весна 1960

риччи успешно залез обратно в свою комнату, постаравшись вызвать как можно меньше шума. с мутной пеленой, застилающей глаза, он закончил собирать вещи, и теперь сидел прислонившись к стене, слыша только стук собственного сердца. несколько часов спустя, на скрипучей лестнице послышались шаги матери -о, ты уже встал, - с тихой улыбкой сказала она, когда зашла в комнату и увидела риччи, - спускайся на завтрак. есть тозиер не мог, еда совершенно не лезла в горло. он отставил миску с разноцветными хлопьями, к которой даже не притронулся, хотя в другой день, возможно съел бы ее полностью за несколько минут. риччи посмотрел на настенные часы. те пробили одиннадцать. мальчик выбежал во двор, и увидел, как за забором уже стоят все неудачники в полном составе. заспанные, но серьезные и встревоженные, они ждали его. когда риччи приблизился, слова не потребовались. билл положил свою руку ему на плечо и сочувственно кивнул. тозиер буквально ощущал на себе их взгляды, полные сожаления и грусти. несколько мгновений спустя, из дома вышла его мама, несущая сумки. -привет, ребята!! пришли его проводить, да? - не дожидаясь ответа, она крикнула риччи, чтобы он немедленно шел наверх и тащил свой рюкзак сюда, поскольку отец уже завел машину. оглянувшись на друзей, тот забежал в дом и вернулся через пару минут, но уже с вещами. все вместе они подошли к машине - видавшему виды голубому форду. выпросив у родителей время на то, чтобы попрощаться, риччи отошел от окна и встал перед неудачниками, которые стояли словно в оцепенении. первым от общей толпы отделился эдди, который, перед этим, как показалось тозиеру, смахнул слезы рукой. -не забывай меня, - тихо, так, что только риччи его услышал произнес он. с этими словами тонкие пальцы протянули тот самый злополучный стеклянный шарик для игры в марблс. розово-синий, он переливался на солнце. казалось, будто свет исходит изнутри нагретого рукой стекла, освещая весь мир. риччи посмотрел в блестящие глаза эдди, и осознал, что сейчас разревется у всех на виду. -не забуду. обещаю, - с усилием выдавил он из себя, и положил шарик в карман рюкзака. -прощай, балабол, - билл, подошедший вторым, обнял и похлопал риччи по спине, - помни о нас. -да, - беверли, рыдая, бросилась к тозиеру и сгребла в охапку, - звони нам, присылай открытки, если сможешь, - тут она совсем размякла и начала всхлипывать. оставшиеся неудачники облепили риччи со всех сторон, сдавив в объятиях. они стояли так несколько минут, пока наконец уэнтуорт тозиер не посигналил им из-за руля форда. -ричард! сколько можно, бегом в машину!! - прозвучали сердитые слова из-за опущенного стекла только тогда риччи, одаривая неудачников последней вымученной улыбкой, садится на потертое кожаное сиденье, и захлопывает заднюю дверь. его отец надавил на педаль газа, фордик взревел, и пейзаж родного маленького города тронулся. риччи повернулся и сквозь заднее стекло старенького автомобиля смотрел на неудачников и на дерри, до тех пор, пока те не превратились в крохотные точки на горизонте. хлынул поток воспоминаний, связанный с этими людьми и этим городом. вот он совсем еще маленький идет в школу и знакомится там с эдди, стенли и биллом. вот он убегает от хулиганов, норовящих избить его до полусмерти за острый язык, вот он и остальные неудачники дают обещание вернуться в дерри. вот первый день весенних каникул: он выкидывает тетради в мусорку, гуляет с ребятами, а потом, уже поздним вечером его целует эдди. эдди… они больше никогда не увидятся, а даже если произойдет чудо, это будет через много-много лет. все что между ними было останется в далеком апрельском дне, как останется в нем и частичка самого риччи. за окном мелькали деревья, светило солнце, на небе не было ни единого облачка, а в машине играла кассета, поставленная отцом. но по веснушчатым щекам мальчика, сквозь стекла очков, застилая глаза, текли слезы.