Забери меня

Мила Биллс. За окном по прежнему солнце, жара плюс тридцать, а я все сижу дома, и думаю о нем. Его глаза, его губы, те прикосновения - это были самые лучшие ощущения… Прошлый вечер. Громкая музыка, ультрафиолетовые лампы, которые слепят глаза. «Как же мне все это надоело, каждый день одно и тоже…» – я беру бокал с белым вином, и присаживаюсь на диван. – Биллс, ну, что ты сидишь? Мы сюда как не придём, ты берёшь бокальчик, и присаживаешься в углу, чтобы тебя никто не видел! – ко мне подошла лучшая подруга Стефани, и присела рядом. Стефани обычная девчонка: брюнетка с кудрявыми волосами, наращенными ресницами, сделанными губами, очень красивая, но жалко совсем тупая. – А что тут делать? Каждый день одно и тоже. Напиваться, а на утро не помнить, что произошло, или как в тот раз оказаться в полиции? – выдохнув, и закатив глаза произнесла я, – мне уже становится это не интересно! На часах только одиннадцать, а вечер уже наскучил, и становится все нуднее. Толпы пьяных подростков, которые уже не отдают отчет своим действия, девицы около барной стойки, пытаются уже залезть на саму стойку. «Сколько можно маяться такой дурью?» – подумала про себя Биллс, – «пытаюсь завоевать доверие матери, чтобы та хоть немного поверила в меня, и дала руководить отделом проектирования, но ей не интересно мое мнение, и считает свою родную дочь бестолковой…» – после этой мысли Миле стало вообще не по себе в этом месте, в компании этих людей. – Стефани! – я кричу девушке, и пытаюсь ее найти в этой толпе, – Стефани! – я крикнула еще громче, и девушка выходит из-за какого то угла, а следом за ней парень высокого роста, это единственное, что она смогла рассмотреть. – Что ты орешь? – так Стефани еще никогда не смотрела на меня, – мы уже обменялись с этим парнем номерами, я собиралась его пригласить к себе на бокальчик игристого вина, и тут орешь ты Мила, – подруга схватила меня за руку, и повела к выходу. На улице я сделала глоток свежего воздуха, в клубе было очень сильно прокурено, и не только сигаретами. – И куда мы идём? – вздохнув я, спрашиваю Стефани, которая уже стоит на обочине, и тормозит такси. – Поехали на пляж! Отказы не принимаются, – она открывает дверь, и я сажусь. *** Пляж Крэндон Парк, самый лучший в Майами. Идеально чистый песок, который своим теплом обволакивает тело. Чистая спокойная вода в такое позднее время. Самое спокойное место ночью. Такси останавливается возле милого круглосуточного магазина. – Зайдём к Луису, за стаканчиком молочного коктейля? – произношу я, и не дожидаясь ответа Стефани, иду в магазин. Луис – самый хороший и понимающий человек, которого я знаю. Всегда даст совет, всегда поддержит. Только он поддержал меня, когда отец ушёл к другой женщине. Отец бросил не только мою мать, но и отказался от родной дочери. А мама решив отомстить ему, забрала его компанию. – Мила, может ты меня подождёшь? Не могу я быстро бежать на каблуках, в отличии от тебя, – Стефани закатывает глаза, и подходит ко мне. Когда я захожу в магазин, сразу чувствую аромат свежей выпечки. Луис не только прекрасно делает молочные коктейли, но и выпекает булочки с корицей и ванильным кремом. От этой мысли, от этого аромата сразу заурчало в животе. – Привет, Луис! Какой же у тебя всегда прекрасный аромат в магазинчике, – произношу я, и подхожу к кассе. – Здравствуйте, девочки! За такие булочки и их аромат я благодарен тебе, ведь это ты мне рассказала про этот рецепт, – с доброй улыбкой произносит он. «Это самый добрый и приятный человек, которого я знаю. От него веет теплом, заботой и уютом. Как же жаль, что его жена скончалась, но она была сильной женщиной, и даже находясь в коме, боролась за свою жизнь до последнего…» – думаю про себя, и от этого становится грустно. – Луис, дай нам, пожалуйста, две булочки с корицей, и два молочных коктейля, – достаю деньги из маленькой сумочки, и протягиваю ему. *** Мы сидим на побережье моря. Небо сегодня совсем чистое, а на нем видны сияющие звёзды. Я все задумываюсь о Луис, о его семье. Он упоминал, что у него умерла жена, что она боролась, но он никогда не рассказывал из-за чего. Тоже самое и о сыне, обмолвился один раз, что они не общаются с того момента, когда прошли похороны, даже имени его не упоминал. – О чем задумалась? – ко мне поворачивается Стефани, и приобнимает за плечи. – Да, так. Ни о чем, – говорю я, но эти мысли мне не дают покоя. – Пошли купаться? – Стефани подскакивает с места, расстегивает застежку на туфлях, и снимает их, – я их весь вечер мечтала снять, – стягивает с себя короткое обтягивающее платье, кидает на песок, и бежит к океану. – Плохая идея, Стеф! Океан сейчас не спокойный, – ей уже нет дела до моих слов. Словно ребёнок, который увидел игрушку. – Хватит занудствовать, это не делай, то не делай, его не приглашай, с ним не спи, туда не ходи, купаться не иди! Сколько можно Мил, почувствуй хоть каплю свободы, хоть иногда не задумывайся о том, что скажет твоя мать, – возможно она и права. Сколько можно терпеть упреки матери? Выслушивать ее недоверие. Все равно я для неё буду бездарностью. Следом за Стефани я стянула платье, сбросила с ног каблуки, и побежала к ней. Может она и глупая, иногда совсем глупая, но это тот человек, с которым мне тоже хорошо. Конечно, дельного совета Стеф не даст, как Пит, зато поднимет настроение. – Хватит плескаться, мой макияж уже потек полностью с моего лица, – произношу я, с недовольным выражением лица. – Зануда, зануда, – Стефани повторила это раз десять, и не унималась, пока не увидела на пляже посторонних людей, которые явно шли к нашим вещам. Мы быстро выбежали из воды, и подбежали к двум незнакомцам. – Девушки, а вы в курсе, что в такое позднее время опасно гулять одним милым дамам? – с усмешкой произнёс парень среднего роста, с русыми кучерявыми волосами и манящими зелёными глазами. – В курсе, – твёрдо сказала я, и он пристальней стал на меня смотреть. Конечно, что же не посмотреть на девушку в одном нижнем полупрозрачном белье. – Так какого черта вы тут шляетесь, ещё и купаться полезли, когда вода неспокойна, – наверно, он думал, что я на его вопрос отвечу более мягкой форме. – Мы уже уходим, – Стефани произнесла это с напуганными глазами, – можно нам наши вещи, и мы уйдём, – на последнем слове она словно пропищала. – Конечно можно, но только после того, как твоя подружка меня поцелует, – на его лице все больше образовалась ухмылка, и некая усмешка, – очень у неё наряд красивый и откровенный. Чёрное кружево с цветами, которые прикрывают ее соски, очень хорошо на ней смотрится. – Что? – теперь мои глаза выпучились и округлились дальше некуда. Что он только что сказал, чтобы я поцеловала его? А эти откровения, о моем кружеве, какое же хамло, но чертовски привлекательное. – Что? Вы, конечно же, можете идти и так, но думаю до дома не дойдёте, – видимо его друг, решил вставить свою фразу, от которой пошли мурашки по коже. – Мил, не надо! Я могу позвонить папе или маме, и они нас заберут, – видимо у меня очень пугливая подруга, которая не думает о последствия с нашими родителями, о том, что мы потом ещё год из дома не выйдем. – Я согласна! – вроде бы и решительно сказала я, но на последнем слове Медленно подхожу к нему, и прикасаюсь своей холодной рукой его щеки, слегка приподнимаясь на носочки, оставляю лёгкий поцелуй на его губах. Он хватает меня за талию, и прижимает к себе еще сильнее, и впивается в мои губы. – Держите ваши платьишки, – его друг протягивает их нам. Мы быстро одеваемся, и собираемся уходить но слышим… – Не гуляйте тут по ночам, – крикнул вслед нам незнакомцем, и на его лице снова появилась ухмылка.