Про диваны и фотографии

Не каждому дано управлять, но все могут подчиняться. А вот Армин командовать умеет. Он старался отбросить мысли о правильности выбора Леви и Ханджи, когда та назначила его командором разведки. Всё-таки, на такой должности нет времени для слёз, соплей и прочих жидкостей. Особенно в условиях разрухи, когда проекты по восстановлению клепаются один за другим, а отчёты сыпятся на голову с баснословной скоростью. Но главной головной болью в последнее время стали гранты на всякие штучки из заграницы. Всё-таки, Парадизу нужно и своё производство, чтобы хоть как-то войти в колею технологического прогресса. Всё проходило под контролем «крылатых». Кто знает, вдруг какое-нибудь заморское изобретение таит в себе угрозу и в самый неожиданный момент оторвёт её «счастливому» владельцу руку. Нужны были образцы. Ещё и томоженные отчёты теперь писать нужно… Армин обустроил кабинет полностью под себя, на окна повесил персиковые занавески, которые выбирала его жена. Её вкусу он доверял больше, потому что сам в цветах и тканях разбирался, сказать честно, плохо. Одну полку освободил под глобус, который когда-то привёз из Марли, а другую под огромную модель корабля. Не хватало только книжек со сказками, чтобы спутать кабинет командора с детской комнатой. Хотя, возможно, сказки тоже были. Привозились они в качестве сувениров из разных (оставшихся) стран. Но самой интересной вещицей для Армина стал фотоаппарат. Ему всё ещё не было понятно устройство этого прибора, как оно работает и с чем его едят, но с главной функцией всё-таки разобрался. Его очень впечатлил факт того, что такая маленькая коробочка может сделать такой рисунок, который никогда в своей жизни не сделает даже самый искусный художник. Позже научился и проявке. Пришлось под это дело занять ванную комнату в новенькой квартире Арлертов. Парень хотел домик где-нибудь в лесу… А в идеале на пляже… Но чтобы не добираться на работу два дня и одну ночь, пришлось смириться с квартирой. Его новоиспечённая жена не особо была довольна тем, что Армин вечно занимает ванную из-за своих фотографий. Каждый раз приходилось ногами стучать по двери, чтобы справить нужду. Совмещённый с ванной санузел — ужас. Совмещённый с ванной санузел, в котором Армин делал свои фотографские дела — ещё хуже. -Открывый, горе фотограф. Я в туалет хочу! — уже минут пятнадцать она стучала ногой по двери, прислонившись к ней спиной, и грозно рычала на начинающего Луи Дагера. -Ну милая… Фотографии испортятся… Я их вчера развесил, ещё часик подожди, пожалуйста! И не устрой под дверью море, как бы ужасно это не звучало… — и так каждый раз. Если бы была возможность, он бы вообще оттуда не выходил, позабыв о работе, еде и собственной жене. -Святая Мария, Армин, я тебя когда-нибудь прибью. И мне не будет стыдно. Стоит признать, что свои семейные обязательства парень выполнял на все сто. Настоящая хозяюшка. И пол помоет, и вещи постирает, и ужин приготовит, и вечером в кровать дельфинчиком прыгнет, дабы исполнить супружеский долг. Конечно, это при условии того, что он опять не останется отсиживать свою задницу в рабочем кабинете или не устроит себе рандеву с проявкой фотографий в ванной. Конни называл его подкаблучником, что в переводе на нормальный означало «примерный муж, мечта всех женщин». Задержки на работе обусловлены сезоном. Летом больше работы, больше отчётов… У всех работников появляется огромное желание уйти в отпуск на неделю другую. Но Армин, добрая душа, всех в отпуск отпустит, а сам останется работать в десять смен. Даже спит иногда на работе, из-за чего его жене приходится прибегать в штаб с корзинкой еды, чтобы её работящий муж не помер с голоду. А то совсем со своими бумажками сгинет. Или по пути на работу сдует ветром. В такое время в кабинете Армина начинается «вечер встреч». Несогласованный, конечно же. Он никого не звал, все приходили сами. Проведывали друга и в наглую мешали работать. Чаще всего заглядывали Микаса, Жан и Конни. Двое последних без спросу лезли в дальний шкафчик под книжными стеллажами и не стесняясь брали бутылку вина, которую они же Армину подарили на свадьбу. Видимо, для этого и дарили. Знали, что их друг не фанат алкоголя. И знали, что он самый примерный муж и семьянин. Фотография жены в рамочке стояла на одном краю стола, а их совместная на другом. Эта была со свадьбы. -Смотри! Вот и фотографии готовы. Ты такая красавица тут, не могу налюбоваться. Заберу на работу, поставлю рядом с той, что со свадьбы. — он внимательно вглядывался в фотографию, а потом с таким же восхищением смотрел на свою жену. -У тебя скоро будет не рабочий кабинет, а мой фан-клуб. Можешь на место глобуса поставить мой бюст. -Пусть все знают, что я твой главный фанат. И бюст сделаем. Но в последнее время у фаната времени было в обрез. Середина лета, пик отпусков. Армин пашет на убой и опять не идёт самостоятельно в отпуск, хотя может скинуть всё управление на Жана, которого сам же Армин назначил своим замом. А у дамы его сердца уже идёт пар из ушей из-за того, что её ненаглядного отчёты возбуждают больше, чем её тело в новом кружевном комплекте белья и шёлковом халатике. Нужно принимать меры. Ей тоже хочется в отпуск к морю, а не готовить десять блюд, потому что Армину больше нравится стряпня жены, а не булочки из буфета. Он явно недооценивал коварство женщин. Особенно замужних. Особенно если это твоя собственная жена. Каждую деталь их личной жизни знала Микаса, с которой девушка по вечерам пропускала стаканчик другой, пока Армина не было дома из-за, прости святая Роза, работы. До чего же противное слово. -Ну вот ты скажи, что мне делать? — миссис Арлерт очень смешно потрясла руками перед собой, пытаясь показать всю трагичность ситуации, и опустошила второй стакан вина. Из-за алкоголя она становилась ещё более эмоциональной, чем обычно. -Снимать штаны и бегать. — очевидно, это была шутка. Микаса всё говорила монотонно и без особых эмоций. -Пробовала. — а это нет. — Хорошо, я не злюсь на него из-за работы… Но вот эта… Штука! — она злобно зыркнула на фотокамеру. — Армин скоро с ней спать будет, а не со мной. Только выдаётся шанс, чтобы вместе отдохнуть. — после этих слов она хлопнула в ладоши. — Он тут же убегает в ванную и ни ответа, ни привета. -Послушай. — перед следующей фразой последовал глубокий вдох и длинный выдох. Сложно разговаривать на не очень серьёзные темы с не очень серьезным человеком — Мужчины как дети. Тыкни его в проблему. Но так, чтобы ему точно стало стыдно. — Микаса всегда выдавала короткие и умные мысли. Хотя, скорее те, которые от неё хотели услышать. Холодный ум и расчет, шикарная женщина. Огромные, но сделанные со вкусом, часы пробили полночь. Значит, сегодня Армин домой не собирался. В квартире не было слышно чего-то кроме часов и звяканья бокалов, которые уже были отправлены в раковину. Мыть посуду настроения не было. Да и готовить что-то тоже. Было настроение изучать инструкцию к любимой вещи её мужа. Фотоаппарат. Вечер пятницы Армин опять проводит в своём кабинете, планируя вернуться домой под ночь. Позднее солнце светило через окно прямо ему в спину, из-за чего становилось ужасно жарко и некомфортно, хотя на улице уже похолодало. И опять диван для «гостей» был занят тремя его товарищами. Всех эта неделя вымотала, но как они могли отказать Армину в помощи и не протереть пыль со стеллажей и книг, пока тот сверяет цифры в отчётах, чтобы удостовериться в том, что его подчинённые добросовестно выполнили работу. Микаса добродушно взглянула на бедного парня, который уже пыхтел из-за невнимательности некоторых кадров. Даже книги со стола не убрал. Мешают, нужно вернуть на места. Взгляд девушки с книг перешёл к фотографии в рамке, которая была свадеб… Что с ней? Вместо пары в костюме и свадебном платье с корсетом на фотографии была полуголая жена самого Армина в очень неприличной позе. В настолько неприличной, что любой даме из публичного дома стало бы стыдно. Микаса быстро положила рамку стеклом вниз, чем привлекла внимание командора. -Что случилось? На ней был паук.? -Хуже. — Микаса быстро развернулась на каблуках и так же быстро дошла до стеллажа. Хоть бы фотографию не увидели парни. Это явно не для их глаз. Армин аккуратно подцепил рамку за самый низ и поднял её в обратное состояние. Он ожидал увидеть там какое-нибудь страшное насекомое, которое заставило его подругу так хлопнуть по столу. Но увиденное было явно куда интереснее. Вместо привычной и очень милой фотографии молодоженов он увидел свою любимую в позе, в которой видел в последний раз только в прошлом месяце. Армин быстро вытащил фотокарточку из рамки, чтобы никто больше это не увидел. Сердце сейчас напоминало клавиши печатной машинки, которую Армину на день рождения подарили его подчинённые, чтобы он не писал всё от руки. Признаться честно, они просто не разбирали его почерк. Оно так же быстро и так же громко стучало в груди, словно клавиши. Он пытался найти причины появления такой фотографии здесь. На оборотной стороне была какая-то надпись, написанная размашистым почерком. Это была губная помада. Красная губная помада его жены. Она наведывалась к нему вчера, приносила очередной ужин, на который Армин не соизволил явиться. А он совсем уже крышей поехал и не заметил, что на месте его любимой фотографии (второй по счету, первой была фотография его жены. Обнаженной или нет, не понятно.) стоит это. Бедному мальчику точно был необходим сон. И отпуск. «Не забывай как я выгляжу». И рядом поцелуй этой же помадой. Фотография полетела в карман белой рубашки. Военный плащ приходится снимать в такое жаркое время и ходить в полностью белом комплекте одежды. Как психбольные, ей богу. Хотя, сейчас руки у Армина тряслись так, будто он точно был выходцем из психбольницы. Помада тут же оставила следы на внутренних сторонах кармана. Придется застирать. Лицо залилось краской цвета этой же помады. Кажется, даже волосы из пшеничного блонда стали красными. От увиденного и от стыда. Почему-то до этого момента он не замечал, что в последний раз приходил домой не ночью месяц назад. А на выходных он всегда запирался в ванной и не давал туда никому заходить. И полноценно занимался с женой любовью тоже месяц назад. Армин сильно зажмурился, до боли. Минут десять он думал и старался не зареветь из-за собственного поведения. Да и сам он уже не вывозил всей нагрузки. Решено. Отпуск. На месяц. -Жан, побудь тут главным. Я домой. — Армин спешно начал раскидывать бумажки по ящикам, а основное кинул в свой портфель, который носил для строгости вида и солидности. Он всегда был пустым. Только сейчас понадобился для бумаг. -П-подожди. — Жан чуть не подавился слишком сладким вином. Видимо, это был кагор. — На сколько? -На много. Звук ключей испортил идиллию тихого вечера одинокой женщины, которая только и делала что спала. Шёлковые простыни были смяты от вечного барахтанья в них, а одеяло упало на пол, потому что хозяйке нужно было убедиться, что пришли не посторонние, а её блудный муж. -Кого там принесло. Так ещё и в пятницу. Так ещё и вечером! — миссис Арлерт резкими движениями запахивала халат, чтобы ничего лишнего не было видно. — О, явился. Перед ней стоял до нитки мокрый Армин, который по счастливой случайности попал под летний ливень. Светлые волосы стали тёмными, а через промокший карман просвечивалась та самая фотография, которая его и привела в собственный дом. План был слишком гениальным, что бы не сработать. По крайней мере, так думала его жена. Армин упал на колени и не боясь намочить дорогой халат, который он подарил своей даме на «просто так», начал обнимать её ноги, как провинившийся школьник. Он понимал, что его ждёт невероятная пытка злыми взглядами, а может его вообще отправят спать на диван, но он был рад, что наконец-то оторвался от своей макулатуры с циферками и заумными словами. -Ну и что вы скажите в своё оправдание, мистер Арлерт? — два последних слова она специально пропустила сквозь зубы. Чтобы неповадно было. -Ничего… — вместо слов он достал из-за спины помятый и мокрый букетик цветов, который явно сорвал с чьей-то клумбы, потому что все магазины и лавки уже закрыты. Бесстыдник. Но каков бесстыдник, на него невозможно было злиться всерьёз. -Как мило с вашей стороны. — ей правда было приятно. — Но боюсь, я должна вам сказать три неприятных слова. — она театрально тянула время. — Спишь на диване. — проверенный приём всех хороших жён, давит на совесть и гарантировано заставит вашего бедного мужа плакаться как маленького. Перед своим наказанием Армин всё-таки сходил в ванную, на которую теперь не мог смотреть. Лучше он выделит под это свой кабинет в квартире, которым пользуется от случая к случаю. Помылся и переоделся в длинную ночную рубашку, после накинул на себя коричневый махровый халат, который делал из Армина плюшевого медведя. На диване было спать ужасно неудобно, он был узким, скрипел и пах ужасными духами, которые его жена случайно пролила на подлокотник. Наверное, он бы сейчас точно расплакался, словно ребёнок, у которого отобрали игрушку. Но он не ребёнок и в игрушки не играет. У него его же жена отобрала возможность спать с ней в одной кровати. Но обижаться он мог только на себя и поэтому посреди ночи встал, укутался в одеяло с головой и поплёлся в спальню, которая по закону и по факту принадлежала и ему тоже. Босые ноги шлёпали по полу, а дверь предательски скрипела. Он боялся разбудить ту, которая на самом деле и не спит, а ждёт, когда же Армин ослушается её указаний и прибежит обниматься. Его хватило всего на два часа. Тут же был выдан план по поводу отпуска и поездки к морю. И ради этого пришлось два часа и целые сутки потратить на то, чтобы разобраться с камерой, подобрать позу и потом проявить одну единственную фотографию. А Армин как знал и не появлялся дома, давая возможность реализовать коварный план. После этого инцидента и прямого намёка на то, что он скоро забудет о том, где находится его дом и как выглядит его жена, Армин опять принял на себя роль примерного мужа, поломойки, кухарки и личного дворецкого. Разумеется, он не делал всё в одиночку, но он из кожи вон лез, чтобы сделать больше, чем предполагали его полномочия и показать, что он огромный молодец. И, конечно же, он не хотел опять спать на противном диване. Помните о своих близких, иначе точно так же отправитесь на диван.