Вне согласования

Утро добрым не бывает       — Неужели очередное мероприятие в Думе? — спросила девушка, сбрасывая с ног одеяло. Просыпаться от звонка начальства — дурная примета. Особенно у журналиста.       Очередной день начался немного раньше, чем она того хотела. Звонок от редактора, дежурное задание, но она думала лишь о том, что нужно покормить кота, который так громко мяукал на фоне. Ему точно не хватало внимания хозяйки, а также автоматической кормушки.       — Не совсем Дума. В этот раз открывается очередной «дворец», а нам нужны фотографии. Ты же там где-то рядом живешь, да? Ну вот сходи: сделаешь фото, быстро отпишешь.., давай? — эти рассуждения напоминают ей уговоры ребенка в больнице, который не хочет делать прививку.       Лиза недовольно потерла глаза, пытаясь хоть немного проснуться. Почти до утра она писала новую статью, поэтому в утро субботы совершенно ничего не хотелось. Тем более идти на открытие, делать фото, улыбаться первым лицам, а потом срочно писать заметку на сайт.       Но был и один небольшой плюс. Лиза писала про старые дома, на которые, по большей части, власти положили… Она была почти уверена, что встретит там своего информатора, который не один раз помог ей с комментариями для текста. И поговорить с ним об очередном объекте культурного наследия стало бы отличным способом немного отдохнуть.       — Ладно, будет сделано, — устало ответила она, чувствуя, как на том конце провода улыбается один редактор.       — Умничка. Буду ждать фото и текст к обеду, — Владимир Алексеевич повесил трубку, довольный тем, что не нужно искать другого журналиста.       Лиза посмотрела на своего большого рыжего кота, а тот в свою очередь лег на пол, демонстрируя голодный обморок.       — Ну что за создание... Я же утром тебе насыпала половину пачки, а ты? Рыжая наглая морда, — она почти упала с кровати, захватывая с собой любимую "дуделку"*. Кажется, что без нее девушка просто не могла: заменив привычные сигареты, теперь она могла курить почти везде, но сперва учтиво интересовалась, не будет ли это кому-то мешать.       Утренняя рутина бесила не меньше, чем согласование статьи в пятницу. Дело в том, что в редакции все материалы верстались** вечером-ночью пятницы, а значит, что и сдать их нужно было в этот день. Если редактор не успевал прочитать или, если в материале слишком много правок — его переносили на следующую неделю.       Лиза закатила глаза, когда на почте увидела очередные правки. Ничего, она с радостью отредактирует огромное полотно красного цвета, при этом внутри себя проклиная всех вокруг, а потом отправит на согласование. «Почему нельзя мне это в понедельник скинуть? Я просто хочу отдыхать», — подумала она, насыпая коту новую порцию любимого лососевого корма.       — Бандит, ну вот скажи мне, она просто хочет, что бы я рано или поздно вышла в окно, да? — кот уверенно мяукнул, приступая ко второму завтраку.       Умение собраться за десять минут журналистка приобрела в редакции. Часто случалось так, что нужно было срочно куда-то ехать, а выглядеть обязательно хорошо. Тогда ее мешки под глазами спасали слои тоналки и консилера, а нездоровая бледнота скрывалась румянами. При особо запущенных случаях, Лиза грациозно красила ресницы в редакционной машине, а также пыталась не материться слишком громко, когда автомобиль который раз подкидывало на яме.        — Так, мой сладкий, ты сегодня дома за главного. Никого не пускать, центру «Э» двери не открывать. Телефон адвоката на холодильнике, — давала она напутствия своему коту, при этом стараясь побыстрее натянуть колготки.       Кот довольно вился у ног, ведь встретить свою хозяйку дома было редкостью. Девушка частенько задерживалась в редакции, работала в коворкингах, а домой приходила либо уставшей и падала спать, либо слегка пьяной и делала то же самое.       Нежный поцелуй в голову, сумка в руки, пару минут и она на месте. Действительно, нужный детсад находился буквально напротив дома. Особенно приятным было то, что Лиза могла с балкона наблюдать за реконструкцией, да и то, что вышло, выглядело очень симпатично.       — Сколько же здесь денег... — тихо сказала она, собирая рыжие кудри в хвост.       — Достаточно, если не считать регионального финансирования, — ответил на ее вопрос незнакомый мужчина.       Высокий, костюм плотно прилегал к его телу, а пальто явно было из шерсти. Елизавета привычным взглядом пыталась выцепить значок одной из Дум города или хоть какую-то подсказку, кто же это, но кроме холодного взгляда, не заметила ничего. Мужчина явно годился юной журналистке в отцы, а этот глубокий голос...       «Детка, ты на работе. Выключай свой дедди исью, и работай!» — рычал на нее внутренний голос, который привычно был озвучен голосом редактора.       — Елизавета Андреева, «Городские истории», — представилась девушка, протянув руку. Мужчина усмехнулся этому жесту, но руку пожал. Он посмотрел вдаль, а потом взгляд серых глаз вернулся к ней.       — Адам Рублёв. Не думаю, что мне стоит говорить, какую компанию я возглавляю, — он пожал плечами, а потом заметил важных людей и, кивнув, покинул ее.       «Рублёв... Черт, кроме художника никого в голове нет... Стоп. А не нефтяной ли он магнат?», — она спешно достала смартфон, а гугл вежливо напомнил, кто же этот мужчина.       Он не был в списке Форбс, а также не особо светился на публичных мероприятиях. Лиза не интересовалась нефтянкой, ведь она не работала в отделе бизнеса и финансов, как и не была голдигершей***.       «Блять, не хватало еще и с ним поссориться. Мало мне татара и его чудесной компании, тут еще этот...», - подумала журналистка, в очередной раз ругая себя за несдержанность и юношеский максимализм.       Елизавета попыталась найти его в толпе детей и родителей, важных гостей и глав региона. Конечно, где ему еще стоять, как не в компании мэра, губернатора, и депутатов? Она не стала подходить, ведь сегодня не нужно брать комментариев, не нужно строчить заказной текст, а просто написать про отремонтированный детский садик и как долго его реставрировали. Затянутые сроки заметно повлияли на то, что часть детишек остались дома, как и их мамы.       — Заскучали? Скоро начнут, — раздался рядом знакомый голос. Не узнать Кирилла Васильева было сложно: два интервью, многочасовые беседы и почти еженедельные телефонные разговоры сделали свое дело.       Кирилл долгое время был заместителем в одной государственной организации по защите архитектурных памятников, а когда начальника поймали на горячем, занял его кресло. За несколько лет он успел сделать многое: старые дома стали реставрировать, особенно плохие — продавать бизнесменам, а контроль за новыми жилыми домами усилили.       Не скрыть, что Лизавете его фигура была крайне приятна: адекватный либерал с четкими позициями. Вот только она понимала, что Кирилл лишь очередная «шишка», но общение с ним вызывало лишь приятные чувства.       — Не так сильно, как на заседании Думы, — ответила девушка, повернувшись к нему лицом, — Здравствуйте. Еще раз спасибо за комментарий по тому зданию. Увы, его уже не вернуть, но застройщик обещал восстановить облик в своем доме.       — Застройщики могут много чего обещать, вы же понимаете это? Посмотрим, что будет на самом деле, — ответил Кирилл, даже не дослушав ее. Он был на десять лет старше и его розовые очки давно спали, чего не сказать о Лизе.       Она уже не верила в честность застройщиков и функционеров, но надеялась хоть на какую-то правду в своем городе.       — Посмотрим, Кирилл, — ответила Елизавета, ловя на себе взгляд тех самых серых глаз.       Легкий холод пролетел по телу, а ветер растрепал кудри. Рядом с незнакомцем она чувствовала себя неуютно. Девушка не совсем понимала, но подсознательно хотела оказаться подальше от него.       Кажется, что не только она решила начать эту игру.