Диагноз.

Смеркается. С праздника, на который его пригласила Нилу, Сайно уходит раньше всех. Пускай он и был устроен в его честь и в кругу лишь самых близких, генерал быстро от этого уставал и сейчас хотел провести время в тишине и спокойствии. Но прежде всего, хотелось навестить одного своего хорошего друга. Узнать, как обстоят дела в лесу Авидья, почему сам не объявился на мероприятии? Или его вовсе не звали? А может быть Сайно вообще не хотел что либо спрашивать, просто побыть в компании Тигнари еще немного, прежде чем он окончательно вернется к выполнению своих обязанностей, и времени у него будет чрезвычайно мало. В компании Тигнари всегда было спокойно и комфортно, их разговоры ощущались словно приход домой после долгого отсутствия. Сайно, обычно отстраненный и холодный, с суровым выражением лица и тяжелым взглядом рядом с Тигнари быстро превращался в разговорчивый и беспокоящийся о своем собеседнике кусочек облачка. Сам генерал не понимал, как это работает, но точно ощущал непрерывный стук собственного сердца, когда он слышал теплый смех товарища. Путь от города до Гандхарвы не занял много времени. Проведя его в своих размышлениях, Сайно не сразу заметил, что оказался на месте. Лагерь был подсвечен подвешенными фонариками, так что генералу удалось разглядеть лица сторожей, что незамедлительно пропустили его. Обычно Сайно приходил не так официально, но сейчас ночь, поэтому он надеется, что его визит не вызовет лишней суматохи. Оставшиеся дозорные приветствуют его, и он коротко кивает в ответ. На улице Тигнари не видно, скорее всего, он в своем домике. Ноги сами несут генерала в нужном направлении, и прямо у входа он встречается с Коллеи. Та выпучивает глаза, смотрит на него и все книжки валятся у девочки из рук. Сайно наклоняется, подбирает упавшие вещи и протягивает Коллеи. Он знал, что та слегка опасалась его. — Здравствуй, Коллеи. Не подскажешь, где сейчас Тигнари? — З-здравствуйте, генерал! Он здесь, у себя… — Спасибо, — Сайно проводил убегающую девочку взглядом и постучал в дверь. Через несколько секунд послышались неспешные шаги и дверь отворилась. На пороге стоял Тигнари, уже без своего бурнуса*. Видимо, он уже собирался ложиться отдыхать. Редко он ложился так рано, но видимо сегодня он либо слишком устал, либо время позволяло. — Сайно? Ты поздновато. Что-то случилось? — Тигнари устало потер глаз тыльной стороной ладони. Сайно замешкался, не сообразив, что можно ответить. Он ведь, к тому же, потревожил его и отвлек от отдыха. — Извини. Я только с праздника. Хотел навестить тебя. — Хорошо, проходи. Генерал проскользнул внутрь домика Тигнари. Здесь, как и обычно, пахло лекарственными травами и мятными конфетами. Это в каком-то роде успокаивало и даже клонило в сон. — Я совсем не ждал гостей, только недавно закончил работать. Тут небольшой беспорядок, я не успел убраться, — Тигнари принялся складывать бумаги на столе в одну стопку, а письменные принадлежности скинул в ящик, который после задвинул в стол. — Все в порядке. Извини, что появился так неожиданно. Просто ты не пришел на праздник, и я подумал, что хочу прийти к тебе и поговорить. В последнее время мне этого не хватает, — Сайно немного смутился. Похоже, он сказал что-то лишнее, потому что звучало это как-то слишком откровенно. — Ох, у меня сегодня было слишком много дел, я просто не успел бы прийти на празднование. Да и ты же знаешь, для моих ушей это обошлось бы не слишком хорошо. — Да, точно. — Ты правда хотел видеть меня там? Это ведь праздник в твою честь, а я не пришел. Некрасиво вышло, прости. — Нет, все нормально, я понимаю, у тебя были причины. — В следующий раз я постараюсь придти. — Не нужно. Я просто хочу побыть с тобой сейчас. Вдвоем. — …Хорошо. В комнате повисла неловкая тишина. Снаружи доносились еле слышные голоса и звуки разной лесной живности. Сайно сидел на краю кровати Тигнари, а сам он стоял у стола. Оба смотрели друг на друга, будто видят впервые, изучая черты лица и запечатляя их в памяти. Генерал осторожно поднялся на ноги и тихими шагами подошел к лесному стражу, почти совсем близко, так, что тот уперся бедрами в стол. Он вздохнул и Тигнари буквально мог ощутить это на собственной коже, отчего по спине пробежался табун мурашек. Сайно отчего-то стало сильно не хватать воздуха. — Ты чувствуешь это? — генерал потянулся к руке Тигнари и взял ее в свою, чуть потянув на себя. — Что? — Мое сердце, — он приложил чужую руку на левую сторону обнаженной груди. Тигнари выпучил глаза, словно тот только что сказал ему что-то невозможное и необъяснимое. Он четко чувствовал, как быстро бьется сердце Сайно, и внутри у него все будто перевернулось. — У тебя… учащенное сердцебиение. — Поставишь мне диагноз? — Нет, но могу назначить лечение. Генерал удивленно посмотрел на него. Он так шутит или же правда все понял? — Какое же? Тигнари подается вперед, мягко накрывая губы Сайно собственными. У того глаза чуть ли не на лоб лезут, он первые секунды не понимал, что вообще произошло, но вскоре сообразил, когда фенек, к сожалению, уже отстранился. Щеки его порозовели, а хвост ходил ходуном под столом. — Это… помогает. Но доза слишком мала. Видимо, отбросив все сомнения, Сайно неожиданно схватил стража за талию и притянул к себе, целуя уже по-настоящему. Тигнари что-то промычал в его губы, уложив руки на плечи генерала и мокро поцеловал его в ответ, прижимая уши к голове. У Сайно в тот момент закружилась голова, он не знал, что это за чертово наваждение, он не может покинуть это царство эйфории и прийти в себя. Вернее сказать, не хочет. Губы стража такие мягкие, податливые и отзывчивые, что он не выдерживает и углубляет поцелуй, исследуя чужой рот языком. Тигнари сильнее сжал плащ на плечах Сайно, принимая вызов и встретился с ним языками. Эта его манера лишь сильнее распаляла генерала. Подхватив стража под бедра, он усадил его на стол, устроившись меж чужих ног. Тигнари отстранился первым, тяжело дыша и утыкаясь носом в шею Сайно. Он был просто очарователен — поджатые уши, припухшие губы и этот игривый взгляд, что сразил генерала наповал окончательно. Он чувствовал, как кровь постепенно приливает к паху и ему срочно нужно было что-то делать с этой проблемой. Тигнари возбуждал до дрожи в коленях, до звездочек перед глазами. Но он не может так просто предложить ему заняться чем-то непристойным, были на то причины… Во-первых, они друзья. Наверное, были ими… Генерал до сих пор не очень понимает, что чувствует к стражу. Во-вторых, он не хочет сделать ему больно. Кому угодно, но не Тигнари. Самоконтроль у Сайно отличный, но кто знает, каков он будет в сексе? А вообще… Предлагать секс сразу после одного поцелуя без осмысления собственных чувств было бы очень странно и некрасиво. Но… — Я хочу заняться с тобой любовью. Прямо сейчас. Пожалуйста, — слышится хриплый голос Тигнари, который влажно целует его скулу. До генерала доходит нескоро. — Ты… прямо сейчас? Я.. я никогда не делал этого ни с кем. Почему именно я? — Дурак, я ведь только что поцеловал тебя. Ты что, так и не понял? Я испытываю к тебе романтические чувства, Сайно, надеюсь, не нужно объяснять, что это. — Да… да, я понял это! Но я не знаю, Нари, вдруг, я сделаю тебе больно? Я не уверен в том, что смогу сделать все правильно. — Делай так, как считаешь нужным. Поверь, мне это понравится. — Если тебе будет больно или неприятно, ты обязан сказать мне об этом. — Принято, генерал. Сайно усмехнулся, коротко целуя Тигнари в губы. Он снова прижал его к себе и подхватил на руки, осторожно перенеся к кровати. — Думаю, здесь будет удобнее. Тигнари мягко улыбнулся, обвив руками шею нависающего над ним Сайно. Он тянет его к себе, обхватывает торс ногами, отчего генерала почти что ведет. Он явно провоцирует его на большее, но тот, в общем-то и не против. Сайно слабо прикусывает нежную кожу шеи, целует ключицу и вскоре сталкивается с препятствием в виде одежды. Стащив с партнера джеллабу, генерал открывает себе вид на торс фенека. Тот, похоже, не сильно стесняется, в силу того, в каком состоянии он вообще сейчас находится. Кожа стража бледная и теплая, Сайно прижимается к его груди, ведет по ней языком и облизывает сосок, пока его ладони обхватили чужую талию. Ему хотелось зацеловать каждый миллиметр чужого тела, слушая громкие вдохи и тихие постанывания Тигнари. Генерал вскоре чувствует руку в собственных волосах, но продолжает спускаться все ниже, пока его губы не доходят до низа живота. Больше он времени на одежду не тратит, просто стаскивает ее со стража, оглаживая худые ноги загорелыми ладонями. Член Тигнари стоял и истекал смазкой, Сайно провел по нему пальцами и только после этого опомнился, понимая, что он вообще-то еще полностью одет. Но видя, как от этого действия Тигнари выгибается заставляет быстро забыть обо всем, принявшись медленно двигать рукой по стволу. Черт возьми, он готов был смотреть на него вечно. Так красив, так отзывчив, так бесподобен… — Я хочу тебя, — шепчет страж, тяжело дыша и покраснев, кажется, еще сильнее. Сайно тормоза срывает окончательно, он почти выпрыгивает из собственных штанов, помутневшим от возбуждения взглядом смотря на Тигнари. — У тебя есть…? — Там… там… — он бездумно указывает на стол, на краю стоит какой-то пузырек. Генерал тянется и хватает его, почти не читая, что там. Вроде бы какое-то масло, но видимо, для смазки сгодится. Он льет жидкость на руку, почти что поливает ею чужие бедра. Средний палец Сайно неспешно надавливает на звездочку ануса, медленно погружаясь внутрь. Тигнари, кажется, затаил дыхание, пытаясь привыкнуть к новым ощущениям. Или же, для него это не в новинку? Думая о том, как Тигнари растягивает себя, генерал возбуждается лишь сильнее и наконец вводит палец полностью. — Все хорошо, Нари? — Все отлично. Продолжай. Сайно на пробу двигает пальцем, что уже не получается у него так тяжело, и вскоре задевает что-то внутри, отчего фенька словно током прошибает. Он дергается, стонет и хватается за спину Сайно обеими руками. — Давай, — тихо просит он. Усмехнувшись, тот продолжил двигать пальцем, вскоре добавив и второй. Дыхание стража участилось, он начал издавать более громкие и ясные звуки, каждый раз, когда пальцы генерала надавливали на простату. Сайно довольно-таки увлекся, он не знал, что доставляя удовольствие любимому человеку, ощущаешь буквально физическое удовольствие и сам. Выражение лица Тигнари в этот момент было неповторимо, он хотел сделать снимок и загрузить его в свой мозг, дабы он всегда находился там. — Сайно, мне нужно… Мне нужен… ты, — сквозь стоны говорит фенек, хватаясь за запястье генерала. Его дважды просить не нужно. Он и сам уже на пределе. — Сейчас, сейчас, сокровище, — он натирает свой член маслом из колбочки, осторожно сжимает бедра партнера и медленно входит. Тигнари кусает губы, а Сайно старается сдерживать себя, дабы не погрузиться в него полностью прямо сейчас. Это может быть болезненно. Неспешно войдя почти что до конца, генерал дает стражу привыкнуть. Тот, рвано выдохнув, сжимает в кулаках простыни. — Черт возьми, Сайно! Двигайся, — в своей привычной резкой манере требует Тигнари, чуть сжав генерала в себе. От этого у Сайно перед глазами все поплыло, он схватил чужие ноги и на пробу толкнулся, услышав одобрительный вздох. Закинув ноги фенька на свои плечи, он принялся двигаться в понравившимся ему темпе, и стражу это, видимо, тоже понравилось. Попадая по простате, Тигнари каждый раз одаривал его сладким протяжным стоном, отчего Сайно судорожно кусал свои губы и пытался не кончить раньше времени. Их разгоряченные тела двигались почти что в едином темпе, страж то и дело сжимал его в себе, а Сайно бродил руками по чужому телу, всякий раз возвращаясь к бедрам. Тихо рыкнув, тот чувствовал, как приближается к оргазму, значительно ускорив темп. Тигнари выругался, схватив генерала за плечи и выгнулся, почти вскрикнув. Он кончил без рук и Сайно, смотря на то, как дрожит фенек, кончил сам, глубоко внутрь, до синяков сжав чужие бедра. Они оба тяжело дышали, когда генерал выскользнул из своего партнера и улегся на кровати рядом. — Сайно… — Тигнари, наконец придя в себя, повернулся к генералу. Ему явно было очень неловко. — Извини, не знаю, что на меня нашло. Просто… Я понял, что правда чувствую к тебе что-то иное и не устоял перед таким соблазном. — Все хорошо, Нари. Я тоже хотел этого. Не волнуйся, — Сайно прижал фенька к себе, а тот коротко поцеловал его в щеку. — Я знаю, каков твой диагноз… Это любовь ко мне. — Ты совершенно прав.