Idol

В прошлом месяце самой популярной звездой Японии был Накахара Чуя — айдол на пике своей славы, ведь его последний сингл "Смутная Печаль" взорвал абсолютно все чарты в стране, из-за чего молодого артиста буквально затаскали по различным телешоу, а вездесущие папарацци не давали спокойно выдохнуть — повсюду виднелись вспышки камер и слышались щелчки фото. Но, открывая журнал "Oricon", Чуя уже знал, что ныне он занимает второе место, а первым стал Дазай Осаму — точно такой же исполнитель, как и сам Накахара, только-только достигший> совершеннолетия и буквально месяц назад выпустивший песню "Исповедь", благодаря которой и обрёл известность. Три дня назад Чуе сообщили о предстоящей коллаборации с этим самым Дазаем, и приказали явиться в студию в назначенный день для записи совместной песни, текст которой Накахаре уже кинули на почту, поэтому тот успел её выучить, не смотря на то, что ещё не слышал, как она звучит, и поэтому Чуя уже полчаса как сидит на диванчике в холле и ждёт, пока придёт его "напарник", чтобы начать запись. — Накахара? — Парень оторвался от бессмысленного листания журнала и поднял голову на звук. — Рад наконец с тобой познакомиться. — Можно просто Чуя. — Ответил он и пожал протянутую руку. — Взаимно, Дазай. Парень был красив, на губах играла дружелюбная улыбка, но его руки были почти ледяными, когда ладони Накахары всегда оставались тёплыми. Рукопожатие длилось дольше, чем того требовалось: было видно, что они рассматривали друг друга, впервые оказавшись так близко, поэтому не сразу обратили внимание на то, что их ладони всё ещё сцеплены. — Идём? — Спросил Осаму и, дождавшись кивка, просто потянул собеседника за руку, помогая тому подняться. Песня была красивая, мелодичная и неторопливая, а их голоса идеально дополняли друг друга, и пусть хоть не с первого часа их совместной деятельности, но они прекрасно сработались, взаимно подкалывая и смеясь в перерывах. Когда> стемнело Дазай предложил перекусить в кафетерии в здании, где находится студия звукозаписи, и Чуя не стал отказываться от хорошей компании, да и не ел он с самого утра. — Мне нравится с тобой работать, Дазай. — Сказал Накахара, едва отсмеявшись от очередной шутки, сидя за столиком в почти пустом кофе и отпивая свой молочный коктейль. — Я рад, Чуя. — Осаму счастливо улыбался. — И, не смотря на то, что мы вроде как конкуренты, я бы хотел продолжать с тобой общение, так что не оставишь мне свой номерок? Чуя вмиг стал серьёзным. — Это опасно, тебе ли не знать. — Да брось. — Парень фыркнул. — Дружить никто не запрещал. — Дружить, говоришь. — Хмыкнул Накахара. — Ладно, давай сюда свой телефон. Они переписывались настолько часто, насколько позволяла их занятость, порой встречались на каких-то шоу, улыбаясь друг другу и делая вид, что это не они накануне поздно вечером обсуждали, что бы делали, если бы не это всё. Но после интервью, на котором Дазай и Чуя пересеклись, Осаму подошёл к Накахаре и затащил его за какой-то тёмный угол. — Ну и что ты делаешь? — Спросил парень, скрещивая руки на груди. — Поговорить хотел. — Сказал Дазай, а потом шагнул ещё ближе к Чуе и обнял его, уткнувшись носом в макушку. — А ещё я скучал. Накахара тяжело вздохнул, но обвил руками чужую талию. — Я тоже скучал. — Можно я тебе сегодня позвоню? — Пробормотал Осаму. — Или приеду. — Приезжай. И Дазай приехал, пусть и почти за полночь, а Чуя накормил его ужином, и, налив чай, они устроились на диване в гостиной. — Через неделю церемония награждений. — Начал Осаму, и Накахара кивнул. Верно, церемония, на которой они выступают с той самой совместной песней, и к которой они готовились до сих пор. Вообще Чуя ожидал чего угодно, — Дазай не хочет с ним петь, у него другие планы, и его не будет на награждении, — но он никак не думал, что тот произнесёт то самое — Ты мне нравишься. На самом деле он давно это понял: то ли во время личных разговоров в переписке, то ли после тех объятий в пыльном углу; но услышать это было неожиданно. — Я знаю. — Накахара кивнул. — Ты мне тоже. Но ты знаешь, что нам по контракту запрещено иметь отношения. Дазай нервничал, ведь это он тот, кто на самом деле не держится за свою карьеру, и было не ясно, как его собеседник отреагирует на следующее предложение. — Что ты думаешь о том, чтобы уйти со сцены красиво? До самой церемонии и во время неё Чуя размышлял над своим будущим и дальнейшими перспективами: он сомневался в том, что ещё хоть что-то принесёт ему такую же популярность, что и "Смутная Печаль", но хватит ли ему сил в один момент бросить всё — не известно. А потом их пригласили на сцену, и времени на раздумья не хватало вообще, поэтому Накахара решил действовать сердцем, а не мозгом, так как понимал, что с мозгом он так до самого конца будет сомневаться. И они пели, пели почти так же, как и в первый раз: немного неуверенно, изучая друг друга, и смотря точно в глаза, и от этого песня становилась почти признанием в любви, и все вокруг это чувствовали. Когда песня закончилась, они потянулись друг к другу почти одновременно, благо тем, кто занимался звуком, хватило ума выключить микрофоны. Осаму и Чуя стояли так минуты две, целовались, пока кто-то свистел и аплодировал, а кто-то кричал, что это мерзко, а потом, забрав награду у ошалелых ведущих, покинули сцену и концертный зал. На следующий день обоим на почту пришли гневные письма от их компаний о том, чтобы они забирали свои шмотки, ведь контракты разорваны, но так же было письмо от другого продюсера, которое гласило, что он был бы рад видеть их дуэт в своей компании.