Дисфункция

Критики отмечали, что завершающие концерты тура удавались Земфире по-особенному хорошо. Она была бодра, заводила толпу, пела на бис и много улыбалась. Чего критики не знали, так это то, что после выступлений в гримерке ее ждала Рената – вечно с литрами шампанского, веселая, она кричала «Гений!» и бросалась на шею Земфире под аплодисменты стаффа. Оставалось еще два концерта, а дальше – новая жизнь. Земфира обдумывала, куда будет водить Ренату на свидания, на какое море они поедут и чем вообще будут заниматься. Иллюзии рассыпались в ночь предпоследнего концерта. Еще на сцене Земфира заметила, что Рената в VIP-ложе стоит затылком к сцене и лицом к какому-то высокому темному пятну человека. Подумав, что это старый знакомый или кто-то еще, Земфира завершила выступление. В гримерке не было Ренаты. Осталось только ее пальто. Земфира пошла искать секьюрити, отсматривать с ними камеры наблюдений. Рената ушла не одна – в компании достаточно юного молодого парня. Он был родственником какого-то бизнесмена, который выкупил несколько мест в VIP-ложе. Земфира звонила и звонила Ренате, но трубку никто не брал. Тогда она спустилась на подземную парковку, села в свой автомобиль и уехала кататься по городу. Вышла у моста, села на тротуар и зарыдала. Захотелось позвонить старому драгдилеру и купить чего потяжелее, но с этой частью жизни она давно завязала. Проще всего было выпить, но алкоголь притуплял боль, а ей сейчас было жизненно необходимо страдать. Обиднее всего было, что Рената никогда ей не врала и сразу сказала, что не она первая и не она последняя, и никаких клятв верности они друг другу не давали. Совсем замерзнув, Земфира поехала в отель. До утра она курила сигареты на балконе и смотрела на рассвет. Ближе к девяти утра ей позвонила Рената. — Ты звонила? – ее голос был хриплым, хмельным. — Звонила. Где ты? — Я у Саши… Или Пети. Черт, забыла, как зовут. Но я уже собираюсь. — Куда ты собираешься? — К тебе. Остался последний концерт. Я же согласилась поехать в тур. — Хорошо, приезжай. Земфира положила телефон на стол и взяла новую сигарету. Сил отказать Ренате или говорить ей, какая она ужасная, не было. Хотелось выть. Рената вернулась к одиннадцати, собрала свои вещи. В двенадцать они выехали в аэропорт. Земфира натянула темные очки и ни с кем не разговаривала. Рената периодически опустошала фляжку и подливала в нее джин. В самолете Земфира поменялась местами с продюсером и села у окна. Надела большие наушники и попыталась уснуть. Ей снилась вилла, пятно на стене от разбитого бокала, шуршащее платье по полу, дергающиеся во сне веки Ренаты. Прилетев в Москву, Земфира подошла к Ренате и сказала, что едет домой одна. Если Рената захочет прийти завтра на последний концерт тура, то Земфира возражать не будет. Но будет благодарна, если она не будет ей звонить. Рената – в тяжелых ботинках и укутанная шарфом вмиг стала серьезной. Глаза стали холодными и пустыми. Она молча кивнула и пошла кому-то звонить. В ушах Земфиры звенело. _______________ Последний концерт прошел паршиво – Земфира не попадала в ноты, ей не нравилось, как играли музыканты, ее раздражала толпа. Вместо финальной песни она уронила стойку с микрофоном и ушла под пронзительный гул аппаратуры. Рената была в толпе – она это знала. Но она вычеркнула ее из списков на проход и не намеревалась с ней разговаривать. Но пришлось. — Что же это с тобой и парковками? Мест других для встреч не бывает что ли? – раздраженно бросила Земфира, увидев фигуру Ренаты рядом со своей машиной. — Прости меня. — Прощаю, отпускаю, иди на все четыре стороны. Дай пройти. Рената встала у двери водительского сидения и вцепилась в машину. — Я не хочу, чтобы ты страдала из-за меня. Я не стою ни одной твоей нервной клетки. Ни одной. Я ужасная и отвратительная. И зря я тогда тебя на вилле заманила. Ты слишком хороша для всего этого. — Ренат. Мне больно, но я взрослая девочка, я переживу. Иди дальше развлекайся. Серьезно. Тебе же нравится мучить людей, у тебя отлично получается, ты молодец. Неожиданно Рената начала всхлипывать. Она закрыла руками лицо, и сползла на асфальт. Земфира нервно закинула голову назад. —Я… ты не представляешь, как я… Я просто хотела выбиться в хорошую жизнь. Но там нет ничего хорошего. Понимаешь? А ты хорошая. Со своими проблемами, но ядро хорошее. Я… Я очень стараюсь… Старалась… Ты мне нравишься. Очень. Но я больна. Я очень-очень больна. Земфира присела на корточки и мягко разжала руки Ренаты. Она взяла конец платка и стала вытирать им слезы. Сердце сжималось до размера точки. Она помогла Ренате встать и усадила ее в свою машину. Они поехали к Земфире домой.