Призрак. Часть 1. Месть невинной души

             Месть — вредящие действия, совершённые из побуждения наказать человека или группу людей за вред, нанесённый ранее. Совершается из чувства обиды, реальной или предполагаемой.              Сказано повесить над местом, где спишь, — почти сделано! Чтобы добраться до потолка, Димке пришлось порыскать по дому в поисках стремянки. Но она оказалась недостаточно высокой, и с пола до потолка он не доставал, как бы ни пыжился. И так попробовал, и сяк, не хватает роста и всё тут. Димка уже чего только не выдумал: и поставить стремянку на книги, и принести с кухни табуретки, и так далее и тому подобное. Пока не придумал, по его мнению, гениальное: поставить её прямо на кровать. Молодец! Стоять-то она, стояла, вот только стоило начать на неё взбираться, как, само собой разумеющееся, она кренилась то в одну сторону, то в другую. А кто-то сомневался?       Когда, в очередной раз проходя мимо комнаты брата, Алевтина глянула на его потуги, то покрутила пальцем у виска и пожелала не убиться. Ловец снов ловцом снов, но зачем же так-то рисковать? А когда Димка всё-таки умудрился пиздякнуться — иначе просто не сказать, благо, что не сильно зашибся, — Алевтина всё же предложила свою помощь. В очередной раз. А то ей как-то за жизнь братца стало страшно. Больше страшно стало, когда он, упав, начал материться так, будто из него демона изгоняли: с рычанием, какой-то непонятной речью и шипениями. Тут бы кто угодно напугался. Правда, Алевтина взялась помогать не за бесплатно: заявила, что с него бутылка её любимого шампанского и коробка каких-то там конфет — нет, название-то она сказала, вот только для Димки это было каким-то стрёмным заклинанием. А что поделать? Он родной язык знал на натянутую троечку, а тут какой-то иностранный! В итоге сошлись на том, что они вместе съездят в алкомаркет: Алевтина выберет, а Димка рассчитается. Логично же всё! Осталось денег в займы взять. У старшего брата…       Пыхтя, будто пробежал километров сто без передыху, Димка пытался прицепить крючок ловца снов к скотчу, чтобы приклеить к потолку. Алевтина над этой странной конструкцией посмеялась и пожелала ей упасть прямо на мордаху братца. Это будет очень забавно. Особенно когда спишь, а тебе в морду что-то прилетает. Тут не то что обделаться можно — можно сердечный приступ с испугу словить. Просто Димка другого выхода не нашёл: как ещё прицепить? Потолок самый обычный, не натяжной, скотча побольше — и нормально! Так и сделал. Немного залюбовался как в покачивающемся ловце — вернее будет сказать, в его бусинах — сверкают искорки, Димка ловко спустился, спрыгнув с середины лестницы, убрал её и поставил рядом, а потом они уже вместе с Алевтиной смотрели на сделанное Димкиными руками.       — Помни, когда приснится, не напрягайся, даже если будет страшно. Открой ему свой разум. Попробуй поговорить, — напомнила Алевтина.       — Знаешь, так-то это невъебенно страшно, — проворчал Димка.       — Человеку всегда страшно. Поэтому он и смерти боится.       — Так-то бояться сдохнуть не зазорно! — возмутился Димка.       — Димась, сам подумай: если призраки существуют, то значит, и потусторонний мир есть. А значит, мы не просто умираем, а уходим в другой мир! — просияла Алевтина.       — Знаешь, Аль, мне кажется, что если подобная поебетень произошла с тобой, ты бы так не радовалась.       — Да я бы писалась кипятком от восторга.       — Серьёзно? — с недоверием протянул Димка.       — Серьёзно, — уверенно заявила Алевтина. — И вообще, бояться смерти глупо, она в любом случае неизбежна.       — Ацтань, — отмахнулся Димка. — Не то чтобы я смерти боюсь, а больше того не понятного пиздеца, что со мной происходит.       — Завидую я тебе, — грустненько вздохнула Алевтина. — Но капец как радуюсь, что это случилось хотя бы с тобой!       — Хотя бы со мной?! — опешил Димка. — Ты о чём?! Меня какая-то тварь убить пытается!       — Дим, — Алевтина положила руки на его плечи, — поверь, если бы он хотел тебя убить, он бы это уже сделал. Он хочет что-то сказать. Дай ему шанс.       — Надеюсь, ты права, и все мои попытки не сведут меня в могилу раньше времени, — проворчал Димка.       — Я больше люблю, когда ты настроен на позитив.       — А я больше люблю, когда меня во сне не лапают и дают выспаться!       — Шалунишка!       — Аля, это не смешно!       — А знаешь, как называется секс с призраками? — на полном серьёзе спросила Алевтина, и Димка выпал в осадок. Так и не дождавшись от брата реакции, она сама ответила: — Спектрофилия! — торжественно объявила Алевтина. — Хотя это не обязательно секс. Влечение! Так романтично! — пискнула она, затопав на месте. — Обязательно впишу это в свой новый рассказ! — И её как ветром сдуло в свою комнату.       То, что Димка ахуел от поведения сестры, это ещё мягко сказано. Во всём пошлость найдёт. И никогда Димка не замечал за собой, чтобы его хоть как-то привлекали призраки. Ему в целом до них не особо есть дело, а уж про романтику можно вообще молчать.       Вздохнув, Димка вернул стремянку обратно, дабы потом не выслушивать от матери, что он опять что-то взял, а на место не положил. Затем решил принять душ, ибо, пока вешал ловца, вспотел жутко. Но сначала он долго всматривался в зеркало, пытаясь увидеть в нём отражение призрака. Ничего не увидев, пожал плечами, забрался в душ и устало выдохнул. Запоздало подумав, что надо было сначала постель прибрать, а уже потом мыться, вяло отмахнулся: ничего же уже не сделать, а вылезать из-под приятных тёплых потоков воды не хочется. Сделает потом! Помывшись, Димка завалился вздремнуть. Разглядывая ловца снов, он надеялся, что у него всё получится, что он не испугается и сможет принять — как бы то ни звучало — того, кто пытается с ним по каким-то причинам связаться. Вот только Димка никак не мог понять, кому из призраков он вдруг понадобился и почему. Что такой, как он, самый обычный парень, может сделать? Да и с кем он так связан, что тот ему является? Задавая сотни и сотни вопросов самому себе, Димка незаметно задремал, снова оказываясь в сером лесу.              — Катька, гляди, что у меня для тебя есть! — весело рассмеялся Влад, протягивая крашеной брюнетке кольцо. Кольцо из плотного стекла. Чёрного, с синими «венами». Отнятое у мёртвого. Взятое без дозволения того, кто дарил и того, кому оно было подарено.       — Что за дешёвка? — Катя взяла кольцо с ладони Влада. — Хотя красивенькое, — она надела его на средний палец и кокетливо стрельнула зелёными глазами в своего парня. — Ты что, решил мне сделать предложение?       — А ты заслужила?       — Засранец!       И в без того шумной гостиной добавилось громкого смеха. Влад страстно целовал подругу, без стыда хватая её за пышные груди или засовывая руку под подол короткой юбки, устремляясь к увлажнившейся от страсти промежности. А кого здесь стесняться? В загородном коттедже родителей гремела вечеринка. Уже в меру пьяные подростки напивались всё больше, предаваясь порокам. Алкоголь. Наркотики. Курение. Секс. Похоть. Если деньги позволяли, а уехавшие отдыхать родители не мешали, почему бы не оторваться по полной? Ведь и старшего брата с его нравоучениями больше нет…       Неожиданный образ Олега, возникший яркой вспышкой в голове, заставил Влада притормозить. Эти синие глаза… Как проклятие. Единственный синеглазый в семье сероглазых. Мать как-то сказала, что у её скончавшейся матери были такие же глаза. И они её всегда пугали. Больше не пугают.       Влад всегда ненавидел брата. За всё. За то, что всё-то у него получалось, за что бы Олег ни взялся. Работа. Учёба. Спорт. Даже сраное рукоделие. Одно время Олег увлекался созданием чего-либо из эпоксидной смолы. А какие девчонки на него вешались! Одна красивее другой. Вот только старший брат — на радость младшего — оказался с изъяном. И когда он признался, мать чуть удар не хватил. Олег стал тем самым позором, который все хотят скрыть, спрятать. Уничтожить.       — Что не так? — Катя потянулась за поцелуем.       — Да так, — пробормотал Влад, отвечая на касание губ.       И тут Влада как переклинило. Страх тупой болью врезался в затылок. Среди толпы, с осуждающе сведёнными тонкими белыми бровями стоял ОН. Синие глаза старшего брата прожигали во Владе дыру. От сердца точно расползся мертвенный холод. Он будто говорил, что младший брат поступил не просто плохо, а омерзительно. Но осуждал его Олег не за своё убийство — хотя и сделано это было не руками Влада, — а за воровство. Не за надругательство над могилой — очередное, — а за то, что забрал ценную вещичку. Маленькую. Незаметную. Дешёвую. Но безумно дорогую для него лично.       Так нельзя, — прошептали губы Олега.       У Влада сдали нервы. Испуганно завопив, он грохнулся с диванчика, на котором они сидели вместе с Катькой, уже с пола испуганно озираясь по сторонам. Но сколько бы ни всматривался, брата больше не увидел.       — Ты чё, перепил? — расхохоталась Катька, пиная своего парня ногой.       — Видимо, — Влад осторожно поднялся и огляделся.       Народу вокруг тьма. Половину из них Влад даже не знал. Но если есть возможность пригласить побольше людей, почему бы и нет. Довольные тем, что их пригласили на такую тусовку, подростки, не отказывая себе ни в чем, пили дорогой портвейн прямо из горла. Или же парни обливали весело хохочущих девчонок и слизывали с них. И никуда без случайных связей, которые могли закончиться чем угодно. Но когда это волновало? Особенно пьяных.       Влад отрешёно глянул, как два парня потащили в стельку пьяную девчонку на второй этаж. Видимо, на первом уже все комнаты заняты. Плевать. Кто её сюда силой тащил? Или заставлял напиваться?       — Да что ты так помрачнел? — Катька слезла с дивана, усаживаясь на пах своего парня. — Давай лучше немного развлечёмся, — улыбнулась она, медленно расстёгивая пуговицы на своей белой полупрозрачной рубашке, под которой виднелся ярко оранжевый бюстгальтер.       — Давай, — ухмыльнулся Влад, задирая подол её юбки и грубо срывая стринги.       — Ты же мой дикий зверь! — игриво зарычала Катя.       Пусть народу в гостиной было мало, но всё же он был. Ребята с любопытством смотрели на происходящее, а кто-то даже принялся улюлюкать, когда Катька, показав всем средний палец, шустро выдернула ремень из штанов Влада, а тот помог вытащить член, который почти с первой попытки скользнул во влажную щёлочку гладко выбритой киски. Катька тихо застонала, полностью садясь на член своего парня.       — Уйдите вы в спальню! — заржал кто-то из парней и, как следует встряхнув бутылку с дорогим шампанским, облил им трахающуюся парочку.       — Идиот, я тебя прибью! — взвизгнула Катька.       — Да-да! — отозвался тот же парень.       Смеясь над ситуацией, Влад сел, схватил Катю за задницу, умудрившись подняться на ноги и уйти с ней, не снимая с члена, в туалет, где, посадив на тумбу, продолжил жёстко врываться в неё резкими толчками. И всё бы ничего, но чем больше плыл разум Кати, тем сильнее ей казалось, что из зеркала за ними кто-то наблюдает. Но, сославшись на алкоголь, она просто закрыла глаза…       Когда вечеринка подошла к концу, никто домой уйти был не в состоянии — разлеглись, кто где упал. Вот и Катька с Владом, хорошенько потрахавшись, снова напились, добавив травки, а после завалились спать на втором этаже.       Первой проснулась Катька. Потирая заспанные глаза, она с трудом выбралась из-под придавившего её Влада, посмеявшись над его вялым членом, торчащим из ширинки. Пошатываясь, она с трудом спустилась на первый этаж: чуть несколько раз не слетела, но сушняк гнал её прямиком на кухню, где обнаружилась сладко спящая возле холодильника парочка. Махнув на них рукой, Катька взяла стакан, налила воды и только прижала его к губам, как замерла. Её глаза уставились на улыбчивого беловолосого парня с нереальными синими глазами.       — Это не твоё, — шепнул Олег, взглядом указав на кольцо на её пальце. — Нужно вернуть.       — Ты чё, блядь, бредишь? — фыркнула Катька. — Мне его подарил мой парень!       Улыбка Олега ничего хорошего не предвещала. Под его пристальным взглядом рука Катьки точно сама подняла стакан, по чужой указке рот открылся. Вода хлынула на язык, сразу попадая не в то горло. Чувство удушья пугало до чёртиков. Катя попыталась вдохнуть, но словно кто-то сжал горло, приводя её в ужас. Сердце заколотилось с бешеной скоростью, грозясь разорваться. Вода полилась мимо, стекая по шее, на обнажённые груди. Тихо захрипев, Катя пустила ручьи слёз. Но не имеющий жалости призрак просто смотрел. Смотрел, как девушка задыхалась. Чувствовал её агонию как свою, когда на него обрушивался удар за ударом. Животный страх овладевал и им, и ей от понимания, что никто на помощь не придёт. Что здесь и сейчас и она, и он умрут. Их убьют. Его — брат. Её — месть. Когда воздух закончился, а покрасневшие глаза застыли наполненными страхом стёклами, призрак её отпустил. Тело грузно рухнуло на белый кафель.       Он попросил.       Его не послушали.       Так будет с каждым.              Ничего-то Димке не снилось. Было лёгкое беспокойство, взявшееся из ниоткуда. Но, не считая леса, ничего больше не привиделось. Димка как мог, пытался командовать тем, что видел. Но чего-то иного, кроме как просто смотреть, не вышло. Те же деревья. Тот же туман под ногами. То же небо без облаков и хоть единого намёка на солнце или луну, звёзд тоже не видать. Самое страшное, что показалось Димке: чернота между стволов, в которой ничего не рассмотреть. Честно, он старался хоть что-то понять, разглядеть, даже пытался говорить, но тщетно. Ничего не вышло. Зато проснулся на диво выспавшимся.       — Чудо! — протянул Димка и потянулся всем телом. Его взгляд поймал плавно покачивающийся над головой ловец снов. Улыбнувшись непонятно чему, Димка откинул одеяло и бодро поднялся. Вялость в теле пропала. Ноги не тряслись, а дышалось свободно и полной грудью. Туман в голове также прошёл. Будто ловец и правда помог, и вся эта паранармальщина отступила.       Чувствуя прилив сил, Димка даже начал улыбаться. Быстренько ополоснувшись, он заправил постель, на кой-то хер послал ловцу снов воздушный поцелуй, сам же обозвал себя за это дебилом и спустился вниз.       — О, кто к нам снизошёл, — съязвила Галина.       — Я тоже рад всех видеть, — вздохнул Димка, поблагодарив сидящую с краю напротив него Алевтину за то, что та положила ему макароны и любезно потёрла сыр. Она определённо ждала от него подробностей ночного приключения. Иначе с чего вдруг решила так поухаживать? Ещё и на отдельной тарелке подала целых три сосиски, тогда как все остальные взяли по две. А в довесок и намазала свежую корочку белого хлеба паштетом. Народ охренел. Димка тоже. Особенно когда Аля ему ещё и горячего чаю налила, прям как он обожает: вместо сахара ложка мёда, кусочек лимона и имбиря.       — Чё происходит? — озвучил мучавший всех родственников вопрос Артём.       — Всё, Тёма, упустил ты свой шанс! — театрально горестно выдохнула Алевтина.       — Чё? — Артём от её фразы растерялся ещё больше. Он посмотрел на Диму, ожидая пояснений, а тот точно с голодного острова выбрался: глотал еду, практически не жуя. За вчера ведь только один раз поел: организм требовал своего!       — Через плечо! — хихикнула Алевтина и сделалась сама серьёзность. На жующего Димку она смотрела с видом: ты всё мне расскажешь! Всё!       А Димка что? Ничего! Такой зверский голод он давно не испытывал. Желудок не просто подсасывало, а скручивало от голода. Будто он свою энергию кому-то отдал, а теперь организм требовал восполнить её обратно. Поэтому ничем удивительным — для Димки — не стало, когда он уже сам себе навалил вторую порцию, вместо сыра налив кетчупа и схватив оставшиеся пять сосисок. То, что он первую-то порцию сожрал за минуту удивительно, а тут за второй встал.       — Сынок, ты себя хорошо чувствуешь? — с нотками беспокойства спросила Галина.       — Я голодный, как стая волков! — с набитым ртом пробурчал Димка, нечаянно заплевав скатерть. — Ой…       — Глисты? — предположила Алевтина и выпучила глазёнки, когда младший брат посмотрел на неё как на идиотку.       — Ну, с учётом того, что вчера он не ел, по крайней мере, я не видел, не удивительно, чего он такой голодный, — протянул Макс. — Дим, с тобой реально всё хорошо? Хоть немного жуй. И не торопись так.       — Да норм всё! — отмахнулся Димка, но, точно подтверждая опасения брата, он, поторопившись, слишком резко вздохнул и, подавившись, страшно закашлялся. Он даже и предположить не мог, что проснувшаяся вместе с ним — в то же время — Катя, точно так же, как он, задыхалась в коттедже родителей Влада. Вот только, в отличие от неё, Димке помогли.       — Ебать тебя в ухо, — ругнулся Тёма. Он стал первым, кто отреагировал, практически молниеносно спася брата от удушья. — Сказано же: не торопись!       — Не надо меня в ухо, — прохрипел Димка, благодаря Макса за поданный стакан с водой. — Просто я реально голодный! И вчера я один раз всё-таки покушал, — напившись, он поставил стакан и снова накинулся на еду.       — Ничему жизнь не учит, — вздохнула Галина.       — Разве пацан, один раз поевши, наестся? За весь-то день! — покачал головой Фёдор.       — Я весь день дрых, — в своё оправдание сказал Димка, задумчиво рассматривая вновь пустую тарелку и соображая, хочет ли он ещё есть или на этом достаточно. В итоге сам себе сделал пару бутеров с колбасой и паштетом и сожрал со второй чашкой чая.       — Не лопни, — протянула Алевтина.       — Да дайте я пожру! — возмутился Димка.       — Ешь, никто не отбирает, — хмыкнул Макс. Понятное дело, что за брата он переживал. Мало ли отчего у него голод. Но то, что ест и такой бодрый, это определённо жирный плюс. Хотя бы теперь понятно, что он либо полностью выздоровел, либо уверенными шагами к этому движется. Ещё Макс отметил, что не видно синяков, лицо не бледное и нет тёмных мешков под глазами. В глазах появился привычный блеск.       Остальная часть завтрака прошла в тишине. Отвечая на вопрос матери, Димка всё-таки собрался на учёбу. Ни хрена не готовый, зато пропусков не будет. Вставал вопрос, у кого взять лекции, чтобы списать.       — Я жажду знать правду! — заговорщицким шёпотом на всю машину спросила Алевтина, куда, удивляя парней, она тоже залезла.       — Ты перегрелась? — не понял Артём. — И не липни к нему так, — потребовал он, видя, как Аля зажала озадаченного Димку к противоположной дверце заднего сидения.       — Всё, Тёмочка, ты свой шанс упустил! — фыркнула Алевтина. — Теперь это мой любимый братик.       — Я тебе сейчас врежу, — пригрозил Артём.       — Без драк, — твёрдо сказал Макс, выруливая на дорогу. — Аля, тебя куда?       — В Центр мне надо. Кстати, — она осмотрела всех парней, — вы про материн ДР не забыли? Быстро скидывайтесь!       — Блядь, — выругался Макс и полез во внутренний карман за бумажником. — Что брать будешь?       — Успокоительное! — заявила Алевтина.       — Какое? — не понял Димка, протягивая сестре две тысячи. — Не смотри так, у меня больше нет. Последние.       — Верни ему обратно, — сказал Макс, протягивая две бумажки по пять тысяч. — За него вкладываюсь. Что брать будешь? И скажи нормально.       — Пополню её запас картин, — сказала Алевтина таким голосом, будто братья непроходимые идиоты. — Вы хотите спокойствия в доме или нет? Я знаю хороший магазин, знаю, что она любит, знаю, что ей надо и что у неё уже есть. Так что я с этим справлюсь куда лучше, чем вы. Ну и букет ей выберу да коробку конфет. Олухи, с утра не поздравили.       — А сама? — Димка от того, что забыл про день рождения матери, даже нервничать начал.       — Не забыла. Но как всё куплю… — она задумчиво причмокнула губами, — надо ещё открытку большую взять. Напишу от нас всех. Запакую красиво и нормально. Тёма, бабло гони, иначе я тебе член оторву!       — У меня на карте всё!       — Похуй мне на твою карту! Там только наличкой принимают! Где я тебе деньговыдаватель там буду искать?!       А деньговыдавателями Алевтина называла банкоматы…