после того, как дело передали в суд, на меня напали. После той драки я и ходил весь побитый. Руденс подговорил каких-то придурков припугнуть меня. Но, видимо, он решил, что, раз кулаки на меня не действуют, нужно попробовать иначе. И кажется, у него получилось.       Каст некоторое время молчал и смотрел на парня. Торфинн пару раз покосился на мужчину и пожалел, что решил выговориться. Лучше бы он рассказал Кнуду или побежал к тому же Торкелю, который был более осведомлен в сложившейся ситуации.       — Итак, вы уже дважды пострадали физически от действий со стороны этого Руденса. Неужели этот человек настолько уверен в себе и в том, что вы ему ничего не сделаете, что подговаривает некоторых личностей совершать такие неправомерные действия?       — А что?.. Да что я могу? Если бы не Торкель, я бы даже адвоката не смог найти. Все, что мне остается, это полагаться на человека, которого я даже не знаю. Со стороны все казалось намного проще, а сейчас я сижу и рассказываю обо всем своему преподавателю, который ненавидит меня после моего пьяного дебоша, и чувствую себя просто отвратительно. Бесполезным и жалким. Так достаточно честно, мистер Каст?       Арторий поднялся и встал напротив парня. Торфинн вскинул голову, глядя на него снизу вверх.       — Во-первых, Карлсефни, я не ненавижу вас. Теперь я понимаю, что на вас давит слишком много различных факторов, и то, что вы делали вчера, в данной ситуации отходит на второй план. Во-вторых, вы не жалкий или бесполезный, просто вы еще слишком юны, чтобы иметь влияние на многие вещи, которые случаются в вашей жизни. То, что вы попросили помощи у Торкеля, говорит о вас как о человеке, который может принимать правильные решения для достижения своих целей. И, — Каст присел на колени перед парнем. Теперь их лица были на одном уровне. — Я хоть и не считаю себя отходчивым человеком, но я не могу злиться на вас после всего произошедшего.       — А злились?       — Когда запихивал одного пьяного студента в машину вчера — очень даже. А когда вы прямо в одежде завалились в кровать — был просто в ярости. — Торфинн покраснел. Звучало не очень, однако Арторий продолжил: — Но если вам понадобится помощь, вы всегда можете обратиться и ко мне. А сейчас вам все-таки стоит поговорить со своим другом. Только не стоит рассказывать ему о случившемся.       Каст поднялся, а Торфинн никак не мог успокоиться. Блять, он был слишком близко. Его лицо было точно таким же, как во сне. И пока Арторий говорил все это, Торфинн не мог отвести взгляда от великолепных голубых глаз, еле сдерживаясь, чтобы не поцеловать мужчину.       Это был конец. Кажется, теперь Торфинн окончательно спутал сон и реальность. И влюбился в своего преподавателя. Который Арторий, а не Аскеладд.       — Если нужно, я могу остаться еще ненадолго. Но мне кажется, что вам хочется побыть одному.       Торфинн поднялся. Как бы ему ни хотелось, чтобы Каст остался сейчас с ним — нельзя, чтобы их и без того хрупкое перемирие рухнуло. Потому что Торфинн понимал, что после всего этого стресса мог вычудить что-то еще, о чем потом очень сильно пожалеет.       — Я не буду вас задерживать. Мне и так все еще стыдно за вчера, а теперь...       — Прекратите. Сегодня не идет ни в какое сравнение со вчерашним.       — Все-таки не расскажете?       Каст усмехнулся:       — Ну конечно же нет.       Торфинн закрыл дверь за своим преподавателем и прислонился к ней спиной. Странные ощущения. Он вроде бы и рад был, что Каст появился в самый нужный момент, а вроде бы и жалел, что теперь и Арторий знал о его проблемах.       Точно. Проблемы. Тот ублюдок же выронил пистолет. Наверное, будет не очень хорошо, если оружие будет валяться на полу в его квартире. Или он успел его забрать?       Торфинн осмотрел зал, но так ничего и не нашел. Он попытался вспомнить, забирал ли нападающий свое оружие, но решил, что сейчас не сможет нормально думать.       Ну и черт с ним. Хорошо, что пистолета нигде не оказалось.       Лучше было все-таки реально набрать Кнуду и узнать хотя бы часть о прошлом вечере.       Торфинна ничуть не удивило то, что друг ответил после первого же гудка и начал монолог о том, какой же Торфинн все-таки мудак.       — И когда же ты уже пить научишься? Тебе же уже не пятнадцать!       — Это не зависит от возраста.       — Так и?       — Что?       — Что ты хочешь мне рассказать? Ты же явно не дома был.       Торфинн лишь закатил глаза:       — Давай ты расскажешь мне, что я вытворял вчера хотя бы при тебе. А я тебе расскажу, где я проснулся утром.       — Расскажу. Только после тебя. И не шути со мной.       Блять. Ладно. Торфинну нужна была хоть какая-то информация о вчерашнем.       — Хорошо. Твоя взяла. Мне очень нужно знать хоть что-то о том, что было вчера. Потому что какого-то хуя я проснулся у Каста, и он ничегошеньки мне не сказал. И это меня пугает.       «Даже больше, чем тот ублюдок с пистолетом», — мысленно закончил парень.