На пересечении параллельных прямых

Антон проспал почти весь полёт. Дима не разбудил его, так как сам храпел на соседнем сидении. До приземления оставалась полчаса, делать особо было нечего, поэтому всё остальное время, он просто смотрел или в окно, или на затылок Арсению, который, видимо, тоже решил немного вздремнуть. Краем глаза Антон увидел, как Оксана с Ирой о чём-то тихо болтали, держась за руки. На часах было пол третьего, когда наконец послышался голос диспетчера. — Уважаемые пассажиры, наш самолёт начал снижение, через десять минут мы совершим посадку в аэропорту города «Санкт-Петербург». Просим занять свои места и пристегнуть ремни безопасности. Все тут же зашевелились, и Антон мимоходом увидел, как проснулся Арсений Сергеевич. Дима всё так же продолжал спать, поэтому парень поспешил разбудить его. — Ты все вещи взял? — спросил Антон Позова, пробегаясь взглядом вокруг их сиденья. — Ну, вроде, да. — Дима, полусонный и мятый, смахивал на медвежонка, очнувшегося после первой в его жизни спячки. — Так, ребята, — сказал Арсений Сергеевич, привставая настолько, насколько это было возможно в их положении, и обводя взглядом всех учеников. — когда выйдем из самолёта, не отходите друг от друга. На крайний случай, если кто-то вдруг потеряется, мы будем ждать вас около выхода. Приземлились они без происшедший. Правда, Антон не понимал, зачем ради того, чтобы добраться до выхода, нужно садится в автобус, который их довезет, будто бы они сами не в состоянии пройти пару метров. Получив багаж, Антон с Димой пошли к выходу. К счастью, ждать никого не пришлось. Все медалисты собрались в небольшую кучку, которую возглавлял Арсений Сергеевич. Не так сильно хотелось спать, сколько хотелось просто лечь в мягкую, удобную кровать и проваляться там не меньше трёх часов. Эту ночь все будут спать в отелях, ведь они очень устали после долгой дороги, и сил на заселение каждого ученика не осталось ни у Арсения Сергеевича, ни у них самих. К отелю они доехали поздно, так как всем места в одном такси не хватило, они разделились на две группы. Оксана, Ира, Дима и Антон поехали в одной машине, а Арсений Сергеевич и остальные ребята в другой. Пока мужчина довольно долго бронировал им номера, он решил отойти, дабы позвонить Вике и предупредить, что уже приехал, чтобы она не волновалась. С сестрой они всегда были в хороших отношениях и часто переписывались. Парень рассказывал ей о своих делах, а та, в свою очередь, частенько скидывала фотки взрослеющего Тёмы. Предупредив Диму, что скоро вернётся, Антон вышел на улицу и влюблённым взглядом осмотрел всё вокруг. Он, конечно, уже был в Питере, лет так в шесть, как раз перед школой и разводом родителей. Когда он узнал про существование сестры и разницу в их с ней возрасте, Шастун понял, что отец изменял маме ещё до его рождения. И хоть отношения с отцом у парня были так себе, но с Викой они каким-то образом нашли общий язык. Поговорив с сестрой минут десять, он решил, что пора возвращаться и, пообещав написать, когда парень заселиться в новую квартиру, чтобы встретиться, они попрощались. Закинув мобильник в передний карман джинс, Антон вернулся в отель. Правда около стола консьержи никого уже не было. В недоумении Антон подошёл к девушке которая регистрировала им номера. — Девушка, извините, а куда делись люди, которые снимали номера буквально десять минут назад? Их было шестеро. — Они уже давно пошли заселяться. Кроме одного мужчины. Он пошёл в сторону зала ожидания. Я могу ещё чем-нибудь помочь? — Нет, спасибо. Доброй ночи, — девушка мило улыбнулась и вернулась к своей работе. Антон же, в свою очередь, пытаясь соориентироваться, направился, как ему казалось, в сторону зала ожидания. Арсения Сергеевича он нашёл мило спящего на кресле с телефоном в руках. Парень подошёл к Попову и тихонько потрепал того по плечу в попытках разбудить. Мужчина видимо спал не крепко, ведь проснулся сразу, как парень позвал его по имени. — Антон? Прости, заснул, мы можем идти? — выглядел он мято и сонно, как, наверное, и сам Антон. — Куда идти? И где все? Или хотя бы Дима. Мы же договаривались заселиться в одном номере, — Шастун был в недоумении. Как лучший друг смог променять его на кого-то другого?! — Позов? Он захотел переночевать вместе с Александром, — как ни в чем не бывало сообщил мужчина и, вставав с кресла, направился в сторону лифта. — Пошли, Шастун, меньше вопросов, я жутко хочу в душ и спать. Наши вещи уже в номере. Лифт был прозрачным, поэтому можно было разглядеть почти весь отель. Который, к слову, был не из дешёвых и довольно шикарным. Их номер был на седьмом этаже и тот факт, что ему придётся делить его с совершенно незнакомым Антону мужчиной не особо радовал. Вот если бы с ним был Димка… — О чём задумался? — неожиданно спросил Арсений, когда лифт остановился, и они направились искать нужный номер. — Да так. Вот думаю, почему лучший друг променял меня на какого-то там Александра, — мужчина тихо засмеялся, видимо, чтобы не разбудить постояльцев, ведь время всё таки позднее. — Думаю, он не со зла, — сказал мужчина полушёпотом, параллельно открывая электронным ключом дверь. — А вот и наш номер на эту ночь, — Арсений включил свет в небольшой прихожей. Уже отсюда можно было понять, что номер был в голубо-белых тонах, как и весь отель. Гостинный номер был не особо крупных размеров. Бо́льшую часть занимала двухместная кровать стаявшая по-середине комнаты, по краям которой стояли две белые прикроватные тумбочки, с красивыми голубыми ночниками. Такой же аккуратный, круглый, пушистый, синий ковёр лежал напротив белого, как и тумбочки, шкафа для одежды. Окна были занавешаны такого же цвета шторами. Но никакого дивана не было, зато его заменяли два кресло-мешка небесно-голубого цвета, располагающиеся прямо под окном, на небольшом расстоянии друг от друга. Слева, около шкафа была ещё одна дверь, которая вела, как подумал Антон, в уборную. На самом деле, номер был очень удобным и красивым. Единственное, что смущало парня, это двуспальная кровать и отсутствие дивана. Ведь это значит, что спать им придётся вместе. Эта новость его не особо радовала, не, ну вы только представьте, вам приходится спать всю ночь с мужчиной, которого вы видите чуть ли не третий раз жизни, а учитывая брезгливость Антона, это ой, как не просто. Но делать было нечего, так что придётся смириться с этим фактом. — А ничего такой номер, я думал будет хуже, — сказал мужчина, продвигаясь в глубь комнаты, — Чур, я первый в душ. Спать хочу, не могу просто, — с этими словами он направился к чемоданам, лежащим около кровати. Достав оттуда пару вещей, пока Антон снимал обувь и параллельно разглядывал всякие прикольные фишки в номере, Арсений быстренько скрылся за дверью. Антон готовит себе одежду, чтобы зайти в душ сразу после Арсения и не тратить лишний раз время на её поиски. Спать, конечно, особо не хочется, но просто по-человечески наконец-то полежать на плоской поверхности ещё как хочется. Вообще спать Антон предпочитает только в штанах, обычно верх парень не надевает, но не станет же он спать с незнакомым мужиков в одной кровати, ещё и полуголым. Минут через двадцать Антон уже не слышал звука льющейся воды, а это значило, что мужчина уже закончил. Встав с такого уютного кресло-мешка, парень подхватил вещи, предварительно оставленные на кровати и стал ждать, когда Арсений Сергеевич выйдет. Вскоре дверь в ванну открылась, и Антон понял для себя важную вещь: если он стесняется незнакомого мужчину, то это вовсе не означает, что мужчина так же стесняется и его. Арсений Сергеевич вышел в том, в чём Антон с радостью бы оказался сам: в одних пижамных штанах и полотенцем, перекинутым через плечи. Антон скользнул взглядом по обнажённому телу Попова. Вся грудь мужчины была слегка влажная, кое-где по ней даже стекали редкие капельки воды, оставшиеся после душа. Видимо Арсений Сергеевич спешил покинуть ванну, поэтому вытерся не насухо. Парень посмотрел на ключицы мужчины, они были слегка угловатыми, но прямыми, по ним хотелось аккуратно провести пальцем, чтобы почувствовать нежную кожу, покрывающую косточки. Ключицы заметно выделялись на фоне плеч, которые были значительно шире, чем у Антона, они были достаточно большого размера, чтобы можно было сказать про него: «как за каменной стеной», но слишком маленького, чтобы считать мужчину «шкафом». Парень скользнул взглядом ниже и заметил, что на груди у Арсения Сергеевича очень много родинок, Антон бы даже сказал, что их слишком много, они были разбросаны по всей поверхности тела, но почему-то парень заметил это только сейчас, будь у него чуть больше времени и возможность, он бы хотел коснутся каждой родинки, которые почему-то очень сильно напоминали парню маленькие, словно упавшие с неба, звёздочки, он бы создал из них огромное созвездие и ещё долго бы водил пальцем по широкой груди мужчины, выводя незамысловатые узоры. Да, этот человек — произведение искусства! Взгляд Антона переместился ещё чуть ниже, и Шастун увидел пресс Попова, несмотря на то, что мужчина не напрягал его, легко можно было заметить три ряда кубиков. И что-то подсказывает парню, что если Арсений напряжёт мышцы пресса, то можно будет увидеть и не до конца прокаченый, четвертый ряд. Антон не представляет, сколько времени мужчина потратил в фитнес-зале, чтобы добиться такого результата. Когда-то Шастун тоже хотел начать ходить в качалку, чтобы не так сильно походить на высокого скелета, но так и не смог заставить себя начать занятия. Тогда парень посмотрел на оголённые руки, и нет, на них не было выпуклых вен, как у каких-то качков, хотя вены рассмотреть было возможно, но они были аккуратные, изящные и невероятным образом дополняющие и подчёркивающие сильные руки мужчины. Да этот человек — Аполлон собственной персоной! На безымянном пальце правой руки — там, где обычно носят обручальное кольцо — у Попова было надето серебряное кольцо-печатка, что необычно контрастировало с руками Антона, всё время увешанными разными кольцами и браслетами. Парень и сам не заметил, как начал в открытую пялится на мужчину. Из мыслей его вывел тактичный кашель мужчины. Подняв взгляд, Антон встретился с небесно-голубыми глазами и сново вспомнил свою детскую слабость. Арсений Сергеевич смотрел на него так пристально, что Антону хотелось провалится сквозь землю, лишь бы на него больше так никогда не смотрели. Сколько прошло времени? Минута? Час? Возможно и целый день. Хотя Антону показалось, что он стоит так уже месяц. Ну, в общем, не в этом суть, верно? — Что-то случилось Шастун? Задайте вопрос полегче, — подумалось Антону. Нет, серьёзно. Почему нельзя спросить: «Умеет ли он собирать пазлы?» По крайней мере, ответ на этот вопрос он точно знает. А ещё ему интересно, почему нельзя просто в один момент щёлкнуть пальцами и исчезнуть? Ну или хотя бы уметь стирать память. Было бы очень кстати. Не желая лишний раз позориться, Антон оставил его вопрос без ответа и направился в сторону уборной. После мужчины в комнате было немного душно от пара, но одновременно с этим очень вкусно пахло. С одной стороны хотелось открыть окно, дабы немного проветрить комнату, но с другой, прямо сейчас сесть хоть на пол и вдыхать этот свежий аромат. Так, Антон, приди уже в себя, что это за мысли такие? Приняв душ буквально за пять минут, Шастун нацепил на себя пижаму и вышел из ванны. Арсений Сергеевич уже лежал в кровати, и, сука, мать вашу, без футболки! А Антон так надеялся, что мужчина всё-таки наденет её. И почему это он, со спокойной совестью, лежит с голом торсом в кровати, которую разделит с незнакомым парнем, а у Антона так не получается? И где справедливость? Медленно пройдя к свободной половине кровати, Шастун попытался как можно тише и дальше от мужчины улечься на неё. В голову лезли ненужные мысли, но парень старался отогнать их куда подальше и поскорее заснуть. Он лежал спиной к мужчине и мог только слышать, как тот сладко посапывает во сне. Прошло наверное больше получаса, а спать так и не захотелось. Тишину прорезал громкий звук телефона, оповещая, что кто-то хотел дозвониться до мужчины. Через пару секунд послышалось шуршание, а затем тихий и сонный голос Попова, после чего мелодия прекратилась. — Да милая? Половина пятого утра, что-то случилось?! — голос тут же с сонного, превратился в взволнованный. — Что? Нет! Слышишь, я тебе запрещаю! Ты хоть время видела?! — стараясь разговаривать как можно тише, дабы не «разбудить» парня, сказал мужчина. Интересно, что такого сделала его жена, — как показалось Антону — что мужчина так взъелся? — Не дай Бог я узнаю, что ты меня ослушалась. — … — Не злись. Ты хоть понимаешь, как это опасно, гулять в такое время на улице?! — … — Хватит мне перечить! Я всё сказал! Сладких снов. — послышалось, как Попов, выключив мобильник, перевернулся на другой бок. Набравшись смелости, Антон всё же решил озвучить свои мысли. — Что случилось, что вы так грубо разговариваете с женой? — мужчина тут же перевернулся обратно и Антон последовал его примеру. Теперь они лежали лицом друг к другу, так близко, что парню захотелось сново отвернутся. — Она не… подожди, я думал, ты спишь, да и не твоё это дело, Антон. Мой тебе совет на будущее, если не знаешь всей ситуации, то лучше вовсе не лезь, особенно, когда тебя об этом не просят. Может мужчина и был прав, но Антон уже завел этот разговор и его словесный поток было уже не остановить, поэтому он просто не мог не поспорить с ним. — Может я и лезу туда, куда меня не просят, но всё же, чтоб вы знали: никакой женщине не было бы приятно, если бы её любимый мужчина так с ней разговаривал и что-либо запрещал, — с этими словами Шастун повернулся к мужчине спиной и попытался уснуть. Спорить Арсений Сергеевич не стал, но ещё долго не смог заснуть, обдумывая слова парня.