Посмотри, сколько здесь звёзд.

Ветер путает волосы, создавая гнездо на голове. Холодный ноябрь никогда не запоминался Феликсу, не было в нём чего-то особенного, что могло оставить особый отпечаток на сердце. Изо дня в день парень надеялся, что эта осень ему запомнится хоть чем-то. Парень пытался создать атмосферу, прогуливаясь по улочкам, на которых тонким слоем лежал снег, даря лишь ощущение тоски окружающим, но никак не радость от приближающейся зимы и Нового Года. Ничего не могло согреть юношу. Ни шапка, которую тот надевал лишь в такие дни, когда терпеть морозный ветер, бьющий по ушам, было просто невыносимо, ни тёплый свитер, что был связан его любимой бабушкой, ни горячий шоколад, который лишь обжигал руку парня, но не грел в таком плане, в котором он нуждался.       Нет ни одного такого года, где Ёнбок сказал бы: "в ноябре, в этот день я был счастлив. ". Скорее, он не помнит ни одного дня. С каждым днём туман становился гуще не только на улицах его родного города, но и на душе. Дни серые, солнце почти не светит, будто забыв про то, что люди когда-то грелись в его тёплых, ярких лучах.       Люди снуют туда-сюда. Кто-то спешит к любимому человеку домой, кому-то надо накормить домашних любимцев, а кто-то просто прогуливается со своей семьёй. У каждого есть смысл и мотивация просыпаться по утрам. Но некоторые до сих пор бродят в его поисках. И это нормальное явление. У каждого есть шанс на личное счастье. Нужно лишь немного подождать. Парень кусает вишнёвые губы, окидывая взглядом детскую площадку. Качель со скрипом двигалась туда-сюда, создавая лишь ещё более грустную, тяготящую и давящую на мозг атмосферу. Тёмное небо было покрыто мелкими белыми пятнами, отличающимися между собой по яркости, которые все называли звёздами. Интересно, что же такого прекрасного нашли люди в этом природном явлении? Небо кажется бескрайним, далёким и в какой-то мере устрашающим, а звёзды исчезают с приходом рассвета, переливающимся разными, завораживающими красками.       Янтарные глаза устремились ввысь, к тому самому таинственному объекту, а мысли улетели куда-то далеко, не уделяя посторонним звукам никакого внимания.       Именно поэтому блондин не услышал скрип второй качели. Кто-то приземлился рядом с задумчивым парнем, на лице которого выражалась бескрайняя тоска, в руках был сжат пустой стаканчик, что некоторое время назад был наполнен горячей, сладкой и густой, словно пудинг, жидкостью. В его глазах не было блеска, присущего хоть немного, но счастливым людям. В них не было ничего, кроме печали. Незнакомец поджал губы, думая, как же вытащить маленького принца из раздумий. Он последовал примеру блондина и посмотрел на небо, вот только в отличие от первого, в его глазах отразился неописуемый восторг, будто ребёнок впервые увидел разноцветные искры салюта. Восхищённо выдохнув, он неосознанно бросил: — Как много звёзд... —тихий, бархатистый голос заставил Ёнбока выпутаться из плена собственных мыслей и вздрогнуть от неожиданности, ведь изначально на площадке со старыми, пошарпанными качельками он находился один. Юноша перевёл взгляд на тёмноволосого, смотря на то, как тот поражён таинственным вечерним небом. — Ага, — хмыкнул парень, чуть улыбаясь одним краешком губ, будто насмехаясь над наивностью собеседника. Но это было что-то другое. — И столько же тоски, — незнакомец переводит взгляд на Ёнбока, видя в глазах некое непонимание и в то же время замечая в них интерес. Сам же рассматривает его лицо, что освещал загоревшийся от пришедшего уведомления экран смартфона. Даже доли секунды хватило для того, чтобы вывести созвездия на лице из веснушек младшего. — В Ваших глазах нет ничего, кроме тоски. Неужели, Вам не нравится такой прекрасный вид? — А что в этом особенного? — Дуновение ветра заставило Феликса сжаться, кутаясь сильнее в не особо тёплое пальто. Он отвёл взгляд, потупив его в лужу. Снег тает, превращая всё в сплошную слякоть и грязь. Убожество. — Я одинок. У меня нет никого, кто мог бы доказать, что пятнистое небо стоит хотя бы доли моей улыбки. — А я? — Парень, похожий на лису, приподнял уголки губ в тёплой улыбке. Ох, как же вовремя Ёнбок поднял взгляд, замечая очаровательную улыбку. — Что Вы? —А я достоин? Вы же мне улыбнулись. Хоть и немного, но улыбнулись. Феликс рассмеялся. Его смех был тихим, но в то же время мелодичным, тёплым и, кажется, таким искренним. — Я не улыбался, Вы это придумали, не-а, не было такого. — Казалось, тот принял правила "игры", ведь в глазах, в которых некоторое время назад плескалась тоска, появился неяркий огонёк. Значило ли это то, что они на правильном пути? — Было. Я замечаю каждую мелочь. И люблю звёзды. У Вас их на лице больше, чем на небе. И мне кажется это более, чем прекрасным, — всё с той же улыбкой кивнул "странный" незнакомец. — Я Хван Хёнджин. А как Ваше имя, солнечный мальчик? — Ли Феликс. У вас великолепное имя, мистер звёздочка, — Ликс чуть прищурил глаза, держа зрительный контакт с Хваном, который так же не желал отрывать взгляд от нового знакомого. — Меня так ещё никто не называл, цыплёнок. Младший снова рассмеялся, а Хёнджин смотрел на радостное лицо того, ни на секунду не отводя глаза в сторону. Ощущение комфорта и уюта рядом с блондином породило желание прижать того к себе и целовать в аккуратный, крохотный носик. Хотелось наградить поцелуем каждую веснушку солнечного, но пока не счастливого парнишки. — Почему я цыплёнок, м? — Ликс повернулся к парню полностью, наклоняясь ближе к лицу Джинни. — В детстве мне больше всего нравились цыплята. Бабушка постоянно находила меня в окружении маленьких милых пушистиков. — А я в детстве больше всего любил клубничные маффины. — Шоколадные вкуснее, — Хван последовал примеру младшего и точно так же наклонился к нему. — А я говорю клубничные. — А вот и нет, шоколадные! — Оба парня рассмеялись, понимая, что начинается великий спор. — Клубничные! — Шоколадные! — Клубничные! — А ну, разошлись, наркоманы! — Из окна послышался крик пожилой женщины, — Я сейчас полицию вызову, кыш отсюда, кыш, уходите, окаянные! Смех утих. Парни обменялись взглядами и, еле сдерживая новую волну задорного смеха, одновременно кивнули друг другу, будто говоря "пора бежать, дорогой". И сорвались с места под брань старушки, которая, по их мнению, даже не собиралась успокаиваться. Они бежали, смеясь над абсурдностью ситуации, вместе с тем ощущая лёгкость и тепло, разливающееся в грудной клетке.

***

Двое парней, окружённых взаимной любовью и заботой грелись в объятиях друг друга в тот же ноябрьский вечер. Ничего не поменялось. Кроме года. — Помнишь, что ты сказал мне, когда мы остановились в переулке и пытались отдышаться от незапланированной пробежки? — Полушёпотом спросил Хван, потрепав своего возлюбленного по влажным после душа волосам, — "Кажется, сегодня я влюблён в тебя и в этот вечер." Ликс кивнул, вспоминая то самое мгновение, когда не только полюбил звёзды, но и обрёл свою личную, самую яркую и любимую звёздочку. —Помню. А ты помнишь, что ответил мне? — Хёнджин рассмеялся, пряча лицо, что залилось краской от смущения, в ключицах младшего. Ликс продолжил. — "За столько лет я никогда встречал того, кто мне действительно понравится и того, кто бы смотрел на меня своими очаровательными печальными глазами так, будто я что-то значу, хотя секунду назад для тебя ни одна вещь ничего не значила.". Ты был таким романтичным. — Ещё одно слово и я откушу твой прекрасный носик, цып. — Пощади, ну. Кажется, ровно год назад, в тот же самый вечер, выглянуло по-настоящему особенное солнце. И в этот вечер Ёнбок действительно стал счастлив.

***

Звезды жемчужной россыпью И апрельский снег И все хорошо На щеке – след от твоих веснушек На сердце – след От тебя.