Ты должен мне два воскресенья

Едва они переступили порог, в нос ударил тяжёлый запах сгнившего дерева и керосиновых ламп. Обветшалое здание, служившее местом обитания иммигрантов. Разгромленная мебель, разбросанные повсюду куски отсыревшего гипсокартона, железные койки с торчащими из грязных матрасов пружинами. Гэвин аккуратно перешагивал через трещины в полу, пока не остановился у старинного камина. Всё ещё не разрушенный и не разобранный по кирпичикам, он служил единственным источником тепла долгими зимними вечерами для тех, кто обитал в этом месте. — Пыли нет. Кто-то протёр её недавно. Здесь точно живут. Думаешь, пацаны передали своим, чтобы те уносили ноги? — Под крышей в одной рубашке не так холодно, несмотря на местами выбитые окна. Мужчина подобрал с пола фантик. — Сигнал от мобильного телефона принимается базовой станцией в том районе, в котором он находится, пока телефон включён. Я больше не могу отслеживать сигнал с его телефона. Скорее всего, они отключили его. След обрывается в этом доме, так что они просто не могли далеко уйти. — Ричард направился к лестнице, ведущей на второй этаж. Послышался шорох откуда-то сверху, и он замер, не дойдя до первой ступеньки. Гэвин тоже прислушался. Не нужно быть андроидом, чтобы понять, в какой опасности они сейчас находятся. У Ричарда из оружия только складной нож в кармане, а у Гэвина — ничего. Агенты довольно далеко, и даже если послать сообщение следственной группе, пройдёт немало времени, прежде чем парни в форме ворвутся сюда с наручниками. Они с Ричардом нарушили пару протоколов, решив войти в дом. И они просчитались. — Уходим. Мы достаточно напортачили сегодня, — очень тихо проговорил Гэвин. Скрипнула форточка, затем раздался глухой удар о землю. Ричард вдруг сорвался с места и побежал вверх по лестнице, словно охотничий пёс, которого спустили с цепи. Деревянные доски пружинили под его весом, но ни одна ступенька не треснула. Гэвин тяжело вздохнул и побежал следом. На втором этаже был такой же бардак, разве что стены исцарапаны и изрисованы граффити. Ричард подошёл к разбитому окну, только чтобы выглянуть из него. — Упустили. Тут кровь, — сказал он, затем провёл пальцем по стеклу и лизнул этот же палец. — Женщина. У неё гипергликемия. Если побежим, сможем догнать. Гэвин посмотрел на это действие с отвращением. — Погоня ничего существенно не изменит, у нас нет ордера на арест. Мы шли не по женским следам. — Он вытащил из кармана телефон и набрал агента. — Алло, да. Мы закончили. Ричард отправит всё необходимое.

***

Облака рассеялись, когда они шли обратно к машине. Дождь перестал, ветер стих. Им дали выходной отоспаться весь следующий день. Комиссару местной полиции в ближайшее время поступит задание прочесать местность вокруг полуразрушенного дома. Федералам здесь отсвечивать нежелательно. Гэвин решил пригласить Тину в местный паб этим вечером. Они давно никуда не выходили, а ещё им нужно обсудить недавнюю находку криминалистов. Поскольку Гэвин был старше по званию, вот так свободно «ни о чём» разговаривать в офисе им не следовало. — Я поведу. — Рид бесцеремонно выхватил ключи из рук андроида, но тот заблокировал дверь намертво, так что даже ключ не помог. — Вы не сядете сегодня за руль, детектив Рид. — Мужчина замер всем телом, едва подойдя к дверце. Раньше Гэвин бы сказал, что роботы не умеют злиться и только притворяются, что злятся. Но тон RK900 заставил его усомниться в выводах. Он сощурил глаза. Предрассветные сумерки густым туманом легли на парковку. Первые лучи криво пробивались сквозь влажный воздух. — Это ещё почему? Машина всё равно служебная. — RK900 на полголовы выше. Гэвин напрягся сильнее, когда Ричард сократил расстояние между ними, и разница в росте вдруг стала настолько очевидной для него. Гэвин колебался — не ударить ли? Но Ричард выжидал. Одна секунда. Две. Пальцы сжались в кулак. Возможно, если бы не холод, он бы не мешкал. Но Гэвин не успел ударить, потому что Ричард запустил руку в каштановые волосы и притянул его лицо к своему. Ручка дверцы машины неприятно упёрлась в бок. Он стоял ошеломлённый и растерянный. Он не отвечал на поцелуй. Пластик мало чем напоминал человеческую кожу. Слишком гладкий, без единого намёка на щетину и привычного вкуса слюны. Гэвин почувствовал его тёплое дыхание на своём лице. Почти человеческое тепло напомнило Гэвину, что Ричард — не просто пластиковая кукла. От этой мысли ему стало жарко. — Степень вашего опьянения ещё довольно велика, хоть вы этого и не чувствуете. Да, он не чувствовал себя пьяным. Прошло три часа с того момента, как он приложился к пинте пива. — Иди нахуй, тостер. Ходячая лаборатория, блядь. Ты этим ртом… — Мысли растеклись в разные стороны. Чтобы скрыть ярость, ему пришлось вытереть губы рукавом рубашки. Он стремительно обошёл машину и сел на соседнее, громче, чем положено, закрывая дверцу.

***

— Я могу делать химический анализ на месте. Думаю, вы знаете об этом. Вещество, имитирующее слюну, имеет антибактериальный эффект — это нужно для того, чтобы не смешивать результаты. Так что вы ничем не заразитесь, детектив. — Ричард ухмыльнулся и втопил педаль в пол — шины завизжали, внедорожник помчался прочь от кафе. — В следующий раз оденьтесь теплее. Температура вашего тела ниже средних показателей, это может… — Заткнись! — Гэвин включил радио, чтобы больше ничего не слышать. Столько вопросов, но, казалось, ни один не имеет значения. Всю дорогу до Детройта Гэвин смотрел в окно.