Я не боюсь с тобой

      Уставшие лисы возвращались домой после тренировки. Нил сидел на переднем сиденье, чтобы быть ближе к Эндрю. Они были вместе — по-настоящему вместе — уже больше года. Хотя Миньярд до последнего сопротивлялся, отказываясь придавать их отношениям официальный статус. Признать, что между ними что-то большее, что у них есть нечто особенное… С каждым днём они становились ближе, превращаясь в пару, в семью — но не такую, как раньше, когда рядом были Ники и Аарон. Теперь их семья состояла только из двоих.       Доверие и взаимопонимание между ними росли, и теперь не нужно было спрашивать разрешения на простое прикосновение. Спать вместе стало естественно. Им стало проще проявлять свои отношения на людях — пусть даже только в кругу лисов.       Но кое-что оставалось неизменным — их сексуальная жизнь. Они никогда не переходили границы взаимной мастурбации. Иногда Нил хотел большего и пытался намекнуть Эндрю, чтобы тот сделал шаг вперёд, но никогда не давил на него и не торопил. Если Миньярд не был готов, Нил готов был ждать.       Сегодня на тренировке голкипер казался совершенно незаинтересованным в игре — даже Кевину несколько раз удалось забить ему. Нил и Эндрю не общались ни во время тренировки, ни после. Это настораживало Нила — он всегда был параноиком.             Едва они вошли в общежитие, как Эндрю прижал его спиной к стене — не грубо, но твёрдо.       — Эндрю? — Голос Нила дрогнул. Он не понимал, что происходит: сначала партнёр его игнорировал, а теперь зажал между стеной и своим телом.       — Да или нет?       — С тобой — всегда да.       Эндрю наклонился и с неожиданной нежностью прижался губами к его губам. Они целовались несколько сладких, наполненных тихими стонами минут. Миньярд не спеша, словно давая Нилу время передумать, снял с него футболку и отбросил её в сторону. Его пальцы скользили по обнажённому торсу, очерчивая шрамы, оставшиеся на загрубевшей коже.       Нил вздрогнул от этих, казалось бы, простых прикосновений. Он наклонился к шее Эндрю, осыпая её поцелуями.       — Твой чёртов фетиш меня бесит…       Нил лишь усмехнулся. Он прекрасно знал, как Эндрю «ненавидел» его и его привычки. Но через мгновение Джостен с удивлением понял, что партнёр повалил его на кровать и залез следом — но не опустился на колени, как ожидал Нил.       — Я хочу… — Эндрю посмотрел на него с непривычной неуверенностью. — То есть… — Он замолчал, будто подбирая слова.       — Я хочу, чтобы мы занялись сексом.       Внутри Нила взорвались фейерверки от радости и предвкушения. Эти слова означали, что Эндрю готов — готов полностью довериться ему, впустить его в свою жизнь навсегда.       — Да. Да, Эндрю.       Миньярд, не теряя ни секунды, снял с него брюки и бельё, оставляя багровые следы на шее и ключицах. С каждым поцелуем воздух в комнате накалялся. Мир сужался, пока в нём не осталось только двое — двое, охваченных страстью. Тихие стоны звучали оглушительно в окружающей тишине.       Эндрю на секунду отстранился, доставая из тумбочки презервативы и смазку. Всё тело Нила горело, он жаждал этого момента с той самой открытостью, которую они когда-то пообещали друг другу.       Партнёр медленно, но уверенно надел презерватив, не отрывая от него глаз. Нил дрожал — каждое движение рук Эндрю вызывало новые волны возбуждения. Ему захотелось прикоснуться к нему, и в конце концов он не выдержал, положив ладонь на его грудь, словно пытаясь прочесть его мысли.       Эндрю улыбнулся и провёл рукой по его волосам, успокаивая.       — Если тебе будет больно или неприятно — сразу скажи. Понял? — Его голос был напряжённым, взгляд — пристальным.       — Понял, — прошептал Нил, раздвигая ноги шире. Он чувствовал, как по его коже бегут мурашки. Он был готов, но сердце бешено колотилось в груди.       Эндрю открыл флакон с лубрикантом, нанёс холодную субстанцию на пальцы и медленно, осторожно ввёл один палец, внимательно наблюдая за реакцией Нила. Сначала было лишь приятное давление. Со вторым пальцем стало чуть больнее, но дискомфорт был терпимым.       И вдруг в голову полезли воспоминания об Эндрю. Никто никогда не готовил его к сексу. Никто не спрашивал, хочет ли он этого. Никто не смотрел на него с такой нежностью, не касался его с такой заботой.       По щекам скатились слёзы. Он чувствовал себя уязвимым — но в то же время защищённым.       — Почему ты не сказал, что тебе больно? — Голос Эндрю вырвал его из оцепенения       Нил быстро вытер рукой слезы. Конечно, он совершенно не подумал, что Эндрю может неправильно его понять и подумать, что он причиняет ему боль, так же как это было с ним.       — Всё в порядке, продолжай. — Ему нужно было вернуть этот момент. Он хотел объяснить, что с ним всё хорошо, что слёзы — не от боли…       — Я не слепой, Нил. Я видел. — Эндрю раздражённо встал, собираясь уйти. — Я знал, что это плохая идея.       — Ты не причиняешь мне боль, Дрю. Я просто… Неожиданно для себя переполнился эмоциями. — попытался успокоить его Нил, не желая, чтобы он уходил.       — Но я уже сделал тебе больно. — В его голосе звучала горечь. Он оделся и вышел, хлопнув дверью. Нил остался один. Он чувствовал себя глупо, не зная, как убедить Эндрю, что всё хорошо. Что с ними все хорошо