— Эй! Сигареты не найдется?

Коул медленно и с осторожностью подошёл к полу спящему парню. Затем он полез на четвереньках к нему, и он мог разглядеть его лицо. Между ними оставалось буквально несколько сантиметров. Брюнет был прямо над ним. —Кай, —Тихо и ласково обратился он. Смит замешкался, и с вялостью раскрыл веки. Перед ним оказалась голова черноволосого, а глаза цвета тёмного шоколада, будто лазер, пронзали его разум. Смит был удивлён, от такой близости его лица его бросило в жар, —Мне.. Нужно сделать кое-что. —Что? —С недоумением ожидая, спросил Смит. Мастер земли обвил ладонью его щёку, а затем спустил её к подбородку. Сердце шатена забилось чаще. Он медленно прикоснулся губами к его губам, создавая нежный поцелуй. Их языки сплелись между собой. Каю будто перекрыли кислород, от таких действий ему становилось тяжело дышать. По их телам поступил приятный жар, который ждали они оба очень долгое время. Коул нежно и со страстью поцеловал его скулу, а после шею. Смит тихо простонал от удовольствия. Баккет приблизился к его ключице и начал оставлять засос, кусая кожу. Шатен ещё слаще застонал и закрыл рот ладонью, а другой рукой сжал скатерть. Этот блаженный поцелуй он ожидал бесконечно, и дождался. Его прикосновения, нежность, страсть, поцелуи — вот что ему нравилось в Коуле, и чего он нестерпимо хотел заполучить. Мастер земли начал оставлять второй засос, ещё более приятный и с ещё более сильным чувством возбуждения, что смог ощутить Кай. Он с жадностью глотал больше кислорода, сердце так и хотело прямиком выпрыгнуть из груди. В его штанах ноюще запульсировало. В них обоих горел огонь в этой тёмной комнате. Их не смущал никто и ничто, они хотели чувствовать друг друга, любить, быть, заботиться друг о друге. Коул начал оставлять третий багровый след, который нужно будет в последствии спрятать. —П-прекрати, —Тихо простонал Смит. Черноволосый остановился и снова уткнулся пронзающим, как лезвие ножа взглядом прямо на него, ожидая ответа. Он видел, как быстро его грудь то поднималась, то опускалась, а по его щекам расплылся лёгкий румянец. —А чего это так? —Ехидно улыбнулся он. Его улыбка будто говорила «Отвечай, а не то сделаю хуже, чем то, что сделал несколько секунд назад». Он не ответил, лишь отвёл взгляд. —Для первого раза достаточно, —Кай будто использовал такие же колкие шуточки, как и Коул, и уголки губ приподнялось, изображая лукавую улыбку. —Я ведь люблю тебя, —Прошли дни, часы, минуты, мгновения, и он услышал эти слова, что хотел услышать очень давно. Внутри мастера огня что-то перевернулось от этих слов, будто его жизнь никогда не станет прежней. —Я тоже люблю тебя, Коул, —Кай потянулся к лицу парня, и их губы слились в сладкий поцелуй. Они вдвоём чувствовали друг друга, каждую клеточку тела. Им не нужно было больше ничего, кроме друг друга. Лишь они смогли подарить друг другу нежность, умиротворение, влюблённость. Вскоре, Коул отстранился он парня. —Может спать ляжем? —Изначально я так и планировал сделать, —Тихо усмехнулся Кай, а следом послышался тот же смех, но от Коула. Баккет лёг рядом и укрыл их одеялом, а мастер огня положил голову на его грудь вместе с рукой. —Спокойной ночи, —Ласково пожелал старшеклассник. —Сладких снов, —Ответил в ответ парень и засопел, а черноволосый поцеловал его макушку, а после его пальцы начали перебирать его каштановые волосы. Он смог. У него получилось признаться Каю. И самое главное — он его не отвергнул, а наоборот, признался в ответ. Теперь можно выспаться с чувством выполненного долга, и с чувством, что рядом с тобой спит любимый человек.                                                 *** Кай не мог забыть тот вечер. Их чувства слились в одно целое. Любовь лилась из краёв их тел. Эти нежные губы, что прикоснулись к его ключице, губам и скуле. Он это никогда не забудет. —Доброе утро, —Резко послышался голос, заставивший вывести парня из своих мыслей. —Доброе, —Ответил он. —Как спалось после вчерашних дел? —Видимо, такой пикап и делает Коула таким. Начиная вспоминать события ночи, а Смита на щеках прогорел румянец. —Нормально, —Стыдливо выдавил парень. Они которую ночь спали в обнимку, но это им не мешало, —Что сегодня делать будем? —Без понятия. —Как вдруг телефон в его кармане сильно завибрировал от сообщений, —Погоди минутку, —Он вынул телефон из кармана и зашёл в мессенджер. По его глазам можно было прочитать, что он чем-то озадачен. —Что там? —Параллель предлагает заключить перемирие. —Парни ужаснулись. Как такое вообще может быть? Ведь их классы соревновались с пятого класса, даже в начальных классах некоторые мальчики дрались с этим классом в школьном туалете. Хотя, может быть они отвлекают их, пока делают грязные дела, чтобы понизить их репутацию. Баккет перечитывал сообщения снова и снова, и всё равно не мог вникнуть в из смысл, —Здесь вся группа в ахуе. —И что они решают? —На этот вопрос брюнет ответил не сразу. —Пока что решают, меня ещё на счет этого спрашивают, знаю ли я что-то, —Затем старшеклассник начал быстро что-то печатать. Это предложение не укладывалось в голове у всей группы. —А почему они тебя-то спрашивают? —Наверное, потому что эта пятёрка знает о твоей помощи и о драке. Я ответил, что мы только подрались, и они назвали меня предателем. —Ясно. Что ещё пишут? —После этих слов, как показалось Баккет быстро пробегал глазами по сообщениям. —Пишут, что наверняка врут, и это просто шутка, хотя этому подтверждения нет. —Если уж это не шутка, то заебись, так как эта война наконец закончится, —Обрадовался Кай и поудобнее устроился на груди Коула и прикрыл глаза. Коул нажал на кнопку выключения телефона, а после наклонил голову и поцеловал парня в щёку, а затем оба забылись сладким сном.                                                 *** «Голубки» проснулись в два часа дня. Солнце, спустя столько дней грозных туч и холодных ветров, начало разбрасывать свои горячие лучи. Мелкой мошкой по свету летала пыль. —Что делать будем? —Увидев, что Кай не спит, задал вопрос старшеклассник. —Можем прогуляться и ко мне домой сходить. —Неуверенно ответил он. С начала их знакомства, мастера земли интересовало, как же и как живёт Кай. —Можем. Тогда пошли? Они встали с кровати, и Кай начал помогать ему заправить постель и вбросил вверх одеяло, а оно же медленно упало вниз. —А чего это от твоего отца ни слуху ни духу? —А он сегодня работает, возможно работает, может бухает. Иногда он отдыхает в воскресенье, —Парни застелили постель, и теперь она не выглядела небрежно, а аккуратно сложена. Затем старшеклассники обулись и вышли из квартиры. Через несколько минуту они уже вышли из подъезда и разгуливали под палящим солнцем. Природа почти разукрасила листья деревьев, что ярко пылали на кронах этих же дубов и берёзок. По дороге к тому подъезду, они успели выкурить пару сигарет. И вот: зелёная, будто в ад, железная дверь, за которой будто была преисподня с горящим котлом, уже была перед парнями. Смит втянул полной грудью воздух и направил Коула к себе в квартиру по лестничной клетке. На какой этаж не поднимись, везде будет хотя бы одна надпись, бутылка из-под водки и хотя бы один окурок сигарет. Они поднялись на последний, четвертый этаж. Кай снова остановился. От этой двери так и исходила до жути пугающая энергия. Будто там, в этих стенах будут пьяные мама со Степаном, летающие бутылки пива и кровь от избиения. Мастер огня помог себе плечом, и дверца отворилась со скрипом. За фигурой разувающегося Кай он глазами пробежал по коридору. Голые стены, покрытые треснувшей штукатуркой, в углах скопилась многолетняя пыль, а на полу пожелтевший от времени линолеум. Смит взглядом пригласил его на осмотр. —Только не обращай внимания на беспорядок, —На это Коул кивнул, и они сначала пошли к парню в комнату. Перед глазами черноволосого открылась обычная подростковая комната с небольшим беспорядком: деревянный низенький шкаф, железная и незаправленная кровать, стол, на котором в разноброс лежали учебники и стул, а слева балкон. Стены были в зелёных, покалеченных обоях, потолок бело-жёлтого оттенка, а по середине была старая и пыльная люстра, —У нас тут однушка, но меня вполне всё устраивает. —Прости, что спрашиваю о таком. —Стыдливо сказал Коул, а шатен непонимающе обернулся, —Но где спит твоя мама? —Кай трудно сглотнул, но старался не подавать виду, что Коул его чем-то обидел. —Раньше мы жили здесь втроём, когда отец был жив. Затем после его смерти мама выбросила его кровать. После её долгого запоя она практически постоянно была на кухне, лишь уходила на улицу на пару дней. И я разобрал эту кровать и унёс на балкон, а она даже не заметила, —Он рассказал это максимально спокойным тоном, хотя вышло у него плохо, и голос в некоторых местах подрагивал, будто сейчас из глаз польются горькие слёзы. Смиту даже стало стыдно за его же жизнь, как он живёт, и какие люди сделали его жизнь такой. —Ты не виноват в этом всём, Кай, —Коул подошёл поближе и сзади положил свою ладонь ему на плечо. Он увидел эту стыдную сжатость в нём. Смит повернулся, и его взгляд будто кричал: «Как же я заебался так жить, ты даже не представляешь!». Баккет заключил его в тёплые объятия и погладил рукой по спине. Кай крепко сжал руками его бока и спину, даже в какой то степени не хотел отпускать его. —Я и не считал так. —И не считай никогда, —Каю стало даже спокойнее. Если бы именно в тот момент у него не закончились сигареты, то, возможно, он бы не стоял в крепких объятиях с этим человеком, не целовался с ним этой ночью, не бывал бы у него в гостях. —Люблю тебя, —Парню захотелось просто сказать, как он его любит. В этих словах «люблю тебя» скрывалось нечто большее, чем просто любовь: благодарность, неравнодушие, тепло, счастье, и это понял Коул. —Я тоже люблю тебя, знай это, —Он прекратил объятия, и вместо этого провёл теплой ладонью по его скуле, потянулся к парню, и коснулся алыми губами к его губам. Что на этот момент происходило внутри них — не знал никто, даже они сами. Но знали точно, что что-то приятное и спокойное. Черноволосый знал, что где-то глубоко в душе Кай умел любить, но не показывал это никому, пока не наступил тот самый пятничный, дождливый день. Парни отстранились друг от друга, и Кай неловко отвёл взгляд на пол. —Тогда. Пошли на кухню? —Они вышли из комнаты и по тёмному коридору отправились в сторону кухни. Дверь там была всегда открыта. На кухне было намного хуже, чем в комнате Кая: облезший, кожаный диван стоял в дальнем углу, а перед ним такой же облезший деревянный стол, покрытый клеёнкой. На нём была рюмка, рядом наполовину пустая бутылка водки. Слева стоит маленький пожелтевший холодильник, рядом старая газовая плита и раковина. На стенах навесные шкафчики. Обоев не было, голые стены, которые держали потолок, такой же белый, а на его середине красовалась лампочка. Кай представил на этом диване силуэт матери, от чего по спине прошлись неприятные мурашки. Как вдруг в дверь постучали с такой силой, что казалось дверь просто вылетит из петель. Парни переглянулись и быстро пошли к источнику звука. Смит на носочках посмотрел в глазок, и душа от этого лица улетела куда-то далеко — Степан. Морщинистое лицо, лысина на голове, глаза, которые пугают одним лишь взглядом. Это лицо снится парню в кошмарах. Сердце облилось кровью от страха, ноги подкашивались, а кислорода в лёгких начало не хватать. —Кто это?.. —Тихо спросил Коул. —С-степан.. —Еле выдавил он. Шатен даже не хотел знать, зачем он пришёл сюда, —Можешь уйти в ванную? Я разберусь. —Ты уверен? —Нет. Он не был уверен. Мастеру огня казалось, что Степан вытащит его за шкирку и разобьёт его лицо об ступеньку в подъезде, и он будет лежать мёртвый и окровавленный. Но не смотря на такие мысли, старшеклассник неуверенно кивнул, и Баккет ушёл. Коул открыл дверь и увидел ванную, а после начал прислушиваться к каждому шороху снаружи. Смит сжал кулак и с максимальной осторожностью приоткрыл дверь. От туда же выглянул силуэт мужчины лет сорока, высокий с большим животом в голубой клетчатой рубашке. От его грозного вида становилось пиздец как страшно. —Майя где?! —Громко и твёрдо спросил мужчина, что аж отозвалось эхо в стенах подъезда. —Её здесь нет, она в больнице, —Он попытался сказать это собранно и серьёзно. —Как это в больнице? Хули она там забыла?! —У неё серьёзные травмы, упала где-то, не ебу короче! —Про алкогольное отравление он решил промолчать. —А если обманываешь, и она сейчас на кухне сидит? —С чего бы мне обманывать? —Но Степан не послушал парнишку, и в прямом смысле вломился в квартиру, как к себе домой и пошёл на кухню. Он молился, лишь бы мужик не зашёл в ванную, —Если бы она в квартире была, то она бы тебя встретила, а не я! —Но он не послушал его слова, и быстрым и тяжелым шагом обошёл и его комнату. Не обнаружив там матери, Степан схватил Кая за шею и прижал к стене так крепко, что ему перестало хватать воздуха. —Если пиздишь, малёк, то тебе не жить, —Его крепкая ладонь буквально впилась парню в шею. Смит уже начинал синеть и кашлять, и мужчина не сразу отпустил его, лишь окинул насмешливым взглядом этого жалкого существа и скрылся в дверном проёме. Коул услышал его кашель, и ему захотелось вырваться из этой двери. Когда он услышал, что Степан вышел из квартиры, то влетел в коридор и увидел такую картину: Кай держался рукой за горло, весь бледный сидел на коленях и не мог перестать кашлять. Коул подбежал к нему. —Что он сделал?! —Баккет сел рядом с ним и даже не знал, что делать. Оставалось лишь наблюдать за его мучениями. Спустя несколько секунд он смог откашляться, и жадно лёгкими глотал воздух. —Принеси. Воды, —Брюнет побежал на кухню и начал рыться в шкафчиках, да бы найти стакан. Стакан он нашёл, но не обнаружив чайника, он потянул ручку крана и налил туда воды. Он побежал обратно, по дороге немного пролив жидкость и подал стакан Каю. Он быстро осушивал ёмкость, и спустя пару мгновений там ни осталось ни капли. —Лучше стало?.. —Да, гораздо. —Черноволосый медленно поднял парня за плечи и повёл его в комнату. Кай поставил стакан на стол, и они сели на кровать. Взгляд Смита был пустой, он смотрел в одну точку, пытаясь понять, что произошло. Но он лишь осознал — Степан его чуть не убил. Он был на волоске от смерти, если бы тот продолжил с ещё большей силой душить его, то он бы уже весь белый, как полотно, лежал без пульса. Чтобы хоть как-то отвлечься, он достал пачку сигарет. Увидев, что она пустая, тот выругался всеми возможными матами себе под нос. Но перед его глазами он увидел предоставленную сигарету. Старшеклассник с недоумением оглянулся на парня, а затем взял этот подарок и поджёг его, а после прислонил ко рту, —Давай потом на улицу пойдем? Я больше не могу здесь находиться. —Как скажешь, —Он прижал колени к груди и обнял их руками, —Что думаешь по поводу параллели? —На счёт перемирия? Ну. Сказать ничего не могу, так как может пиздят, а может и нет. А у вас в группе больше ничего не писали? —После этого вопроса Коул вынул телефон из кармана и полез в мессенджер, —Только предположения. —А от нас больше ничего не было? —Мастер земли меньше минуты листал переписку. —Нет, ничего. —Диалог был окончен, и они несколько минут сидели в тишине, и эту тишину прерывало лишь пение птиц.                                *** Всё небо было в оранжевых оттенках, которые отражались на этом маленьком городке. По тротуарам разгуливали люди, каждый идущий по своим делам, и мимо проезжал транспорт. —Долго ещё идти? —Возмутился Коул, ведь ему казалось, что они прошли не менее пяти километров. —Да не, сейчас вооот за этим забором будет, —Он показал пальцем на железный забор через дорогу. —Ты уверен, что она там есть? —Конечно. Я много раз туда ходил, там, конечно, дохера зарослей и гаражей, но, думаю, пробраться всё-таки можно, —Легко и уверенно ответил старшеклассник. Парни уже подходили к этой дороге и, так как здесь не было ни светофора, ни зебры, они дождались, пока автомобили разъедутся и побежали что есть мочи, лишь бы их не сбили. Затем по инструктажу Кая они подошли к сломанному забору, который был изрисован граффити. И вот: перед ними открылась заброшенное здание. Хотя, зданием это было сложно назвать, так как здесь был примерно трёхэтажный каркас. Вокруг было по Российски: несколько ржавых гаражей, повсюду мусор и осколки от бутылок, —Здесь хотели построить вторую больницу, как я помню, но слишком долго строили, ещё и место неудачное. —Мда уж, кому бы в голову пришло строить больницу среди гаражей в пизде мира?! —На его ругательство рассмешило Смита, и он рассмеялся. Коула свои слова туже чутка рассмешили, да и глядя на шатена его смех был заразительным, но он лишь усмехнулся. Затем они зашли внутрь. Здесь было ничего интересного. Полно граффити, куда не загляни, самых разных. Там были надписи как: «Россия — не для весёлых!», «Сдесь был Саня 3г», ну и в основном просто английские слова, разукрашенные баллончиками с краской. Также отпавшая штукатурка, где-то уже под бетоном прорастали растения, которые, в скором времени, превратятся в крепкие и высокие деревья. Парни поднялись по хрупкой и дырявой лестнице наверх. Как оказалось, там был и проход на крышу, куда они и полезли. Когда они прошли последнюю ступеньку, то перед ними открылся вид, как в раю: оранжевые, жёлтые пятна расплылись по всему горизонту. Им в глаза светит яркое солнце, этот закат и солнечный свет будто дополняли друг друга. У них на ладони был весь город. Люди, будто маленькие фигурки расходились по улицам и дорогам, а автомобили ездили со стороны в сторону. Кай и Коул подошли к самому краю здания и сели так, чтобы их ноги свисали в пропасть. Коул достал картонную коробочку и увидев, каким хищным взглядом окинул эту коробочку Кай, то он достал оттуда одну сигарету и протянул ему, а сам же взял зажигалку, Смит сделал тоже самое. Табачный дым одновременно расплылся в воздухе. Мастер огня положил голову парню на плечо. Коул не сопротивлялся, ему наоборот понравилось это прикосновение. —Люблю тебя, —Эти слова каждый раз, будто жаркий огонь расстапливали ледяные сердца. —И я люблю тебя, Кай, —И взгляды пересеклись. Этот серьёзный и одновременно ласковый взгляд. Эти фисташково-бурые глаза пронзали его разум целиком и полностью. Это были необычный взгляд. Смит узнает его глаза из тысячи, миллионов, миллиардов. Парни приблизились к друг другу. Снова эти чувства. Эта нежность и страсть снова наполнила эти тела выше краев, а внутри них при поцелуе что-то приятно переворачивалось. Их языки сплелись между собой, и им больше не нужно было ничего и никого, кроме друг друга.