У вечности твоё имя

      Морозная свежесть утра призрачно осязалась кожей, и хотя Юнги больше не мог ощутить это физически, его мозг всё ещё хорошо помнил это чувство, вызывающее рой мурашек по телу. Укутавшись поплотнее в плед так, будто бы ему сейчас могло быть действительно холодно, он склонил голову набок, открывая бледную шею для поцелуев Тэхена. С каждым нежным прикосновением губ вампира Юнги таял в его руках, словно лед, поддающийся ласковому теплу солнца. Он больше не мог ему сопротивляться, да и зачем? В его объятиях было так уютно и спокойно, что каждый новый поцелуй, оставленный на фарфоровой коже, казался безмолвным обещанием вечной любви, и Мин без колебаний верил этому обещанию. Теперь, когда уладили почти все свои проблемы, они наконец-то могли наслаждаться этими тихими минутами уединения, ощущая, как напряжение прошлых дней медленно растворяется в тишине этой морозной ночи. — Как думаешь, с ним всё будет хорошо? — тихо спросил Юнги, вспоминая о своём друге, которого всё ещё не видел бодрствующим после того, как кровь вампира попала в его организм. Он хорошо помнил, как сам проходил через это, как тяжело и страшно ему было в своё первое пробуждение, так что он немного переживал о Чимине. — Он проснулся, и, кажется, всё хорошо, — ласкаясь щекой к лицу Юнги и осыпая его линию челюсти поцелуями, ответил Тэ. — Чонгук ведь рядом, тебе не о чем беспокоиться. — Правда? — удивился Мин и, резко повернув голову, вопросительно уставился на вампира. — Когда он проснулся? Почему ты мне не сказал? — В тот момент, когда ты тихонько постанывал моё имя, пока я..       Юнги закрыл его рот ладонью, чтобы тот не продолжил вслух рассказывать о том, что происходило между ними на диване в гостиной на рассвете этого дня — это всё ещё было неловко для него. В ответ Тэхён нежно прижался губами к его ладони, вызывая у Мина улыбку, полную любви и обожания к этому ласковому созданию. — И всё же, тебе стоит говорить мне о таких важных вещах, — тепло улыбнувшись и нежно проведя большим пальцем по щеке Тэхёна, сказал Мин. — Всё и правда было хорошо, Чимин был спокоен, — ответил вампир, слегка склонив голову набок, так, чтобы его щека оказалась лежащей в ладони Юнги. — К тому же.. им было не до нас, а нам.. не до них.       Это было чистой правдой. Хотя Юнги и переживал о Чимине, но он точно знал, что Чонгук хорошо о нём позаботится, так что спокойно мог позволить себе посвятить всё своё время Тэхёну. — Зайдём в дом? — спросил Тэхён, крепко прижимая к себе Юнги за талию. — Проверим, как там эти двое, и вернёмся в штаб – у нас очень много дел.       Юнги кивнул, соглашаясь с Тэхёном, у них и правда было ещё очень много дел.. и пока что ложились они на плечи их двоих. Чонгуку нужно будет какое-то время, чтобы позаботиться о Чимине, так что он временно не сможет приступить к своим обязанностям лидера клана. Вместо этого он будет занят тем, что поможет Чимину справиться с его новой сущностью. Тэ и Юнги всё понимали и, конечно же, не были против. Они прикроют отсутствие Чона перед японскими старейшинами, а позже, когда всё наладится и молодой вампир научится контролировать своё естество, оба присоединятся к ним в наведении порядков на вверенной им территории.

***

— Чонгук-а, поешь немного, — обеспокоенный голодовкой Чонгука, Тэхён положил на тумбу около кровати несколько пакетиков крови. — Поем с Чимином, когда он проснется, — сухо ответил Чон. Чувства голода он не испытывал, хотя его организм уже успел порядком ослабнуть. — Вы уже уходите? Я пока.. не смогу к вам присоединиться. — Мы со всем разберёмся, — улыбнулся Тэ и притянул Юнги ближе к себе за талию. — Ни о чём не беспокойся и позаботься о Чимине. — Поешь, Чонгук-а, на тебе уже лица нет, — на этот раз сказал уже Юнги: так же, как и Тэхён, он беспокоился о состоянии их общего друга. — Или ты хочешь, чтобы Чимин разволновался, когда увидит твоё осунувшееся лицо? — Хорошо, я поем немного позже, — пообещал Чонгук в надежде, что от него так скорее отстанут.       Когда Тэхён и Юнги наконец-то оставили его наедине с мирно спящим Чимином, в комнате было уже совсем светло и тихо, как никогда прежде, что даже немного давило на него. Раньше Чонгук мог слышать звук размеренного дыхания Чимина, его ровное сердцебиение и редкие похрапывания, которые заставляли улыбаться, но сейчас всё это осталось лишь приятным воспоминанием. Чимин лежал совершенно неподвижно, его лёгкие больше не нуждались в кислороде, из-за чего грудная клетка также находилась в состоянии покоя, что делало его больше похожим на статую. Чонгук не мог перестать любоваться красотой его белоснежной кожи, полнотой чувственных губ и мягкими чертами лица.. Он поймал себя на той мысли, что если бы по образу Чимина слепили статую, то все тотчас забыли бы о великолепии Давида.       Запустив руку под футболку Чимина, Чонгук коснулся места, куда не так давно его ударили ножом, и с удовлетворением отметил для себя, что на месте ранения не осталось даже маленького рубца. Его кожа была мягкой и бархатной, не менее приятной на ощупь, чем когда он был живым, разве что теперь она не источала привычное человеческое тепло.       Около четырёх вечера Чимин наконец-то открыл свои глаза. Сонно потирая их, он смотрел на Чонгука так, будто бы ничего необычного до этого с ним не случилось, будто бы это не он на ближайшую вечность стал вечно бодрствующим и бессмертным вампиром. Никакого беспокойства в его глазах, ни намёка на тревогу, лишь немой вопрос "как долго я спал?" читался в его всё ещё сонном взгляде. — Как ты себя чувствуешь? — поинтересовался Чонгук, проведя пальцами по скуле Чимина, на которой причудливым узором отпечатался след от ткани его одежды. — Голоден, — ответил Пак, выбираясь из объятий Чонгука, в которых спал всё это время, удобно расположившись на его груди. Сев напротив него, он принял из рук Чонгука пакетик крови, который тот сразу же ему протянул.       «Кто бы мог подумать, что человеческая кровь может быть такой вкусной», – подумал Чимин, с удовольствием потягивая этот живительный коктейль через тоненькую трубочку на пакетике. С каждым новым глотком бодрости в нём прибавлялось всё больше и больше, а когда он допил всё до последней капли, от сонливости в нём не осталось и следа. Он был бодр и готов познавать этот мир по новой. Интересно, насколько другими могут показаться для него некогда привычные вещи? Насколько сильно мир вампира отличался от мира человека и как скоро он сможет привыкнуть к своему новому естеству. — Где Юнги и Тэхён? — спросил Чимин, возвращая Чонгуку опустевший пакет, который тот вернул обратно на тумбу. — Приступили к исполнению своих обязанностей, — не вдаваясь в подробности, коротко ответил ему Чонгук. — Всё ещё голоден? Дать тебе ещё пакетик? — Нет, этого достаточно, — сказал Чимин и, склонив голову набок, стал изучающе разглядывать обеспокоенное лицо своего парня, который, похоже, всё ещё испытывал угрызения совести за случившееся с ним. — Всё хорошо, Чонгуки, — нежно улыбнувшись, он постарался успокоить вампира напротив. — Ты смотришь на меня так, будто бы я собираюсь умереть.. а я как бы больше не планирую этого повторять.       Чонгук ухмыльнулся и потёр свой висок.. нет, он ещё и юморит после всего, что с ним случилось, как будто бы смерть была поводом для шуток. Почувствовав на своём колене прикосновение маленькой ладошки, которая аккуратно поползла вверх по его бедру, Чон медленно поднял на Чимина вопросительный взгляд. — Я ведь уже восстановился, не так ли? — крепко сжимая пальцами бёдра Чонгука, хитро спросил Чимин. — И мне больше не нужен отдых.. так? — Но тебе всё ещё нужно многому научиться, — понимая к чему клонит Чимин, Чонгук накрыл его ладонь своей и мягко сжал. — Это я делать умею, — настаивал на своём Чимин и одним резким движением подмял Чонгука под себя. — Вау, — тут же выдохнул он, удивленный собственной скоростью. — Видишь, я же говорил, тебе нужно поучиться самоконтролю, — попытался подняться Чонгук, но молодой вампир уложил его обратно, железной хваткой вцепившись в его плечи. — Мин-а.. — Я буду сверху, — с нотками угрозы прозвучало в голосе Чимина, и в этот момент глаза округлились уже у Чонгука. — Эй.. ты сейчас не в лучшей форме для таких экспериментов, — Чонгук держал Чимина за запястья, с опаской поглядывая в его возбуждённое лицо. — Я не то что бы.. я не против как-нибудь попробовать, но.. — Трусишка, — ухмыльнулся Чимин, ёрзая на чужих бёдрах. Он конечно не совсем то имел в виду, о чём подумал Чонгук, но ход его мыслей ему однозначно понравился. — Я имел в виду, что хочу быть в такой позе, но я запомнил твои слова о том, чтобы позже попробовать поменяться позициями.       Чимин облизнул свои губы и повёл руками от плечей Чонгука по его груди и ниже, к ширинке его джинсов. Чонгук чувствовал себя немного странно, но тормозить Чимина не стал: сейчас лучше дать ему то, чего он так хотел, или же его недовольство отказом грозило перерасти в бурю, с которой он не хотел бы сталкиваться. Не то что бы он не хотел Чимина, просто.. он ведь совсем недавно умер на его руках, и Чон всё ещё переживал эту трагедию внутри себя, но тот был так настойчив, что ему пришлось уступить под напором его упрямых ласк.       Рука Чимина скользнула в расстегнутую ширинку, нащупав через ткань белья мягкий член Чонгука – тот всё ещё не был возбуждён, и это слегка вывело его из себя. — Ты действительно не хочешь меня, — выуживая руку обратно, Чимин почувствовал, как обида нарастает в нем снежным комом. — Хорошо, как знаешь.. уж лучше пойду в ванную и подрочу, а то чувствую себя гребаным насильником.       Чимин попытался было встать и уйти, но Чонгук не позволил ему даже подняться с кровати. Схватив за запястье, он потянул Пака обратно к себе. Устроившись меж его широко раздвинутых ног, Чонгук сперва заглянул в его глаза, куда-то в глубину его души, затем прорычал в распахнутые губы: — Не стесняйся, можешь сделать это прямо при мне. С удовольствием посмотрю.       В мгновение изменившееся настроение Чонгука заставило Чимина нервно поёрзать под ним, а от вида красных глаз, которые опасно скользнули по его губам, по телу прокатилась новая волна возбуждения. Он застыл в ожидании следующего шага Чонгука, пока его руки, скользившие по телу, не добрались до шеи, заставляя инстинктивно приоткрыть губы ещё сильнее. Прикусив нижнюю губу Чимина, Чон, играючи, оттянул её и тут же снова отпустил, разжимая белоснежные зубы — это заводило их обоих. Чонгуку не нужно было слишком много, чтобы порадовать Чимина и вновь заставить его чувствовать себя самым любимым и желанным, от одного поцелуя которого в момент твердело в штанах. — Потрогай сейчас, — оторвавшись от зацелованных губ, прошептал Чонгук, и Чимин послушно спустился рукой к его паху. Даже через плотную ткань джинсов ощущалось, как горяч был его налившийся член. — Раздевайся, — прорычал он, удостоверившись, что его парень больше не планирует уединяться без него в ванной комнате.       Нетерпеливо стянув с себя всю одежду, они отбросили её куда-то на пол и тут же жадно вцепились друг в друга, прижимаясь разгоряченными и возбуждёнными телами. Чонгук сминал упругие ягодицы Чимина своими большими ладонями, потираясь возбужденным членом о его бёдра, попутно осыпая шею влажными поцелуями и заставляя шумно хватать воздух губами. — Ах, Чонгук-а, — выдохнул Чимин, как только его усадили к себе на колени, и он почувствовал между ягодиц твёрдый и влажный член. — Ты же хотел быть сверху, — целуя линию челюсти Пака, напомнил Чонгук, руками придерживая его под поясницу. — Уже передумал? — Ммм, нет, — протянул тот в ответ, хватаясь за широкие плечи вампира и продолжая неторопливо потираться бёдрами о его член. — И долго ты собираешься дразниться? — звонко шлёпнув Чимина по ягодице, Чонгук сорвал с его губ очередной громкий стон: он был возбуждён до предела, но его молодой возлюбленный похоже никуда не торопился.       Нетерпеливость Чонгука позабавила Чимина, и он рассмеялся, уткнувшись носом ему в шею. Ещё несколько мгновений назад кое-кто вместо секса хотел заниматься обучением, а теперь.. этот кое-кто нервничал от затянувшейся ласки. Соблазнительно облизнув свои пухлые губы, Пак слегка отклонился от разгорячённого мужчины и, с нескрываемым обожанием разглядывая его красивое тело, повёл своей маленькой ладошкой по подтянутой груди и стальному прессу. Мысленно нарекая себя самым удачливым вампиром из ныне существующих, Чимин продолжал всё ниже скользить своей рукой, пока не добрался до самого основания каменного стояка, по которому легонько прошёлся самыми кончиками пальцев. По взгляду Чонгука казалось, что ещё немного, и он сам на него набросится, но он держался, позволяя Чимину играть по его собственным правилам.       Под плотоядным взглядом Чонгука внутри Чимина всё дрожало от возбуждения – он уже и сам был на пределе. Кроваво-красные глаза напротив смотрели прямо в душу, тяжелое дыхание буквально осязалось кожей, а нахмуренные черные брови вампира сдвинулись ближе к переносице — всё это выглядело слишком горячо для того, чтобы Чимин ещё хоть на секунду затянул игру. Приподняв свой зад, он направил член Чонгука рукой, приставив его к своему входу, и медленно стал насаживаться на него. Такая скорость Чонгука, похоже, не устраивала, и он резко толкнулся в него на всю длину, срывая с губ молодого вампира громкий стон. — Двигайся, — приказным тоном прорычал Чонгук, и Чимин послушно стал двигаться плавными движениями бёдер. — Быстрее..       Чимин ускорился. Обычно Чонгук был нежен с ним.. но сегодня от него исходили нотки доминации, и Чимину это очень нравилось. Он готов был делать всё, что ему говорили, и совершенно не чувствовал себя при этом уступающим. Такая игра нравилась им обоим. Чонгук вёл своей ладонью по шее Пака, спускаясь вниз по его груди и торсу – белоснежная кожа вампира манила своей чистотой, на ней хотелось оставить свои следы. Поддавшись своим животным инстинктам, Чон прижался губами к его коричневому соску, скользя языком вокруг него и легонько прикусывая зубами, а ниже, втянув бледную кожу губами, он таки оставил на нём свой багровый след. — Ах, Чонгук-а, — выдохнул Чимин, как только рука Чона накрыла его член и стала двигаться в такт движениям бёдер. — Мм, я сейчас.. — Кончай, — снова приказал Чонгук и, доведя Чимина до разрядки, кончил следом за ним, наполняя его изнутри своим семенем.       Держась руками за колени Чонгука у себя за спиной, Чимин откинулся назад. Всё его тело содрогалось от оглушительного оргазма, а белёсая жидкость испачкала живот и руку Чонгука, все ещё ласкающую его извергающийся член. Картина перед глазами Чона была донельзя развратной, и это не могло его не возбуждать и не будить в нём желание снова и снова заставлять этого чувствительного парня содрогаться от его ласк. — Продолжим? — ведя пальцами по испачканному животу Чимина, предложил Чон.       Чимин поднял свою голову и, облизнув пересохшие губы, хитро улыбнулся вампиру в ответ. Слишком уж сложно ему было отказаться от столь заманчивого предложения.       Без устали они занимались сексом уже много часов подряд и, потеряв счёт времени, даже не заметили того, как уже ближе к ночи домой вернулись Юнги и Тэхён. — Нет, ты слышишь этих извращенцев? — подняв брови кверху, спросил Тэхён, которому даже не пришлось напрягать свой вампирский слух, чтобы услышать громкие стоны, доносящиеся со второго этажа. — Разве Чимину не нужно практиковаться? — Ага, слышу, — ответил Юнги и, притянув Тэхёна ближе к себе, прижался к его губам с коротким поцелуем. — Чем займёмся, пока они там заняты своими делами?       Тэхён улыбнулся ненасытности своего парня, который всё чаще стал проявлять инициативу в их отношениях, и заправил его длинные волосы за ухо. Когда Юнги не вредничал, он был совершенно милейшим созданием, хотя, если быть до конца честным, милым для Тэхёна он был даже когда ворчал. — Хм, даже и не знаю, что можно придумать такого интересного, — поджав свои губы, сказал Тэ, делая вид, что всерьёз задумался над его вопросом. — Дай-ка подумать.. — Подсказать тебе? — целуя шею Тэхёна, спросил Юнги и ухмыльнулся над тем, как дёрнулся вампир, когда он сжал его пах своей рукой. — Так лучше соображаешь? — Называешь меня извращенцем, а сам с порога покушаешься на мою честь? — наигранно возмутился Тэ. — С кем поведёшься, — хитро улыбнулся в ответ Юнги и, взяв руку Тэхёна в свою, повёл за собой на второй этаж, чтобы занять одну из свободных комнат..

***

      Объятый руками Чонгука, медленно поглаживающими его по спине, Чимин лежал сверху, ощущая себя настолько счастливым, насколько это вообще было возможно. Хотя столь скорая смерть совсем не входила в планы Чимина, он даже в этом сумел найти свою выгоду, ведь кто знает, как долго ему пришлось бы уговаривать Чонгука позже, чтобы он подарил ему бессмертие. Судя по тому, как тяжело вампир переживал его смерть, он наверняка выдержал бы до последнего, пока Чимин не пригрозил ему тем, что бросится со скалы. Так что, возможно, произошедшее сегодня даже сыграло ему на руку. Казалось, впереди их ждёт только хорошее, что никто и никогда больше не сможет помешать их тихому счастью и разрушить их прочно образовавшуюся связь. — О чём думаешь? — спросил Чонгук, целуя Чимина в макушку: его улыбку он ощущал на своей коже. — Проголодался? Может быть спустимся перекусить? — Я бы поел, кажется, моя энергия иссякла, — сказал Чимин, неохотно поднимаясь с Чонгука и присаживаясь на край кровати. — Но сначала нам нужно сходить в душ, ты весь в.. да и я тоже. — Да, неловко будет в таком виде наткнуться на Тэхёна и Юнги, — хмыкнул Чонгук, вставая с кровати и подхватывая Чимина на руки. Они вместе отправились в ванную комнату.       Когда влюблённые приняли душ и спустились на кухню, за столом их уже ждали двое вампиров — Тэхён и Юнги, выглядевшие не менее потрёпанными, оживлённо болтали о чём-то своём друг с другом. Впрочем, после душа Чимин с Чонгуком выглядели всё-таки немного получше, чем эти двое, которые даже не удосужились пригладить свои растрёпанные волосы. По их виду сразу же можно было сказать, что они также не теряли времени зря. Неловкая пауза, образовавшаяся между вампирами, не смутила, казалось, только одного. — Устроим групповушку? — подмигнув вошедшим, в шутку спросил Тэхён, но не оценивший его юмора Юнги тут же влепил ему смачную затрещину. — Ауч! Да за что? Я же просто пошутил. — Больной придурок, — фыркнул Юнги, на секунду представив себе, что Тэхён будет касаться кого-то другого, и это ему совершенно не понравилось.       Чонгук и Чимин рассмеялись над своими друзьями и уже более расслабленные присоединились к ним за обеденным столом. Первым делом Юнги поинтересовался самочувствием Чимина — хотя по недавним стонам было ясно, что тот чувствовал себя более чем превосходно, и всё же не спросить об этом он не мог. — В целом всё прекрасно, но мне пока сложно контролировать свои новые способности, — отвечал Чимин. — Как ты с этим справлялся, Юнги-я? — Мне тоже было сложно в начале, я то и дело во что-то врезался, когда пытался передвигаться в помещении, — ухмыльнулся Юнги, краем глаза заметив, что Тэхён, сидящий рядом, слегка приуныл из-за отвешенного ему подзатыльника. Положив ему на колено свою ладонь, Мин легонько погладил его под столом, и тот расплылся в блаженной улыбке, в ту же секунду прощая ему всё на свете. — Тэхён мне очень помог с этим, благодаря ему я не разбил свой лоб. Одна вылазка в поле, где можно хорошенько побегать на полных мощностях, и я уже без проблем мог ориентировался в пространстве. — Кстати, а это отличная идея, — одобрительно закивал Чонгук, укладывая свою ладонь на плечо Чимина, слегка массируя его. — Чимин-а, не хочешь немного размяться? — Прямо сейчас? — удивился Пак. — Да, побегаешь по полю, прочувствуешь все свои возможности, — идея была очень хороша, это точно лучше, чем если бы Чимин врезался на неконтролируемой скорости во все предметы на своём пути. Чонгуку и так пришлось вести его на кухню, держа за руку, сдерживая от внезапных разгонов. — Вы двое тоже присоединяйтесь, если хотите. — Это будет весело, — возбуждённо заёрзал на стуле Тэхён, уже предвкушая снежную битву два на два. В последнюю такую вылазку они с Юнги отлично повеселились. — Юнги-я, мы же пойдём?       Видя, как воодушевился Тэхён, Юнги не смог ему отказать и, легонько улыбнувшись, утвердительно кивнул. Он, конечно же, предпочёл бы лениво поваляться на диване, но решил не препятствовать веселью проснувшегося в Тэхёне ребёнка.       Все четверо встали из-за стола и стали собираться на ночную вылазку в поле.       До нужного места они ехали на машине, весело болтая о том, как неумело Чимин всё ещё использовал свои новоприобретённые навыки. Чимина это нисколечко не задевало, потому что Юнги поддерживал его, напоминая, как сам проходил через всё это не так уж и давно. Это было так удивительно, что за столь короткий промежуток времени они прошли такой огромный путь, и, к счастью, все остались живы, ну или почти живы.. но, как бы там ни было, они всё ещё были все вместе и могли искренне смеяться. — Вау, — оглядывая белоснежное нетронутое поле, покрытое толстым слоем снега, восхитился Чимин, когда они наконец-то прибыли на место. — Потрясающе.. никогда бы не подумал, что буду бегать по заснеженному полю. — Ну, что? Наперегонки? — бодро предложил Юнги, равняясь с Чимином и указывая пальцем куда-то в даль поля. — Вон до того края. Посмотрим, на что ты способен.       Чимин заговорщически улыбнулся своему другу и тут же сорвался с места, заставляя снежинки под ногами разлетаться в разные стороны от его сверхзвуковой скорости. Юнги, не теряя времени, сразу же помчался за ним, оставляя двух вампиров стоять у машины и наблюдать за их гонками со стороны.       Тэхён и Чонгук улыбались, глядя на то, как счастливо выглядели их молодые вампиры, как наслаждались они своими способностями и свободой передвижений. Эта зима была особенной, они с Тэхёном многое приобрели, и их некогда скучные жизни заиграли новыми красками с неожиданно возникшими на их пути любопытным щеночком и королём эпохи Чосон.       Вспоминая образы Юнги и Чимина в ту самую хэллоуинскую ночь, Чонгук ухмыльнулся себе под нос. Уже тогда Чимин понравился ему своим бесстрашием, когда бесцеремонно сунул ему в рот свою маленькую ручонку, чтобы потрогать клыки вампира. Парень был твёрдо уверен, что это был всего лишь образ, ведь вряд ли Чонгук был единственным вампиром, которого он встретил в ту ночь, но всё оказалось и близко не так, как он себе представлял. С самого начала их с Чимином манило друг к другу словно магнитом, но Чонгук даже в самых смелых мечтах не смел предположить, что однажды этот щеночек станет тем, кто разделит с ним его бесконечно долгую вечность.       Внезапный снежок выдернул Чонгука из его воспоминаний, и он услышал чертыхания Тэхёна, которому прилетело прямо в голову. Похоже, Юнги и Чимин уже вдоволь набегались и теперь зазывали своих парней на снежный бой. — Эй ты, я думал мы будем в одной команде, — причитал Тэхён, смахивая снег, налипший на волосы. — Но похоже ты нарываешься, чтобы я закатал тебя в снеговика?       Однажды он уже угрожал ему подобным образом, когда они впервые оказались на похожем поле, но тогда они ещё не были так близки, и Тэхён испытывал совершенно другие желания, нежели делать из Юнги снеговика. И вроде бы сейчас ничего не поменялось, он всё ещё больше хотел прижимать его к себе, но.. кто запрещал ему ворчать? — Кто это кого закатает? — рассмеялся Юнги и запустил в Тэхёна ещё один снежок, который на этот раз прицельно попал ему в живот, заставляя вампира согнуться пополам. Юнги любил Тэхёна, но ещё больше ему нравилось его дразнить. — Думаешь, если я тебя люблю, то тебе всё сойдёт с рук? — состроив злобную моську, Тэхён разогнался и уже через несколько секунд подмял под себя злоумышленника, который находился к нему чуть ближе середины поля. — Именно так я и думаю, — даже не пытаясь от него убегать, Юнги лежал под ним совершенно неподвижно. — Ты прав, — улыбнулся Тэ, и вместо того, чтобы отомстить Мину за его бесцеремонное нападение, прижался с поцелуем к его растянувшимся в улыбке губам. Горстка снега, оказавшаяся у него на голове буквально через несколько секунд, заставила вампира оторваться от поцелуя и шумно выдохнуть, глядя на довольного собой Юнги — Чёрт, и почему я постоянно проигрываю тебе?.. — Потому что ты влюбленный дурачок, — стряхивая снег с Тэхёна, который сам же на него и насыпал, смеялся Мин. — И не поспоришь ведь, — улыбнулся Тэхён, ощущая на себе ещё один прилетевший в него снежок, на этот раз не от того единственного, которому готов был это простить. — Чего разлеглись там? — послышался голос Чонгука, за которым прилетело ещё два снежка. — Если хотели пообжиматься, нужно было оставаться дома! — Вот же.. уж вам-то я этого точно с рук не спущу, — поднимаясь на ноги, пробухтел Тэхён и, протягивая руку Юнги, предложил: — Детка, закатаем их?       В завязавшемся бою не было ни победителей, ни проигравших: вопреки брошенному вызову, все они бегали и веселились в своё удовольствие, лишь изображая подобие битвы. Словно малые дети, они валяли друг друга в снегу, осыпали снежками и совершенно никому из них не было никакого дела на разницу их возрастов. Между ними совершенно не ощущалось этой разницы поколений: Чонгук был самым старшим из них, на его глазах менялись эпохи, но он был так же молод душой, как и двое новообращённых вампиров. Им было настолько комфортно в компании друг друга, что казалось, будто бы они дружили уже целую вечность. События, через которые они прошли, сблизили их даже крепче времени, так что этот новообразованный союз лидеров корейского клана был прочнее самого твёрдого сплава металла. Им ещё много всего предстояло сделать, прежде чем они наконец-то смогут свободно выдохнуть, но с этой минуты жить стало действительно легче. Год спустя       Время пролетело слишком быстро, за этот год новые лидеры клана многое успели сделать: построили новую штаб квартиру, набрали преданных соратников, покарали всех виновных и полностью взяли под свой контроль корейско-вампирское сообщество. После расправы над всеми виновными никто больше не осмеливался нарушать общепринятые законы, так что в скором времени нападения на людей вампирами прекратились от слова совсем. Время дикарства закончилось, и многим пришлось учиться обходиться донорской кровью, а самым большим любителям свежей и тёплой крови пришлось перейти на диких животных, чем всегда почему-то брезговали и Тэхён, и Чонгук. Ну что ж, на вкус и цвет, как говорится.. запрещено это не было.       Торжественный приём по случаю нового года, а заодно и успешного завершения миссии, возложенной на них японскими старейшинами (окончательного завершения), состоялся в загородной резиденции лидеров клана, в окружении приближенных вампиров и более мелких подчинённых. Естественно втроём — Тэхён, Юнги и Чонгук, — не могли контролировать всю Корею, поэтому ими было принято решение в каждой провинции назначить ответственного за порядки вампира. Таким образом, находясь на самой вершине, они создали ещё несколько локальных кланов, лидеры которых обязаны были отчитываться перед ними за всё происходящее на подконтрольной им территории. Если же у них возникали какие-то сомнения в управлении ответственных лиц, в любое время они могли нагрянуть к ним с "проверкой", но к счастью ещё ни один из лидеров не подорвал их доверие. По понятным причинам все они боялись хоть немного посеять зерно сомнения в своей верности верхушке клана, иначе расплата за это могла стать очень жестокой.. за прошедший год в серьёзности новых лидеров все убедились очень хорошо.       Юнги, Чонгук и Тэхён отлично справлялись с обязанностями лидеров, чем очень радовали японских старейшин, которые также обещали посетить их резиденцию и присоединиться к торжественному приёму. Когда-то их первая встреча со старейшинами вызывала у всех троих беспокойство и страх перед неизвестностью, но сегодня всё было совершенно по-другому. Сегодня они ждали дорогих гостей.       Зал, где они проводили приём, был большой, светлый и просторный, всё вокруг было украшено в стиле Рождества: высокие потолки отражают мерцание гирлянд, золотые свечи на старинных канделябрах, сверкающие фигуры оленей и ангелов на резных столах, и в самом центре зала — рождественская ель, высокая, почти до потолка. В какой угол этого огромного зала ни посмотри, повсюду царило праздничное волшебство, а снежная буря, практически завывая, ещё больше добавляла атмосферы сегодняшнему приёму. — Не суетись, всё будет отлично, — приобнимая Чимина, то и дело нервно поправляющего свой праздничный наряд, сказал Чонгук. Отчего-то молодой вампир сильно нервничал перед встречей со старейшинами, которым его должны были сегодня представить. — И ты отлично выглядишь, так что не дёргайся.       Одетый в белоснежный наряд с огромным бантом вместо галстука, Чимин выглядел действительно великолепно. Его серебристые волосы, которые он перекрасил накануне, были аккуратно уложены в элегантную причёску, выгодно подчёркивая его красивое светлое лицо. По мнению Чонгука, он был самым красивым вампиром на сегодняшней вечеринке, хотя Тэхён, конечно же, поспорил бы с ним об этом. — А что если я им не понравлюсь? — в очередной раз поправляя свой бант, продолжал сомневаться Чимин. — Исключено, ты же очаровашка, — улыбнулся Чонгук и, крепче прижав распереживавшегося вампира к себе, поцеловал его в серебристый висок. — Просто будь собой и ты обязательно им понравишься.       Живая музыка наполняла зал приятным звучанием саксофона, повсюду ходили важного вида вампиры с бокалами красного вина в руках. Чимину казалось, будто бы он оказался в совершенно другой эпохе, настолько сильно сегодняшний приём отличался от привычных ему вечеринок. Хотя всё это выглядело очень эффектно, он всё же предпочёл бы тихое уединение с Чонгуком, как тем вечером, когда год назад они вместе украшали рождественскую ель в уютном домике посреди леса. Мимолётное воспоминание заставило его улыбнуться, но он тут же напрягся снова, ощутив приближение троих ещё незнакомых ему вампиров.       Массивные двери отворились, впуская в зал последних гостей, которые прибыли уже ближе к полуночи. Их поступь была настолько мягкой, что Чимину показалось будто бы они не идут, а плывут по воздуху, хотя он чётко видел каждый их шаг, сокращающий расстояние между ними. — Господин Такараи, — поприветствовал гостей Чонгук, как только старейшины остановились напротив них. — Рад приветствовать вас троих на нашем праздновании. — Поскольку мы с вами теперь одного статуса, прошу, обращайтесь ко мне по имени, Чонгук-сан, — тепло улыбнулся Хидето в ответ, признавая в нём равного себе вампира. — Надеюсь, мы станем добрыми друзьями и будем видеться чаще. — Почту за честь, — с легким поклоном ответил Чонгук. — А кто этот прекрасный юноша рядом с вами? — переведя взгляд на затаившегося Чимина, спросил старейшина. — Ваш возлюбленный? — Да, это так, — гордо подтвердил Чонгук, продолжая приобнимать Чимина за талию. — Чимин-а, познакомься, это господин Хидето Такараи и его супруги — Гакт Камуи и Ясунори Хаяши. — Меня зовут Пак Чимин, — вежливо, как и полагалось, в приветственном поклоне склонил голову Чимин. — Рад встретиться с вами лично. — Какой вежливый молодой человек, — улыбнулся Хидето, переглянувшись со своими супругами, которые также поклонились в ответ на приветствие Чимина. — Такая достойная партия для вас, Чонгук-сан, рад видеть вас счастливым. Надеюсь, когда лидеры корейского клана вновь решат посетить наш храм, вы, юное очарование, также почтите нас своим присутствием? — Непременно, — скромно улыбнулся Чимин, уже более расслабленно поглядывая на Чонгука, который одобрительно улыбался ему в ответ. — Чудесно, — сложив ладони вместе, сказал Хидето, затем, ещё недолго поговорив с Чонгуком об их делах, пожелал им с Чимином приятного вечера и в сопровождении подошедших к ним Тэхёна и Юнги отправился на экскурсию по резиденции вместе со своими супругами.       Вопреки переживаниям Чимина, их встреча оказалась действительно приятной — трое старейшин сразу расположили своим добродушием. Сложно было представить в них тех самых жестоких и непоколебимых верховных судей, которые однажды едва не лишили жизни Тэхёна. Даже их внешний вид не выражал их суровой натуры, за исключением разве что Гакта, который редко улыбался и выглядел довольно грозно, в отличие от вечно улыбающегося Ясунори.       Из троих старейшин Ясу был самым энергичным и веселиться любил как никто другой: несколько раз он даже взбирался на сцену, чтобы исполнить парочку бодрящих японских хитов. Его исполнение было настолько динамичным и драйвовым, что на месте устоять было практически невозможно, и как только Ясу появлялся на сцене, в центре зала, под большой ёлкой, тут же собирались все любители потанцевать. В такие моменты Хидето гордо и с восхищением поглядывал на своего зажигательного супруга, потягивая вино из бокала в компании не менее гордого Гакта. Было видно, как эти двое обожали наблюдать за сиянием Ясу со стороны — любовь этих троих мужчин была вне времени, так же, как и сегодняшний удивительный вечер.       Когда Ясунори наконец-то уставал играть в супер звезду и передавал микрофон приглашенным вокалистам, зал снова наполнялся расслабляющей музыкой, как будто бы давая всем гостям передышку. В один из таких перерывов Чимин, уложив свою голову на плечо Чонгука, медленно покачивался вместе с ним в такт мелодичной песне, которая с первых нот показалась ему очень знакомой. Живое исполнение немного отличалось от оригинальной версии, но он не мог её не узнать: "Wise men say, only fools rush in.. But I can't help falling in love with you" — пел мужской голос, в который раз за вечер погружая Чимина в воспоминания о прошлогоднем рождестве. Он помнил всё так ярко, будто бы это было только вчера. Помнил запах новогодней ели, которую они вместе украшали, помнил, как нежно обнимали его сильные руки, точно так же, как и в эту самую минуту.. губ Чимина коснулась лёгкая улыбка, и он поднял свой взгляд на Чонгука, который в это мгновение тоже вспоминал тот самый вечер. — Чонгук-а, — мягко ласкаясь носом щеки своего любимого мужчины, позвал Чимин. — Так ведь теперь будет всегда? — Так будет целую вечность, — уверенно ответил Чонгук и, легонько коснувшись пальцами его подбородка, прижался к пухлым губам напротив. — The End —