Дыхание незабудки

Очередной кашель раздался поздней ночью. Когда это произошло впервые, то клоны реагировали по разному. Одни ворчали из-за упущенного сновидения, другие подходили к двери больного и спрашивали всё ли в порядке. Но прошло уже 3 месяца, а дверь так и не открылась. В какой-то момент хозяин комнаты попросту закрылся на все замки и не под каким предлогом не открывал. Он почти каждый час кашлял, да так хрипло и болезненно, что просто слушать было невыносимо. Чёрт возьми, даже Вару перестал стебаться и носил больному перекусить. Любопытство распирало пятого изнутри, но он не давил. Тем временем Феликс места себе не находил. Его друг мучается, а Феля не знает чем помочь. Собственное бессилие и тяжёлый кашель за дверью сильно отразились на блондине. Феликс стал вялым, нервным и понурым. Тем не менее, парень неустанно приносил болеутоляющие. Все они вскоре исчезали. Однажды, клоны решили сходить на прогулку, проветриться. Но в связи со сложившейся ситуацией возникла необходимость оставить кого-то дома. Мало ли что произойдёт. Феликс вызвался добровольцем. Но, неожиданно, руку поднял Вару. Тролль объяснил свой поступок очень просто. -Может я и садист, но точно не чудовище. -сказал Вару, уложив одну руку себе на бедро. Другой рукой указал на четвёртого. -Будем честны, биполярный выглядит отвратительно. Ему нужен отдых больше, чем кому-либо из нас. Да и ветренно сегодня. Клоны согласились. Всё-таки Вару был прав. Никто и не догадывался, что приколист давно уже обо всём знает. Поверьте, для него это было не трудно. Вару очень наблюдательный, хоть по нему и не скажешь. Да и не только пятый понял в чём дело. Данте тоже знал секрет трефового. Бубновый король проснулся поздней ночью и столкнулся в ванной с Зонтом. В ту ночь мыслитель поклялся, что никому не расскажет о происходящем. И третий держит своё слово. Его грызёт совесть, а ответственность лежит на плечах непомерным грузом. Но он молчит и ходит с расслабленным, чуть задумчивым лицом. Вару заметил как Данте поглядывает на проклятую дверь шестого. А ещё он заметил, что подозрительно часто чихает возле комнаты Зонтика. Ещё этот знакомый едва уловимый запах. Он где-то его уже слышал. Перерыв общий альбом с фотографиями, взгляд наткнулся на изображение. Цветочный луг и Вару в противогазе. Это стало самой крупной подсказкой от судьбы. Поэтому, идя с Данте со школы, Вару затащил того во двор какой-то заброшки и начал расспрос. Мыслитель, однако, стоял на своём. Тогда тролль пошёл в ва-банк и начал давить на больное. -Если с ним что-то случится, то все рано или поздно узнают о вашем общем секрете. Только представь сколько обвинений, ругани и ненависти польётся на тебя. Я не думаю что тебя хоть кто-то простит. Красный партизан занервничал. Меньше всего он хотел вредить кому-то из своих близких. Но он же дал слово! Спустя пару минут внутренней борьбы с самим собой, Данте тяжело выдохнул. Он отвёл взгляд. -Мы любим тех, кто нас не любит. Мы губим тех, кто в нас влюблён. - процитировал он строчку из стихотворения Пушкина. Не зря же у него в году стоит отлично по литературе. Вару соединил все кусочки пазла воедино. Он всё понял. Осталось лишь дождаться подходящего случая. И вот этот случай настал. Вару долго не мог решиться. Оставались некие сомнения. Но переборов внезапный приступ неуверенности, пятый постучал в дверь. -Кто там? - послышалось по ту сторону. Голос был хриплый и совсем тихий. Вероятно, больной сорвал его из-за постоянного кашля. -Сто грамм!- попытался разрядить обстановку юморист. -Конечно же Вару! Кто же ещё? -Почему дома так тихо? - в вопросе проскальзывали нотки недоверия. -Все ушли. Я решил сегодня дома посидеть. И вновь ни единого звука. Тишина выбралась из дальнего угла, распространяясь по всему дому. --Плакса, - вполголоса позвал зелёный. - Открой дверь. И снова ноль реакции. Куромаку однажды обмолвился, что его валет может очень решительным. Но только когда ему это самому надо. -Плакса! -стукнул пиковый по двери кулаком. - Открывай! Я знаю что с тобой происходит. Тут же послышались торопливые шаги и щёлканье множества замков. -Откуда? - испуганно раздалось из едва приоткрытой двери. - Я же так хорошо себя спрятал. Вару проигнорировал вопрос и грубо открыл дверь. Он прикрыл её за собой и взглянул на владельца комнаты. В тот же миг сердце болезненно сжалось, а валет пик отпрянул от трефа. Грязные волосы висели сосульками. Кожа побледнела. Но самое страшное - глаза. Вместо них было множество бутонов незабудок. На щеках, как и на губах, была видна засохшая кровь. Несмотря на духоту и отвратительный запах, парень был одет очень тепло. Вару подошёл к нему и потянул за край толстовки. --Сними это. Я должен знать насколько всё плохо. Без лишних промедлений Зонт послушно стянул объёмный элемент. Под ним была чёрная водолазка. Она тоже вскоре улетела в стену. На нём не было живого места. Всё его хрупкое от недоедания тело было покрыто цветами. -И какого дьявола ты так долго молчал?! - вспылил тролль. -Я не хотел вас волновать. Я хотел уйти тихо. Вы бы даже не заметили. -Ты в своём уме? Феликс себе места не находит! Куромаку почти не спит. Данте гложет вина из-за того сранного обещания! Ты... грёбанный эгоист! Ещё меня садистом называют. Вару взглянул на сутулую фигуру и осторожно усадил его на кровать, сметая мусор на пол. -Что бы это изменило? - убитым голосом молвил треф. Из под бутонов потекли слёзы в перемешку с кровью. Его плечи крупно дрожали. --Чтобы избавиться от цветов, нужна ответная любовь. Я не хотел чтобы так получилось. Я... я просто хотел быть счастливым. Пиковый осторожно взял того за лицо. Большие пальцы размазывали мутную воду по лицу. Он приобнял больного. -Вару... я не хочу умирать. -Ну так признайся. Тебе уже нечего терять. Кто этот человек? Я отведу тебя к нему. Ты только скажи адр... - но договорить ему не дали. Его пухлых сухих губ коснулись чужие. Зонт тут же отпрянул и замер. Он терпеливо ждал ответа. Вару робко уложил руки на угловатые плечи шестого и притянул его обратно. В ту секунду, пранкер порадовался, что в комнате достаточно темно и не видно его пылающее лицо. С каждым мгновением поцелуй становился всё требовательнее. Цветы осторожно сыпались на пол. Парочка так увлеклась, что не заметила прихода остальных. Приоткрытая дверь явила пришедшим сначала запах, а потом уже двух собратьев на кровати. Те не слышали вокруг себя ничего. Ни облегчённый выдох Данте, ни вопросы Габриэля. Где-то на фоне слышался радостный плач Феликса и недовольный бубнёж Пика. А возмущённого Куромаку увёл под руку Ромео, закрыв дверь напоследок.