Орел или решка?

      Не отпускало ощущение, что меня выдернули из привычного мира и сунули в какую-то жалкую пародию на «День сурка». Моя яркая студенческая жизнь потеряла краски и все свелось к учебе, работе, жалкой притворной «любви» на публике, домашке и сну. Какой-то блядский анабиоз, а мысли бегают по кругу, как прибалдевшие хомячки в пластмассовом колесе. И нет от них спасения.       Я чувствовала, что задыхаюсь, истончаюсь и как будто исчезаю, но как разорвать этот порочный круг, я не имела ни малейшего понятия. — Лиён? Лиён! Очнись! — Чонгук щелкнул мне пальцем по носу, вырывая из размышлений. — Что? Ох, прости, что-то я сплю на ходу. Что ты говорил? — Я говорю, что этот реферат о Декарте совершенно мне не дается. Мне скучно. — Протянул он в конце совсем по-детски.       Я стала часто сбегать в библиотеку после пар. Мне нравилась атмосфера таинственности и сокрытых знаний, запах бумаги и тишина, приглушенное освещение и отсутствие большого количества людей. Здесь можно было спрятаться от Хосока, который постоянно пытается подбодрить, от Юнги, сующего язык в глотку своей девушке, от Чимина, шепчущего томно очередную пошлость, и от Су Хёка, который взял за привычку сверлить меня своим нечитаемым взглядом темных глаз. Здесь только я и мои учебники. И чертовы мысли. А сегодня еще и Чон Чонгук. — Ты опять? — Парень уже буквально пыхтел от раздражения, сидя напротив меня и отпихивая осточертевший учебник. — Нет, Чон. Просто думаю, что может на сегодня хватит? У меня тоже мозг уже скис. — Я подняла на него взгляд и не удержалась от ответной улыбки, увидев, как счастливо растягивает губы этот милый парнишка, похожий на зайчика. — Ура! — Он тут же осекся, виновато прикрывая рот ладонью и выискивая глазами злобную гарпию, которая присматривала за книгами и могла убить одним взглядом за малейший шорох. — Тэ говорит, сегодня вечеринка у нас в общаге. Приходи? Ты на себя не похожа, тебе надо отвлечься. И вообще, ты сильно похудела, я обязан откормить тебя пиццей, которой на вечеринках всегда полно, раз уж в кафетерии ты не ешь толком. — Даже не знаю, Су Хёк ничего не говорил об этом. — Так у вас с ним что, все серьезно? — Чон склонил голову набок и пытался прочесть ответ на свой вопрос в моих глазах. — Ага. Свадьба, дети, домик с белым забором, золотистый ретривер и набор разноцветных фаллоимитаторов. Пошли уже, пока нас тут не порешили каким-нибудь пыльным фолиантом.       Я, в отличие от Чонгука, свою работу дописала, осталось лишь сдать ее преподу, который наверняка еще здесь. Попрощавшись с товарищем, обещая подумать насчет вечеринки, я взбежала на третий этаж, надеясь успеть вернуться к себе до того, как объявится Су Хёк, которого сегодня было поразительно мало в моей жизни. Меня это в принципе полностью устраивало.       Проверяя телефон на наличие сообщений от своего «парня», я другой рукой крепко сжимала аккуратно исписанные листы, которые должны были обеспечить мне отличную оценку, так что дверь в кабинет пришлось толкать плечом. Я не сразу сообразила, что что-то не так, когда в тишине пустого кабинета я различила посторонние, слишком неподходящие месту звуки. Тихие вздохи и влажные шлепки. Я поежилась и зачем-то подняла взгляд, хотя вполне успела смекнуть, что нужно просто выйти, не оглядываясь. Мой бывший лучший друг самозабвенно втрахивал в стол стонущую девку. Когда мы встретились взглядами, я была уверена, что умерла на один короткий миг. Но нет. Бешеная боль под ребрами оповещала о том, что я жива, а это все не сраный сон. Он просто смотрел на меня и продолжал сжимать в объятиях свою партнершу. Казалось, прошла целая вечность, прежде чем я смогла оторвать взгляд и на ватных ногах выйти из кабинета, чуть не запутавшись в собственных кедах, прислоняясь к стене и делая безуспешные попытки вдохнуть. Казалось бы, куда уж ломаться еще больше? Но мой личный кошмар под именем «Мин Юнги» с упорным постоянством показывал мне, что это еще не предел.       Кажется, организм дал какой-то сбой. Дышать было трудно, а внутри все вибрировало и сжималось. Паника затопила с головой, и я уже успела подумать, что действительно откинусь у дверей кабинета, когда вдруг поняла. Это всего лишь рыдания. Обыкновенная девчачья истерика, которая с хрипом рвалась из горла, царапая глотку и обещая первоклассное представление для всех желающих поглазеть. Благо вокруг и нет никого, занятия давно кончились. Я зажала рот ладонью, кое-как поднялась и добежала до туалета, захлопывая за собой дверь и прижимаясь потным лбом к холодному кафелю. Руку ото рта отнимать было страшно, я совершенно себе не доверяла и боялась поднять всех на уши своим криком. Так что я просто приказала себе дышать, медленно сползая на пол, всматриваясь в грязные стыки между кафельными плитами, пока они окончательно не поплыли из-за хлынувших слез. Не знаю, сколько я просидела так, свернувшись клубком под дверями туалета. Увиденная картинка то и дело вспыхивала под закрытыми веками, будто выжженная на сетчатке. Мерное течение секунд и минут, пока душа остывала, выжженная болью. Когда я все-таки пришла в себя, рукав толстовки был пропитан слезами, а лицо опухло. Умывшись холодной водой и подождав еще немного, пока пройдет икота, мне все-таки пришлось покинуть свое убежище и рвануть в общежитие, не смотря по сторонам.       Когда ты понимаешь, что совершенно бессмысленно просрал шесть долгих лет в мечтах о какой-то сволочи, которой глубоко насрать на твои нежные чувства, влюбленность и шедро раздариваемую дружбу, то на смену боли приходит злость. Но и ее выплеснуть некуда. Мои чувства не нужны даже мне, что уж говорить о других?       Наверное, что-то во мне надломилось, но боль отступила, освобождая место опустошению и апатии. Безучастно разглядев себя в зеркале, я подметила, что выгляжу так, будто сдохла еще на прошлой неделе. Фингал давно прошел, но темные круги под глазами почти ему не уступали. Опухшие веки и искусанные губы. Я сама себя до такого довела. Сама загнала себя мыслями в угол. А мне ведь всего девятнадцать лет, у меня вся жизнь впереди, так какого хрена я жалею себя изо дня в день и страдаю по какому-то парню, которому нет до меня дела? Решительно тряхнув головой, я пошла набирать ванну, наливая туда любимую пену с ароматом жасмина. Вооружившись всевозможными масками и лосьонами, включив любимую музыку, я быстро скинула одежду и погрузилась в обжигающе горячую воду, скрываясь в пушистых облаках ароматной пены.       Спустя пару часов сидя перед зеркалом и очерчивая губы помадой, я была вполне довольна результатом. Изначально я не собиралась никуда идти, но такую красоту хотелось выгулять. Хотелось почувствовать себя живой. Желанной. Пьяной? Возможно. Редко распуская волосы, отдавая предпочтение хвостикам и пучкам, сегодня я приняла решение оставить их струиться по спине мягкой волной. Повинуясь секундному порыву, я схватила ножницы и обстригла несколько тонких прядей, в результате чего у меня получилась вполне неплохая рваная челка, которая помогла освежить и дополнить образ. Подкрасив глаза и брови я даже сделала пару селфи на память, что совершенно на меня не походило. В телефоне всегда были тонны фотографий. Котики, пейзажи, еда, друзья, но очень мало селфи. Нужно это исправить. Обещаю себе впредь любить себя.       Позвонив Хосоку и выяснив, что он уже на месте, я быстро натянула куртку и конверсы и поспешила к другу. — Цветочек! Ты ли это? — Хосок кинулся с объятиями, стоило мне переступить порог общаги. Боже, да у него что, какие-то телепатические сенсоры встроены?! — Ого! Выглядишь так, будто собираешься разбить сегодня кому-нибудь сердце. — Или хлебальник. Давай начнем с алкоголя, а там видно будет. — Я легко улыбнулась другу и прошла вглубь комнаты.       Взяв кем-то заботливо наполненный стакан, я выцепила взглядом Тэ и Чона, которые весьма комично скрестили руки на груди и демонстративно отвернулись друг от друга, продолжая сидеть на одном диване. Приземлившись прямо между ними, я смерила взглядом каждого по очереди. — Кто на этот раз виноват? — Он! — Я даже не сомневалась, что они ответят в унисон. — Так, у меня предложение. Чон, сыграешь со мной в орел или решку? Если проиграешь, то выполнишь мое желание. Если выиграешь, я выполню твое. — Я уже потянулась в карман за монеткой, зная, что он не откажется. Тэхён незаметно бросал заинтересованные взгляды. — Давай! — Если выпадет орел, я выиграла, если решка — ты проиграл. — Я изо всех сил старалась сохранить серьезное выражение лица. Тэхён, конечно, сразу понял, что при таком раскладе выиграть ему не получится, но тоже не подавал виду. — Понял! — Глаза Чона загорелись. Иногда он бывал таким наивным, что мне становилось стыдно его постоянно дурить. Я подкинула монетку и поймала свободной рукой, положив ее на коленку. — Решка! Ты проиграл. — Парень с разочарованным стоном хлопнул себя кулаком по колену и уставился на меня немигающим взглядом. — Еще раз! — А? — Хочу реванш! Давай еще раунд! — Я со вздохом подкинула монетку снова, чувствуя, что моя уловка близка к тому, чтобы быть раскрытой. — Орел! Я выиграла. — Я посмотрела на парня, уверенная, что сейчас он начнет крыть меня матом. Но он не понял. Смотрел раздосадовано и действительно не понимал, что его так легко обвели вокруг пальца. — Ну? Какое желание? — Приватный танец. — Изо всех сил стараясь сохранить невозмутимое выражение лица, мне даже пришлось закусить губу, чтобы не заржать в открытую. — Что? Ты… Я… — Парень округлил глаза и уставился на меня. — Эм… Ну ладно. Пошли. — Он уже встал и хотел потянуть меня за руку, но я махнула головой на Тэхёна. — Не мне. Ему. — Так нечестно! — Чонгук опять принял свою обиженную позу, скрестив руки на груди и рассерженно сопя. — Карточный долг — это святое. — Это не карты! — Не суть. Прошляпил. Я озвучила свое желание.       Казалось, еще мгновение, и он топнет ногой. Но Чонгук был слишком принципиальным, так что он схватил Тэхёна за руку и потянул в сторону лестницы. Я успела подмигнуть Тэ и получить в ответ улыбку. Они так часто ссорились, не могли найти общий язык, но стоило им прикоснуться друг к другу, и от искр между ними начинал трещать воздух, а все недопонимания забывались под ураганом из оголенных нервов и эмоций. Так что сейчас я тоже была уверена в том, что они помирятся, как только окажутся наедине. — Эм. Привет. Не помешаю? — Ко мне подошла какая-то девушка. Я кивнула на освободившееся место. — Мы с тобой в одной группе по английскому. — А, точно, я помню тебя. Ты, кажется, Ёкко? — Да. — Она немного замялась. Миленькая. И совершенно не вписывается в атмосферу пьянок. Какая-то домашняя и уютная что-ли. — Ты нечасто ходишь на вечеринки, не так ли? — Вообще не хожу, если честно. — Она все больше смущалась, нежный румянец залил щеки. — Почему сегодня решила сделать исключение? — Ну… Эм… Я… Я-я-я. — Ёкко нервно теребила край рубашки и готова была убежать или разрыдаться. — Эй, успокойся, никто тебя не укусит. Если ты хотела о чем-то поговорить, можем выйти на улицу. — Нет. Все нормально. Боже, я такой глупой себя сейчас чувствую. — Она взглянула на меня и увидев подбадривающую улыбку, немного осмелела. — Я хотела в универе с тобой поговорить, но вокруг тебя постоянно мальчики. — Ты про моих друзей? Они тоже не кусаются вообще-то. Ну так что? Сейчас никого из них здесь нет. — Мне нравится Хосок, но я не знаю, как к нему подойти и, кажется, я сейчас свалюсь в обморок от волнения, и мне не стоило приходить, и заводить этот разговор тоже не стоило. Извини. Я, наверно, лучше пойду. — Выпалила она на одном дыхании и уставилась на меня испуганными глазами, собираясь все-таки сбежать. — Ого. — Я на секунду опешила, подбирая слова, боясь ее еще больше напугать. — Подожди, не нервничай. Не съем же я тебя. И никому ничего не расскажу, если ты не захочешь.       Я чувствовала себя настоящей свахой, протягивая робкой девушке свой стакан. Сначала Тэгуки, теперь вот мышка эта хорошенькая. Хосоку с его неуемной энергетикой она бы вполне подошла. — Пей. Залпом. Давай-давай. Если развезет, я сама тебя провожу и никому в обиду не дам. А так поможет немного успокоиться. — Ёкко доверчиво обхватила стакан миниатюрными ладошками и влила в себя, забавно морщась.       Как раз в этот момент к нам подошел Хоби, окатывая девушку рядом со мной своей солнечной улыбкой. — Привет, Хо. Познакомься, это моя подруга, Ёкко. Ёкко, это Хоби. — Я чуть подвинулась, чтобы Хосок сел между нами и весело улыбнулась. Вечер заиграл новыми красками. — Привет! Не видел тебя здесь раньше. — Д-да, я-я… Не хожу обычно на вечеринки. — Румянец на щеках уже был вызван не только смущением, но и алкоголем, который разгонял ее кровь. — Хоби, присмотришь за гостьей? Я схожу себе еще возьму выпить. — Конечно-конечно. — Парень тут же отвернулся, увлекая скромницу в разговор. Все прошло так гладко, что даже немного странно. Мысль о том, что это может вырасти во что-то большее, странно грела мне грудь.       «Обидишь ее — побью»       «Она такая милая, ты где ее откопала?»       «На ангельской барахолке. Я доверяю тебе, я обещала, что присмотрю за ней»       «Все в порядке, ты меня знаешь»       Перебросившись с другом быстрыми сообщениями, я влила в себя пару стаканов, чувствуя, что безнадежно отстаю от пьянеющей аудитории. — Просто стоишь и пьешь в одиночестве? Какое упущение, ведь ты сегодня особенно красива. — Привет, Чимин. — Оборачиваться не было надобности, это низкое урчание ни с чем невозможно спутать. Третий стакан отправился следом за вторым. — Случилось что-то? — А? Ты что, пооткровенничать захотел? Поплачем и заплетем друг другу косички? — Я бросила ему вызывающий взгляд и изогнула губы в усмешке. Он и правда чертовски красив. До неприличия. — Может посидим поболтаем? — Парень головой указал на широкое кресло в углу. — Только если обещаешь наполнять стакан вовремя. — С этим, думаю, справлюсь. — Самодовольная ухмылка, и вот он уже тянет меня за руку. Краем глаза я кажется заметила блондинистые волосы, но предпочла выкинуть это из головы. — Признайся, ты нарядилась, чтобы окончательно свести меня с ума? — Отточенным движением он мягко заправил прядь волос мне за ухо, а я еле удержалась, чтобы не хмыкнуть, вливая в себя очередную порцию алкоголя, который уже ощутимой дымкой обволакивал разум. То, что надо. — Есть в твоем арсенале что-то действительно оригинальное, или я достойна только стандартного пикап-набора пошлых фразочек? — Я не хотела, чтобы мои слова звучали так грубо, так что в примирительном жесте слегка похлопала по его ноге, сидя к нему вполоборота, согнув ногу в колене. — Что бы ты хотела услышать? Что у меня уже крыша едет от того, как долго ты меня динамишь? Или что я полюбил тригонометрию еще больше, потому что теперь она четко ассоциируется с тобой и с ароматом твоих духов? Что девушки-однодневки все меньше меня привлекают, а в толпе я постоянно ищу твой холодный безразличный взгляд? — Уже лучше, Чимин, у тебя и правда талант. — Я подарила ему еще одну улыбку, а в душе мечтала лишь о том, чтобы мой самоуверенный образ не треснул под его пристальным взглядом. — Почему ты такая? — Прошептал он, невесомо касаясь щеки подушечками пальцев, демонстративно не сводя глаз с моих губ. — Какая? — Прошептала в тон ему, закусив нижнюю губу, вырисовывая на груди узоры пальцем. — Равнодушная. Недосягаемая. Не моя…       А, к черту! Я рывком притянула его к себе и смяла пухлые губы настойчивым поцелуем. Чимин сдавленно выдохнул и тут же приподнял меня, усаживая на себя верхом. Наверняка он достаточно быстро понял, что опыта у меня чуть больше, чем ноль, но ничем не выдал себя, уверенно ведя меня в поцелуе, мягко прикусывая губы, играя с языком, проводя по зубам и заставляя задыхаться от недостатка кислорода. Вынуждена признать, целовать Чимина приятно. Очень. Он легко сжимал талию, не решаясь опустить руки ниже и неторопливо целовал меня, оторвавшись от губ только для того, чтобы прикусить венку на шее, которая бешено гоняла кровь, заставляя сердце заходиться в судорожном беге. Мои руки беспорядочно гуляли по его груди, терялись в крашеных прядях, касались шеи и притягивали ближе за затылок. Стоило мне выдохнуть еле слышный стон, как парень вновь жадно приник к моим губам, надеясь поймать своими каждый новый сорванный вздох. По телу разливалось непривычное тепло, узлом скручиваясь внизу живота. Неосознанно прижавшись к нему ближе, я почувствовала его явное желание и от удивления распахнула глаза. — Красавица, не прижимайся так, иначе я не выдержу и утащу тебя в ближайший темный уголок. — Его охрипший шепот — это что-то новое для меня и прекрасно-чувственное.       Щеки запылали, когда я вновь, на этот раз намеренно, слегка качнула бедрами, наблюдая за его реакцией. Парень закатил глаза и тихо застонал, вцепляясь пальцами мне в ягодицы, прижимая еще сильнее. — Так утащи. — Прошептала я, легко прикусывая мочку уха, от чего по крепкому телу пробежала дрожь, а он тут же приподнял меня, вставая, и за руку поспешно повел наверх, не сводя с меня дуреющего взгляда ореховых глаз.       Легко толкнув меня в ближайшую пустую комнату, Чимин в ту же секунду прижался ко мне со спины, водя руками по животу и груди, шепча что-то в шею, оставляя засосы на нежной коже, удерживая за бедра и толкая чуть вперед в сторону кровати, превращая своими прикосновениями мое тело в безвольное желе. Его страсть опаляла и заставляла желать большего — больше прикосновений, больше поцелуев, больше мокрых губ и его возбужденного шепота. В какой-то момент я почувствовала, как он отстранился, и чуть не заскулила от отчаяния, но Чимин уже опять был рядом, разворачивая меня к себе и в очередной раз накрывая рот поцелуем. Я потянулась к пуговицам его рубашки, но пальцы так дрожали, что я была не уверена, что справлюсь с задачей. — Я сам. — Тихо прошептал он мне в губы и вновь отстранился, стягивая мою футболку и толкая на кровать, возвышаясь надо мной мраморной статуей. Медленно, пуговица за пуговицей, он открывал доступ к своему красивому телу, а мне хотелось в смущении отвернуться и в то же время смотреть, не отрываясь.       Я потерялась во времени и пространстве, когда он навис надо мной с оголенным торсом, проводя дорожку из поцелуев от груди к подбородку. Грудная клетка ходила ходуном от волнения, и он наверняка это заметил. Вдруг ощутив его так близко, я старалась отогнать от себя панику, которая упорно билась где-то в горле, так не вовремя вытесняя пьянящее желание страхом. Стоит ли сказать ему, что у меня никого… В этот момент мужские пальцы уже добрались до ширинки моих джинсов, я судорожно попыталась сжать колени и тихо замычала, прикусывая губу, потерявшись в ощущениях. — Ты такая нереальная… Лиён, я так хочу тебя. — Шептал Чимин, усыпая мое тело быстрыми легкими поцелуями. — Чимин… — Желание все слабело, а на его место приходило отчаяние и ощущение неправильности. Стоит ли его остановить?       Парень все сильнее вжимал меня в матрас, накрыв своим телом, одной рукой расстегивая пуговицу на джинсах, другой облокачиваясь на матрас сбоку от моего лица. Дышать становилось все труднее, умелые губы терзали мой рот, а я чувствовала, как деревенею под ним, крепко зажмурив глаза.       Дверь гулко ударилась о стену, а в следующий момент кто-то стащил Чимина на пол, а у меня в голове проскочил предательский отблеск облегчения. — Юнги! — Вскрикнула я, когда он впечатал кулак в челюсть друга, и бросил на меня разъяренный взгляд.       Я вскочила с кровати и бросилась к ним, оттаскивая его от Чимина, который поднялся, утирая с губы кровь и поднимая на Шугу полный непонимания взгляд. — Какого черта ты творишь?! — Это ты какого черта творишь?! То с Су Хёком обжимаешься, то лезешь в трусы к этому бабнику! — Шуга, остынь! — Чимин заслонил меня своим телом, уверенно глядя на друга. — А ты вообще захлопнись, блять! Я предупреждал, чтобы ты и пальцем ее не касался! — Юнги, казалось, был готов снова наброситься на него с кулаками. — Лиён не ребенок и может сама принимать решения! Прими это. — Я могла лишь позавидовать его спокойствию, находясь в полнейшем шоке от происходящего. — Она принимает неправильные решения! — Юнги жег меня взглядом, сжимая и разжимая кулаки. — Есть желание почитать нотации? Пиздуй к своей девушке! Моя жизнь тебя не касается! — Я встала перед Чимином, напрочь позабыв о том, что стою перед Юнги полуобнаженная, в лифчике и расстегнутых джинсах. — Тебе лучше уйти. — Ты идешь со мной!       Юнги и сам не понимал, какого хуя весь вечер не мог отвести взгляд от Лиён, которая весело болтала то с Тэхёном и Чонгуком, то с Хоби. Но когда она оседлала бедра Чимина, что-то в его голове взорвалось, и его буквально ослепило желание причинить другу боль. Своя девушка была забыта на диване, на котором он еще пару минут назад с наслаждением целовал ее. Выйдя на улицу, чтобы отдышаться и привести в порядок мысли, парень нервно прикурил сигарету, и действительно немного успокоился. Но когда вернулся к остальным, Лиён на кресле уже не было. Как и Чимина. Он не мог позволить ей совершить такую глупость. Но вот он стоит перед ней и чувствует себя последним кретином. Потому что она права. Он ей никто. Это понимание еще больше выводило из себя. — Никуда я с тобой не пойду. — Он совершенно не привык к холоду в ее голосе, но еще больше его потряс холод в ее глазах. — Лиён. Не веди себя, как… — Как кто? — Я знала, что он собирался сказать, но все равно не была к этому готова. Однако выдержку сохранить каким-то образом смогла. — Как шлюха! Ты ведешь себя, как дешевая шлюха. — Боль в его взгляде можно было потрогать наощупь. Юнги саданул кулаком по двери и выскочил. — Эй, ты как? — Чимин прикрыл дверь и только потом уверенно обнял меня. Я лишь пустым взглядом смотрела туда, где только что стоял Юн и не могла понять ровным счетом ничего. — Я в порядке. — Я наконец подняла взгляд и встретилась с мягким светом карих глаз. — А ты как? У тебя губа разбита. Извини, мне жаль, что ты поссорился с ним из-за меня. — Брось, все в порядке. Наши отношения с Юнги переживали и худшие времена. Ты же не думаешь, что это первый раз, когда я получил от него по щщам? — Парень легко рассмеялся.       Я смущенно отстранилась от парня, который до сих пор был обнажен по пояс, мне вдруг стало неловко от того, что наша кожа все еще находится в таком тесном контакте. — Потрахаться мне теперь не светит, да? — Я подняла на него ошарашенный взгляд, но поняла, что он шутит. — Красавица, ты так жестока. У меня там все болит он перенапряжения. — Дурак. — Я хлопнула его по груди и подняла с пола свою футболку. — Я, пожалуй, лучше пойду. — Знаешь, ты меня сегодня без труда соблазнила. Следующий раунд за мной, Лиён.       Я улыбнулась и вышла, торопясь покинуть эту треклятую общагу и закончить этот бесконечно долгий день, который проехал по мне самосвалом.       Хосок приобнимал Ёкко за плечи и что-то увлеченно ей рассказывал. Я дождалась, пока она перехватит мой взгляд, и вопросительно подняла брови. Она в ответ кивнула, смущенно улыбаясь, и я вышла на улицу с чистой совестью. Юнги нигде не было. Оно и к лучшему. Зато у крыльца меня ждал кое-кто другой. — Привет. — Су Хёк? Что ты здесь делаешь? — По коже побежали неприятные мурашки от его взгляда. — Собирался идти искать тебя, но ты вышла сама. Пошли, провожу. — В полном молчании мы дошли до моего общежития, только тогда я решилась нарушить тишину. — Ты сегодня куда-то пропал. — У меня были дела. Ты тоже времени даром не теряла. — Он уперся взглядом в мои припухшие от поцелуев губы. Я вскинула на него непокорный взгляд, собираясь вступить в перепалку, но он резко схватил меня за подбородок, больно сжимая пальцами. — Ты не должна ставить под угрозу мою репутацию и обжиматься с кем бы то ни было, пока мы «вместе». — Пусти, мне больно! — Я пыталась оттолкнуть его, но хватка пальцев была стальная. — Не раньше, чем ты усвоишь урок. Ты будешь меня слушаться и не дашь никому ни малейшего повода усомниться в твоей огромной любви ко мне. Иначе я от милых разговоров перейду к более решительным действиям. — Я не твоя вещь! — Я мог бы и поспорить, но ты сама согласилась на мои условия. Не вздумай опозорить меня, Лиён. Иначе ты пожалеешь. А сейчас будь хорошей девочкой и поцелуй своего парня. — Не дожидаясь моей реакции, Су Хёк впился в мои губы поцелуем. Он не был нежным, страстным или чувственным. Он клеймил и утверждал свою власть надо мной этим унизительным жестом. — Больной ублюдок! — Я наконец вырвалась из его лап и бросилась в общагу, дрожа всем телом, как осиновый лист.       Ты влипла по самое не балуйся, Лиён. Все стало пиздецки сложным.