На пересечении снов и миров

Чёрные капельки одна за другой падали на холодный камень, стекая с аккуратного подбородка. Свесив ноги с очередной крыши, Дарел аккуратно завязывал длинные золотистые локоны в блестящие узелки, то и дело отражающие взрывы, разрушающие город. Здания рушились одно за другим, но что стало причиной разрушений? - Быть может, это наша вина, что думаешь, Ариадна? - перевернув голову подбородком вверх, так, что спутанные волосы свесились вниз, а глаза оставались закрыты. - Ой, точно, я ж тебя только что убил. Ты же теперь не можешь говорить. Но ведь пока этот мир полностью не рухнет, ты можешь меня слышать, так? - парень ухмыльнулся. - Так происходит каждый раз. Почему именно мы встречаемся друг с другом каждый раз? Почему мы постоянно сражаемся? И почему стоит нашим схваткам закончиться, как миры, наши сны - разрушаются? Быть может, ты - всего лишь моя выдумка, игра моего разума, но уж слишком ты непонятна мне, чтобы быть частью моего сознания. Быть может, это я - твоя выдумка, и вся реальность, в которой я существую, тоже часть тебя. Также много вероятно, что это просто игра слов. Не так ли, Ариадна? - Дарел ухмыльнулся. Очередной взрыв сотряс воздух вокруг, сорвав шляпу с победителя. Как бы он ни был силён, как бы много раз ни убегал, он не мог остановить разрушение мира, даже если он был ему по душе. Но в данном случае он был рад. Следующий взрыв прогремел совсем рядом, взрывная волна вырвала золотой трофей из рук парня. - Потерял... - ошарашенно произнес он. - Уж прости, Ариадна, я потерял твою голову, хахах! - на секунду на его лице вновь проскользнула довольная, пусть и украшенная хищными зубами улыбка. Однако причина была именно в разрушении. - Такой уродливый мир не имеет права на существование. Уродливые существа, уродливые здания, просто отвратное зловоние и это противное тело. Но ты снова была прекрасна, ты приводила этот мир и моё в нем существование в некое равновесие. Быть может, именно потому, что я победил, этот мир и рухнул. И это, вероятно, к лучшему. Этому уродливому миру некуда расти, некуда стремится. И потому он падёт. Наконец, взрыв раздался прямо из-под крыши, на которой сидел Дарел. На какой-то миг время замедлилось, трещины быстро подбирались к верхушке здания. Огонь метр за метром пожирал всё на своем пути, обращая всех живых существ в пепел и разрывая на куски все, что не имело души. Так рухнул мир. Поглощенный огнем и обращенный в пепел, рухнул мир, в котором правили машины. Всё существующее рушилось на глазах одного человека, если его можно было так назвать. Всё, вплоть до линии горизонта, было окутано пламенем. И, пожалуй, только этот момент за всю историю существования этого неправильного мира можно было охарактеризовать как истинно красивый. Истинно прекрасным мир стал лишь тогда, когда был окончательно уничтожен. Падение мира, разрушение сна. На этом их очередная встреча подошла к концу.