Перебежчик

***

      Гарри смотрит на свою лучшую подругу. Поттер давно не видел ее такой изможденной. Грейнджер сидит к нему спиной и курит.Сигарета вот-вот догорит, но волшебница будто бы не замечает этого, кажется, что она вообще ничего не замечает после вчерашнего провала. Вчера погиб Рон. Его убили «Сектумсепрой».       Они не сказали со вчерашнего дня ни слова друг другу, но Гарри знал, что рано или поздно им надо будет поговорить. Поттер не знал будет ли правильным дать ей кольцо, с которым его лучший друг собирался сделать ей предложение, но кем он станет, если оставит эту древнюю реликвию и просто важнейшую для них с Гермионой вещь себе.       Гарри уже хотел прервать их молчание, когда понял, что плечи его подруги трясутся от всхлипов. Сигареты уже не было ее в руках. Гермиона прижала ладони к лицу и рыдала. На это было больно и страшно смотреть. В голове была Джинни. Она ушла от него несколько месяцев назад, но по-прежнему оставалась для него дорогим человеком. Ему было дико больно,       Рональд был ему практически братом, однако он даже представить себе не мог, что чувствовала Гермиона. Похороны только предстояли им всем. Молли, Артур, близнецы и Джинни готовили Рона в последний путь. Грейнджер сама лично вынесла тело своего любимого с битвы.       Перед ее глазами полыхало поле и плыло истерзанное тело человека, которого она всегда мечтала увидеть в роли отца своих детей. От горечи разрывалось все. Рон ненавидел, когда она курила, но она не знала иного способа сдержать рвущиеся наружу страдания. Уже целые сутки она не пила, не спала и не ела. Она просто сидела на "их" месте и курила, ее уединение нарушало лишь прерывистое дыхание Гарри, который боялся оставлять ее одну. Все боялись, что она "последует" за Роном.       Гермиона раз за разом прокручивала в голове смерть своего парня. Она точно знала человека, выпустившего проклятие. Волшебница не говорила об этом никому, в тайне готовясь утопить убийцу в своей мести. На секунду агония "вползла" в ее сердце и Грейнджер разразилась рыданиями, крепко прижимая ладони к глазам. Ее мир медленно, но верно крошился на мелкие кусочки...