Первая брачная ночь, полная лжи

– Ты точно не хочешь, чтобы я его подержал? – Отец, – Ло Бинхэ подавил рвущиеся с языка ругательства, – со всем уважением, но я справлюсь сам. – А тебя? – Блять. – Дорогой, отстань от ребенка. Не преуменьшай способности Лорда Шэня своим вмешательством в их консумацию, – Су Сиянь нежно обвила предплечье Тяньлан-цзюня рукой, ненавязчиво нанеся удар по локтевому нерву. – Он прекрасно справится с демонической сущностью А-Ло и без твоих добрых намерений. – Ты, как всегда, права, сердце мое, – в глазах Тяньлан-цзюня зажегся порочный огонек, а его пальцы в нежной ласке пробежались по тыльной стороне ладони его супруги. – Нам тоже есть чем заняться, не так ли? – Ответом ему стал только удар в болевую точку между ребер и легкая презрительная полуулыбка Су Сиянь.

***

– Шиди… – Шисюн Юэ, – Шэнь Цинцю закатил глаза, прерывая не начавшуюся самообвинительную речь, которую Юэ Цинъюань сдерживал в себе в течение всей предсвадебной подготовки и самого торжества. – Наконец-то этот фарс подошел к логичному завершению, и нам больше не придется лицезреть, как ты пытаешься держать лицо, сохраняя видимость исполнения своих обязанностей Лорда Пика Цинцзин. – Ци Цинци была в своем репертуаре, слегка навеселе и издали пожирала взглядом Су Сиянь, воркующую с мужем и сыном. Технически им и так бы больше не пришлось за этим наблюдать, учитывая, что они передали свои полномочия следующему поколению и вольны были каждый делать, что им заблагорассудится. – Тц, – Лю Цингэ скрестил руки на груди и закатил глаза, изображая холодное презрение ко всему происходящему и демонам, в частности. Но судя по клубящейся вокруг него боевой ауре, он уже приметил себе соперника и был рад поскорее отделаться от формальностей, спровадить Шэнь Цинцю в супружескую спальню, а сам устремиться вон к тому-у-у нахальному демону, что так дерзко на него пялился все торжество. – Шисюн, держи. Этот яд парализует даже демонов. Ненадолго, но этого хватит, чтобы его добить, – Шан Цинхуа приколол к его рукаву отравленную иглу и заговорщицки подмигнул. Как будто уже испытал эту схему на ком-то… Что там стало с Линьгуан-цзюнем, кстати? Ай, не до этого. Шэнь Цинцю поддерживал видимость спокойствия, но в его сердце боролось три противоречивых чувства. С одной стороны, он был рад поскорее отделаться от мельтешащей семейки боевых товарищей. С другой, это означало его полный и безоговорочный переход в еще более… своеобразную семейку теперь уже демонов. С третьей… Он, конечно, готовился, морально и физически, к их первой брачной ночи, но… боялся не удержать контроль, если Ло Бинхэ в процессе слетит с катушек. А он очень, очень не хотел испытывать боль насилия. Снова. Что ж… Выход был только один. Если не можешь контролировать, возглавь.

***

Двери в супружескую спальню оглушающе закрылись. Щелкнул замок. В комнате повисла напряженная тишина. Шэнь Цинцю начинало слегка потряхивать от напряжения и потенциальной непредсказуемости ситуации. Он в откровенном ужасе смотрел на задрапированную алым супружескую кровать, радуясь только тому, что Ло Бинхэ находится за его спиной и не видит, как его лицо искажает страх. Он слишком хорошо изучил тело своего тогда еще жениха, чтобы понимать потенциальную опасность неконтролируемого проникновения. Он не боялся боли, все-таки он был культиватором и не раз переживал ранения. Но то, что выбивало опору у него из-под ног и заставляло тело слабеть – это воспоминания о том ощущении. Ощущении полной беспомощности и неконтролируемых телесных реакций. Головокружения, дрожи, тошноты и разрывающей изнутри боли, которую ему причиняли, называя это заботой о его будущем. Ощущения, что он не властен над своим телом и своей жизнью. Конечно, можно было бы избежать подобного. Достаточно было только пожелания Шэнь Цинцю, чтобы Ло Бинхэ занял нижнюю позицию. Но… Неисцелимый яд… Желание избавиться от этой удавки было сильнее страха потери контроля. Ведь этот яд, как раз и лишал его значительной части контроля над своими силами. Хм… А эта мысль его вполне ободрила. Что ж. Будь он не Шэнь Цинцю, если с этим не справится и не получит удовольствие в процессе. Спину обожгло жаром, исходящим от его приблизившегося супруга. По его кисти скользнули горячие пальцы Ло Бинхэ. Шэнь Цинцю попробовал было подавить дрожь, но от этого она только усилилась. – Цинцю, – горячо выдохнул ему в ухо Ло Бинхэ, обвивая его талию рукой. – Это не обязательно делать сегодня… если ты... устал, – как благоразумно с его стороны было не сказать слово «не хочешь», подумал Шэнь Цинцю. – Глупости! – Он ударил веером по руке, что удерживала его за талию и развернулся. – Пора выполнить третье задание и избавить этого учителя… хм… супруга от яда. – Его глаза сверкнули сталью решимости. – Супруга, – сыто пророкотал Ло Бинхэ, склоняясь, чтобы поцеловать его в челюсть и пробежаться зубами по мочке уха. – Этот муж обещает быть осторожным, – поцелуй лег над сонной артерией, – и нежным, – рука зарывается в волосы, заставляя Шэнь Цинцю откинуть голову назад и слегка застонать, – и послушным, – другая рука прижимает его крепче, позволяя почувствовать всю степень возбуждения Ло Бинхэ. – Ха… – Сознание Шэнь Цинцю слегка поплыло от умелых ласк, но последнее слово быстро привело его в себя. – Стоп. Нет! – И… Что? – Опешил Ло Бинхэ. Шэнь Цинцю выкрутился из его рук и отошел на пару шагов назад, быстро оправляя алые одежды. – Этот у… супруг приготовил тебе подарок. Легкая обида и непонимание на лице Ло Бинхэ сменились заинтересованностью и слегка вздернутой бровью. Он чуть опустил ресницы и глянул на Шэнь Цинцю таким бархатным, темным и полным обещаний взглядом, какого Шэнь Цинцю у него ни разу не видел. Похоже, к их первой ночи готовился не он один… – Этот супруг также подготовил подарок Цинцю, – Ло Бинхэ блеснул в улыбке жемчужными зубами. Улыбка была невинной, но глаза… Глаза обещали ему всю тьму удовольствий. Как развратно… Когда этот демон успел научиться уловкам королевы цветов? – Гхм… Этот супруг, – голос Шэнь Цинцю против его воли слегка дрогнул. Блять. Да что же с ним такое! – Этот супруг разрешает своему мужу не сдерживаться. Подкрадывающийся к нему Ло Бинхэ застыл с изумленным выражением лица и широко раскрытыми глазами. – Цинцю что? – Он как глупая курица склонил голову на бок, мигом растеряв весь наэлектризованный бархат соблазнителя. – Этот супруг разрешает своему мужу не сдерживаться, – холодным тоном повторил Шэнь Цинцю, раздражаясь на то, что ему пришлось повторять это дважды. Плюс был в том, что он взял себя в руки и занял верхнюю позицию. – Чего тут непонятного? Или тебя стоит наказать, чтобы быстрее дошло? Глаза Ло Бинхэ полыхнули красным. Черт. Он что, от одной этой фразы перевозбудился? Так, нет, сегодня его муж должен быть сверху, пора было переходить от их привычных игр на непривычную территорию разврата и соблазнения. Шэнь Цинцю нарочито медленно вынул шпильку из волос и отбросил в сторону корону, позволяя ей с дребезгом укатиться под стол. Его волосы рассыпались блестящим атласом по свадебным одеждам. Он медленно подошел к своему застывшему супругу и с дразнящим взглядом пробежался руками по его крепим до каменной твердости бокам. – Ну… А каков мой подарок? – Он прикусил Ло Бинхэ за нижнюю губу и слегка потянул. – Мнх… Шэнь Цинцю попал в капкан горячих рук и удушающего в своей глубине и страсти поцелуя. Он не собирался сдаваться раньше времени и со всей яростью отвечал на ласки Ло Бинхэ, кусая и посасывая его губы и язык. Ло Бинхэ зарычал, сильнее прижал его к себе, от чего Шэнь Цинцю выгнулся как ива, и глубоко проник в него языком, утверждая свою власть. Черт. Как же непривычно. И стыдно. И… хорошо… – Бинхэ, Бинхэ, спина. Этот учитель еще пока не исцелен и его тело не настолько гибко, как могло бы быть. – Задыхаясь отстранился Шэнь Цинцю. Горящий красным взгляд Ло Бинхэ из стеклянного превратился в осмысленный, и он тут же вернул их в вертикальное положение, чуть отстраняясь. – Простите шифу, я забылся. – Он спрятал руки за спину и как-то засуетился. Воспользовавшись моментом, пока Ло Бинхэ отвлекся и не смотрит на него – и как он так быстро переключается между состояниями? – Шэнь Цинцю снял пояс и позволил верхним одеждам соскользнуть с плеч. Потом подумал, и остался только в нижних одеждах, ослабив ворот и оголив грудь. Да, давненько он не выступал в роли соблазнителя, а не холодного хозяина, учителя, преследуемого жениха… Но, исцеление от яда того стоило. А дальше… Дальше они еще посмотрят, кто будет сверху… Ло Бинхэ развернулся к нему и остолбенел, прикусив губу. Его взгляд уперся в полуприкрытый белым сатином сосок Шэнь Цинцю. Полудемон облизнул резко пересохшие губы и медленными неслышными шагами направился к Шэнь Цинцю, неся на вытянутых руках резную шкатулку красного дерева. – Ммм, подарок? – Чуть прикрыл глаза Шэнь Цинцю, переступая через сброшенные одежды. – Мгм, – выдохнул Ло Бинхэ, протягивая ему шкатулку в легком поклоне. – И что же там? – Шэнь Цинцю порхающими движениями пробежался по горячим пальцам супруга, от чего те с треском сжались на шкатулке. – Шэнь Цинцю может открыть и сам увидеть. – Хрипло ответил Ло Бинхэ, не поднимая головы. Шэнь Цинцю фыркнул себе под нос и открыл замочек, откидывая крышку. На черном бархате лежало алое вервие бессмертных. – Этот супруг лишь желает, чтобы Шэнь Цинцю было комфортно, – словно оправдываясь начал Ло Бинхэ. – Я… Этот опасается, что не сможет в полной мере контролировать себя, когда… По лицу Шэнь Цинцю проскользнула холодная усмешка. Что ж, он может не использовать припрятанное под подушкой вервие, что по его указанию должны были положить туда слуги. Как удобно, когда их мысли совпадали… – Бинхэ так не уверен в себе? – Проворковал Шэнь Цинцю, поигрывая веревкой. Шкатулка с громким треском улетела под стол следом за короной. Он приподнял голову Ло Бинхэ за подбородок, заставляя выпрямиться и скептично оглядывая. Теперь красным горели не только его глаза, но и метка на лбу. – Такой несдержанный. Я думал, мы достаточно долго тренировались, чтобы ты научился контролировать себя, ммм?... Муж? – Шэнь Цинцю намеренно провоцировал его. Было тяжело остановиться, раз уж он решил довести дело до конца. От слова «муж» щеки Ло Бинхэ порозовели, а на лице сменялись выражения от покорности до хищной похоти. Как если бы в нем боролось два существа, и ни одно из них пока не одержало верх. Пока. Шэнь Цинцю пробежался пальцами по его широкой груди и чуть оттолкнул назад. Ло Бинхэ задрожал и покорно отступил. – Налей мне вина, – пренебрежительно бросил Шэнь Цинцю. Ло Бинхэ поклонился и направился к столу. Шэнь Цинцю же уже прокручивал в голове разные варианты связывания, предвкушая прекрасный вид сожженных вервием запястий… Ло Бинхэ вернулся к нему и с поклоном протянул тонкую нефритовую емкость с бордовым вином. От него пахло терпкой сладостью и цветами. Шэнь Цинцю нарочито медленно отпил, наслаждаясь изысканным вкусом и прохладой нефрита, и позволил струйке вина устремиться вниз по подбородку, окрашивая девственно белые нижние одежды бордовыми каплями. Ло Бинхэ неотрывно следил за тем, как на его груди распускаются цветы из вина и со всей страстью пожелал оставить такие же на его нежной белой коже. Шэнь Цинцю двумя пальцами стер капли вина со своего подбородка и протянул их ко рту Ло Бинхэ. – Попробуй. Его муж пробежался по пальцам горячим языком, слизывая капли вина, а затем обхватил их губами, с упоением посасывая. Шэнь Цинцю сделал несколько шагов в сторону кровати, не вынимая пальцев из его рта. Ло Бинхэ следовал за ним, не разрывая зрительный контакт. Когда ноги Шэнь Цинцю коснулись кровати, он вынул пальцы изо рта Ло Бинхэ и, дразня, приблизился к его губам, прошептав в них: – Раздевайся. Я хочу посмотреть на своего… мужа. Ло Бинхэ слизнул ниточку слюны, что протянулась от его губ к пальцам Шэнь Цинцю и чуть отступил назад. Он раздевался нарочито медленно, устроив из этого настоящее шоу. Шэнь Цинцю присел на кровать, чуть разведя ноги и опираясь на шелк покрывала позади себя. Ло Бинхэ громко сглотнул – под тонкой тканью штанов было заметно, как возбужден Шэнь Цинцю. От этого движения Ло Бинхэ стали еще более уверенными и соблазнительными. Но самое приятное ждало Шэнь Цинцю в конце, когда его супруг распахнул черные нижние одежды, – под ними скрывалось перевязанное алым вервием тело. От вида этого совершенного торса, опутанного жесткими веревками, член Шэнь Цинцю предвкушающе дернулся. О, его супруг, воистину знал, чего он хочет… – Ло Бинхэ подготовился? – Проворковал он, чуть покачав бедрами и разведя их еще шире. Он указал взглядом вниз между своих ног. – На колени, муж. Ло Бинхэ с готовностью опустился к ногам Шэнь Цинцю, горячими ладонями пробежавшись по его бедрам и снимая сапоги. – Ммм, дай мне посмотреть на тебя. Шэнь Цинцю чуть отстранился, чтобы лучше его видеть и поддел пальцами одну из перетягивающих грудь Ло Бинхэ веревок. Она тут же впилась в его кожу по бокам, заставляя ее слегка покраснеть. Восхитительно. – И ты весь день сегодня так ходил? – Шэнь Цинцю крепко взял своего супруга за подбородок, заставляя запрокинуть голову. – Мгм. – И не дал мне об этом знать? – Прошептал он ему в губы, пробегаясь по ним языком. – Да, – Ло Бинхэ потянулся было к нему, но Шэнь Цинцю крепко удерживал его на месте. – И подверг себя и меня риску нападения, ослабив таким образом свою силу? – Звонкий шлепок оставил отпечаток ладони на этом невозможно прекрасном лице. Голова Ло Бинхэ от неожиданности дернулась в сторону. – Этот презренный бы никогда не подверг Шэнь Цинцю опасности! – Тут же выпрямился Ло Бинхэ, слизывая струйку крови из разбитой губы. – И как бы ты его защитил с ослабевшей ци? – Холодно вопросил Шэнь Цинцю, уперся стопой в его грудь и оттолкнул, заставляя упасть на пол. – Я… Этот… – Ло Бинхэ хватал ртом воздух и на коленях подполз обратно к нему. Нет, он не мог быть так глуп, чтобы ослабить себя посреди зала, полного демонов. Ведь торжества – лучшее время, чтобы свести счеты. – Что «Я»?! Этот супруг хотел позволить тебе поухаживать за собой, но теперь, видимо, все придется делать самому, если ты даже элементарной безопасностью пренебрегаешь. На кровать! Живо! Он злился. Ох как он злился. На фоне риска быть убитым за брачной трапезой, все риски, связанные с соитием, отошли на второй план. Если его супруг был настолько глуп, чтобы расхаживать в вервии бессмертных, среди своих потенциальных врагов, Шэнь Цинцю было необходимо в кратчайшие сроки восстановить свою полную силу, исцелившись от Неисцелимого. Из глаз Ло Бинхэ молчаливыми каплями струились слезы, но он подчинился и выполнил приказание. Шэнь Цинцю же гневно сдернул с себя нижние одежды, периодически пиная своего нерадивого супруга, чтобы тот подполз ближе к стене, в которую упиралось изголовье кровати. Он стоял над Ло Бинхэ, разъяренно сжимая в руках вервие бессмертных и намереваясь связать его и быстро расправиться с консумацией. А потом уединиться в своем новом дворце и не допускать его до тела. Года три. Чтобы образумился. Самое удручающее было то, что в таком жалком виде – с разведенными в стороны ногами, слезами на глазах и алым вервием, оплетающим идеальное тело, Ло Бинхэ выглядел чертовски соблазнительно… И был явно возбужден подобным обращением со стороны супруга, от чего и член Шэнь Цинцю отреагировал слегка опавшим было возбуждением. – Руки! – Скомандовал Шэнь Цинцю. Ло Бинхэ послушно протянул руки вперед, покусывая губы. Шэнь Цинцю поразмыслил, к чему именно его привязать, но затем увидел несколько предусмотрительно вмонтированных в стену крюков и довольно улыбнулся. И все-таки этот засранец знал, как ему угодить. Связав запястья Ло Бинхэ самозатягивающимся узлом, Шэнь Цинцю закрепил вервие на крюках так, чтобы руки этого глупого мальчишки были широко разведены. Теперь, чем больше он будет пытаться вырваться, тем сильнее веревки будут стягивать его запястья. Слегка подумав, он достал из-под подушек еще одно вервие, которое сам же и заготовил, и набросил самозатягивающуюся петлю на шею Ло Бинхэ. Да, вот теперь он был точно уверен, что даже если его супруг и сорвется, ему ничего не будет угрожать. Пока Шэнь Цинцю проводил эти манипуляции, он специально терся о тело Ло Бинхэ, периодически упираясь в его возбужденный член коленом или пахом. – Глупый, глупый мальчишка. Тебя придется наказать! Теперь ты сможешь только смотреть, но не посмеешь притронуться ко мне! Ло Бинхэ со слезами на глазах закивал и закусил нижнюю губу так сильно, словно собирался ее сжевать. Шэнь Цинцю фыркнул и развернулся. Он разместил колени по бокам от груди Ло Бинхэ и наклонился вперед, пробегаясь языком по его сочащейся напряженной головке. Одной рукой он уперся в его бедро, сжимая и причиняя боль, а другой прошелся вдоль своего бока к ягодице и легко проскользнул внутрь – он благоразумно подготовил себя с утра, так что растяжка должна была занять гораздо меньше времени. Да и масло внутри еще осталось. От такой картины прямо перед своим лицом Ло Бинхэ дернулся и зашелся кашлем от того, что веревка впилась в его горло. Шэнь Цинцю холодно осклабился. Стыдно ему не было. Все чувства застилал гнев и желание причинить страдание. В ход пошел третий палец и Шэнь Цинцю слегка охнул от тянущей боли, перетекающей в приятное томление. Член Ло Бинхэ буквально прыгнул в его лицо. Нет, полностью взять его в рот у Шэнь Цинцю не получится, если только он не хочет провести остаток вечера, вправляя себе челюсть. Но заставить его страдать от удовольствия, он сможет. Он пробежался языком вдоль ствола Ло Бинхэ и обхватил губами яички, одновременно сжимая его бедро и глубоко погружая внутрь себя пальцы. По комнате разлился их совместный стон и треск веревок. Хм… Он же их не порвет? Не должен. Это же вервие бессмертных, с ним так просто не справиться. Шэнь Цинцю продолжил. Он чуть прикусил кожу на мошонке, заставляя Ло Бинхэ громко вскрикнуть и непроизвольно дернуть бедрами. – Не шевелись. Я тебе запрещаю. Позади раздалось мычание, наполненное страданием от таких ограничений. Шэнь Цинцю оглядел своего возбужденного мужа. Нет, все-таки нужен четвертый палец. Блять. Хоть он и был довольно мягким, но… Он закусил губу, чтобы не сильно стонать и приблизился к Ло Бинхэ, позволяя ему дотянуться губами до его члена. Ну и что, что ему пришлось слегка придушить себя, чтобы доставить Шэнь Цинцю удовольствие? Будет знать, как делать глупости с невинным видом. – Возьми его весь. – Приказал Шэнь Цинцю, продолжая готовить себя, правда тут же сбился от захлестнувших его ощущений от горячего рта Ло Бинхэ. Его головка уперлась в горло его супруга, и Ло Бинхэ чуть изменил положение головы, чтобы член смог проскользнуть глубже. – Ха, да! – Не выдержал Шэнь Цинцю. Он забыл о растяжке и вместо этого обеими руками уперся в тазовые кости супруга, оставляя на них синяки, и начал последовательно трахать его рот, захваченный необычными ощущениями. Тело Ло Бинхэ под его руками буквально вибрировало от сдерживаемых стонов. Он явно задыхался, но Шэнь Цинцю не останавливался, делая все более резкие и жесткие толчки, пока, наконец, со стоном не излился внутрь, схватив рукой член Ло Бинхэ и несколько раз проведя по нему вверх и вниз. Ло Бинхэ не двинулся, как и было приказано, но одна из веревок на его груди с треском лопнула. Однако… Шэнь Цинцю освободил его рот, и Ло Бинхэ начал отчаянно хватать им воздух. Что ж, он неплохо натренировался в зародышевом дыхании, чтобы так долго обходиться без кислорода. Он развернулся и легко похлопал Ло Бинхэ по влажной от слез и слюны щеке. – Хороший мальчик. Хочешь перейти к основному? Взгляд Ло Бинхэ был расфокусирован, на лбу горела метка, а из горла хрипло вырвалось что-то нечленораздельное. Пальцы то сжимались в кулаки, то разжимались, а на запястьях уже образовались багровые кровоподтеки и ссадины. Прекрасно. Шэнь Цинцю не выдержал и лизнул его в уголок рта, но отстранился раньше, чем тот успел его поцеловать. Он потянулся к тумбочке у изголовья, на которой стояло несколько разных видов масла. При этом его тело полностью распласталось на груди Ло Бинхэ, перетянутой вервием. Веревки приятно стимулировали соски Шэнь Цинцю, так что он не удержался и потерся о них. Член его мужа от этого, казалось, увеличился еще больше, потому что головка уже упиралась ему в промежность. Он не преминул этим воспользоваться и сместился чуть ниже, надавив на нее. Глаза Ло Бинхэ полыхнули красным, и он сдавленно застонал. – Ч-ш-ш-ш, будь хорошим мальчиком и не отводи глаза, – сказал, выпрямляясь Шэнь Цинцю. Он встал на колени и чуть отполз назад, развратно наблюдая за тем, как глаза его мужа ловят каждое его движение. Снова пробежался по возбужденному небесному столпу языком, выпрямился, позволяя Ло Бинхэ полностью оглядеть себя, и налил в ладонь приличную порцию масла. Ло Бинхэ облизывал и кусал губы, изо всех сил стараясь не шевелиться. Его грудь тяжело вздымалась, а веревки в области сердца содрогались в такт его частому биению. Шэнь Цинцю прошелся своими прохладными пальцами вдоль члена Ло Бинхэ, обильно смазывая его маслом. Тот застонал. Этот низкий глубокий звук, казалось, пробежался волнами по нервам и внутренностям, от чего Шэнь Цинцю снова возбудился. Он уже не мог остановиться и заставлял Ло Бинхэ испытывать от ласк руками мучительное удовольствие на грани боли. Ло Бинхэ тяжело дышал, его пальцы обхватили веревки и потянули на себя, пытаясь вырвать крюки из стены. Ха! Ты же для себя их делал, щенок, конечно ты с ними не справишься. Шэнь Цинцю победно оглядел его с ног до головы. Мраморную кожу Ло Бинхэ покрывали капли пота и красные пятна возбуждения, а глаза зажмурились от удовольствия. Шэнь Цинцю впился ногтями в его ягодицу и крепко сжал член у основания. – Я сказал не отводи глаза и смотри! Глаза Ло Бинхэ мгновенно распахнулись, опаляя Шэнь Цинцю алым светом, его грудь дрогнула, и на ней лопнула еще одна веревка. Так блядь. Шэнь Цинцю, и зачем ты делаешь это с собой? Он же так точно сорвется! Зачем быть к себе таким жестоким, почему бы просто не совершить все быстро? Нет, надо раздразнить зверя и ходить на грани! Самоубийство! Хотя… Он нежно склонился к Ло Бинхэ и почти целомудренно поцеловал его в губы, одновременно прижимая головку к своему входу, но не позволяя ей проскользнуть внутрь. Ло Бинхэ весь напрягся, желая изогнуться и вставить, но сдерживал себя изо всех сил. От действий Шэнь Цинцю его человеческое сознание было готово капитулировать в любой момент, уступив место демонической натуре. Жадной, властной, похотливой и ненасытной. Зачем Шэнь Цинцю так с ним, разве он не понимает, что кровь демона ничего не остановит? «Не понимает», – глумливо пронеслось у него в голове. И позиции человеческого сознания стали еще на несколько порядков ниже. Мозг и тело постепенно затапливала Тьма. И тут… Шэнь Цинцю медленно опустился на его член, удерживая его рукой, чтобы избежать резкого и глубокого проникновения. Он зашипел от боли, а Ло Бинхэ зашелся стоном. Так горячо! Так туго! Хочу вставить! Хочу двигаться! Нет, нельзя! Как хорошо! Шэнь Цинцю опустился на него где-то на половину, наклонился к его уху и жарко прошептал: – Возьми меня, муж. В голове Ло Бинхэ что-то щелкнуло, и он яростно двинул бедрами, до самого основания проникая в Шэнь Цинцю. Его крик слился с низким ревом Ло Бинхэ, который просто выворотил крюки вместе с кусками стены. Что ж… вервие выдержало, а вот стена… Он быстро избавился от петли на шее и остатков веревок на теле – все равно большая часть из них лопнула от его неожиданной мощи. Шэнь Цинцю успел слезть с него, морщась от неприятного ощущения в растянутой до предела хризантеме, и попытался было ретироваться куда подальше, но не тут-то было. Ло Бинхэ схватил его за лодыжку и подтянул к себе, нависая над ним сзади и проходясь твердым и горячим как раскаленный железный прут членом по его спине и между его ягодиц. – Как прикажешь, муж, – прорычал он на ухо Шэнь Цинцю и резко вошел, до крови прикусив его плечо отросшими клыками. Шэнь Цинцю вскрикнул и попытался слезть с его члена, отчаянно цепляясь за шелковые покрывала, но его резким рывком за бедра вернули обратно, заставив выгнуться от боли и удовольствия, потому что головка Ло Бинхэ прошлась точно по заветной точке. Лицо Ло Бинхэ исказила довольная улыбка, больше похожая на оскал. Он понял, что его супругу понравилось. Еще пара пробных медленных, но глубоких толчков, от каждого из которых Шэнь Цинцю извивался стонал и ронял слезы боли и удовольствия, и Ло Бинхэ взял резкий, ритмичный темп, яростно вбиваясь в Шэнь Цинцю. Демон внутри него расправил грудь и наслаждался тем, как это слабое, изнеженное и избалованное существо под ним корчится в судорогах, до краев заполненное им, Ло Бинхэ. Его супругом и господином. Он смотрел, как плотно кожа отверстия Шэнь Цинцю обхватывает его член, рискуя лопнуть от столь интенсивного натяжения, и это заставляло его лишь сильнее желать своего человека. Своего супруга. Своего. Никому больше не позволено видеть его таким. Слабым, изнывающим, разметавшимся, грязным и развратным. Только ему. Только Ло Бинхэ. От особенно сильного толчка Шэнь Цинцю выгнулся и закричал, изливаясь на кровать. Его тело сотрясали судороги оргазма, а руки ослабели, заставляя упасть лицом в смятое и изорванное одеяло. – Бинхэ… – Простонал Шэнь Цинцю, когда он наклонился над ним, одновременно вжимаясь так глубоко, как было возможно. – Кончай, Бинхэ… Прошу… Губы Ло Бинхэ растянулись в жестокой улыбке. – Нет, – обдал он горячим дыханием ухо Шэнь Цинцю. – Моему мужу стоит быть более осмотрительным и не дразнить этого супруга в следующий раз. Неужели он не знает, что Священных демонов не сдержать вервием бессмертных? Глаза Шэнь Цинцю расширились. Этот щенок его надурил! Он специально вынудил его мучить себя! Вынудил заставить себя сорваться. Вынудил желать его жесткости и жестокости! Вот же гаденыш! От ненависти Шэнь Цинцю впился зубами в плечо Ло Бинхэ, которое стальным захватом сжимало его горло. В его рот хлынула пряная кровь. Он упивался хотя бы этой маленькой местью. Но Ло Бинхэ над ним только хмыкнул в его ухо и резко вышел. Что за? Ло Бинхэ не дал Шэнь Цинцю опомниться, сел и усадил его сверху, одной рукой приставил член к его подрагивающему входу, а другой перехватил запястья Шэнь Цинцю, удерживая их за его спиной. – Ты обманул меня! – Я всего лишь был усердным учеником своего драгоценного шифу, – в алых глазах Ло Бинхэ сквозила насмешка. – А вот шифу, то есть моему супругу, теперь придется взять ответственность за свои действия. Иначе как же он исцелится от Неисцелимого. – Хссс, – прошипел Шэнь Цинцю, когда Ло Бинхэ медленно, но методично опустил его на свой член. В таком положении Шэнь Цинцю не мог никак регулировать глубину проникновения. Он попытался было напрячь бедра и вход, но неожиданно, его мышцы сами по себе, без его воли, расслабились, и он резко и до основания насадился на небесный столп Ло Бинхэ. – Ах! – вырвалось из его рта, он выгнулся от интенсивных ощущений и запрокинул голову назад. Внутри Шэнь Цинцю зашевелилось нехорошее предчувствие, Ло Бинхэ же расплылся в довольной улыбке и нежно поцеловал его в челюсть, слегка прикусив. – Неужели Лорду Шэню не известно, что кровь Священных демонов, попадая внутрь, способна контролировать тело того, кто ее выпил? – Его тон был чужим, холодным, но таким соблазнительно низким и бархатистым, что Шэнь Цинцю сам непроизвольно заерзал, пытаясь возобновить стимуляцию. Этот гаденыш уделал его дважды. А он так расслабился, чувствуя свою власть над ним, так привык к тому, что рядом с ним находится демон, что совершенно забыл о его природе… Что ж… у этого были и свои плюсы, ведь так он мог заставить Ло Бинхэ исцелить себя за его счет… Но, такой ошибки он больше не допустит. А сейчас да… пора взять ответственность… – Ло Бинхэ и его клан отлично сохранили эту информацию от Царства людей. Нам было это не известно. – Нежно, слегка уговаривающе начал он, покрывая точеный подбородок Ло Бинхэ поцелуями, и начиная постепенно раскачиваться на его члене, увеличивая амплитуду толчков. – Что ж… Теперь я весь твой, да, муж? И внутри тоже, – он сжался покрепче и резко опустился на член Ло Бинхэ. Дальше не было разговоров, лишь влажные звуки соприкасающихся тел, громкие крики, стоны и грязные ругательства, только подстегивающие обоих. Никто не собирался уступать. Демоническое сознание Ло Бинхэ требовало доминировать, но Шэнь Цинцю был достойным противником и мучал его своей непокорностью, заставляя снова и снова доставлять себе удовольствие. Удовольствие, которое он не позволял себе испытывать ни с кем до этого. Удовольствие полного контроля другого над собой и одновременно – полного контроля над силой, которая им владела. Кажется, люди называют это доверием. Он же и демоны называли это властью. Кажется, он вырубился где-то в процессе. Ло Бинхэ же с его демонической мощью был неутомим и продолжал оставаться твердым несмотря на несколько последовательных оргазмов. Шэнь Цинцю же, хоть и был культиватором, но не имел особых навыков и выдержки в парном совершенствовании. Но всегда есть куда расти, не так ли? Когда Шэнь Цинцю пришел в себя, в окна лилась дневная хмурая тьма. Ему потребовалось несколько мгновений, чтобы понять, где он находится и в каком состоянии его тело. А тело его было… в прекрасном состоянии, что удивительно. Он был полон сил и бодр, как не был в последние лет пятнадцать. Собственно, с момента отравления Неисцелимым ядом. Он проверил свою ци и меридианы и с удивлением отметил, что они не просто восстановились, но словно стали сильнее. А самое главное, он был чистым и у него абсолютно ничего не болело. Хотя стоило ожидать, что после прошлой ночи, от мыслей о которой у него приятно зашевелился член, он должен был бы превратиться в изношенную развалину, в которую обычно превращались человеческие проститутки лет через пять активного использования. Но нет… Он даже недоверчиво приподнял одеяло, чтобы себя оглядеть, но тут заметил кое-что еще. Рядом с ним мирно сопел Ло Бинхэ, а ладонь Шэнь Цинцю по-собственнически сжимала полный бодрого энтузиазма неимоверный член его супруга. Хм… интересно, он с утра так готов или у него все еще не падало после ночи… Чтобы не быть опрометчивым, он, на всякий случай, пробежался пальцами по своей хризантеме. Ожидая всего – запекшихся корок крови, распухшей и саднящей слизистой, но… Его вход был чистым и здоровым, как если бы ничего не было… Не могла же кровь Ло Бинхэ обладать ТАКОЙ силой исцеления? Или могла? О… Какие тогда это открывало перед ними перспективы… Да, каждый раз будет как в первый раз… Но… На этом «но» Шэнь Цинцю хитро прищурился и спрятал свое порозовевшее от предвкушения лицо под одеялом. Ло Бинхэ чуть сморщил во сне свой прекрасный лик, словно вырезанный из нефрита, и проснулся. То ли от ощущений, то ли от собственного стона. Шэнь Цинцю рядом не было, но тут он почувствовал, как его напряженный член проникает во что-то горячее и тугое. Из-под одеяла послышался сдавленный всхлип, а за ним показалось хитрое лицо Шэнь Цинцю, который словно помолодел лет на десять. Ло Бинхэ изумленно округлил глаза, рассматривая своего свежего и буквально лучащегося силой и духовной мощью супруга. Правда, долго любоваться не получилось, потому что выше названный супруг резко выкрутил его сосок, одновременно глубоко насаживаясь на член и проникая языком в его рот. Спустя полчаса яростной борьбы Ло Бинхэ прижал его к кровати, нависая сверху. Метка на его лбу полыхала, а глаза были чернее антрацита. Они оба тяжело дышали и сладко сжимались от оргазма. Шэнь Цинцю нежно прижал ладонь к щеке Ло Бинхэ. – С добрым утром, муж.