Юнги, тебе чай или кофе?

-Ну наконец-то... - с тяжелым вздохом опускается на койку Юнги. -напомни, нах... зачем я с тобой поехал, Джун? С другой койки ухмыляется, пожимая плечами, Намджун, перебирающий в ожидании проводницы свои отросшие за несколько месяцев волосы. Волны цвета темного шоколада рассыпались по его широким плечам, делая его похожим на принца из какой-нибудь средневековой сказки, красиво обрамляя слегка бледное лицо. Мускулистые руки, обвитые сеткой вен, выступающих под кожей, как раз пытались собрать резинкой все это великолепие в одну кучу, преображая в жалкое подобие хвостика. -Я отпросился у Шихек~хена на выходные попутешествовать по стране- запутанно объяснялся Намджун, все еще борясь с непослушными волосами. Юнги как раз расправлял простыни на своей койке, мечтая оказаться где-нибудь далеко-далеко около тёплого моря, закопаться в горячий песок, накрыть блондинистую голову любимой черной панамкой и отдохнуть. Но, нет, его мечтам не суждено сбыться, на данный момент, он может только наблюдать, как друг, собрав волосы в какую-то непонятную, извиняюсь за мой французский, дичь, потягивается, чтобы дотянуться до одеяла, валяющегося где-то на верхней полке. До отправления поезда всего десять минут. За это время многое можно успеть сделать. Юнги, к примеру, расправил постель, лег и развернулся к окну, наблюдая, как уходят последние лучи солнца, окрашивая небо сначала в персиковый, а затем в фиолетовый цвета. А вот Намджуну в этом плане даже и готовить ничего не надо было. Простынь уже лежит поверх мягкого матраса, идеально заправленная подушка так и манит окунуться вместе с ней в сказочный мир сновидений, а одеяло выглядит таким воздушным, будто облако соизволило спуститься с небес и укрыть своим телом молодого мужчину. Но репер и бровью не ведет на зазывания мягкой кровати, и, идет за кипятком для своего чая -Юнги? Тебе чай или кофе? - на секунду возвращается он, обращая внимание на своего коллегу и друга, что почти уснул, наблюдая за копошащимися людьми на перроне. Услышав в ответ отрывочные высказывания нелестного содержания, мужчина принес кофе. Слегка перекусив, очнувшийся от дремоты Мин, от "нечего делать", спросил: -Чем планируешь дальше заниматься? - будто в пустоту бросил он. А Джун не уверен, что слышал вопрос. Ким завис. Ошибка загрузки... Юнги даже не знает, как сейчас Нам себя сдерживает, стараясь не пялится на белое пятнышко сливочного крема на скуле старшего. Кажется, пока они чаевничали и разговаривали, Юн запачкался. Но, почему тогда это так странно выглядит в видении Джуна? Почему хочется убрать это пятно далеко не руками? -Ээй, земля вызывает Ким Намджуна! -произнёс Мин, всерьёз опасаясь за психическое состояние рэпера. Но, стоило ему договорить, как Джун потянулся к нему, невесомо касаясь кончиками пальцев щек. Их глаза встретились. В одних бушевал огонь, всепоглощающее пламя, своей чернотой почти затопившее карюю радужку, в других - замерзала вода, являя на свет лёд, холодный, отбрасывающий неясные блики на черных зрачках. Поезд тронулся уже минут пять как, но ни один из них этого не заметил. Никто не отводил взгляда, продолжая все глубже погружаться в темноту глаз напротив. -Прости.. - выдает через секунду Намджун, отпрянув назад. Забравшись с ногами на постель, мужчина открывает книгу на телефоне и усиленно делает вид, что полностью погружен в чтение. Юнги неосознанно повторяет его движение, только с одним отличием. На его телефоне нет книг. Он тупо пялится в какую-то очередную цветастую цифровую игрушку, которую, похоже, установил Чимин, ему такая бредятина нравится, вот и решил Юна приобщить. По ступенькам прыгают какие-то пони, с невъебенно длинной гривой, что впору пол подметать, надо помочь им собрать яблочки, попадающиеся на пути. Детская игра. Но это гораздо лучше, чем сидеть в напряженной тишине и стараться разглядеть эмоции на непроницаемом лице напротив. Полчаса прошли нормально. Если можно считать нормальным почти звенящуюю тишину в их купе. Мину, наконец, надоело сидеть взаперти с персонажем а-ля "Не говорите со мной, я зол" и он решил пройтись до туалета, чтобы по пути проветрить голову и свои мысли, рояшиеся в ней. Сзади послышался хлопок двери, но Мин не обратил на него внимания, не одни они ведь в вагоне едут. А зря... В туалет его буквально втолкнули, запирая дверь. Явно собираясь наказать наглого самоубийцу, позволившего себе так грубо толкнуть его, Юнги обернулся, сжимая кулак. Но встретился лицом к лицу с Джуном. Он был бледен и растерян, совсем не похож на того радостного и уверенного в себе мужчину, которого обычно видел на работе Юн. -Объяснишь, что происходит? - задаёт весьма логичный вопрос старший, даже не надеясь на ответ. Кажется, в таких ситуациях, ответов не бывает. Вместо заумных фраз, красиво сформулированных предложений и потока мыслей, как на прошлом интервью, Юнги получил то, чего никак не ожидал. Ну, или ожидал, но только у себя в мечтах. Его коснулись жесткие, искусанные, с содранной кожей, но такие нежные губы лидера. Вместе с ними пришло и ощущение теплых рук, схвативших Мина за талию сквозь черную толстовку. Юн ошарашенно замер, это был слишком неожиданный шаг, буквально молниеносный... Ким собирался отстраниться, но тут уже Мин не позволил лишить себя приятного. Они целовались долго, упиваясь друг другом, словно цепляясь за последний шанс. На губах Джуна проскользнула улыбка, которую старший не то, что бы увидел, он её почувствовал. Юнги отстранился, тихо выдохнув и моля всех богов, чтобы Ким не услышал, выматерился, скорее простонав, чем произнеся: - Твою ж мать.. -Извини... - и снова, второй раз за этот час Ким скрывается за щелкнувшей замком дверью, давай Мину осознать, в какую огромную ass он попал. -Это ты называешь "Возбудим, но не дадим", да, Ким Намджун?! - обратившись к мужчине в официальном стиле, вошел в купе старший. Закрыв дверь за собой на замок, и, слегка покачиваясь в такт идущему поезду, Юн потянул сидевшего мужчину за руку, заставляя сесть ровно на койке. Тот, естественно, напрягся, ища в глазах Мина ответ на молчаливый вопрос. -Никогда, слышишь, никогда не смей целовать меня, а потом сбегать, словно пес, нагадивший мимо положенного места! - рявкнул разозлившийся Юнги, упираясь в верхнюю койку рукой и нависая над опешившим Намджуном. Надо отдать должное, лидер быстро собрался, притягивая Шугу к себе и касаясь лбом его живота сквозь чертову кофту. Руки Джуна нашли свое место на худых, даже костлявых, бедрах Юна и, похоже, очень хорошо там устроились, не собираясь уходить. -Юнги~хен... - от хриплого голоса Джуна обычно сводит внутри все и у всех. У Юнги же чуть обморок не случился, когда до него дошло, что этот полустон предназначен именно ему. Руки сзади сжали сильнее, и Юн уже не знал, от чего не может прямо стоять- от такого возбужденного партнера или же от качки поезда. Что-то ему подсказывало, что первый вариант больше подходил. Что делать дальше, Мин не знал, да и вообще плохо помнил все оставшееся время до прибытия поезда на очередную станцию. Помнит, как оказался на чужих коленях, касаясь мужчину везде, где только мог достать. Помнит нежные поцелуи, граничащие с острой болью укусов в плечи и шею. Помнит сильные руки, ласкающие обнаженную кожу и оставляющие пока незаметные следы. Он был уверен, что прошло как минимум, пара минут с того момента, как они решили заняться этим. Нет, определенно, любовью это не было, но и просто сексом назвать было сложно. Последнее, что помнит Мин перед отключкой - это так сладко выгнувшегося Намджуна, что, кажется, Юн слышал хруст позвонков. Последний поцелуй и Юнги у кладывается поверх Намджуна, не боясь отдавить ему что-нибудь жизненно важное. Все необходимое хорошо защищено. На одной койке, под одним одеялом, едва прикрывавшим их, было так тесно, но так близко они еще никогда не были. И, почему от этого становится больше желание повторить все те волшебные ощущения, которые до сих пор клокотали в уставшем Юнги и находили отклик в теле подрагивающего Намджуна. Они все еще успеют, они оба это знают...