Мешочек

      Все семейство мое почему-то убеждено, что я обладаю каким-то непредсказуемым, если не сказать нездоровым чувством юмора. Я с этим решительно не согласна.       Нет, я, конечно, люблю иногда пошалить или пошутить. Но жизнь ведь такая штука, что если время от времени не пошалишь, то просто сдохнуть можно от серьезности.       В этот раз все началось, когда мой младшенький ухайдакал свой мешок для спортивной формы. Ухайдакал до состояния «восстановлению не подлежит». Так уж вышло, что я полезла в интернет выбирать новый мешочек в этом самом шаловливом настроении. Поиски закончились сравнительно безобидно — из всего представленного там разнообразия сюжетов и расцветок я выбрала вполне симпатичный спортивный мешочек, зеленый от густо усыпавших его кустиков марихуаны. Каннабиса то есть.       Рассудила любящим материнским сердцем, что в школе этот оригинальный дизайн прибавит сынуле популярности и привлечет к нему сердца одноклассников. Старшенькая моя, однако, рассматривая прибывшую покупку, поспешила меня осудить.       — Мама! — сказала она своим самым взрослым и удручающе серьезным тоном (каким разговаривают с не в меру расшалившимися детьми). — Мама! Ну ты что, не могла ему с какими-нибудь машинками или кубиками Рубика заказать? Ну не с каннабисом же?!       — А что такого? Зато такого ни у кого нет. С кубиками и машинками каждый дурак может, а у нас не каждый! И картинка заметная, на весь мешок. Узнаваемая. В глаза бросается и в случае чего найти легко, — отмахнулась я и, между прочим, как в воду глядела. Потому что через неделю мой младшенький, возвращаясь из гимназии в усталых и расстроенных чувствах, этот самый мешочек забыл в автобусе.       Ну, как говорится, не в первый, не в последний.       — Найдется твой мешочек, мир не без добрых людей. Ты ж один обеспечиваешь четверть всего оборота вещей в нашем городском бюро находок. Полезное дело делаешь, людей рабочими местами снабжаешь. Они же, может, только благодаря тебе и другим твоим собратьям по разуму чувствуют себя востребованными в этом мире и состоявшимися людьми. Работниками невидимого фронта борьбы за объединение потерянных вещей и их хозяев, — утешала я младшенького, набирая номер бюро.       — Здравствуйте. Я хотела узнать, к вам спортивный мешок не приносили? Мой сынуля, возвращаясь из школы, в автобусе забыл.       — К нам много приносили. Ваш какой? — откликнулся женский голос.       — Наш с каннабисом! — радостно выпалила я.       — Что?       — Ну небольшой такой, с каннабисом, — понемногу я начинала недоумевать непонятливости моей собеседницы. — Что, не находили?       — С чем?       — С зеленой марихуаной! Трава такая, — терпеливо уточнила я.       Напрасно я надеялась на адекватную реакцию, единственным ответом мне было тяжелое молчание.       Я просто не знала, что еще сказать. Совершенно же непонятно, в чем проблема. Звонила я в это бюро находок далеко не в первый раз. Чего только мой младшенький не терял, но прежде они так не зависали.       Только через несколько томительных секунд до меня наконец дошло, что я, собственно, все это время говорю.       — Это же просто на мешке картиночка. Кустики марихуаны. Зелененькие такие, — очень осторожно, чтобы не спугнуть несчастную работницу бюро находок, сказала я. И добавила, от души надеясь на то, что не ошибаюсь и что драгоценный сынуля еще не успел подложить туда чего-нибудь эдакого: — А внутри лежат кроссовки «Адидас», черные, с полосками, и синие спортивные шорты.       Моя собеседница выдохнула, отмирая, и выразила согласие проверить наличие искомого мешочка.       И ведь, между прочим, я оказалась права, зря меня старшенькая распекала. Не прошло и двух минут, как сотрудница бюро отрапортовала мне, что мешочек найден, и синие шорты, только кроссовки хотя и с полосками, но белые.       Моим первым побужденьем было сообщить ей, что белый и черный — инверсные цвета, но я вовремя сдержалась. Что бы там ни говорила моя старшенькая, я знаю, когда нужно остановиться.       Поэтому лишь кротко вздохнула и призналась, что сынуля без меня мешок собирал, не те кроссовки сунул. И вообще у нас их несколько пар, потому что кто-то их все время теряет. Но мешочек все равно наш, другого такого ни у кого нет.       С последним утверждением моя собеседница не могла не согласиться.       Эх, видели бы вы, каким подозрительным взглядом нас прожигали работники бюро находок, когда мы с младшеньким явились за мешочком.       Мешочком с картинкой, на которой нарисована марихуана, тщательно следя за формулировками, отчеканила я, гордо думая про себя, что я не из тех, кто не учится на своих ошибках.       А работников между тем целых четверо собралось. Четыре человека, чтобы выдать нам наш несчастный мешочек. Я думаю, там и больше собралось бы, просто у них из четырех человек состоит весь штат, включая кладовщиков и шефа.       И вот они стояли и прожигали нас взглядами, ловя каждое движение, каждую брошенную фразу. Не иначе, хотели на месте, так сказать, преступления, в момент передачи подозрительного груза, еще раз оценить, стоит ли отдавать находку нам или все же вызывать полицию с нами разбираться.       Наконец мы вышли наружу, я повернулась к младшенькому, который бодро размахивал вновь обретенным зеленым мешком.       — А когда ты и этот ухайдакаешь, я тебе со взрывчаткой куплю, хочешь?