Гроб для Змея

После лёгкого ужина Антон лежал на чёрной шёлковой простыне. Мягкая ткань приятно охватывает молодое тело. Юноша проводит ладонями по шелковистой поверхности и пытается отвлечься. Над ним навис в полурасстёгнутой рубашке Арсений. Он обжигает Антона холодным взглядом, съедает заживо, облизывая губы. Черти за его спиной появляются и пляшут, ждут, когда мужчина перейдёт на тёмную сторону и разорвёт парня. Антон с полуоткрытым ртом наблюдает за чужими медленными действиями. Сердце его уже стучит в глотке, отбивая бешеный ритм. Кончики пальцев покалывают, он боится задышать полной грудью. Арсений смотрит и смотрит. Он пытается сдерживать себя, но змей снова появляется из его темноты. Мужчина правой рукой гладит щеку, спускается вниз и поднимает голубую толстовку, натягивая её до подбородка Антона. Арсений смотрит в ярко-зелёные глаза, наблюдает и ждёт реакции. Антон лишь вздрагивает, когда его касаются холодные и шершавые пальцы. Зелёные луга полностью затопила темнота зрачков. Он напряг живот, вдыхая воздух и прикусывая губу. — Не бойся, Антош, — прошептал мужчина, притрагиваясь ни к кем не тронутой чистой коже на талии. — Тебе понравится. Голубоглазый наклонился и примкнул к губам Антона. Юноша уже привык, что от него он всегда получает зверский поцелуй, что рвёт его мягкие губы, кусает их и слизывает капельки крови. Арсений гладит рёбра, считает их, мечтает сжать и сломать тонкие кости. Хочет заполнить лёгкие Антона своим ядом, которым сам дышит, отравить его, чтобы тот думал только о нём. Арс двигает губы ниже и прокладывает дорожку укусов от подбородка до ключиц. Он целует каждую косточку и спускается к розоватому соску, что напрягся от неизвестных прикосновений. Одной рукой он гладит и щипает пальцами левый сосок, а сам примыкает своими губами к правому. Лижет его, обводит горячим языком и тихонько кусает. Антон стонет, запрокидывая голову, и выгибает спину. Под веками у юноши взрываются яркие фейерверки, он чувствует дрожь по всему телу. Хватает Арса за спину и короткими ногтями царапает рубашку, пытаясь добраться до голой кожи. Арсений на эти божественные стоны пытается не реагировать, но ничего не получается. Он вырывается с цепи и глухо рычит, обхватывая и сжимая со всей силы рёбра. В глазах его полностью поселился чёрный змей, дико шипя и раскрывая клыкастую пасть. Вена на его шее сильно выделялась, она пульсировала и гоняла проклятую кровь по всему организму. Черти раззадорились и кричали, чтобы Арс уже, наконец, безжалостно разорвал этого падшего ангела. Его брюки обтягивали стояк, мужчина чувствовал боль в паху, он мечтал снять уже одежду, но пока рано. Арсений лишь расстегнул ширинку своих брюк и ослабил ремень, спускаясь по девственному телу дальше. Он кусал поцелуями втянутый пресс Антона, облизывал немного выделяющиеся накаченные мышцы, оставлял на нём свои слюни и следы острых зубов. Юноша с покрасневшими щеками и пеленой перед глазами видел лишь что-то чёрное и зверское. Он схватил брюнета за волосы и погладил, простонав имя мужчины. Арсений вскинул голову и уставился на Антона диким взглядом. Нежное лицо с поплывшими зелёными изумрудами-глазами и поблёскивающий браслет, что он подарил мальчику, лишь ещё больше возбудили Арса. Он подтянулся обратно к парню и начал осыпать поцелуями всё лицо, вдыхая солнечный запах, что так сейчас не хватал природе. Руками он расстегнул чужую ширинку штанов, немного стягивая их до середины бедра, и положил руку на ткань боксеров, гладя выпуклость и размазывая по ткани смазку. Антон вскинул бёдра и простонал, кусая нижнюю губу. — Мой мальчик хочет получить больше, да? Хочешь, чтобы я оттрахал тебя? Поставил раком и выеб, не жалея твоей девственной дырочки. Я слизал бы всё твоё тело. Каждую частичку твоей кожи я бы прокусил. Хочешь этого, Тошенька? — свирепо спрашивал мужчина севшим голосом. Арсений разорвал маленькие поцелуи и спустился к бёдрам парня. Он медленно спустил трусы и уставился на мокрый член в бесцветной смазке. От прохладного воздуха Антон поёжился, сжался от смущения и закрыл рукой глаза. Арсений, это заметив, ничего не сказал, а подняв уголок губ, наклонился, пару раз погладил розовый член и облизнул мокрую головку. Юноша вздрогнул, убрал ладонь от лица и уставился расширенными глазами вниз. Мужчина обхватил небольшой член, размазал предэякулят по всему органу и полностью вобрал его в горячий рот. Антон, широко раскрыв рот, протяжно застонал, хватая одной рукой за чёрные пряди мужчину и сжимая другими пальцами шёлковую постель. Арсений несколько раз облизнул член во рту, поднял голову, полностью выпуская орган изо рта и, облизнувшись, снова наклонился, вбирая его в рот и втянув щёки. Одной рукой он сжимал бледное бедро, оставляя красные следы, а другой засунул руку в свои боксеры и остервенело поглаживал сочащийся смазкой член. Антон с поплывшим сознанием глухо мычал прикрыв рот. Знал, что надолго его не хватит, и поэтому пытался оттянуть Арсения за волосы, чтобы не кончить ему в рот. Но, похоже, тот, наоборот, этого и ждал. Мужчина начал с удвоенной силой всасывать и облизывать член. — А-а-арс, — простонал Антон и закрыл глаза, сжимая дрожащей рукой чёлку мужчины. Арсений до конца втянул орган и уткнулся носом в лобок. Тёплая белая жидкость выходила из члена и попадала прямо в глотку Арсения. Пару раз передёрнув, мужчина кончил и в свою ладонь. Когда сперма закончила выходить, Арс вытащил обмякший член изо рта, облизнулся и размазал на животе Антона рукой капли своей спермы. Глаза юноши были закрыты. Под веками у него взрывался космос, яркие неизвестные созвездия меняли цвета, пульсировали и оживали. Антон глубоко дышал, восстанавливал дыхание и вдруг заметил, что стало темно. Медленно разлепляя глаза, он увидел, как Арсений приближает к нему своё лицо и целует в губы. Передаёт вкус его собственной спермы, гладит чужой язык, зубы, обсасывает каждую покрасневшую губу и заканчивает обычным нежным поцелуем. Отдышавшись, Антон смотрит, как Арсений ложится рядом с ним и, подперев голову, рассматривает юношу. Арс гладит грубыми пальцами растрёпанные светлые волосы, пытается их уложить, но ничего не получается. — Может, ты всё-таки останешься сегодня у меня? — спрашивает он хриплым голосом. Антон смотрит в яркие спокойные глаза и, улыбаясь, тихо смеётся. — Хорошо, — кивает он и поворачивается полностью к мужчине, обнимая того за талию. Арсений тоже ловит улыбку, прижимает к себе парня и укладывает подбородок на мягкие вьющиеся волосы.

***

Ранним утром в особняке ещё тихо. За большими окнами была кромешная темнота, никто не проходил мимо и не выгуливал собак. Солнце должно было появиться с минуты на минуту, освещая слабым светом просыпающийся городок. Внутри дома горничные ходят чуть ли не на цыпочках, бояться разбудить того юношу, ведь хозяин, сверкая холодным и угрожающим взглядом, приказал не шуметь. Повара уже как час находятся на кухне и готовят обед, так как завтрак те двое уже проспали. Точнее проспал Антон, а Арсений проснулся ещё в пять утра и переделал множество дел. Но вскоре к семи часам он вернулся обратно к себе постель, немного понаблюдал за мирно спящим парнем и уснул сам, обнимая его.

***

Антон сквозь сон чувствовал чужое тело и мягкую постель. Он ластился в мягкой ткани, вдыхая морозный запах океана. Парень медленно открыл глаза, тря их пальцами и зевнул. Приятная к телу одежда Арсения нравилась ему. Юноша спал в футболке большого размера и шортах, что немного спадали, ведь ноги у мужчины были накаченнее и объёмнее, чем у Антона. Проморгавшись, он осмотрел тёмную комнату с толстыми зашторенными окнами, что не позволяли морозному солнцу разбудить принца. Перед ним, положив руку на его талию, спал Арсений. Мужчина почти не шевелился, даже его ресницы не двигались. Рассматривая его лицо, Антон заметил на скулах несколько маленьких родинок, а возле глаз собрались тоненькие линии, похожие на ветки ёлок, по которым можно было понять, что мужчина уже не молод. Губы Арсения были немного искусаны, и парень покраснел, вспоминая почему. Брюнет с уложенными волосами неожиданно открыл глаза, уставился прямо в зелёные омуты и улыбнулся. — Антоша, — мягко сказал он и поцеловал в лоб. — Я бы пролежал так с тобой всю вечность, но нам пора уже на работу. Антон резко встал с кровати, паникуя. — Точно! Блин, я же должен ехать… — Не волнуйся, — усмехнулся Арс, тоже вставая с кровати и поправляя вязаную тёмно-зелёную жилетку с белой рубашкой. Он подошёл к двустворчатой светлой двери и открыл её. — Я спущусь вниз в столовую, а ты пока сходи в ванную. Зубная щётка, полотенце и всё остальное я положил на тумбочку. Не торопись, собирайся спокойно. И ушел, захлопнув дверь.

***

Антон увидел в туалетном зеркале своё отражение. На него смотрел парень со странным блеском в глазах, с потресканными губами, и самое главное — это шея. Истерзанная от подбородка до ключиц, она полностью была в красных и тёмно-коричневых отпечатках зубов. Антон не понимал, как её теперь скрыть. Толстовка полностью не закрывала следы. Оставался только его вязаный шарф. Вздохнув, юноша полностью разделся и забрался в большую ванную, включая тропический душ. Капли тёплой воды падали на кудри, стекали вниз, обходя следы зверя, попадали в каждую впадинку на теле. Антон завис, наслаждаясь душем. Он повернул голову и увидел пластмассовые прозрачные баночки с приклеенными на них иностранными этикетками. Взяв одну из них, парень открыл крышку и понюхал. В нос попал ядерный взрыв чего-то холодного и отрезвляющего. Антон сразу понял, что это был гель для душа. Теперь понятно, почему от Арсения так пахнет, — подумал он и начал обмазываться густой жидкостью.

***

В голубых глазах играл огонь. Арсений уже несколько минут сидел неподвижно, ничего не ел и смотрел на Антона, который чувствовал, что с мужчиной что-то не так. Прожевав яичницу с ветчиной, юноша поднял голову от тарелки. — Что-то не так? — нерешительно спросил Антон, поглаживая ручку вилки. Арсений на вопрос лишь медленно повертел головой и взялся за нож. — Просто сдерживаю себя, — усмехнулся он, крутя в руках столовый прибор. — Ты сидишь в моём доме, ешь ту еду, что я заказал, носишь мой подарок. Твоя шея полностью в моих следах. И ещё от тебя пахнет мной. Как тут не удержаться, а? Антош. Антон сглотнул, его уши начали краснеть, и он втянул голову в плечи. Арс усмехнулся и положил нож на место. — Кушай, ангел мой, — протянул он, выпивая весь чёрный горький кофе и украдкой наблюдая за Антоном. Юноша кивнул и с горящим лицом принялся дальше разделывать яичницу. Пообедать в спокойной обстановке он уже не мог.

***

Антон, сидя уже у себя в кабинете, разбирал архивы. Закутанный до подбородка шарф мешал парню работать. Он пылко дышал, тёплая ткань колола чувствительную кожу шеи. Антон рассматривал документы и составлял отчёт. Паша сказал, что в конце года всегда происходит проверка всех работников и документов. Нужно всё расписать и рассказать, где и кто на какой полке лежит и тому подобное. Парень тихо сидел на мягком стуле, слушал тихий шорох из темноты комнаты, думал, думал и думал. Мысли его переливались из одной части в другую. Они текли от работы до матери, от чёрного бизнеса мужчины и до любовника Арса. Парень задержал свои мысли о голубоглазом. Он понял, что влюбился в него. Мечтает о его прикосновениях, что обжигали стужей. Думает о тех кровавых следах, которые оставил мужчина на его теле и снова представлял, как тот его хватает и сжимает. Не даёт выдохнуть, расслабиться, заставляет трусливо замереть под его бездушным взглядом и мечтать о большем, сжимая бёдра и подавляя возбуждение внизу живота. Антон кусает губы, уплывая мыслями далеко, но его думы прерывает скрипучая дверь. — Антон, привет, — здоровается Паша и замирает, смотря на шарф. — А.… Кстати… Арсений Сергеевич передал, что через пару часов привезут новые документы. Они из другого похоронного бюро. — А почему документы из другого бюро? — спрашивает Антон, опуская взгляд вниз, стесняясь и догадываясь, о чём подумал мужчина, глядя на его закрытую шею. Паша обвёл спокойным взглядом Антона и подошёл поближе. — Арсений Сергеевич смог заполучить ещё одно предприятие. Наши похоронные территории расширяются. Теперь вдвое больше работы, к сожалению, — вздыхает он и уходит. Антон задумчиво смотрит в тощую спину. Он понимает, как тот смог заполучить то здание, но ничего не чувствует на этот счёт. Как Арсений и сказал тогда, Антон работает официально и замешан в его тёмном бизнесе не будет. Юноша прикусил нижнюю губу и, набрав побольше воздуха, принялся работать дальше, ведь скоро расслабиться он точно не сможет.

***

Паша вышел из здания на задний двор и набрал номер своей любимой. — Ляйсан? — спросил он, следя за прохожими сквозь забор. — Ничего серьезного, просто планы Стаса немного поменялись. Как я поняла, он пока отдыхает от службы. Но чувствую, что это затишье ничего хорошего не предвещает, — проговорила быстро светловолосая женщина, стоя на крыше здания МВД. Павел устало вздохнул и покачался на пятках. — Не переживай. У нас с Арсом всё под контролем. Я уж точно не пострадаю, — усмехнулся мужчина. — Просто думай о будущем лете. Скоро мы сможем вместе отсюда ненадолго улететь и отдохнуть где-нибудь на берегу тёплого моря. Из трубки раздался женский смех с помехами от связи. Павел мягко улыбнулся, представляя, как его жена сейчас красиво выглядит и смеётся. — Хорошо, Паша. Буду с нетерпением этого ждать. Нам пора отключаться, прошло уже тридцать секунд, — настороженно проговорила Ляйсан, следя за тем, чтобы их сигнал не поймали. — Я тебя люблю. — Я тебя тоже люблю, дорогая, — сказал на прощание мужчина и отключился. Наблюдая за снующими туда-сюда людьми, Паша подумал, что купит сегодня после работы жене красивый белоснежный букет. Заходя обратно в бюро, он краем глаза замечает на небольшом здании крыши двух людей в чёрном обмундировании. Мужчина никак не реагирует, запоминает лишь их расположение и точное время. Он знает, что за этими людьми тоже следят. Матвиенко давно не показывается в похоронном бюро. Наблюдает каждый день и ночь со своими бойцами за противниками и всю информацию ежедневно докладывает остальной тройке.