Любовь моя, they say I'm a terrorist

      Волна от взорвавшейся на другом конце казино самодельной бомбы отразилась от пола, всё здание сотряслось. Сознание вернулось к Жене так же быстро, как и покинуло её. Она хотела подскочить и броситься бежать, но сильные мужские руки держали её в крепких объятиях. Попытка пошевелиться привела к жуткой боли в лопатке. Девушка сдавленно зашипела. — Чшш, не двигайся, п-пожалуста. Всё будет хо-орошо, — задрожал над ухом знакомый голос, а объятия сделались крепче. — В тебя к-кинули охотничий нож, б-без скорой по-омощи его опасно до-оставать из раны. — Где мы? — Прохрипела Женя, сквозь пелену осматривавшая некогда роскошное помещение. — Казино «Золотой Д-ра-акон». Сюда ворвал-лись бандиты, ты наверное не помнишь… но всё будет хорошо, я обещаю.       Последнюю фразу Сергей произнёс твёрдо, искренне веря в свои слова. Любой ценой, но он должен защитить эту девушку, сейчас истекающую кровью у него на коленях. Раньше ему казалось, что её платье было цвета насыщенной крови, но сейчас, глядя на алые струйки, бегущие по дрожащей спине, понял: оттенки разные. Платье — гипнотическая красота, кровь — смерть. — Помоги мне подняться, — Женя подала голос и постаралась упереться на локти. — Я думаю, ч-то не стоит этого д…       Она пропустила это мимо ушей. Глубоко дыша с поддержкой парня села, стараясь игнорировать боль, не являющуюся для неё чем-то новым. Теперь стало более-менее ясна картина происходящего: они сами сидели под лестницей… Под той, с которой минутой ранее скатился Сергей. Или не минутой, Боже сколько прошло времени…       …Казино напоминало декорации к фильму ужасов: много окровавленных тел, некоторые бездыханные, некоторые дергающиеся в непонятных конвульсиях. Женя инстинктивно потянулась к единственному по-настоящему живому человеку рядом — старая привычка. Разумовский уловил это движение и сам пододвинулся ближе. Он даже не напрягся, когда тонкие пальцы скользнули к его волосам, пробежали по мокрому затылку. С ужасом Трофимова поняла, что теперь её руки были не только в собственной крови. — Ты расшиб голову, когда падал с лестницы. — До-оговориться с ворвавшимися не получилось. Видимо эти люди не под-держивают демократи-ические принципы. — Они последователи Чумного Доктора, — Женя выплюнула имя маньяка со всем скопившемся в ней ядом, — с ними невозможно вести переговоры априори. Ублюдочные псы не менее ублюдочного хозяина.       В голове мелькнуло какое-то движение, отдававшие тупой болью в затылке, и Сергей на мгновение потерял связь с реальностью. В нечеловеческих глазах блеснула жёлтая ярость, мускулы напряглись, натягивая белую рубашку. Наваждение. Разумовскому сейчас как никогда требовалось оставаться в сознании, впервые в жизни он нёс ответственность не перед миллионной аудиторией безликих пользователей, а перед настоящим человеком, сейчас таким слабым и беспомощным. Нуждавшемся в нём. Она звала меня тогда, она бросилась ко мне, когда все отпрянули. Безрассудная, глупая девочка. Разве я заслужил тогда её жертвы?       Вдалеке послышался рёв сирен, в здание ворвались оперативники во главе с мужчиной, пугавшем только своим хищным оскалом. Сергею не было дела до преступников, разбегавшихся по углам, ищущих выход, стремящихся остаться безнаказанными. Он аккуратно прислонил Женю плечом к перилам, а сам на полусогнутых ногах поспешил за помощью. Явившиеся вместе с полицейскими санитары сразу кинулись к раненым. Два медбрата подхватили Разумовского под руки и усадили на пол. — Там, там девушка! — Беспокойно вскрикивал Разумовский, указывая в сторону лестницы. — Ей надо помочь, она ранена! — Да, конечно, мы всем окажем первую помощь, пожалуйста, не дергайтесь, — терпеливо бормотал молодой фельдшер, параллельно осматривая затылок и шею пострадавшего. — Сергей Разумовский, если я не ошибаюсь? — Это срочно, как вы не понимаете! Там ножевое ранение, она истекает кровью. — Успокойтесь, пожалуйста. Вы бы о себе подумали, похоже у вас сотрясение и как минимум парочка ушибов, вам лучше прилечь.       Зал быстро наполнялся сотрудниками правоохранительных органов, тут и там шныряли санитары с носилками, где-то вдалеке благим матом ругались скрученные бандиты. Среди мелькающих спин Сергей силился разглядеть то самое кровавое платье, но это было заведомо бесполезно. Только когда врачи закончили его осмотр, выдали все рекомендации, рыжий смог обойти казино, но нигде… Господи Боже, её увезли в больницу, или прямо сейчас в одной из карет скорой помощи накладывают безобразные чёрные швы, на припухшую рваную кожу? А может её вовсе не нашли?       Он в четвёртый раз заглянул под лестницу, девушки там не было. Как же Сергей жалел о том, что рядом не было Олега, он бы разобрался со всем, он бы нашёл её, из-под земли достал. К чему ему сейчас была похвала Игоря Грома, если он совсем не чувствовал себя героем. Сергей нехотя пожал майору руку, но отблагодарил искренне, ведь, когда Женя отключилась, именно Игорь бросился в рукопашную, выиграв время для Разумовского. Тогда, забыв о боли, он перетащил тело девушки в безопасное место, подальше от бьющегося стекла, от насилия, рвущегося на волю. Качая хрупкое тело на руках, Сергей был рад, что сам не видит всей потасовки, ведь зверь, поселившийся в нём, безумно хотел принять в этом участие. Они вышли на улицы из-за тебя… из-за нас! Выйди, поддержи их, возглавь революцию!       Нет, ничего нет. Это всё Олег, он начал суд, не я. Никто не заслуживает линчевания Даже эти мрази? Богачи, плюющие на всех и идущие по головам ради новой сумки Prada?       Даже они Ложь — Ложь его на ентову носилку, всё равно уже поди не дышит бедолага.       Еле увернувшись от очередной пары медиков, Разумовский вышел на улицу. Он проследил взглядом за пенсионером, вызвавшимся в добровольцы, чтобы помогать «отсортировывать» тела. Сергей не мог себя заставить посмотреть в сторону трупов, ровно лежащих на земле перед храмом роскоши и разврата. Он боялся увидеть там её. Глаза открыты, но в них больше нет той усталости, с которой она смотрела на это мир, той заинтересованности, с какой смотрела на Сергея. Пустота и свет фонаря. Его передёрнуло. — Серьёзная заварушка вышла, — Олег возник из ниоткуда, всё в том же идеально выглаженном пиджаке, без намёка на пылинку. — Надеюсь ты в порядке? — В общем и целом. Но где ты был? — Взвинтился Сергей. — Отгонял машину с парковки. Ты вроде хотел пораньше уехать.       Голос спокойный, такой, что действует на нервы. В этом хаосе оставаться ледяной глыбой невозможно, по крайней мере Сергей не представлял себе это возможным. Он много чего хотел высказать другу, например, о последствиях пропаганды Чумного Доктора, но сейчас было не до этого. — Ты не видел здесь девушку, чуть пониже меня, чёрные волосы, платье цвета кро… граната, такой глубокий красный цвет? — Вон та что ли?       Сергей проследил за взглядом Волкова: недалеко от входа, на перилах спиной к ним сидела Женя. Поверх платья был накинут пиджак, а его обладатель в одной белой рубашке стоял со скрещенными руками перед девушкой и улыбался её речам. Она видимо что-то оживлённо рассказывала, жестикулируя, правда, только левой рукой. С сердца упал камень, Разумовский хотел кинуться к ней. — Погоди, погоди, дружище! — Олег схватил его за плечо. — Ты разве не видишь, что она со своим мужчиной. Как по-твоему будет выглядеть ваша встреча в его глазах?       Рыжий осёкся. Ещё раз, может быть в сотый раз за вечер прокрутил в голове их встречу: она стоит одна на балконе, она тянется к его волосам, холодные кисть у его губ, она зовёт его на танец. Встреча, у неё отменилась какая-то встреча, ох, я не помню, что она об этом говорила... но по итогу она ушла пить одна. Она хотела увидеться здесь со своим молодым человеком, а он не пришёл. Разумеется, когда услышал о нападение на казино тут же явился. — Ну что ты вылупился, Серёж? Понравилась что ли? Так поздно уже, занята ягодка, — ухмыльнулся Олег, стараясь сдвинуть друга с места. — Уже чёрт знает сколько времени, пора домой, я отвезу тебя. И с чего я вообще решил, что она нуждалась во мне? — М-может хотя бы поп-прощаться? — Промямлил Разумовский, разрываясь между двух огней. — Она нам не нужна, Серый! — В голосе Олега прозвучали стальные нотки. — Едем!       Стоя на тротуаре, абсолютно растерянный и брошенный, Сергей в последний раз взглянул на копну чёрных, как крыло ворона, волос.       И тут она обернулась.       Голубые разбитые глаза встретились с живым огоньком в её тёмных. — Сергей! — Резво окрикнула она и хотела было помахать, но тут же скривила лицо и схватилась за правую руку. Он остался стоять как вкопанный, поэтому ей пришлось подняться и проковылять к нему. — Сергей! Только глянь, я ещё и ногу умудрилась подвернуть, — быстро заговорила она слегка осипшим голосом, — да и не всё ли равно! Тебя осмотрели врачи? Ты же с такой высоты упал! Что сказали? — С-сотрясение, — выдавил он и снова умолк, не зная, что делать дальше. — И всё? Нет, ты не подумай, что я хотела бы, чтобы было больше, я, наоборот, очень рада, что всё обошлось! Всё ведь обошлось?       Женя не понимала, что случилось: парень, в момент явной опасности показавшийся уверенным и бесстрашным, вдруг потерял весь запал, спрятал пугливые глаза за нависшей чёлкой. Она потянулась к его руке — он отпрянул. Это движение, такое короткое, но такое показательное, заставило сердце Трофимовой сжаться. Разве она сделала что-то не так?       Мужчина, с которым она раньше разговаривала, наконец-то подошёл и учтиво откашлялся: — Извините, что вмешиваюсь, но что насчёт… — Да, да, — не дала ему договорить девушка, — буквально минута и мы продолжим. — Это совсем не обязательно, мы могли бы встретиться в другой день и не при таких трагичных обстоятельствах. — Хорошо, но… — Доброго вечера, Евгения, — с подчёркнутой отстранённостью бросил Разумовский и направился в сторону машины, облокотившись на которую стоял Олег и с великим удовольствием наблюдал за сценой, разыгравшейся перед ним. — Нет, да что же это… Сергей! Тебе нельзя садиться за руль в таком состоянии! — Женя чуть ли не срывалась на слёзы от детской обиды и тупого непонимания, давившего на неё. — Меня подвезут, не беспокойтесь, — почти себе под нос ответил парень. Только не оборачивайся, это станет самой большой ошибкой, скорее к машине, уехать и забыть этот вечер, этот погром, эти глаза, этот кошмар наяву — С Вашим другом точно всё в порядке? — Учтиво уточнил мужчина, провожая вместе с Женей взглядом чёрный спорткар с рыжим на водительском сидение. — Я… я не знаю, но думаю, что он отдаёт себе отчёт в своих действиях. Хорошо, Леонид Константинович, нам действительно лучше продолжить переговоры в другой день: я омерзительно себя чувствую, — Женя спрятала всю боль в потаённый закуток своего сердца, куда прятала всегда все свои чувства. — Предлагаю завтра обговорить детали следующей встречи, но уже в компании вместе с другими инвесторами. — Золотые слова, Евгения Романовна, золотые слова.

***

      В машине была мёртвая тишина. Олег хотел разбавить атмосферу парочкой армейских шуток, но, не заметив никакой реакции со стороны друга, добавил громкости радио. На каждой волне обозревали свежие новости:

ОБЩЕСТВЕННОСТЬ ВЗБУДОРАЖЕНА, ПОСЛЕДОВАТЕЛИ ЧУМНОГО ДОКТОРА НАПАЛИ НА КАЗИНО «ЗОЛОТОЙ ДРАКОН» ОНИ ОБЪЯВИЛИ ВОЙНУ САМЫМ ВЛИЯТЕЛЬНЫМ ЛЮДЯМ ГОРОДА КАНАЛ ЧУМНОГО ДОКТОРА В СОЦИАЛЬНОЙ СЕТИ ВМЕСТЕ СОБРАЛ БОЛЕЕ МИЛЛИОНА ПОДПИСЧИКОВ

— Да твою ж мать, — выругался себе под нос Волков. Даже на музыкальных радиостанциях мусолили одну и ту же тему, поэтому с десятой попытки Олег сдался и выключил звук вовсе.       Сергей был ему за это благодарен. Меньше инфошума — меньше головной боли. Лучше было подумать о новом обновление его детища. Всего пара программ и «Vместе» заиграет новыми красками. Он не поддался на манипуляции со стороны властей и не убрал односторонней шифровки данных, чтобы пользователи и дальше могли спокойно пользоваться приложением без боязни, что за ними будут следить ФСБ-шники. В обновление Сергей собирался включить безграничный доступ к контенту не только на территории РФ, но и за рубежом. Сделать это было нелегко, но переговоры с нужными людьми возымели свои плоды.       В ближайшие дни настанет новая эра для его соцсети, да и для Разумовского тоже.

***

      Уже целую минуту Женя смотрела в зеркало на свою спину. Шея затекла, а из-за приглушённого света периодически черты тела вовсе размывались. Разумеется, швы скоро снимут, и Трофимова обязательно запишется на лазерную процедуру удаления шрамов. Так она поступила со всеми старыми отметинами. И тем не менее в душе уже навсегда останется этот неприятный осадок. Словно на лань охотились. Попал в лопатку, а целился поди в голову. Херовый охотник, однако.       На лице возникла гримаса отвращения. Этим жестом преступники овеществили её, на примере показали всем богачам, что все они не больше, чем куски мяса, разве что пахнут поприличнее.       Рана небольшая, мышцы разрезаны ровно, не рвано, что облегчило работу санитарам. Оставив попытки сквозь боль дотянуться до швов, Женя накинула верх от шёлковой пижамы и подошла к панорамному окну с видом на ночной Питер. Может, ну это всё, и спрыгнуть?       Она любила эти мысли: иногда они смешили её, иногда помогали вспомнить, ради чего она воздерживается от этого сумасшедшего порыва. Вечер, можно сказать, прошёл абсолютно бесполезно. С инвесторами не пообщалась, заработала себе на небольшой больничный и всего то. Сергей. Нет, об этом не имеет смысла вспоминать. Конечно, это полезно заиметь такого знакомого, как Сергей Разумовский, но не то чтобы я прям очень сильно в этом нуждалась. Верно же? Приятно провели время, ничего необычного и важного, надо подумать о работе. Скоро придёт крупная партия товара, если покупатель не сольётся, то эта сделка изменит жизнь компании. А может и мою.       Задёрнула шторы, выключила свет, упала спиной на прохладные белые простыни. На спине разразился пожар, каждая нервная клетка в районе лопатки готова была вечность сгорать в агонии. На грани потери сознания в голове чётко вспыхнул образ огненно-рыжих волос.