Missing Time/Упущенное время

Рейла не знала, что делать. Она пыталась сказать Каллуму, что он вправе сердиться, дать ему время. Однако ничего не выходило. Он явно злился на нее, продолжая избегать долгого разговора. Она предпочла бы, чтобы на нее просто накричали и покончили с этим вместо песни и танца, которые они сейчас исполняли. И это действительно были песня и танец. Как бы он ни пытался скрыть это, все равно смотрел на нее так, как прежде. Никогда он официально не отвергал ее. Даже сказал, что рад ее возвращению после всей этой истории с Рексом Магнусом. Он обнял ее, уткнувшись носом в шею, как делал много раз раньше. Но их отношения все еще были натянутыми. Это сводило с ума. Он все еще ее парень или нет? Когда она уходила, не порвала с ним в письме, и он не говорил, что они больше не вместе. Рейла находилась в подвешенном состоянии. И ей это не нравилось. Стелла щебетала у нее на плече, когда они приближались к территории Океанских эльфов. Зубейя не смогла помочь, поэтому позвала несколько драконов в подмогу. Эзран и Сорен летели на Пирре, в то время как она и Каллум на другом. Это могло быть романтично. Может быть, они могли бы держаться за руки или шептать что-нибудь милое и глупое друг другу на ухо, как когда-то. Но Каллум даже не смотрел в ее сторону. Вместо того чтобы дуться, Рейла решила сосредоточиться на месте, к которому они приближались все ближе и ближе. Песчаные отмели постепенно обнажались в сгущающихся сумерках, и повсюду было очень много воды. О, звезды. Что может быть еще лучше? Хмурая гримаса появилась на ее лице — лучше бы она осталась на драконе. Когда они достигли пункта назначения, Каллум спустился первым, за ним последовали Сорен и Эзран с Бейтом. — Рейла? — забеспокоился Эзран, — все хорошо? Я помню, ты боишься воды. — Со мной все нормально, — пробурчала эльфийка. Она упала с Грозового Шпиля и провела два года в одиночестве — что нелепый детский страх по сравнению с этим? Сделав глубокий вдох, Рейла соскользнула с дракона. Но в тот момент, когда ее ботинки коснулись влажного песка, она покачнулась назад. Каллум своевременно приобнял ее, поймав теплыми руками: — Ты в порядке? Нужно было отдать ему должное — Каллум действительно сильно изменился с момента ее ухода. Было трудно удержаться, и взгляд Рейлы непреднамеренно переместился к его глазам, затем — к скулам. Его черты лица стали намного острее. Губы даже чуть полнее. Она пожалела, что не смогла наблюдать, как он вырастает в мужчину, но несмотря на это была очень довольна результатами. И ко всему прочему его более высокий рост заставлял ее внутренности буквально сжиматься, когда она смотрела на него. Как бы глупо она себя ни чувствовала, не могла не ощущать себя наивным подростком, который словно бы впервые влюблялся каждый раз, при взгляде на него. Каллум всегда привлекал её, но сейчас это было нечто большее. Он приобрел черты, унаследованные от королевы Сараи, и стал одним из самых красивых мужчин, которых она знала. Было трудно думать о чем-то другом, когда его взгляд падал на нее. Почему он не мог просто поцеловать ее? Разве не видел, сколь сильно она хотела этого? Как скучала по его прикосновениям? И как по-прежнему нуждалась в нем? — Рейла? Поняв, что он все еще смотрит на нее в ожидании ответа, она кивнула. — Я в порядке, — его руки сразу же оставили ее, как будто он не мог дождаться, чтобы отпустить. Нет. Это было неправильно. Она должна была находиться прямо у его груди, в его надежных объятиях. Вот где было ее место. Если только… он больше не хотел этого. — Нам, вероятно, следует разбить лагерь, — объявил Сорен после ухода драконов, — начинает темнеть. — Д-да, — пробормотала Рейла, — пойду гляну, может, найду что-нибудь, что можно использовать для костра. Вдалеке виднелось несколько деревьев. Хочешь пойти со мной, Каллум? Каллум помотал головой. — Нет. Кто-то должен… Сорен и Эзран одновременно грубо ткнули его локтями в бок. — Просто иди, — прошипел Сорен. — Разберись со своими Сильными Чувствами, — прошептал Эзран, — ты поймешь, что нужно делать. Каллум застонал: — Хорошо. Я пойду. Но лемур останется здесь. — Это Стелла, — поправила Рейла, но сняла зверька с плеча, — оставайся с Эзраном и Бейтом, Стелла. Мы с Каллумом поговорим, хорошо? Стелла запищала в знак согласия, радостно запрыгнув на плечо Эзрана. Ну, по крайней мере, Эз был добр с ней. — Давай уже покончим с этим, — проворчал Каллум и направился в сторону небольшого леса. Закатив глаза, Рейла последовала за ним. Ее взгляд невольно упал на его пятую точку. Стала ли она больше с тех пор, как она видела его в последний раз? Ей это нравилось. Даже очень нравилось. — Ты можешь перестать пялиться на мою задницу? — снедовольничал Каллум и, повернув голову, одарил эльфийку угрюмым взглядом. — Эм, да. Извини, я просто… — Почему ты вообще здесь, Рейла? — наконец спросил он. Оглянувшись через плечо, она увидела, что они уже довольно далеко от Сорена и Эзрена. — Я же тебе уже сказала. — Нет, ты этого не сделала. Все, что ты сказала — это, что ты потерпела неудачу, или что-то в этом роде. Ты ни слова не сказала о том, почему решила вернуться, — он повернулся к ней всем телом, глаза сузились от сдерживаемого гнева, — все это время ты мило любезничала со мной, как будто никогда и не уходила. Ты должна все объяснить. Насмешливо фыркнув, Рейла выпрямилась во весь рост. — Теперь ты наконец поговоришь со мной? Я пыталась сделать это несколько дней, и в первый раз, когда ты уделил мне время, это было только для того, чтобы попросить меня убить тебя. — Не меняй тему, Рейла! — его глаза горели несвойственной яростью, а зубы были плотно сжаты, — где ты была все это время? — В Зедии. Я же тебе говорила. — И что ты там делала?! — КОЕ-ЧТО ВАЖНОЕ! — Этого мало, — он покачал головой, взгляд немного смягчился, — ты вообще думала обо мне? О нас? — А есть ли для тебя вообще «мы»? — Их не будет, если ты не прекратишь настаивать на этом. Ты не можешь просто ворваться в мою жизнь и ожидать, что я упаду на колени и буду умолять тебя вернуться ко мне. — Я и не собираюсь! — Тогда почему ты так ведешь себя? — Я просто… я просто хочу, чтобы ты снова был со мной. Ты — лучшее, что случилось со мной, и я скучаю по тебе. Она закусила губу, глядя на него. Но вместо того, чтобы просветлеть, выражение лица Каллума стало еще суровее. — Что ты хочешь, чтобы я сказала, Каллум? Что мне жаль, что я ушла? Я не сожалею, что пыталась тем самым защитить тебя. Не жалею, что пошла за Виреном, чтобы покончить с тем, что он сделал с моей семьей. Разве ты не видел монеты, в которых он их заточил?! Он больной, жестокий человек, и он сделал бы то же самое с тобой! — Ты солгала мне, — едва ли не прокричал Каллум. Его лицо приблизилось настолько, что глаза буквально впились в нее, — та, что всегда ненавидела ложь. — Я знала, что ты пошел бы за мной, если бы я рассказала тебе. Ты бы не послушал меня, а я не могла потерять тебя. Я уже так много потеряла, Каллум. Я… — она схватила его за рукав, — я не могу лишиться и тебя. Вырвав руку из ее хватки, Каллум только помотал головой. — Не могу поверить, что все еще люблю тебя. — Правда? — ее уши слегка приподнялись, надежда наполнила грудь. — Тебе что, важно знать только это? Что ты делала эти два года? Просто скажи мне, что случилось. — В сотый раз: я уже говорила тебе! Отправилась в Зедию и не смогла найти Вирена, поэтому вернулась. — Но почему?! Просто скажи мне. Неужели это так чертовски сложно? — Я… — к своему удивлению, она поняла, что не знает ответа на этот вопрос, — я… — Рейла? Что-то влажное полилось по ее щекам. Слезы? — Я не знаю. — Что значит, ты не знаешь? Как ты можешь не знать? — Я НЕ ЗНАЮ! — она обхватила голову руками, пытаясь придумать хоть какую-нибудь причину, по которой вернулась. Она вспомнила, как повернулась к Католису и направилась к замку. Как приняла решение увидеться с ним. А потом она ушла и… и вдруг наблюдала за празднеством? — Я не знаю, Каллум. — В этом нет никакого смысла. — Это не так. Но это все, что я могу рассказать. — Тебя это вообще волнует? Резко взглянув на него, она потрясла головой. — Конечно, волнует. Почему все пошло так неправильно? Я люблю тебя. Я люблю тебя так сильно, что не могу этого вынести. Я думала о тебе каждый божий день и слушала каждое послание ветра, которое ты наколдовывал. Я пытаюсь, но не могу понять, что делать дальше. Я просто хочу, чтобы ты снова был моим, — слезы затуманили ее глаза, выплескивая наружу всю накопившуюся боль, — я не знаю, как все исправить, но я чувствую себя такой потерянной без тебя. Она пыталась сдержать слезы, но они хлынули сильнее, когда она заплакала прямо перед ним. Сквозь них он увидел ее разбитое сердце. Она не хотела этого. И теперь это был его выбор, хотел он ее вернуть или нет. Она не смогла бы справиться, если бы он отпустил ее. — Я тоже потерян без тебя, — прежде чем Рейла смогла поднять взгляд, Каллум обхватил ее и притянул к себе. — Ты ушла в мой день рождения, Рейла, — его голос был хриплым от ищущих выход эмоций, а его собственные слезы начали капать ей на шею, когда он притянул ее крепче, — мой день рождения навсегда остался бы годовщиной того дня, когда ты покинула меня. — Мне так жаль, — она схватила пальцами его тунику, наслаждаясь ощущением того, что снова находится в его объятиях, — пожалуйста, дай мне еще один шанс загладить свою вину. — Я не могу. Пока нет. До сих пор я даже знаю, почему ты снова здесь. — Сколько раз я должна повторить, что тоже не знаю?! — она оттолкнула его, гнев заменил потребность в его тепле. — Я упустила часть времени, окей?! — Что ты имеешь в виду под тем, что упустила часть времени? Рейла? — Я пропускала временные отрывки здесь и там со времен Нексуса. Я просто предположила, что это был эффект магии, но теперь я не уверена. Я не жалею, что вернулась к тебе. Ни на секунду. Но я не помню, чтобы принимала решение вернуться в Католис. Но все во мне требует, чтобы я вернула тебя, поэтому я просто предположила, что больше не смогу жить без тебя. Но… — Аравос, — закончил за нее Каллум. — Да, — Рейла посмотрела на него широко раскрытыми глазами, когда он уставился на нее в страхе, — Каллум, я бы никогда не причинила тебе вреда. — Возможно. Он держался на расстоянии, вместо того, чтобы потянуться к ней. — Но что, если Ааравос проник в твой разум? Мог ли он манипулировать тобой? — Когда бы он успел сделать это? — Вирен. Сорен сказал, что Ааравос и Вирен были связаны. Ты видела Вирена в Нексусе? Она видела. Приложив руку ко рту, она боролась с горечью, скопившейся в горле. Мог ли этот монстр залезть ей в голову? Чем дольше она думала об этом, тем мощнее что-то в ее сознании отталкивало, требуя, чтобы она забыла об этом. Она сильнее надавила на невидимую стену, отказываясь сдаваться. Чем больше она давила, тем больше ее мысли возвращались к Каллуму. Оглядываясь назад, каждый раз, когда ее мысли возвращались к отсутствующим промежуткам времени, его лицо было первым, о чем она думала. Использовал ли Ааравос ее любовь к Каллуму, чтобы отвлечь ее от цели? Нет! Ее сердце и разум принадлежали только ему, и она не собиралась позволять кому-либо еще контролировать их. Будто бы разрывающаяся на части ее голова наполнилась ломотой. Упав на колени, Рейла схватилась за нее. Пульсирующую. Требующую. В ушах раздался шум, когда ее глаза застила черная пелена. Могла ли она умереть так? Нет. НЕТ. Она только что вернула своих родителей и Рунаана, даже если они оставались в монетах. Каллум наконец сказал, что все еще любит ее. Она не могла потерять все, что поддерживало ее, в тот же момент, как обрела вновь. Она снова падала. Точно так же, как на Грозовом шпиле. — Ты хорошо послужила мне, — раздался вокруг низкий голос, — ты помогла сохранить жизнь моей последней пешке. Но мне не нужны фигуры, которые дают отпор. По крайней мере, ты уничтожила эту картину ради меня. Картину? Ту, на которой лицо королевы Зубейи разорвано в клочья? Это ее рук дело? Она действительно была неудачницей, не так ли? Ассасин, который не смог никого убить. Даже не смогла по-настоящему лишить жизни Вирена. Может быть, было бы лучше, если бы она умерла. Сделай она это, ее существование не принесло бы вреда кому-либо еще. — РЕЙЛА! — подняв глаза, она увидела летящего к ней Каллума. Точно так же, как два года назад, — ты не можешь сдаться! Я только что вернул тебя обратно! Ты не можешь так поступить со мной. Я тебя не отпущу! Ее руки потянулись к нему, безмолвно умоляя поймать. Его широкие крылья заключили ее в объятия, прижимая к себе, пока они падали вместе. — Ты должна бороться с ним, Рейла, — прошептал Каллум ей на ухо, — я люблю тебя. С резким вздохом Рейла распахнула глаза, и первое, что увидела — синее небо, а следующим было ощущение рук Каллума, дрожащего рядом с ней и отчаянно прижимающего ее к себе. — Каллум? Каллум отстранился, слезы стояли в его глазах. Он бережно коснулся ее щеки. — Рейла? — Он был в моей голове. Ааравос. Он… я думаю, он держал меня сосредоточенной на тебе, чтобы я не заподозрила, что он там. Я уничтожила картину на мирной встрече, Каллум. Он заставил меня… — Шшш. Все в порядке. Его пальцы слегка коснулись ее губ, — мы разберемся с этим. Смущение наполнило ее от того, как сильно она набросилась на него. Это было на нее не похоже. Был ли это контроль Ааравоса? Их воссоединение теперь казалось таким запутанным. — Я люблю тебя, — прошептала она. По крайней мере, она знала, что это было правдой, — и мне так жаль, что я оставила тебя. — Что ж, теперь у меня есть ответ, почему ты вернулась. — Я бы всегда возвращалась к тебе, — она коснулась его щеки, надеясь, что Каллум разглядит истину в ее словах, — пожалуйста. Просто поверь мне. — Я верю, Рейла, — он мягко накрыл ее руку ладонью, — просто дай мне немного времени. — Я могу тебе его дать. Но что мы будем делать дальше? Ааравос не обрадуется, что я все еще жива. — Мы со всем разберемся. На этот раз вместе. — Вместе, — повторила она, просто надеялась, что они выберутся из этого целыми и невредимыми. Ааравос хотел заполучить Каллума для вершения своих коварных планов, но для чего именно? Когда Каллум крепче прижал Рейлу к своей груди, она мысленно поклялась, что сделает все возможное, чтобы не дать Ааравосу заполучить власть над ним. Он пытался заставить ее пообещать, что она убьет его, и она ни за что не позволила бы этому случиться. Слишком много людей забрали у нее близких. Никто не заберёт у нее Каллума.