.
7 ноября 2022 г., 17:20
«В час, когда Луна воссияет на небосводе, просто неотступно следуй за Полярной звездой…»
— Я вернусь. Ваше Высочество, поверь мне. Се Лянь верит. Верит искренне, страстно, упрямо и непреклонно. Терпеливо и уверенно, по-детски легко и прямо. И каждую ночь, глядя на яркую холодную россыпь звёзд на тёмной парче небосвода, он неторопливо перебирает в мыслях страницы воспоминаний. Нежно окрашенных, где-то каллиграфически, а где — шаловливо-небрежно вписанных в его память событий, произошедших с ними за эти восемьсот лет. Когда-то этот срок казался принцу вечностью. Теперь это не более, чем предисловие. Звёзды окружают его, будто серебряные бабочки. Звенят, переливаются, тихо о чем-то беседуют с ним и между собой. И в их голосах Се Лянь слышит всё то, что когда-то говорил ему Сань Лан — необычайно умный и рассудительный, и вместе с тем мечтательный юноша. Звёзды, кажется, тоже верят в его возвращение, и говорят об этом хоть тихо, но смело и прямо. «Что бы ни произошло, звёзды будут сиять. Сквозь необъятную бездну они укажут путь во тьме, подарят надежду глубоко отчаявшимся. Звёзды сияют для всех, сияют, рождаясь, сияют, умирая. Что бы ни случилось в мире, их мерцание будет вечным…» «Но их свет и вполовину не так ярок, как твой, гэгэ. И ни одна звезда так не сильна и не смела, как ты, Ваше Высочество…» И Сань Лан с нежной улыбкой смотрел на принца. — Ты говорил мне, что я смелее и сильнее, но ведь это ты научил меня быть таким, Сань Лан… О чём бы он ни говорил принцу, его рассуждения были легки и красивы. С его слов о необычайности простого существования их в этом мире Се Лянь, казалось, заново учился всему, что знал прежде. Жить ради обещаний, данных другим. Смело идти в огонь и сгорать без страха. И больше всего принц желал, чтобы Сань Лан повторил всё уже им сказанное. Каждый раз мечтал взяться за перо и заполнить тысячи свитков его речами. Он бы отдал всё, лишь бы услышать Сань Лана снова. «Этот мир был создан для того, чтобы ты увидел его своими глазами, гэгэ…» Чьё бы величие ни воспевалось людьми и Небесной столицей, Хуа Чэн преклонял колено и делал шаг навстречу наследному принцу Сянь Лэ. Неизменно протягивал руку, оставался непоколебимо верен ему одному. Се Лянь вздыхает и опускает взгляд. Звёзды продолжают звенеть — тихо, немного обеспокоенно, заботливо и мягко: «Для меня едино, окружён ты сияньем или низвергнут в грязь. Значение имеешь только ты сам» А после — с забавной нежностью: — Гэгэ не хочет прогуляться? Се Лянь вновь поднимает взгляд. В окружении серебряных бабочек перед ним с улыбкой стоит Хуа Чэн — Сань Лан — и протягивает ему бледную ладонь. Принц удивленно ахает, но тянет руку в ответ и крепко сжимает чужую кисть. И оказывается среди миллиардов ярко сияющих огоньков в глубоком тёмном небе. Ни в какое сравнение не идёт застывшая в своём золотом великолепии Небесная столица с этим живым синим ночным шёлком, что будто дышит и пульсирует вокруг Се Ляня. Его переполняет восхищение, а в сердце что-то немного болезненно, но так пронзительно и сладко ноет. Ему хочется прыгать от какого-то резкого неземного счастья, смеяться, даже хохотать. И принц, будто ребенок, бегает среди звёзд, смеётся так, что, должно быть, во всех уголках Вселенной слышно, как он счастлив. На его глазах чистым хрусталём блестят нежные слезы, и он торопливо стирает их белым рукавом. Переводит взгляд на Хуа Чэна и невольно замирает. Лёгкой походкой князь демонов приближается к принцу. Се Лянь чувствует, как его наполняют тысячи мыслей и эмоций, но стоит на месте и не может перестать по-детски счастливо улыбаться. Легкое прикосновение губ ко лбу, и принц слышит нежные слова: — Одной твоей улыбки достаточно, чтобы изгнать любую печаль из этого мира… Всё вокруг заполняет бархатный лунный свет. Се Лянь открывает глаза. На его ладони сидит, легко покачивая крылышками, серебряная бабочка.
