Свет

Все выходные Лиза не могла нормально жить. Мысль, что Крис хочет наладить с ней отношения, не давала покоя. А частые долгие взгляды, улыбки и весёлая интонация Захаровой помогали убедиться в том, что разговор возле церкви брюнетке не приснился. Хах, а ведь такими темпами Андрющенко поверит в Бога. Хотя, когда Лиза начала пиздить с поминального стола еду в пакетик, возникли сомнения в том, есть ли в этой девушке что-то святое. Это испытание Индиго давалось легко. Андрющенко не раз наблюдала за подобными мероприятиями со стороны и, можно сказать, для неё они были вполне привычными. Как день рождения или годовщина свадьбы. Подумаешь, в этот раз под чёрной лентой была фотография самой Лизы. И что? Чёрный ей шёл, а брюнетка понимала, что в реальной жизни никогда не допустит такого исхода, как ей описали. Она возьмёт всё от проекта. Но вот Михайлова, сидящая недалеко от Андрющенко, реагировала совсем по-другому. Она разнесла стол, начала плакать, а девочкам едва удалось её успокоить. А, когда вынесли портрет Лизы, Платок взяла одноклассницу за руку и вместе с ней отправилась к фотографии. И Андрющенко, и все остальные были в полнейшем недоумении. Только недавно Юля летела на брюнетку с кулаками, а теперь вела себя так, будто они лучшие подружки не разлей вода. Впрочем, Лизе было немного плевать. Ведь девушка даже больше не покосилась в сторону портрета: её взгляд был прикован ко льду, который сейчас так стремительно таял, заметив напротив янтарные искры. Что за ёбанная Антарктида в глазах у Захаровой? И почему от этого невозможно оторвать взгляд? Андрющенко села обратно на своё место, стараясь не моргать, чтобы не упустить ни одну деталь этого ледяного чуда. Так она прослушала, что Татьяна Полякова объявила о неделе страхов. Уже в комнате ей об этом рассказывала Вилка, бурно выражая свои эмоции. — Пиздец, а если меня посадят в аквариум с крокодилами?! — Малышенко в испуге положила руки на щёки и покачала головой. — Ха! Или с пираньями?! — Виолетта, не бойся. Это же всего лишь школа пацанок, а не форд Боярд какой-то! — стараясь сдерживать смех, успокаивала подругу Лиза. — А если будут пауки и тараканы?! — не унималась девушка. — Ну это же не крокодилы, — хмыкнула брюнетка. — Конечно, нет. Это хуже! Лиза всеми силами подбадривала подругу, а сама радовалась, что ничего не боится. По крайней мере, раньше она думала именно так. Но, когда Вилка отошла поболтать с Аминой и Лерой, главный страх Индиго в ту же секунду появился перед ней. — Ты не занята? — послышался хриплый голос за спиной. Чтобы понять, кому он принадлежит, Лизе не нужно было поворачиваться. Этот голос звучал её в голове каждый день и каждую ночь. Она знала все его интонации, чувствовала его настроение и легко улавливала в нём малейшие изменения. — Нет. Ты что-то хотела? — по всему телу прошлась нервная судорога, однако лицо Андрющенко осталось невозмутимым. — Может, поговорим? — Кристина кашлянула. Брюнетка знала, что это значит. Захарова тоже нервничает, хоть и пытается это скрыть. Лиза давно поняла, когда появлялся это кашель «как бы невзначай». Именно он всегда и выдавал суровую блондинку. — До следующего испытания много времени, так что почему бы и нет? — пожала плечами Андрющенко. — Давай тогда поднимемся на третий этаж? А то тут как-то народу много. — Хорошая идея, давай. Пока Лиза поднималась по ступенькам, она пыталась понять, как Крис сейчас может разговаривать с ней настолько обыденно и непринуждённо, потому что лично брюнетке от этого было неловко. Девушки опустились прямо на пол, ведь кровать Индиго теперь находилась на втором этаже со всеми девочками, что действительно её радовало. — Так… Это. Кхм, — Кристина замялась и снова кашлянула в кулак. — Расскажешь, что за хуйня у тебя там с бывшим? И Лиза рассказала. Выпалила всё это, как заученное стихотворение у доски, которое читаешь как можно быстрее, ведь боишься забыть следующую строфу. В это раз девушка уже не рыдала, она даже не вникала в то, что именно говорила. Просто повторяла всё, что уже успела рассказать Розенберг, с абсолютно безразличным лицом. — Пиздец он мудак, — со злостью сжала кулаки Крис. Лиза просто грустно улыбнулась. Она знала, все так говорили. Но этими словами уже ничего не изменить. — Это, Лиз… Ты не думай, что тебе реально в психушку надо или типо того. Ты нормальная тёлка, правда, — Крис сглотнула, отвела глаза от собеседницы и уставилась в потолок. Андрющенко вздрогнула. Судя по этим действиям, блондинка собиралась сейчас сказать что-то, что тяжело ей давалось. — Ты.Ну. Блять. Прости меня за эту всю хуйню. Это просто по синьке я. И не высокомерная ты, просто немного необычная. Вон Вилка сразу фишку просекла. И тут Лиза не выдержала и зарыдала. Сама не понимала почему, но ком, который стоял в горле, резко вырвался наружу. Она плакала не из-за бывшего и не из-за буллинга, не потому, что себя жалела или испытывала моральную боль… Это было что-то непонятное и не факт, что печальное. Кристина упёрлась в одноклассникцу растерянными глазами. Она аккуратно, сомневаясь, положила руку на плечо Андрющенко. — Ну Лиз, ты чего? Я опять хуйню спизданула? Да блять, почему так сложно… А брюнетка пыталась прохрипеть, что Кристина тут совсем ни при чём, но получалось лишь нечленораздельное мычание. Захарова, немного помедлив, прижала Лизу к себе, начала гладить ту по спине и волосам и пытаться успокоить своими бесконечными матами. — Бля, ну Лиз, ты этот пиздец заканчивай. А давай после проекта вместе твоему мудаку бывшему ебало разобьём? А Андрющенко быстро, зажмурившись, мотала головой. Ей больше ничего не нужно было, лишь бы чувствовать под своей головой то, как вздымается грудь блондинки с каждым вздохом. А ведь дыхание у голубоглазой было неровным, и от этого факта сердце Лизы билось быстрее. Кристина вытерла слёзы девушки и подбодривающе улыбнулась, глядя прямо в глаза. — Не ссы, короче. Дальше всё заебесь будет! И Андрющенко верила, потому что с появлением «новой» Захаровой каждый день проходил «заебись». *** На испытании в заброшке, когда Лиза дошла до последнего самого главного страха, девушка аккуратно вывела на кубике. Потерять её. Снова. Психолог не стала распытывать, что да как, ведь сразу заметила нежелание Индиго углубляться в эту тему, потому просто решила, что это как-то относиться к матери Андрющенко, ведь на личных сеансах Лиза упоминала, что отношения у них были не лучшие. Ну ничего, впереди родительская неделя, всё ещё наладится. Кира вновь невольно прослезилась, говоря о том, как ей страшно будет потерять бабушку с дедушкой; Чикина была на грани истерики, когда в очередной раз вспоминала жуткий кошмар из детства, где мама шла на бабушку с ножом; но в итоге все оказались на противоположной стороне и заветная надпись «счастье» засветилась, как и сами девочки, когда поняли, что кошмары прошлого их больше не терзают. *** Напряжённый зрительный контакт не разрывался, а Лаура Альбертовна попросила: — Девушки, выскажите свои претензии друг другу. Да уж, редакторы гении. Второй раз подряд ставят Лизу в пару с Кристиной. Радует, что сейчас они хотя бы решили свой конфликт и нет вероятности, что Индиго снова покалечат. Первая голос подала Захарова: — У меня больше нет претензий к Лизе. Мы всё разрешили, теперь я понимаю её поступки и не делаю поспешных выводов. — Что ж, это не может не радовать, — заметила преподавательница. — У меня тоже нет претензий к Крис. Она сильный человек, и сейчас действительно старается делать всё, чтобы не вылететь отсюда снова. Блондинка на такое лестное заявление лишь улыбнулась. И эта улыбка была настолько доброй и светлой, что Лиза сама чуть не засмеялась от радости. *** Девушки вышли и стали ждать остальных. — У тебя серьёзно не осталась ко мне ни одной претензии? — начала разговор Лиза. Этот факт действительно её удивлял. — Ну вообще-то есть одна, — отозвался хриплый голос. Андрющенко вопросительно посмотрела на собеседницу. Почему тогда Кристина ничего не сказала перед Лаурой Альбертовной? Так же нечестно. — Какая? — Ты до сих пор морозишься вместо того, чтобы пососаться уже со мной наконец. Мир слегка качнулся. От Лизы быстро и стремительно ускользала реальность. В происходящее верилось с трудом. Похоже, это слуховые галлюцинации. Хиккан был прав. Может, и стоило бы тогда немного полежать в психушке. Кристина рассмеялась, увидев такое выражение лица напротив. — О боже, Лиз, серьёзно блять? Неужели ты думаешь, что не видно того, как ты по мне сохнешь? Нет, ну по твоему бы вечно каменному ебалу я вряд ли бы допёрла, так что тут нужно сказать спасибо Вилке. По её «мимимишным», — это слово блондинка произнесла, стараясь повторить манеру речи Малышенко, — взглядам сразу всё ясно. — Послушай, Кристин, давай не будем напрягать друг-друга этой… — Ой, блять. Как ты меня уже заебала, — Крис притянула Лизу за шею одной рукой и поцеловала. Андрющенко охотно ответила, завидуя такой уверенности. Хотя именно этим Захарова ей и нравилась. Такая уверенная, настойчивая, упрямая и всегда берёт, что хочет. Ну и пусть забирает Лизу, она не против. И это подтверждает напряжение мышц живота от касания губ блондинки к шее. А Кристина сама не понимала, когда успела полюбить эту странноватую девушку. Наверное, когда Захарову выгнали? Или, может, когда между ними был постановочный бой? Нет, Крис влюбилась в Лизу, как только та появилась на тусовке в первой серии, а после выгона полюбила. Блондинка видела отстранённый взгляд Индиго, понимала, что Андрющенко не пьёт и не курит, замечала, насколько красиво и умно та говорит. Жаль, Лиза делала это редко. Крис с удовольствием слушала бы её голос сутки напролёт. Захаровой казалось, что до такой невозможно дотянуться. Особенно когда ты какой-то гопник-алкаш с района с неконтролируемой агрессией и матом вместо запятой. И она бесилась. А алкоголь только увеличивал эту злость непонятно на кого. Так происходили драки, буллинг и ссоры. Так она замутила с Мишель, чтобы забыть недосягаемую девушку. Так случался срыв за срывом. Когда Кристина вне проекта по несколько часов пялилась в одну точку, будто приросла к скамейке, она поняла, что зря проебала шанс не только на исправление, но и на внимание Лизы. Больше она не собиралась попросту терять время. Оттолкнёт — ну и ладно, всё равно репутации Крис ничего не угрожает. Она научилась преподносить всё в своей манере. Самоуверенно сказала какую-то хуйню на бум, а оказалось так оно и было. Блять, реально спасибо Вилке, которая, если кого-то шипперит постоянно пиздит, что это не на пустом месте. И Кристина не собиралась терять такую возможность. Ей так давно хотелось подпортить эту идеальную мраморную кожу своими засосами и укусами, так хотелось почувствовать этот одурманивающий запах шеи. Опьяняет лучше любой спиртосодержащей хуйни. И где только продают духи с таким невероятным ароматом? Это вообще законно? Похоже на шоколад. Тот же шоколад, что находился в глазах, часто смотрящих с сочувствием и желанием помочь. Захаровой кружит голову от запаха, взгляда, улыбки, тела, голоса, татуировок, дыхания, губ и волос Лизы. Она сходит с ума от всей этой девушки и огромнейшего желания быть рядом с ней каждое утро. Смотреть на то, как брюнетка просыпается, утешать, когда она плачет, оберегать от человеческой жестокости, крепко прижимать к себе в любой миг, когда только захочется. Да Кристина даже от футбола не была зависима так, как от Андрющенко. Но ей Крис, конечно, об этом не скажет. Не хочется снова стать марионеткой, как это было с Мишель. Нет желания больше проявлять такую слабость и показывать всем, что на самом-то деле бесстрашная, сильная и суровая Крис может быть уязвимой. А Лиза не могла понять: неужели всё было так просто? Может, иногда и стоит прислушиваться к Чикиной. Её же после обычной просьбы Кира реально в туалете трахнула. Хотя кто сейчас Андрющенко для Крис? Захарова настолько самоуверенна, что, по её словам, может любую девушку на проекте получить. Но почему-то выбор пал именно на Лизу. Что довольно странно, учитывая то, какие отношения у них были в первом выпуске. Но сейчас брюнетке не хотелось думать о таких сложностях. Хотелось лишь изучать губы и рот Крис своим языком. Было хорошо, даже слишком. Поэтому сейчас Лиза просто отпустила все эти гнетущие мысли. *** — Диана, у Вас есть претензии к Юлии Чикиной? — поинтересовалась Лаура Альбертовна, когда в комнате появилась следующая пара. — Есть только одна. Она иногда перебарщивает со своими тупыми шутками. Вставляет их везде, где только надо и не надо. — Юля, вы услышали свою одноклассницу? — брюнетка кивнула. — Есть ли ещё какие-нибудь претензии? — Нет, — пожала плечами Янголенко. — Пидора ответ, — Чикина зашлась истерическим смехом, Диана закатила глаза, а Лаура Альбертовна лишь неодобрительно покачала головой. Похоже, Чекушке действительно пора завязывать с такими ответами и анекдотами про геев. Хорошо, что Юля ничего Диане не предъявила, а то, когда на некоторых девочек вешали по 2-3 мешка, было хорошо заметно, что им становилось тяжелее. Как они будут проходить полосу препятствий с таким весом? Лиза с Кристиной побежали первыми. На них не было ни одного мешка, и это не могло не радовать. Андрющенко для себя железно решила: их пара должна победить. Она не допустит, чтобы её снова лишили той, без которой жизнь становится невозможной. Они выиграют этот иммунитет! И его обязательно получит Кристина, потому что для Лизы иммунитет — сама Захарова. Только зная, что эта девушка рядом, Андрющенко может нормально есть и спать. Только под взглядом голубых глаз хочется бороться. Только с ней она поняла, что значит любить жизнь. А Кристина тоже не медлила. Везде Лизе помогала и подсаживала, хотя брюнетка не особо в этом и нуждалась. Захарова молча удивлялась физической подготовке Андрющенко и её рвению к победе. Неудивительно, что результат был отличный: всего три минуты. — Лизок, ты лучшая! — орала Виолетта во всё горло, а к ней с поддерживающим свистом присоединилась Чикина. На очереди Кира и Ангелина. Мешки висели на обеих, а Геля ещё и высоты боялась. Однако Медведева всячески помогала и поддерживала Новосёлову. — Давай, солнышко. Аккуратно, держи меня за руки и прыгай, — консультировала Пчёлку девушка. У Чикиной от этого зрелища аж глаз задёргался. Ну что за до блевотины милые голубки? Конечно, пчёлка боится и всё такое, но им бы ещё пососаться для полноты картины. Вон сама же Юля с Дианой нормально испытание прошла. И были моменты, когда кто-то из них тоже боялся или переживал, но они же не начинали друг друга «солнышками» называть. Брюнетка с раздражением отвернулась, не желая больше наблюдать за такой картиной. — Ревность, да? — подлила масла в огонь Вилка. — Пизда, — попыталась выдавить улыбку Юля, но вышло что-то кривое и непонятное. Только Настя отказалась проходить испытание, тем самым подвела Леру, которая была с ней в паре. Сейчас им предстояло быть связанными всю неделю. Крис не стала успокаивать или подбадривать Афанасьеву, а попыталась её вразумить. Пускай немного грубо, но по-другому и не умела. Как и ожидалось, Лиза и Кристина выиграли. Учитель поздравил с победой и предупредил: — Иммунитет будет только один, поэтому сейчас вам нужно решить, кому… — Кристине. — не дослушав, перебила Андрющенко. Она сказала это как всегда: спокойной и безэмоциональномо. Даже не стала аргументировать своё решение, но не собиралась слушать возражения. Крис лишь кивнула, но ощутимо ткнула Лизу локтем в бок. А Вилка настолько энергично прыгала на месте от счастья, что, казалось, сейчас взлетит. *** — Что это сейчас было? — Виолетта выжидающе уставилась на подругу. — Что именно? — Аоаоа, отдайте иммунитет единственной и неповторимой Кристиночке, я же ради неё готова на всё — кривлялась Малышенко. — Вилка, — закатила глаза Лиза, — не так же всё было. — В твоих мыслях, я уверена, так. Так вы?.. — девушка многозначительно посмотрела на Андрющенко, не заканчивая вопрос. — Мы целовались, — выдохнула брюнетка. — ЧТО?! — Да тише ты. Ну знаешь, Виолетт, поцелуй — это касание твоих губ к чужим. — Ой, а влюблённые учатся язвить? — хмыкнула одноклассница. — Да знаю я, что такое поцелуй! Давай мне подробности! Вилка чуть ли не тряслась от нетерпения. Лиза улыбнулась. Неужели подруга так сильно тряслась за все парочки на проекте? — Ничего такого. Мы просто несколько минут целовались, и она оставила мне засос на шее. — И это ты называешь «ничего такого»?! — Ну да. Я даже не знаю, кто мы теперь друг другу. Ничего не прояснилось. Она так неожиданно это сделала… — Да уж, подруга, — со знанием дела заключила вилка, делая какие-то свои выводы, понятные только ей. *** Кристина так забавно выглядела в клоунском костюме, что Лиза не смогла сдержать улыбку. А Вилка и Чекушка чувствовали себя в своей тарелке. Такое чувство, что они обе были рождены для этой деятельности. Когда девушки узнали, что они должны приготовить выступление для детей-инвалидов мотивации и энтузиазма сразу у всех прибавилось. И снова Чикина еле сдерживала себя, чтобы не взорваться приступом ревности прямо во время выступления Пчёлки и Киры. От каждого касания Ангелины к Юлиной Кирюше, хотелось проткнуть руки Новосёловой насквозь. А у Лизы от детских улыбок на душе становилось светлей, а от Кристины рядом там вообще разгорался ослепительный свет. После этого мероприятия каждая девушка поделилась тем, как над ней насмехались. И, к сожалению, делали это совсем не по-доброму. Андрющенко была знакома эта ситуация. Короткая стрижка, куча татуировок, дичь, которую она творила на камеру… Неудивительно, что над ней смеялись. Она уже даже не обращала на это внимания. Над бедной Чикиной тоже насмехались. Самое любимое это, когда за причёску и фигуру её называли пацаном. Но брюнетке тоже уже было похуй: привыкла. *** Вилка прыгнула на Лизу, как только увидела насекомых. — А-а-а-а-а! Лизок, я же говорила! Срочно спасай меня от этих уебанов! Андрющенко рассмеялась и попыталась успокоить подругу, но страх Виолетты возрастал с каждой секундой. — Виолетточка, солнышко, ничего они тебе не сделают. Подумай об Алисе. Ей же, наверное, так хочется поговорить с родными. Ты сможешь! Сама Лиза не боялась насекомых ни капли. Поэтому с удовольствием смотрела на страх и удивление на лицах девочек, когда подносила опарыша ко рту. Ей было приятно от того, что здесь Кристина может на неё положиться и брюнетка сто процентов не подведёт. Многих пробивало на слёзы, когда они звонили дорогим людям. Тем не менее все были рады услышать родной голос и узнать, как дела дома. И даже Вилка смогла просидеть несколько минут в этой ужасной ванне. Лиза невероятно гордилась подругой. *** — Не хочешь объясниться? — Кира преградила путь Чикикной. — Ну да, я съела одну печеньку у Виолетты. И что? Разве это грех? — У Виолетты, значит? — Ну да. А ты не про это? Ой! Тогда забудь! — Не строй из себя дуру. Что у тебя с Малышенко? — Здрасьте приехали… — Юля всплеснула руками. — А что-то должно быть? Мы просто общаемся, даже не дружим пока. — Что-то вы очень хорошо спелись на испытании с клоунами. И Лизу обе так активно поддерживали. — Кир, ты серьёзно? — тяжело вздохнула брюнетка. — Ничего такого. Ты всё сама себе придумала. — Ну, конечно блять. И, хочешь сказать, она на тебя не пялиться? — Да, потому что она пялиться на нас, алё! Ты забыла, как она была рада, когда мы сошлись? — Хорошее оправдание блять. — Медведева, ты меня уже заебала. Сама блять всю неделю с Пчёлкой нянькалась, а я еле вытерпела, чтобы кому-нибудь из вас не втащить. А теперь мне предъявляешь за какую-то хуйню. Ты не ахуела? — С Гелей я взаимодействовала только из-за заданий. Это блять другое! Как ты не понимаешь? — Ну, конечно. Я же Диану «солнышком» не называла. Было горько и обидно. Чикиной не нравилось, когда Кира использовала это прозвище в отношении кого-то другого. — Ой, блять. Не делай из мухи слона. — Это я так делаю?! Кира, ты обещала мне, что изменишься. Я понимаю: это долгий процесс. Но можно же блять как-то контролировать свою ебанутую ревность? — Не указывай, что мне делать. — Конечно, о великая госпожа Медведева. Юля стремительно обошла Киру и спустилась на улицу, чтобы не разрыдаться прямо у той на глазах. Чикину обвинили непонятно в чём, хотя она максимально старалась не давать Кире никаких поводов для ревности. Брюнетка знала, что Медведевой будет сложно меняться, но чтобы настолько… *** Лизе отговорить себя от самоубийства было бы непросто еще несколько недель назад, а сейчас рядом была Кристина, поэтому она с большим энтузиазмом рассказывала актрисе в её роли, насколько прекрасной может быть жизнь. А Кире было ужасно тяжело. Мало того, что на душе всё ещё был неприятный осадок из-за ссоры с Юлей, так ещё и снова пришлось осознать, что бабуля с дедулей когда-то умрут. Медведева готова пожертвовать своей жизнью, лишь бы жили они. Но, увы, так невозможно. Потому блондинка просто не имеет права умирать. Она обязана помогать этим людям. А, когда их не станет, делать всё, чтобы стать хорошим человеком, как бы они того хотели. *** Закончилась неделя мексиканской вечеринкой в честь Дня мёртвых. Сначала девочки создали записки, где прощались с тем, что со временем может их убить, затем сжигали эти бумажки вместе с одеждой, которая ассоциировалась с прошлой жизнью. А после были танцы, еда и реки алкоголя. Но Кира не пила, и не даже разливала шампанское. Она всё думала об этой дурацкой ссоре, но злость на Юлю почему-то не уходила. Не хотелось причинять боль ни Чикикной, ни себе. Но получалось ровным счётом наоборот. Юля была права насчёт «ебанутой ревности», но Медведева не могла переступить через свою гордость. Хотя в этом случае, была скорее тупость. Лиза села по отдаль ото всех и начала разрисовывать черепа. А вскоре к ней присоединилась Кристина. Андрющенко не стала ничего говорить по поводу алкоголя, чтобы не злить блондинку и не напоминать ей о прошлых неделях, просто молча порадовалась, что она сейчас не пьёт. — Так что сейчас между нами? — несмело начала Индиго. — Кисточки, — Крис кивнула на принадлежности рисования, которые лежали недалеко от Лизы. — Как остроумно. А если серьёзно? — Я серьёзно, — хитро улыбнулась блондинка. — Ну ясно. Я пойду тогда к Вилке, а то ей так одиноко. — Сиди на жопе ровно. Мутим мы типо. Поняла? — Чего ж тут непонятного, — насмешливо хмыкнула Лиза и положила голову на колени Захаровой. И Кристина подумала, что сразу стоило сказать про «мутим», потому что перебирать чёрные локоны и изучать татуировки сверху — это не только очень удобно, но и в принципе ахуенно. *** На выгоне Лиза не переживала. У Крис иммунитет. И это главное. За себя она особо не волновалась. Да и учителя были в хорошем расположении духа и сказали, что все девушки хорошо поработали на этой неделе. Немного досталось Насте за отказ от первого испытания, а в остальном всё прошло гладко. Чёрную ленту вручили Михайловой за истерику на поминках, а белую оставили у Киры. Но Медведева не могла радоваться без свиста, аплодисментов и оглушающего ора Чикикной. И от этого становилось ещё более хуёво. — Девушки, сегодня эту школу не покидает ни одна из вас, — сообщила радостную новость Лаура Альбертовна. Но только девочки начали радоваться, раздался голос Чикиной. — Я бы хотела уйти сама. Дело в том, что в последнее время мне очень сложно морально и на прохождение испытаний я трачу слишком много сил. Конечно, Юля пиздела. Она просто не могла больше находиться рядом с Кирой. Потому что с каждым днём влюблялась в Медведеву всё сильнее, и любая ссора теперь в тысячу раз больнее била по сердцу. Кира сглотнула подступивший к горлу ком сожаления. Девочки и учителя принялись отговаривать одноклассницу, просить хорошенько всё обдумать, но Чикина была настроена категорично. Она ушла, а Кира даже не смогла найти в себе силы с ней попрощаться. Ну и нахуя ей белая лента, место здесь и дальнейшие изменения, если главная их причина и мотиватор только что уехала. Медведева корила себя за эту ситуацию. Она понимала, что не права, но не могла признать этого совсем никак. Нужно срочно с этим что-то делать, иначе так скоро у неё совсем никого не останется. В этот день она окончательно сломалась с оглушительным хрустом, вот только никто из девочек его не услышал. Как и последующую истерику глубокой ночью.