У вечности твоё имя

      Дом, который сперва заставил Чимина насторожиться, теперь вызывал у него только восторг. Внутри было светло и уютно, а в просторной гостиной, посреди которой стоял огромный камин, вкусно пахло древесиной и хвоей. У огромного панорамного окна расположился источник этого вкусного запаха — большущая ветвистая сосна, которую Чонгук подготовил ещё вчера, оставив пышную лесную красавицу стоять в ожидании украшений. — Решил, что будет весело нарядить её вместе, — улыбнулся Чонгук и приобнял взволнованного такой красотой Чимина. — Тебе нравится? — Очень! — Чимин действительно был счастлив, он и представить не мог, что окажется посреди леса в такой невероятной и сказочной обстановке, в компании самого прекрасного и романтичного мужчины. — Чонгук-а, ты такой.. потрясающий, ты ведь знаешь это? — Теперь буду знать, — усмехнулся Чон и поцеловал своё личное новогоднее чудо в темноволосую макушку. — Осмотрись пока здесь, а я растоплю камин и принесу игрушки.       Чонгук снял с Чимина куртку и занялся растопкой камина, пока его единственный гость с любопытством осматривал дом.       Здесь было несколько уютных спален, одна из которых была огромной и с потрясающим видом на лес, просторная ванная комната, достаточно большая кухня и подвал, куда спускаться Чимин не захотел. Место было действительно сказочным, особенно когда гостиную наполнил такой уютный звук потрескивающих в камине дров. Чонгук появился из-за угла с огромной коробкой в руках, в которой уже долгие годы пылились никому не нужные до сих пор игрушки. — Наверное, нужно было купить какие-то новые украшения, эти совсем старые, — сказал Чонгук и, поставив коробку прямо перед ёлкой, выудил оттуда несколько шариков разного вида. — Древность какая.. — Чонгук-а, они очень милые, — присев на корточки возле коробки и достав из неё стеклянную белку, Чимин широко улыбнулся. — О! У моей бабушки была точно такая же! Они чудесные, мне очень нравится!       Чонгук улыбнулся. Чимин был слишком добрым и слишком красивым, особенно сейчас, когда был так увлечен разглядыванием старых игрушек, которые теперь занимали всё его внимание. Увлечённость была ему к лицу. — Что ж, если тебе так нравится ретро, то предлагаю послушать одну из пластинок на таком же стареньком граммофоне. Я почти уверен, что он всё ещё работает, — сказал Чонгук и с одобрения Чимина направился к шкафу с пластинками.       В былые времена, когда ещё не было таких технологий, сотовой связи и других благ современного мира, Чонгук очень любил пропадать в этом доме, это была его личная пещера, где он прятался от внешнего мира, когда очень от него уставал. Он не приводил сюда ни одной живой души, даже Тэхён никогда не бывал в стенах его "крепости", но Чимин.. у Чонгука было огромное желание разделить с ним всё, что он так любил. Он хотел бы открыть ему все свои секреты, поделиться воспоминаниями о каждом десятилетии, которое провёл без него, хотел рассказать, что грело его оледеневшую душу в каждой эпохе, но увы, всё, чем он реально мог поделиться с Чимином из своего прошлого, это его личная фонотека, пронесённая сквозь года.       Выудив из сотни пластинок свою любимую подборку романтических песен, которые приятно украсят их вечер, Чонгук смахнул с граммофона пыль и установил иглу на самое начало. Как только его ушей коснулась прекрасная музыка, он прикрыл глаза, погружаясь в атмосферу минувших лет. "Nothing's gonna change my love for you" — сегодня он чувствовал эти слова совершенно иначе, его сердце, наполненное любовью к Чимину, пропускало через себя каждую нотку, и Чонгук точно был уверен, что для него это больше не просто слова из любимой песни.. его любовь к Чимину действительно ничего не изменит. Он сделает всё для того, чтобы этот малыш был счастлив до тех пор, пока захочет оставаться рядом с ним, чего бы ему это ни стоило.       Под звуки лёгкой музыки давно прошедшего времени, под которую так ритмично пританцовывал Чимин, они наряжали огромную лесную красавицу, которая становилась краше с каждой новой повешенной на неё игрушкой. — Кажется, нам нужна лестница, — вертя в руках рождественского ангелочка и вглядываясь в недосягаемую для его роста макушку ели, резюмировал Чимин. — Если только в списке твоих талантов нет умения летать? — У меня есть другая идея, — Чонгук хитро улыбнулся и, зайдя Чимину за спину, подхватил малыша под мышки и на вытянутых руках просто подсадил его до самой макушки. — Давай, малыш, подцепи его. — Ох, Чонгук-а.. — удивился такой внезапности Чимин, но всё же поспешил сделать завершающий штрих в украшении их новогодней ёлки. — Готово, опускай.       Осторожно вернув Чимина обратно на каменный пол, Чонгук обнял его со спины и уткнулся носом в шею, где так соблазнительно пульсировала по венам кровь. Легонько прикусив её зубами, не выпуская клыков, он почувствовал, как тело Чимина покрылось мурашками и как участилось его сердцебиение. Такая близость волновала их обоих. — Давай зажжем нашу ёлочку? — предложил Чонгук, оставив на месте укуса мягкий поцелуй.       С каждым новым днём, проведённым вместе, Чонгуку всё сложнее удавалось контролировать себя рядом с Чимином. Его хотелось съесть всего.. не в буквальном смысле, его голод проявлялся совершенно в другом. Когда рядом находится такое прекрасное создание, как Пак Чимин, трепет которого Чонгук ощущает всем телом, сдерживать свои желания им овладеть становится практически невозможным. Обещание, данное Чимину, не делать с ним ничего против его воли, было единственным, что заставляло Чона каждый раз одёргивать себя в такие моменты, и он не был точно уверен в том, как надолго его ещё хватит.       Тяжело выдохнув и мысленно дав себе отрезвляющую пощёчину, Чонгук вставил вилку от гирлянды в розетку, и огоньки засияли, отражаясь в глазах Чимина, который с восхищением смотрел на плод их совместного труда. — Клянусь, это самая красивая ёлка, которую я когда-либо видел, — честно признался Чимин, ведь даже дизайнерские, шикарно украшенные ёлки в магазинах и близко не стояли с этой настоящей, вкусно пахнущей красавицей. — Но даже она не сравнится с твоей красотой, — как факт озвучил Чонгук и, нежно прикоснувшись к подбородку Чимина, обратил его внимание на себя. — Постой, — накрыв своей маленькой ладошкой губы Чонгука, Чимин предотвратил желанный для обоих поцелуй. — До полуночи никаких поцелуев.. хорошо?       Чонгук в удивлении распахнул свои глаза, но сразу понял и принял задумку Чимина. Его малыш хотел сделать их первый поцелуй в новом году совершенно особенным, и хотя для Чонгука каждый поцелуй с ним был таковым, он готов был немного подождать и сделать его ещё более желанным. Он поцеловал ладошку Чимина и предложил скоротать время на кухне за готовкой ужина.       Как оказалось, Чонгук был отличным поваром и взял на себя всю ответственность за приготовление пасты с креветками в сливочном соусе. Роль Чимина была только в одном — украшать своим присутствием кухню, и такое положение дел устраивало их обоих, потому что помощник из него был никудышний, а повар — и того хуже. Единственный кулинарный талант Чимина заключался в том, что он с большим аппетитом сметал всё, что выходило из-под ножа более умелых кулинаров. — Чонгук-а, расскажи что-нибудь о себе, — внезапно попросил Чимин, глядя на то, как ловко Чонгук справлялся с нарезкой свежего базилика. — О себе? — не отрываясь от готовки уточнил Чонгук. — Что ты хочешь знать обо мне? — Абсолютно всё, — они встречались не так уж и давно, но за это время ни разу не обсуждали жизнь Чонгука, в то время как Чимин рассказал ему о своей жизни буквально всё и в мельчайших подробностях. — Ты никогда о себе не рассказывал.. чем ты занимаешься, кто твоя семья.. я даже не знаю такой мелочи, как твой возраст. — Мм, мой возраст? — кого интересует такая мелочь, как возраст? Чонгук вылил сливки в сковороду и, кинув туда кусочек масла, стал медленно помешивать закипающий соус и думать о том, как много он может позволить себе рассказать Чимину о своей жизни. — Мне двадцать восемь. — Ну или триста двадцать восемь, немного недоговорить это ведь не соврать? К тому же, Чимин ни за что не поверит в такую правду, а раскрывать свою сущность он ещё не был готов, не сегодняшним вечером так точно. — Стало быть, ты старше меня на пять лет, — улыбнулся Чимин и, закусив губу, заправил волосы за ухо: такая разница в возрасте ему пришлась по душе. — Ну а твоя семья? Я знаю только Тэхёна, но он ведь не семья? Друг? — Считай, что он и есть моя семья.. — грустно ответил Чонгук, вспоминая о новости об отъезде Тэхёна, ибо единственный дорогой ему человек из ныне существующих, кроме Чимина, оставляет его после долгих лет, проведённых вместе. — Мои родители давно мертвы, я был единственным сыном, а ближайших родственников у меня нет. Так что Тэ — это единственный близкий мне человек. — Ох, прости, если тебе было неприятно о таком вспоминать.. — Нет, всё отлично. — Чонгук повернулся к Чимину, чтобы подарить ему свою улыбку, говоря тем самым, что всё действительно хорошо и эта тема уже давно забыта и пережита. — Это было очень давно, Чимини, настолько давно, что иногда мне кажется, что это было не в этой жизни, а в прошлой. — Хотя, по факту, так оно и было: это прошлая жизнь Чонгука, когда он был живым и здоровым крон-принцем, сыном своего отца, короля Чосона Чон Кёнджона, который так и не успел передать своему единственному наследнику трон. — Всё, что я могу рассказать, мой отец.. он был политиком на очень высокой должности, и я вроде как должен был пойти по его стопам, но жизнь распорядилась иначе, и теперь я занимаюсь недвижимостью.       Ещё немного вот так поболтав о прошлом Чонгука, которое он мог раскрыть Чимину только поверхностно, не вдаваясь в лишние подробности, они вкусно поужинали и, тепло одевшись, отправились в заднее крыло дома, где открывался совершенно потрясающий вид на лес. — Чонгук-а, почему ты избегал меня так долго? — решил поинтересоваться Чимин причиной, по которой некогда Чонгук его сторонился. — Потому что нам нельзя быть вместе, — грустно вздохнул Чонгук, на этот раз ответив Чимину чистой правдой. — Это против правил.. против природы. — Не думал, что тебя заботят такие вещи, — удивился Чимин. По одному взгляду на Чонгука можно было ощутить дух его бунтарства и непоколебимой смелости. Чтобы этот мужчина и боялся какой-то кучки гомофобных придурков или придерживался кем-то навязанной социальной позиции, что мужчине нужна женщина? Ну нет, это точно не было похоже на того Чонгука, который открыто в клубе поцеловал его руку. Чимин отпил глоток какао и задумался, вглядываясь в гущу тёмного леса. А не темнит ли часом Чонгук.. о правилах и о природе? — Не забивай себе голову всякими глупостями малыш, хорошо? — Чонгук прижал Чимина ближе к себе и поцеловал в висок. — Сейчас ведь мы вместе и всё хорошо, не так ли? — И как надолго, Чонгук? — Чимин обернулся к Чонгуку, обнимающему его со спины, и пытливо заглянул в его тёмные глаза. — Как долго мы будем вместе? — До тех пор, пока ты этого хочешь, — так же серьёзно ответил Чонгук, взгляд которого приковали к себе приоткрытые пухлые губы Чимина. — У нас проблема.. — Какая?.. — Я очень хочу тебя поцеловать, а до полуночи ещё слишком долго..       Чимин рассмеялся и отвернулся обратно к лесу, ощущая горячий выдох Чонгука на своей шее. Он и сам уже дрожал от этого нестерпимого, но сладостного ожидания. Он ведь тоже очень сильно хотел бы сейчас его поцеловать, такого красивого и такого любимого, но потерпит, они оба потерпят, а полночь компенсирует им всё с лихвой.       Время, проведенное с Чонгуком, всегда проходило слишком быстро, но стоило только раз взглянуть на его губы, как оно буквально замирало, а стрелка часов предательски медленно ползла по циферблату. Но как бы долго ни тянулись минуты, они вполне закономерно перерастали в часы, которые постепенно приближали их к ожидаемому моменту. — Чонгука, у меня для тебя кое-что есть, — загадочно улыбнулся Чимин, удобно расположившись на диване у камина, потягивая красное полусладкое и грея свои ножки под мощным бедром Чонгука, который сидел к нему в пол оборота. Полночь была уже совсем близко, так что пора бы и вручить свой новогодний подарочек. — Эм.. здесь ничего особенного, — поспешил заверить Чонгука Чимин, выуживая подарок из-под подушки за своей спиной, и, нерешительно притянув к себе его ладонь, вложил в неё маленькую коробочку. — Если это не твой стиль.. или тебе не понравится..       Пока Чимин тараторил о своём подарке, почему-то уже сомневаясь, что он может понравиться Чонгуку, хотя ещё вчера он был уверен в том, что это отличная идея.. Чон открыл эту маленькую коробочку и улыбнулся, не отрывая взгляда от двух тоненьких браслетиков "солнца и луны". — Не нравится, да? — Чимин едва не задохнулся в переживаниях за эти несколько секунд, пока Чонгук молчаливо разглядывал свой подарок. — Очень нравится, Чимин-а, — всё так же улыбаясь, заверил Чонгук разволновавшегося Чимина. — Который из них мой? — Солнце, — снова заулыбался Чимин, подбираясь ближе к Чонгуку и усаживаясь прямо на его колени. Он достал браслет с гравировкой солнца и надел на его руку, а затем, протянув свою, добавил: — Мой — луна. Поможешь надеть?       Чонгук коснулся губами протянутого к нему запястья и надел на него браслет с выгравированной луной. Ему действительно понравился подарок Чимина, который он с благодарностью будет носить каждый день. Забавно, как они совпали во мнениях при выборе подарков друг для друга, ведь у Чонгука тоже было для него кое-что парное.. но чуть более личное. — У меня тоже для тебя кое-что есть, — сказал Чонгук, доставая из кармана своих штанов нечто совершенно особенное. — Это кольца короля Кёнджона и его жены, королевы Чорин. — объяснил он, раскрыв перед Чимином свою ладонь, на которой лежали обручальные кольца его покойных родителей. — Кольца? — удивился Чимин, округлив свои маленькие глазки до небывалых прежде размеров. — Чимин-а, это моё эгоистичное желание.. и я хочу, чтобы ты был только моим. Хочу, чтобы ты переехал ко мне, хочу видеть тебя около себя каждый день.. засыпать и просыпаться рядом с тобой. Это слишком, да? — Чонгук.. — У тебя есть время всё обдумать, я не тороплю тебя с ответом, — заверил Чимина Чонгук. — Я понимаю, что это слишком внезапно и возможно я слишком много хочу на этом этапе наших отношений. Но никогда прежде я не был так уверен в том, чего я хочу.. — Юнги убьет меня, если я брошу его в общаге одного, — рассмеялся Чимин, рассматривая красивые нефритовые кольца на ладони Чонгука. — Я ему этого не позволю. — Мне нравится, — водя пальчиком по кольцам и скромно улыбаясь, сказал Чимин. — И эти кольца нравятся, и твоё предложение.. мне не хватает тебя каждую минуту, когда ты не рядом, но ведь.. переезд — это такой серьёзный шаг. Я приму твоё предложение, Чонгук-а, но ты должен будешь дать мне немного времени. Я не могу так резко оставить Юнги одного. — Конечно, — мягко улыбнулся Чонгук и надел на палец Чимина кольцо своей матери, которое село на нём как влитое. — Столько времени, сколько тебе понадобится.       Второе кольцо, отцовское, Чимин надел на палец Чонгука и, переплетя с ним пальцы окольцованных рук, заглянул в его глаза. Он уже готов был наплевать на собственное правило и поцеловать своего мужчину, не дожидаясь полуночи, но тот, заслышав чарующие нотки любимой песни, потянул его за собой в центр комнаты, желая довести задумку Чимина до конца. — Потанцуй со мной, — попросил Чонгук, прижимая Чимина ближе к себе за талию, позволяя себе вести в этом танце. Wise men say, only fools rush in /Мудрые люди говорят: только глупцы спешат/ But I can't help falling in love with you /Но я не могу не влюбиться в тебя/ Shall I stay? Would it be a sin? If I can't help falling in love with you? /Должен ли я остаться? Грех ли это? Если я не могу не влюбиться в тебя/       Старая запись этой песни, доносившаяся из граммофона, наполняла сердце Чимина огромной любовью, которая отражалась в тёмных глазах напротив. На секунду ему показалось, что глаза Чонгука засветились красным, подобно линзам, которые он видел на нём в самую первую их встречу. Решив, что это игра света, либо отражающийся в них камин, он не придал этому особого значения, в то время как Чонгук, почувствовав такую перемену, отразившуюся в удивлённом взгляде Чимина, прижал его ближе к себе. Это было опасно и близко к тому, что он не смог бы ему объяснить позже. Чон наклонился ближе к Чимину и, прижавшись к нему щекой, запел в такт песне, вливаясь своим голосом в каждую ноту не хуже самого Элвиса. Take my hand, take my whole life too /Возьми мою руку, возьми всю мою жизнь/ For I can't help falling in love with you /Потому что я не могу не влюбиться в тебя/ Like a river flows, surely to the sea Darling so it goes, some things are meant to be /Как всякая река неизбежно впадает в море, Дорогой, ничего не поделаешь: чему быть, того не миновать./ Take my hand, take my whole life too /Возьми мою руку, возьми всю мою жизнь/ For I can't help falling in love with you /Потому что я не могу не влюбиться в тебя/       Сердце Чимина, казалось, перестало биться на то время, пока он слушал прекрасный голос Чонгука.. был очарован им, очарован этим моментом. Он чувствовал себя действительно словно в сказке: этот дом, насквозь пропитанный романтикой, которую подарил ему обожаемый мужчина, старая музыка, которая как нельзя лучше подходила всей этой обстановке, и огромные старинные часы у камина, пробившие ровно двенадцать часов.. может быть, всё это было просто сном?       Мягкие губы Чонгука помогли ему снова почувствовать себя наяву, желание Чимина было исполнено точно в срок. Они так долго ждали этой минуты с самого приезда сюда, что сейчас просто не могли оторваться друг от друга. Чимин уже точно понимал, чего он хотел от Чонгука этой ночью, так что без всякого стеснения блуждал своими руками под его одеждой, медленно оттесняя к камину. — Ах, Чонгук-а.. — простонал Чимин в губы Чона, когда тот жадно смял его ягодицы своими большими ладонями.       Расположившись прямо у камина на большом шерстяном ковре, Чимин сел поверх бёдер Чонгука, который наблюдал за каждым действием своего раскрепостившегося малыша. А малыш, не теряя времени даром, нетерпеливо расстегивал каждую пуговицу на черной рубашке Гука, обнажая его подтянутый торс, и машинально облизывался представшей перед ним красоте точёной фигуры своего мужчины. — Никогда не думал, что скажу это мужчине, но.. ты выглядишь безумно сексуально, — обводя ладонями грудь и пресс Чонгука, озвучил своё мнение Чимин.       Наклонившись к мощной шее Гука, Чимин прошелся по ней языком, заставляя всё больше разгораться под ним. Кто бы мог подумать, что этот скромный и стеснительный малыш окажется жарче пылающего перед ними камина.       Телефон Чимина, всё это время находящийся в состоянии покоя, так невовремя зазвонил, заставляя обоих отвлечься от довольно увлекательного занятия. — Фигня, потом как-нибудь перезвоню.. — отмахнулся Чимин, снова прижимаясь к губам Чонгука, но телефон всё не затыкался. Видимо кто-то решил достать его, засыпая сообщениями в какао, и видимо этот кто-то был Мин Юнги, так невовремя пожелавший внимания своего друга. — Да чтоб тебя, Мин Юнги!       Чимин оторвался от Чонгука с твердым намерением послать Мина куда подальше, выключить телефон и снова вернуться к своему горячему мужчине, но.. зацепившись взглядом за одно сообщение, Чимин сменил свой гнев на шок и в растерянности уставился на Чонгука. — Что случилось? — забеспокоился Чонгук и приподнялся на локтях. — Ты будешь в шоке..