Танцы

Все вокруг танцуют, пьют и веселятся Ты самая красивая, но так не хочешь танцев Музыка ужасная, да,  и одной так скучно Привет, мы не знакомы, но со мной будет получше

      Панталоне скучающе держал бокал в руке, покачивая его и наблюдая за тем как по стенкам катается шампанское. Этот вечер был обречён на однообразность и полную неудовлетворенность гостей.       Один влиятельный бизнесмен в очередной раз устроил вечер «аристократов», позвав сюда всех важных людей Снежной, что сейчас кружили по залу. Умные люди, конечно остались дома или ушли по делам, как понял сейчас банкир, не замечая в толпе некоторых из своих коллег предвестников. К примеру, не было Пьеро, Пульчинеллы, Арлекино и Сандроне. Зато, неподалёку общались Капитано и Тарталья, а в другом углу помещения за всеми приглядывала Коломбина.       Панталоне никогда не был близок с кем-то из предвестников, что сильно удручало, ведь в случае чего, он даже не знал у кого попросить помощи. Хотя, мужчину с детства учили, что доверять и надеяться можно только на себя. Если не хочешь навлечь много проблем.       Музыка играла не очень активная, больше подходящая для вальса. Большинство людей и танцевали его в парах. Богач так и чувствовал на себе взгляды грустных девушек, сидящих в сторонке. Как бы там ни было, а репутацию самого желанного холостяка холодного государства, завоевал он совсем на то не расчитывая. Достаточно быть богатым и без отношений, чтобы о тебе начали говорить все, а матери юных особ приходили с предложением обратить внимание на их дочь. С другой стороны, такое помогало привлекать больше клиентов, надеющихся, что Панталоне увидит их и сразу упадёт в обморок от вселенской красоты, на следующий день сделав предложение. Но, несмотря на это, он так и оставался одиноким, примерно как и сейчас.       В голове возникла быстрая идея подойти к Аяксу и Капитано и ввязаться в их разговор, так как из всех предвестников, на взгляд банкира эти двое в компании с Пульчинеллой были самыми комфортными для независимого общения.       Однако, его мысли прервали опустившиеся на талию большие руки в перчатках, а где-то на уровне уха кожу задела серьга. Только сейчас Панталоне осознал, что совсем забыл о Дотторе, который также входил в их ряды и всегда проявлял особое внимание к скромной особе банкира. Приходил за кредитами чаще других, после еще несколько раз занося отчёты о потраченных деньгах, несколько раз приглашал девятого в свою лабораторию, чтобы тот самостоятельно убедился в правдивости его экспериментов.       Панталоне давно понял, что Доктора он интересует не только как благонадежный коллега. Их общение было примерно в десять раз чаще, чем общение второго с другими предвестниками. Также, тот несколько раз звал богача посетить временные выставки и театры, ссылаясь на своё собственное желание увидеть что-то кроме лаборатории. Хотя, судя по его взглядам, было достаточно увидеть самого банкира и мир становился ярче в глазах учёного.       Панталоне не был против проводить с ним время. Подобная связь с человеком, который по слухам считался одним из самых жестоких людей Снежной была полезна для него. Например, мужчина был уверен, что его не будут использовать для новых экспериментов. Но нельзя отрицать тот факт, что к Дотторе его влекла будто невидимая нить. Он уже даже начал подозревать, что тот изобрёл зелье любви и пролил его где-то в кабинете. После нескольких бесед темноволосый осознал, что Доктор на самом деле не плохой. Таким его сделало злое общество, ведь на самом деле, тот довольно успешно пытался завоевать расположение девятого самыми странными для его личности способами. Панталоне даже проникся чувствами к этому безумцу, отвечая на его ухаживания.       Дотторе приходил после окончания работы банкира, садясь перед ним на колени и устраивал голову на чужих мягких ляшках, будто призывая погладить себя, выглядя как большой кот. Богач в свою очередь устраивал ладонь на мягких волосах, аккуратно поглаживая их и откидываясь на кресло. Так и сидели несколько минут в тишине, просто наслаждаясь компанией друг друга.       Бывало и такое, что после долгой разлуки, допустим по заданию в Сумеру, Дотторе влетал в кабинет Панталоне и с ходу давал понять: этой ночью спать они не будут. Горячие поцелуи, руки по всему телу, звучные стоны — всё это было так непривычно, но так правильно… А после они лежали и смотрели на звёзды за окном, обсуждая какое место хотели бы занять в небе после смерти. Оба знали, что не доживут до старости и морально готовились к этому уже сейчас.       Панталоне не хотел признавать, что второй предвестник стал действительно дорог для него. Когда тот не приходил два дня, в душе началась слепая паника, он шёл в страшную лабораторию Дотторе и находил его там, чаще всего спящим. Укрывал пледом с жёсткой кровати, поправлял чужую позу, чтобы проснувшись Доктор не чувствовал дискомфорт и тихо уходил, пригрозив клонам, чтобы не будили его.       — Занят, дорогой Регратор? — приятный голос, ласкающий слух, раздался над ухом, опаляя теплым дыханием. Мужчина прижимал к себе, не давая отстраниться и зная, что девятый вовсе не против. У того вообще были наклонности к подчинению.       — Как видишь, в абсолютном одиночестве выпиваю дорогое шампанское, — пожал плечами Панталоне, стараясь унять опустившееся вниз живота удовольствие от чужих действий.       — Я даже удивлён, неужели такого красивого мужчину не желает привлечь какая-нибудь юная леди, жаждущая найти богатого мужа и хвастаться перед подружками дорогими безделушками? — Дотторе тихо смеётся, прикрывая глаза от удовольствия происходящего. Он был горд, что несмотря на взгляды с разных сторон, всегда мог подойти так к банкиру, тот сам ему это сказал.       — Возможно, они не хотят разочароваться, — также тихо отвечает Панталоне и делает глоток из своего бокала. Вечер становится всё более интересным, а душа требует скорейшего продолжения.       — Как насчёт того, чтобы потанцевать? — Доктор обходит богача вокруг и останавливается напротив, делая шуточный поклон и вытягивая руку в немом предложении.       — Не боишься померкнуть на моём фоне? Я очень хорошо танцую, — Панталоне усмехается, кладя свою ладонь на чужую, вторую устраивая на плече, облаченном в белую жилетку.       — Думаю, я справлюсь с подобным позором, — откровенно смеётся Дотторе, с восхищением смотря в глаза полюбившегося человека и выводя его в центр зала, утягивая в спокойный вальс.       Их танец, несмотря на то что по ритму был таким же, как у других присутствующих, сильно отличался. Было в нём что-то родное, тёплое и необычное. Со стороны оба предвестника выглядели опасной смесью. Стоит одному вложить немного средств в другого и не факт, что Тейват останется цел. Если Доктора откровенно побаивались, то рядом с Панталоне просто ходили с опаской, хоть и были обсуждения, что тот не может сделать ничего плохого из-за тепличных условий работы.       Оба будто ходили по лезвию ножа, ритмично двигаясь по залу, ловя на себе осуждающие взгляды других предвестников, а также удивленные невольных зрителей. Все как-либо знали о связях этих двоих, но никогда не спрашивали напрямую. Это было бы невежливо, а учитывая состояние Панталоне, все старались быть с ним исключительно милыми и подлизываться к каждому действию.       Стоило мелодии закончиться, как они отошли обратно к стенке, становясь рядом и почти не соприкасаясь, тем не менее, голова Доктора была слегка повёрнута в сторону банкира, который прямо смотрел на других танцующих людей.       — Ты в плохом настроении, Регратор? — решил всё же уточнить Дотторе, полноценно поворачиваясь всем телом к нему, коленом незаметно для посторонних касаясь чужой ляшки.       — Три неудавшихся сделки за неделю, это ужасно, — бурчит тот расстроенно и сжимает в кулаке ткань своего пиджака, отворачивая голову еще больше в сторону. Во время танца Панталоне понял, что его тело безумно соскучилось по таким точным движениям второго предвестника. Хотелось прикоснуться, провести носом по шее, оставить там миллион засосов, чтобы другие знали кому пренадлежит Дотторе. Он так уже делал и знал, что тот поворчит что-то по типу «Царица опять будет косо смотреть», а потом отойдёт и еще минут десять будет смотреть в зеркало. В этом весь Доктор — отрицать очевидное и подтверждать ложь.       — Я могу как-то поднять тебе настроение? Всё-таки, в такой вечер грех не отдохнуть, — мужчина хитро смотрит на чужое слегка покрасневшее от нетерпения лицо. Вызвать эмоции у девятого было сложно, и он мог похвастаться, что наверное единственный, кто может себе это позволить.       — Думаю, можешь, — Панталоне наигранно задумчиво кивает и с интересом смотрит за тем, как Доктор без лишних слов удаляется в небольшую комнату в паре метров отсюда. Что-то по типу гардероба для артистов, где хранятся все костюмы, ведь обычно это помещение используется для различных постановок.       Действуя по зову сердца, богач следует за коллегой, закрывая за собой дверь в достаточно просторную, если судить по его собственным ожиданиям, комнату. Дотторе уже поджидает его, быстро приближаясь и устраивая ладони на талии девятого, сжимая её и игриво проводя большими пальцами снизу вверх по чёрной водолазке. В это же время, учёный утягивает объект своего восхищения в страстный и долгий поцелуй, заставляя Панталоне помычать от нехватки воздуха.       — В прошлый раз я сосал тебе, теперь твоя очередь, — на выдохе произнёс девятый, выразительным взглядом посмотрев на любовника.       — Как скажешь, только не метай в меня гром и молнию, — Дотторе тихо смеётся, опускаясь на колени и спуская чужие штаны вместе с бельем, проводя пару раз от головки к основанию по полустоящему члену, наблюдая снизу вверх за реакцией предвестника. После же он, не медля, взял половину в рот, начиная посасывать и сначала медленно, постепенно ускоряя темп, насаживаться. Вместе со скоростью «толчков» росло и количество вбираемой вторым плоти, поэтому уже через пару минут тот, придерживая темноволосого за бёдра, насаживался на всю длину. Панталоне был единственным, кому тот мог спокойно отсосать, несмотря на то, что был брезгливым, а не послать куда подальше.       Всё это время банкир достаточно громко для их положения стонал, закинув голову назад и тяжело дыша, пока пальцы правой руки забрались в голубые волосы, несильно сжимая их, принося легкий дискомфорт коже головы кольцами. Но минет от Дотторе был слишком приятной наградой, поэтому он не смог держаться долго, кончая спустя несколько минут прямо в горло учёному, пытаясь отдышаться и посмотрев на него сверху вниз.       Доктор же, не теряя времени, поднялся с коленей, глотая сперму и утягивая Панталоне в долгий сладкий поцелуй, уже собираясь продолжить, пока ручку двери не стали дёргать и материться, спрашивая у, видимо, компании людей, есть ли у кого-то ключ.       — Хорошо, что я закрыл на внутренний замок, — тихо рассмеялся Дотторе, утыкаясь в чужое плечо, пока Панталоне быстро вернул на место штаны и поправил одежду в целом, подходя к двери.       — Хочешь чтобы я похвалил тебя? — шёпотом спросил он у Доктора, и когда тот отстранился, открыл дверь, без лишних слов проходя мимо нескольких людей, столпившихся у двери. Спиной чувствовал, что Дотторе идёт за ним, и улыбнулся, когда в голову пришла мысль о том, сколько же вопросов сейчас у тех работников.