Best of Me
26 декабря 2022 г., 10:00
***
Бежать, бежать и бежать только от самого себя. Именно это сейчас Тэхен и делает. Он сам поцеловал мужчину, поддался неизведанному порыву эмоций. На вопрос о том, что это было, даже Ким не может себе ответить. Он бежит от Чонгука прочь, подальше, как будто от дикого зверя. Только сейчас он останавливается и переводит дыхание, замечая, что находится на набережной, от которой они начали восхождение на смотровую площадку. Здесь пусто и безлюдно, вечер мягко опустился на город. Туристов нет в это время года, а местные разошлись по домам, не желая мерзнуть. Холодно, да так, что даже виден пар при выдохе. Тэхен прячет руки в карманы пальто и переходит на медленный шаг, тяжело ступая по освещенной дорожке. Дойдя до лавочки, он грузно оседает вниз, и, смотря на подрагивающие пальцы, начинает плакать. Он чувствует подходящую к горлу истерику — давно позабытое им состояние. То, что происходит сейчас в его голове, не может понять даже он сам. Три года назад Ким стал замечать за собой, что временами стал терять тягу к жизни, просто как будто в какой-то момент у парня отключился тумблер социализации. Он стал временами более подавленный, и такое настроение могло быть беспричинным; потерял интерес к общению с людьми, ему стало не интересно посещать вечеринки. Даже девушка, с которой встречался Ким на тот момент, перестала его интересовать. Ему хотелось меньше проводить с ней время, лёгкая мимолётная увлеченность прошла так же быстро, как и началась. Тэхен стал более рассеянным, упала концентрация, ему требовалась больше времени на вещи, которые раньше он мог сделать в разы быстрее. В выходные он мог проваляться весь день в постели, тупо пялясь в телефон, листая социальные сети, или вообще постоянно спать. То, что раньше вызывало эмоции, сейчас не приносило ничего. Он продолжал посещать университет, ездить на встречи с родителями, но делал это на автомате. Проводить время с самим собой стало привычней и комфортней. Ким понимал, что такое состояние не могло появиться просто из ниоткуда, но самому разобраться у него не получалось. Парень все-таки решился на серьезный шаг — он обратился к психологу. Они подолгу разговаривали, и только в стенах кабинета Тэхен был полностью расслаблен и раскрыт. После пары сеансов и направления к психиатру, диагноз «депрессия» был поставлен практически сразу, и теперь задачей было выяснить ее причину и решить эту проблему. Сам Тэхен, сидя в большом уютном кресле напротив врача, получал рекомендации, понимая всю необходимость прислушиваться к советам, однако стоило парню покинуть кабинет, как он делал все в точности наоборот. Ким сам закапывал себя в этой проблеме, не желая ее решать. Ему было хорошо наедине со своими мыслями. Курс антидепрессантов так же не помог, и парень сам со временем отказался от них, не видя никакой пользы для себя. По совету психолога, Ким нашёл себе хобби: время от времени он рисовал, пробовал писать маленькие зарисовки; купил себе трубу и нанял онлайн-репетитора. Это приносило временную разгрузку. В такие дни эмоционального подъема, Ким даже мог выбраться на встречи с однокурсниками. В один из таких вечеров он возвращался из кафе, но прямо перед домом заметил цветочный магазин. В новую квартиру он заехал совсем недавно и не знал этот район достаточно хорошо. Уже внутри (он сам не понял, почему вдруг решил зайти), прогуливаясь вдоль выставленных вазонов с цветами, заметил те, которые раньше никогда не видел. Белые каллы, такие нежные и аккуратные, привлекли внимание сразу. Купив огромный букет и уже вернувшись домой, впервые в жизни Ким разрыдался без причины. Ему было плохо и одиноко. Казалось, что эмоции захлестывают настолько, что где-то в груди отдаётся болью, сковывая ребра от невозможности сделать грудью глубокий вдох. Позже было еще пару таких эпизодов, Ким мог просто из-за нахлынувших эмоций разрыдаться. И не всегда это были негативные эмоции. И вот сейчас он сидит на лавочке на набережной в чужом городе и плачет. Он сам не понимает, почему его так захлестывают эмоции от произошедшего ранее события. Это был всего лишь поцелуй, но с мужчиной, которого он поцеловал первым. Сам, и никто его не заставлял. Он просто поддался своему мимолетному желанию, которое сейчас не может самому себе объяснить. Тэхен впервые за долгое время был так счастлив, ему было комфортно весь сегодняшний день, он даже проявлял инициативу в разговорах на разные темы. Именно с Чонгуком ему было хорошо, и сейчас от этого Киму становилось еще хуже, ведь он сам обидел человека своим необдуманным порывом. Тэхен никогда не засматривался на мужчин, у него даже не возникало мысли об этом. Что за мимолетный порыв подтолкнул на этот поступок, он не понимал. Тэхен, все дальше размышляя над своим поступком, начал рыдать еще сильнее. Вдох-выдох. Ничего не помогало. Парень понял, что сам не справится, ему нужно возвращаться в отель. Там хотя бы на время ему помогут успокоительные. Он достал из кармана пальто телефон и стал набирать адрес отеля в приложении для такси, но внезапно понял, что у него нет карты от номера. Выходя с утра на прогулку, именно Чонгук забрал ключ-карту. Слезы брызнули с новой силой, он щипал пустые карманы в надежде, что память его подводит, что он догадался забрать ключ, но ничего с собой у парня, конечно, не было. Тэхен мог обратиться на ресепшн и восстановить карту по ID, но сумка с документами осталась в машине Чона. Как он только голову у него не оставил! Номера телефона Чонгука у него нет. Рабочий день давно закончился, поэтому в офисе тоже никого нет, чтобы сообщить ему номер сотрудника. Рыдая в голос и смотря на выключенный экран телефона, он вдруг вспомнил, что Чон пересылал себе фото в Kakaotalk. Зайдя в приложение, Тэхен увидел, что последний диалог был как раз с ним. Он дрожащими пальцами нажал на кнопку вызова в приложении, и, долгие гудки спустя, услышал голос человека, от которого он так постыдно сбежал. — Тэхен, — по голосу мужчины было слышно, как он взволнован. — Ч-Чонгук, — Ким заикался вперемешку со всхлипами, — ты-ы не отдал мне карту от номера. — Где ты сейчас? Я сейчас приеду. — Я не знаю, — истерика накрывала Тэхена с новой силой. — Успокойся. Не бойся, я сейчас приеду. Ты мне скинешь свою геолокацию в приложении, и я приеду, — Чонгук стал говорить спокойно. Тэхен не смог ему ответить сквозь слезы и просто скинул вызов. Отправив мужчине локацию, он убрал телефон в карман. Ким не хотел видеть Чонгука, он ведь все еще не понимал, почему тогда поцеловал его. Ким боялся, что Чонгук начнет задавать вопросы, на которые у парня нет ответов. Он так и продолжал захлебываться слезами, даже не заметив, как к нему подошли. Его словно тряпичную куклу подняли за плечи и крепко обняли. Тэхен даже и не понял бы, кто с ним рядом из-за пелены слез на глазах, только аромат этого одеколона уже хорошо знаком Киму. — Тише-тише. Дыши. Давай, Тэхен, вдох-выдох, — Чонгук говорил почти шепотом в макушку младшего, заботливо гладя его по спине, — ты весь трясешься. Ты замерз, пойдем в машину, — Ким молчал и просто шел за старшим, который держал его крепко за плечи. Уже в машине Тэхен стал успокаиваться, приводя дыхание в норму. Чонгук молча протянул ему воды. — Я отвезу тебя в отель, — на это Ким только коротко кивнул. В этот момент он выронил из рук закрытую бутылку с водой себе под ноги, все его тело ослабло от переизбытка эмоций, пальцы подрагивали. Он уже было потянулся вниз, когда его прервал тихий голос, — не надо, я сам достану. Чонгук аккуратно, стараясь лишний раз не касаться такого разбитого хрупкого парня, достал бутылку, однако ненароком он коснулся открытой лодыжки, и тут же поднял взгляд на парня. — Тэхен, у тебя ледяные ноги. Ты понимаешь, что можешь заболеть? — Чон сохранял спокойный тон, но слишком усердно скрыть волнение он даже не пытался. — Тебе сейчас надо в горячую ванну согреться и спать, — на его высказывания Тэхен лишь разрыдался с новой силой. Он снова сам потянулся к мужчине и прижался к его твердой груди. Слезы капали на футболку Чона, но тот обнял парня сильнее и прижал к себе. Сколько они так сидели, неизвестно, Чонгук в какой-то момент почувствовал, как тело Тэхена перестало содрогаться от рыданий и дыхание становилось равномернее. — Садись, поедем домой, — Чон, аккуратно придерживая парня за талию и за затылок, уложил его размякшее тело на сиденье и завел автомобиль. Уже в дороге Тэхен стал проваливаться в сон, его разум просто не мог соображать, что происходит, и сопротивляться своей слабости.***
Тэхен стал приходить в себя, когда ощутил резкую смену температур. Он открыл неприятно сухие от слез глаза и увидел перед собой Чона. Влажные щеки стянуло от холода, по коже пробежали мурашки. Он проморгался еще раз, пытаясь стряхнуть наваждение, но это был не сон, перед ним стоял Чон Чонгук и помогал ему, почти бессознательному, покинуть машину. Только после хлопка двери авто Тэхен понял, что стоит не возле отеля, а во дворе небольшого двора с малоэтажными зданиями. Они точно не в центре, так как небоскребов даже близко не было видно. — Не бойся, пойдем со мной, — Чонгук протянул руку, которую парень быстро сжал в ответ, позволив мужчине потянуть его в сторону подъезда без лишних вопросов. Ким вообще не понимал, что происходит в его голове. Он еще некоторое время назад отбивался от мужчины, устроив целую истерику, а сейчас с ним под руку идет в неизвестном направлении. Чонгук, отперев дверь, подтолкнул Тэхена внутрь и усадил на пуфик в коридоре. В квартире было все еще темно и тихо, как вдруг внезапный крик парня оглушил всех как минимум в радиусе метра от него. — Ч-Чонгук, что, что это! — Ким, заикаясь, продолжал истошно вопить, и только включив свет в прихожей, мужчина увидел Тэхена, крепко зажмуренного и подобравшего под себя ноги, и то, что его так взбудоражило, и громко рассмеялся. — Господи, Тэхен, зачем так пугать! Это мой пес, Бам, — Чон стал гладить пса за ушами. Бам всего лишь хотел поприветствовать хозяина, но, учуяв незнакомый запах, стал обнюхивать ноги гостя, чего Ким и испугался так сильно. Собака же восприняла все за игру, и, радуясь приходу своего человека, прыгал вокруг них с Кимом. — Убери его от меня, — продолжал истерично говорить младший, — пожалуйста, он огромный, убери его, Чонгук, — а вот пса совсем не интересовало настроение парня. Он успел сложить передние лапы на светлые брюки младшего, пытаясь лизнуть щеку, как Чонгук все-таки оттащил его от парня. — Я совсем забыл, что родители уехали и Хосок привез мне его на выходные, — виновато почесав затылок, проговорил Чонгук. — Прости, что он напугал тебя. Я сейчас с ним погуляю и вернусь. Ты можешь пока осмотреть квартиру, — Чонгук протянул руки к Киму и помог ему расстегнуть пальто. Убрав его в шкаф, он взял поводок и вывел Бама на лестничную площадку, посмотрев на растерянного парня, который кидал расфокусированный взгляд то на него, то на пса. — Проходи, будь как дома. Мы ушли, — пристегнув ошейник к поводку, Чонгук закрыл за собой дверь. Что сейчас происходит, как он оказался в квартире менеджера Чон Чонгука? Тэхен все-таки нашел в себе силы подняться. Он прошел вглубь, озираясь по сторонам. Включив свет в зале, заметил, что квартира мужчины в разы меньше его сеульской раз в десять. Тэхена привлекли полки с фотографиями. В апартаментах Кима нет их, а у Чонгука была целая полка, полностью заставленная ими. «Какие мы разные», усмехнулся своим мыслям Тэхен. На первом фото, сделанном, судя по дорожным знакам, в Штатах, был сам Чонгук в светлых штанах и голубой рубашке. Это же фото стоит у него на аватарке в KakaoTalk, вспомнил Тэхен. На втором фото был старший в обнимку с парнем, и Ким узнал в светловолосом парне на фото Хосока. Только здесь они оба моложе, и у Хосока крашеные волосы. — Давно они дружат… На третьем фото на фоне гор была компания людей, многие стояли в очках. Из всех Ким узнал Чонгука, Хосока и, к удивлению, того самого менеджера из отдела лизинга, с которой он проводил собеседование, Ая. Еще вчера Тэхен заметил, что Хосок питает чувства к девушке, он весь вечер ухаживал за ней и, как показалось младшему, в открытую с ней флиртовал. Остальных людей он не узнал, все были в возрасте. А вот четвертое фото удивило Тэхена. На нем Чонгук в желтой школьной форме с цветами, рядом с ним стоит мужчина средних лет, далее женщина и Хосок. Но, внимательно присмотревшись, Ким заметил, что женщина рядом с Хосоком имеет общие черты лица, а вот мужчина рядом с Чонгуком как две капли воды похож на него. Тэхен запоздало понял, что это родители старших. Но вот что здесь делал Хосок со своей мамой? Парень не успел провести логическую цепочку, как в комнату ворвался пес, который ранее его напугал. — Бам! Нет, сначала душ! В душ, Бам, в душ, — Чонгук командовал псом, но от строгого тона старшего Ким сам чуть не двинулся в ванную. Тэхен оторвался от своего занятия и сел на диван в ожидании Чона. Квартира была маленькой, но очень уютной. Ничего лишнего: диван, широкая плазма и рядом с ней полки с фото и книгами; справа от уютного уголка была небольшая кухня с барной стойкой. Комната, как понял Ким, находится за углом от зала, в которой сейчас находится младший. Тэхен никогда не был в таких небольших квартирах, типичных для окраин города. Его сеульские апартаменты огромны для проживания одного человека, у него есть даже несколько гостевых комнат, только вот гостей не бывает никогда. Еще ни один человек, кроме его родителей, не был у него. Апарт напоминал собой огромное пространство, абсолютно не обжитое хозяином, а вот в квартире Чона было уютно, будто наполнено жизнью. Тэхен даже не заметил, как смог расслабиться на непривычном для него месте в гостях у человека, с которым они знакомы всего несколько дней. Ким сам поражался, что с ним происходит. Он, даже будучи маленьким ребенком, не любил ходить в гости, а тут сидит себе спокойно на диване, интересуется чужой жизнью, рассматривает, вот, фотографии. — Тэхен, это вещи тебе переодеться. Душевая в прихожей справа. Прими душ, ты согреешься, а я пока приготовлю тебе горячий шоколад или чай и что-нибудь поесть, — Тэхен, слушая спокойный голос, сглотнул, глядя на правую руку парня. Он впервые увидел старшего без рубашки с открытыми руками. — Это что, тату? — удивленно указывая пальцем на руку, проговорил Ким. — Да. Давно ее набил, — старший горделиво поднял край футболки, показывая свой забитый до плеча рукав, и Ким продолжал удивленно пялиться на руку мужчины. — Ты такой впечатлительный, — рассмеялся Чон. — Я… Нет, просто непривычно, — стушевано промямлил Ким, — не думал, что у тебя есть тату. — Я сплошное удивление для тебя. Нравится? — тут же закусил губу Чон, когда понял, какой вопрос задал. — Не увлекаюсь таким. — Иди в душ, — протянув вещи Киму, Чонгук собирался было выйти, ничуть не расстроенный реакцией на свой вопрос, ведь ответ он получил по глазам, так жадно изучающим его предплечье, однако его остановил вопрос: — Зачем? — поднял свои удивленные глаза на старшего парень. — Я думаю, это неуместно. Мне лучше уехать в отель. — Если ты не встанешь и не пойдешь в душ, я отведу тебя сам, — с легкой усмешкой перебил его Чонгук. Тэхен поднялся и, забрав вещи из рук старшего, пулей вылетел из комнаты. Чонгук коротко рассмеялся поведению парня. Конечно, ничего такого он бы не сделал, он видел, что Тэхена нужно просто немного подтолкнуть к действиям, так как его скованность не позволяет ему расслабиться в полной мере. Оставлять в таком состоянии парня Чон не собирался, и поэтому, когда уже на пути в отель парень уснул, ему пришла мысль, что им, возможно, будет лучше остаться вдвоем. Привести его в свою квартиру мужчина решил из-за Бама, которого нельзя было оставить на ночь в квартире одного. Поэтому на вопрос Кима о причине их нахождения в его квартире, он так и ответит ему, «нельзя было оставить пса одного», не забыв убедительно пожать плечами, да еще и кивнуть в подтверждение своих слов. — Ты мой шанс все спасти, — улыбаясь и гладя пса за ухом, тихо сказал Чонгук.***
Некоторое время спустя Ким все-таки вышел из душа полностью согретым, разморенным вкусно пахнущим гелем для душа и собственными мыслями. Войдя в комнату, он заметил, что на журнальном столике накрыт скромный ужин на двоих: несколько маленьких плошек с рисом и кимчи, омук и небольшой чайник с двумя прозрачными кружками. Чонгук сидел с Бамом на полу и чистил ему зубы, даже не заметил, как Ким оперся о дверной проем плечом и на секунду застыл в любовании. — У тебя есть фен? — опомнившись будто от сладкой дремоты, Тэхен тихо подал голос, чтобы мужчина повернулся и заметил его, так уютно выглядящего (как приметил сам Чонгук) в его одежде. Черная длинная футболка парню была большая, она почти доходила до бедер, а рукава вообще были до локтя, черные широкие шорты выделяли острые коленки и худые ноги. Чонгук рассматривал его с ног до головы, подмечая новые детали, и не спешил давать ответ на заданный вопрос. Остановившись на раскрасневшихся после душа щеках, он облизал свои губы, заставив Тэхена смутиться и нахмуриться от пристального взгляда. — Сейчас принесу, — Чон, поднявшись, ушел в комнату, выкрикивая оттуда, — только сначала ужин, а потом посушишься, — и отдал фен, потянув Кима за стол. Ни у одного из мужчин не было желания ужинать, но оба были истощены сегодняшней прогулкой, поэтому это было необходимо. — Я все уберу, — закончив с молчаливой трапезой, Тэхен хотел уйти от потенциально возможного разговора, сбежав на кухню, однако его намерения быстро сдулись гелиевым шариком, когда Чонгук, отрицательно покачав головой, с улыбкой на губах сам стал относить тарелки. — Не стоит, я хозяин, ты мой гость. — Давай я хотя бы посуду помою, — Тэхен пытался занять руки, чтобы не было искушения рассматривать чужую крепкую спину, пока Чонгук занимался бы уборкой. — У меня есть посудомойка. — Оу, я даже не думал, — промямлил Ким. — То, что у меня есть посудомойка, для тебя тоже удивление? — с улыбкой повернулся к Киму старший. — Я ненавижу мыть посуду, и поэтому первым, что я купил в квартиру, была посудомойка. Я могу приготовить все, что захочешь, но вот заниматься тарелками, чашками, всей этой мыльной рутиной точно не мое, — Чонгук даже встрепенулся, поморщившись, видимо, представив это занятие. — А я не умею готовить. Я максимум могу приготовить нурунджи из недоеденного риса, — младший облокотился на столешницу и разоткровенничался, — вот с посудой у меня нет проблем, хотя посудомойка у меня тоже есть, — Ким впервые после своего побега рассмеялся. Вновь возвращалось то комфортное общение, которое было между ними днем. — Хорошо, на завтрак можешь мне приготовить нурунджи, как раз осталось немного риса. — Я думал, что ты отвезешь меня в отель? — Тэхен смотрел растерянно на старшего. — Не думаю, что это хорошая идея оставаться у тебя на ночь. — Я не собираюсь оставлять тебя сегодня одного. Ты сильно перенервничал. В этом есть и моя вина тоже, — мужчина последнее проговорил почти шепотом. Он чувствовал себя виноватым за испорченный вечер, хотя если бы его спросили, хотел бы он его повторить, то тот бы ответил, что да. Особенно поцелуй. Особенно с парнем, который сейчас смотрит на него удивленным взглядом. — Нет. Я тогда поеду на такси, — возмущенно заговорил Ким, собираясь отыскать свой телефон, чтобы заказать такси, однако Чонгук мягко взял его за предплечье, смотря прямо в глаза. — Успокойся, я постелил тебе в комнате новое постельное. Ты останешься здесь, а завтра после прогулки я подвезу тебя в отель. Зачем нам ездить два раза, если мы все равно завтра увидимся? — А меня спросить ты не хотел? Мое мнение насчет этого всего, — руками стал указывать на квартиру Тэхен, взывая к уму и разумным решениям. — Проведем вечер как друзья, посмотрим фильм, выпьем пива и завалимся спать, — не став дожидаться ответа от младшего, направился к холодильнику. — Чонгук, я не останусь у тебя, — стал уже закипать Ким, — скажи мне адрес, куда мне заказать такси. — Нет, — достав пиво, поставил его на столешницу, раскрывая первую бутылку. — Что значит «нет»? — Нет - это значит «нет». Сейчас ты сядешь на диван, выпьешь пиво, и мы с тобой обсудим окончание сегодняшнего вечера, — твердый голос Чона звучал, как гром в ясном небе Кима. — Мы как два взрослых человека поговорим об этом. Выясним все на берегу, чтобы потом не было недосказанности между нами. Бегать друг от друга совсем не выход, — Тэхен, пытаясь что-то сказать, просто открывал рот, но будто бы забыл весь алфавит. — Поговорим? — Да, — Ким оттолкнулся от барной стойки и направился к дивану, — поговорим, — и демонстративно сел с выпрямленной спиной. — Ты не высушил волосы. — Не хочу. — Тебе так идет больше, — Чонгук смотрел с улыбкой на младшего, — я имею в виду, ты и с укладкой выглядишь хорошо. — Я тебя понял, Чонгук, — раздражённо отвечал Ким. Ему не нравилось находиться в квартире. Точнее не так, не нравилось, что ему придется сейчас расставить все точки над i. Тэхен вообще не умел разговорами что-то решать. У него даже с родителями обсуждениями не получалось решать проблемы, а тут надо малознакомому мужчине, которого он, к тому же, сам несколько часов поцеловал, объяснять свои поступки. — Я, как старший, начну, — он сел рядом с Кимом. — Для начала извини меня. То, что произошло в конце вечера, полностью моя вина. Это я первый поцеловал тебя. Я сам поддался своему желанию, а ты всего лишь поддался своим эмоциям. Я не буду заострять внимание на поцелуе, но если ты захочешь, мы об этом поговорим более детально. А если нет, то можем об этом просто забыть и продолжить общаться, исключив последний момент. — Да, — резко выкрикнул Ким. — Да, давай забудем. Вечер был прекрасным. Спасибо тебе, мне действительно все понравилось, я давно так насыщенно не проводил время. Давай забудем все, точнее только поцелуй, — на одном дыхании говорил Тэхен, даже не заметив свою ошибку, но Чонгук все понял, — остальное я хотел бы оставить в памяти. — Да, так и поступим, — расстроено отвернувшись от Кима, говорил старший. Он понимал, что продуктивного разговора не получится, для Тэхена сейчас главное забыть то, что произошло между ними. Если для гея-Чонгука все понятно, то для натурала-Тэхена — это необдуманный поступок, вызванный порывом эмоций. Давить мужчина не хотел, чтобы сохранить хотя бы то хорошее, что было между ними, и для этого он готов исключить из памяти этот инцидент на парковке, только бы Тэхен не закрылся от него. «Что-нибудь решим по ходу пьесы», — подумал он про себя. — Отлично, все забыли. — Расскажи о себе, — облокотившись на спинку дивана, начал Чон. — Не то, что ты мне рассказывал, а о том, что в твоей голове. Почему ты так остро реагируешь на окружающих? — А ты в психолога решил поиграть? — Нет, я вижу, что тебе не с кем поговорить. У тебя нет друзей. Ты закрываешься от людей. Ты… — не договорив свой монолог, как Ким перебил. — Да кто ты такой, чтобы пытаться мне в душу залезть? — сквозь зубы заговорил Ким. — Ты что, поиздеваться надо мной решил? Или тебе нравится меня доставать? — Чонгук развернулся к Тэхену и абсолютно спокойно заговорил: — Я даже не думал в таком ключе. Я хочу просто понять тебя. Хочу, чтобы ты уехал из Пусана без мысли, что тебя здесь использовали для достижения цели. Ты же в своей голове так и подумаешь, не так ли? А про меня вообще будешь думать, что я гей, который тебя пытался соблазнить. — Я так вообще не думал, — нахмурился младший, — серьезно? Чонгук, я не думал так о тебе, — Тэхен белел с каждым, словом сильнее. — Вот, ты хотя бы начал спокойно разговаривать со мной. — Ты что, меня специально выводишь из себя? — уставился удивленно на смеющегося мужчину младший. — Помогло? — Чонгук, ты самый ужасный психолог, которого я знаю. Тупее диалога в моей жизни еще не было. Хотя куда хуже, наверное, только разговоры с отцом, — горько усмехнулся Ким. — А это правда, что наш председатель - твой отец? — Чонгук решил сместить вектор диалога, он говорил спокойно, услаждая Кима своим голосом. Старший невесомо касался его спины кончиками пальцев, проводя по выпирающим позвонкам. Тэхен от таких движений не одернулся, а наоборот облокотился полностью на спинку дивана, прямо под незатейливые ласки руки Чона. — Да, Ким Суен мой отец, — на выдохе сказал Тэхен. — И место руководителя я получил благодаря ему. Я стремился не к этому. Мне хотелось самому добиться повышения и пройти все этапы, но я ни дня не поработал даже простым менеджером, — Ким вновь тяжело вздохнул, опустив взгляд на нервно теребящие край футболки руки. — Я помню, перед окончанием университета отец вызвал к себе, выдал кучу обучающего материала и поставил перед фактом, что я буду новым руководителем сеульского филиала, — он перевел взгляд на Чона. — Из-за меня места руководителя лишился совсем невиноватый в желаниях моего отца человек. Когда меня готовили и передавали мне обязанности, я думал, тот придушит меня моим же галстуком. Ты бы видел его взгляд, — горько улыбнулся уголком губ Ким. — Представляю, я с ним работал полгода. Но Джунхек не показался мне хорошим руководителем, — Чон не заметил, как запустил свою руку в волосы парня, — первые три месяца были адом, нас гоняли по пустякам. Он требовал невозможных показателей трудоспособности, хотя самого его за все время в офисе видели всего пару раз. Свои обязанности он почти всегда скидывал на Бомгю или на нас с коллегами. — Извините меня. Вот еще люди, которые пострадали от решений моего отца, — Тэхен начал плавиться от массажа головы, мысли растекались сквозь теребящие его волосы пальцы, так что следующее откровение совершенно незаметно сорвалось с губ, — а вообще на последнем курсе я понял, что не хочу работать в банке. — Кем ты хотел быть? — Чонгук говорил шепотом, продолжая массировать голову парня, приглушенный свет и темнота за окном поддерживали уютную атмосферу уединения, располагая к раскрытию правды и секретных желаний. — Я вот хотел быть айдолом, — Ким распахнул глаза и уставился на старшего. — Что! Правда,— рассмеялся Чон и продолжил массировать голову Кима, который на ласку блаженно прикрыл глаза. — А я до сих пор не знаю, кем я хочу быть, — Тэхен облизнул свои губы, а у Чона, который сидит напротив, сейчас будет инфаркт. Слишком близко, слишком желанно. С Кимом все слишком. Чонгук слегка надавил на затылок младшего, а тот невольной куклой рухнул на грудь мужчины. Старший не сразу понял, что Тэхен просто уснул. Вымотанный истерикой, он просто сдался, силы покинули его еще в машине, массаж от Чона только сильнее разморил его. Так они и лежали на диване в маленькой студии где-то на окраине Пусана. Парень, полностью разбитый сегодняшним вечером, и мужчина, который, видимо, окончательно влюбился.***
Тэхен проснулся от того, что ему стало жарко. Он начал ворочаться, медленно приходя в себя, как вдруг понял, что его кто-то крепко обнимает, а еще где-то под левым ухом доносился легкий храп. Стоп. Ким медленно открыл глаза и, чуть приподняв голову, обнаружил себя в объятиях Чон-мать-его-Чонгука. Тот похрапывал рядом с подушкой, на которой, между прочим, спал Ким. Татуированная рука лежала на талии парня, а сам Тэхен закинул ногу на старшего. Привычка обнимать ногами дома вымещалась на одеяло, а вот с людьми такое произошло впервые. Он попытался выпутаться из объятий старшего, но еще больше запутался в одеяле, переворачиваясь и не рассчитав размер кровати хозяина квартиры, он просто свалился мешком на пол. Если бы у Чона была прикроватная тумбочка, то Ким обязательно проехался бы по ней лицом. — Доброе утро, — улыбаясь и смотря с кровати, проговорил Чонгук. Он был помятым ото сна, волосы торчали в разные стороны, но при этом он улыбался так широко, как будто выиграл все награды мира. — Доброе, — Ким поднялся и, все-таки выпутавшись из одеяла, развернулся к выходу из комнаты. Но в этот момент, не заметя препятствия на своем пути, он запнулся и вновь упал плашмя на пол. Грохот стоял на все семь этажей. — Твою ж мать, Ким Тэхен, — услышав голос старшего, парень попытался подняться во второй раз, а вот счастливый Бам уже наворачивал круги вокруг Кима, который таким способом разбудил пса. — Бам, отойди от нашего гостя, — он помог подняться Тэхену, подавив смешок, ведь все это его очень веселило. — Я уже в порядке, — выпутываясь из рук старшего, — блин, мои колени. Твой пес меня доведет до смерти! — разглядывая свои ноги, обреченно говорил Ким. — Бам, его зовут Бам. Пошли, обработаем твои боевые раны, — Чонгук, пусть и выходило из рук вон плохо, пытался держать серьезный тон и, взяв Кима под локоть, повел его на кухню. — Садись, сейчас обработаем, и будешь как новенький. Усевшийся на барный стул, Тэхен потер свою щеку, она пылала и отдавала болью где-то в районе скулы. — Что у меня с щекой? — Ким задал вопрос Чонгуку, который искал аптечку в шкафу. — Дай посмотрю, — Чон подошел вплотную к парню и, встав у разведенных ног, стал рассматривать его лицо. Он заметил родинку чуть ниже левого глаза, и еще одну под правым, а потом, переведя взгляд на губы парня, увидел родинку на нижней. Чонгук внимательно изучал его лицо, вообще перестал дышать, забыв, как это делается. — У меня тоже родинка под губой, — Чон пальцем указал на свою, — твою под тональным и не заметил сразу, — Тэхен ни жив ни мертв от слов старшего. Его никогда никто так внимательно вблизи не рассматривал. Тем более не рассматривал мужчина. — Так что с щекой? — продолжая смотреть в глаза Чонгуку, который стоял прямо напротив его лица. Близко, очень близко. Это напомнило ему вчерашний вечер, и если бы Тэхен подался чуть вперед, то получилось бы как вчера. Он сразу отогнал от себя все эти мысли и толкнул старшего в грудь. — Я просил посмотреть, что с ней, — пальцем указал на свои худые щечки. — А, там синяк, — спокойно сказал Чон и вернулся к поискам необходимого в аптечке. — Что там? — удивился Ким, широко распахнув глаза от услышанного, но его последующие вопросы прервал лай пса, который рванул в прихожую. — Господи, откуда эти прекрасные лоферы в твоей прихожей? — смех неизвестного мужчины разнесся на всю квартиру. — А они ведь прямо как у сеульского щегла… Доброе утро, — Хосок вовремя запнулся и уставился на двух мужчин, которые смотрели на него не менее удивленно. Теперь пришло время стоять ни живым ни мертвым Чонгуку. «Доброе утро, Пусан. Погода солнечная, ожидается похолодание ближе к вечеру», — раздался голос диктора из телевизора, который нарушил тишину в квартире. — Хосок, ты уже собрал Бама? — комичней может быть сюжет только дешевой дорамы на tvN. — Доброе утро, господин Ким, — в дверном проеме появилась Ая, поклонилась и широко улыбнулась парням, — и тебе, деверь, — переведя свой взгляд на Чонгука. — И вам доброе утро, — это единственное, что смог проговорить Чон-младший, посмотрев на бледного как лист Кима. — Здравствуйте, — почти пропищал Тэхен. Первой от неловкости, повисшей в квартире, пришла в себя Ая. Девушка выглядела абсолютно расслабленной, как будто в этой ситуации не было ничего необычного. — Я пойду соберу Бама. Хосок, жду тебя в машине. Всем пока и хорошего дня, ребята, — она коротко подмигнула Чонгуку и так же быстро, как и вошла, удалилась из квартиры. Хосок смотрел на парней. Картина немного ввела его в ступор даже не от того, что в девять утра на кухне Чонгука сидел «сеульский щегол», а от лица парня. Тэхен сидел с синяком на скуле и разбитыми коленями, и Хосок отогнал свои мысли о том, что с ним делали ночью. Он в курсе, что парни вчера должны были прогуляться по Пусану, но что произошло между ними после, он боялся даже представить. — Старший брат Чонгука, — Хосок поклонился и протянул руку для рукопожатия. Смысла скрывать главную тайну братьев уже не было. — А я думаю, почему на фото вы так похожи на маму Чонгука, — промямлил Ким. — Ты рассматривал мои фото? — удивленный Чонгук повернулся к Тэхену. — А что? — Что? — Что? — добавил Хосок, и все дружно рассмеялись. Напряженность стала понемногу пропадать. — Я пойду, поставлю на зарядку телефон, — Ким поднял вверх свой разряженный телефон, который со вчерашнего вечера так и остался в кухне на столешнице, хотя ему просто нужен был повод, чтобы уйти отсюда. — Твоя сумка в спальне. Там же можешь поставить на зарядку, — Чонгук улыбнулся парню, неотрывно смотря на него, боясь потерять тонкую нить связи с ним. Как только Ким удалился в спальню, старший из двух братьев схватил героя прошлого вечера за футболку так, что был слышен треск рвущейся ткани. — Ты совсем рехнулся, Чонгук, — сквозь зубы прошипел Хосок прямо в лицо мужчины, — у него отец - председатель банка, это тебе не парень из Китая. Твои игрища доведут тебя до того, что ты вылетишь с работы! — Ты о чем вообще? — заговорил Чонгук, скидывая с себя руки старшего брата. — Ты трахнул начальника сеульского филиала, ты вообще тронулся умом!? — Хосок, отойдя на пару шагов назад, запустил руку в волосы, проигрывая в памяти флэшбеки полугодовалой давности. — Ты идиот, Хосок? — заговорил шепотом Чонгук и поглядывая на дверь комнаты. Ему сейчас было важно не донести до брата правду, только то, чтобы Ким не услышал лишнего. — У меня даже мысли об этом не возникло, ты с ума сошел! — А что я должен думать? — перебил его Хосок. — Он в твоей квартире в девять утра, сидит со стертыми коленями и синяком на лице в твоей одежде. Господи, он даже знает, где у тебя спальня! Что я должен думать, Чонгук? — Он упал с кровати. Скорее всего, просто запутался в одеяле, а потом запнулся о Бама. У нас кроме поцелуя ничего не было, — только проговорив это, Чонгук понял, что все рассказал брату. Он поднял глаза на старшего, который бледнел с каждым словом младшего. — Вы целовались? — Хосок подошел ближе к брату, и заговорил почти шепотом. — Чонгук, ты с ума сошел? Опять на те же грабли, мы же уже проходили это. Зачем ты его привел в свою квартиру? Скажи, что вы не спали вместе, — старший, отрицательно вертя головой, умоляюще смотрел на брата, а тот невинными глазами смотрел в ответ. — Нет, нет, только не это, Чонгук! — Нет. Останови свою фантазию, братишка, — Чонгук выставил вперед руки и указал брату на стул в приглашающем жесте. — У нас с ним ничего не было. Он упал, разбил колени. Вчера у нас случился небольшой конфуз, но мы все решили, — Чонгук говорил с братом, но при этом посматривал в сторону комнаты, побаиваясь, что Ким услышит их разговор. Чон помнит, как личные темы неприятны парню для обсуждения. Тем более, он обсуждает это с посторонним для Кима человеком. Тэхен вышел из комнаты аккурат, когда Чонгук закончил свое объяснение перед братом. — Я, наверное, пойду, у вас еще великие планы на сегодня, — Чон-старший поклонился и, пристегнув Бама, заговорил уже в дверях. — Хорошо вам провести время. И да, Чонгук, от ужина у родителей я тебя отмазал, с тебя то, что нужно Баму по списку. Всего доброго, господин Ким, — он поклонился Тэхену и, повернувшись к брату и проследив взглядом за Кимом, показал большим пальцем жест «перережу горло, ни дай бог что». — До свидания, Хосок-щи, — поклонился в ответ младший, сильно смущенный утренними гостями. Как только старший скрылся в коридоре, хлопнув дверью квартиры, Тэхен развернулся и сразу отскочил от Чонгука, который бесшумно встал за его спиной. — Давай, я обработаю мазью от синяков, — Чон взял младшего под локоть и вернул на стул. Возвращаясь на место, где стоял ранее у разведенных ног Кима, он выдавил немного мази на указательный палец и дотронулся до скулы парня. На это простое движение Тэхен прикрыл глаза, в какой-то момент почувствовав жаркое дыхание совсем близко. Чонгук наслаждался каждой деталью на прекрасном лице, продолжал изучать родинки, рассматривал, как вздрагивают пушистые ресницы парня, как он слегка морщит нос, когда становится больно. Мужчина не может оторваться, пытаясь урвать еще немного времени близости. Сам Ким расслабился от массирующих движений, растворившись в столь приятных ощущениях. Чонгук аккуратно оглаживал пальцами скулу, он даже успел трепетно положить теплую руку на щеку, как их обоих в реальность возвращает звонок мобильного. Мужчина нехотя отрывается, чтобы ответить, и пока Чонгук разговаривает, перемещаясь по всей квартире, Тэхен приходит в себя. До него запоздало доходит, что ему нравятся прикосновения мужчины, точнее, прикосновения Чонгука. Ему нравится его внимание, его трепетность и аккуратность. Поток мыслей прерывает Чон, протянувший покрасневшему парню чистое полотенце и боксеры. Тот поднимает удивленный взгляд на Чонгука, который продолжает болтать по телефону, судя по раннему времени и сути разговора, со своей мамой. Тот лишь взял Кима за руку и привел в ванную комнату, а сам скрылся где-то в коридоре. Когда Тэхен уже закрыл дверь, он заметил, что Чон успел достать ему зубную щетку и положить на край раковины. На лице у парня расцвела улыбка, наверное, глупо улыбаться мелочам, но Киму стало приятно от такой маленькой заботы. Чонгук суетился на кухне. После разговора с мамой его настроение поднялось еще на несколько пунктов вверх. Рамен и жареная свинина были идеальной идеей для плотного завтрака с учетом того, что неизвестно, когда они еще перекусят сегодня. Кофемашина шумела, и он не услышал, как Тэхен вышел из ванны. — Ты не подскажешь, где мои вещи? — негромко начал Ким за спиной старшего. Чон обернулся на мягкий голос Тэхена, а лучше бы не делал этого. Ким Тэхен, самый натуральный натурал, стоял в полотенце, повязанном на его талии, капли с волос стекали вниз по обнаженной груди. Кадык от такого зрелища у гея-Чонгука дернулся, он несколько раз сглотнул и, закусив губу, попытался вспомнить все свои деяния, за которые ему могло бы достаться это совершенство в трехмесячное отсутствие секса. А Ким стоял и смотрел на реакцию мужчины, легко считывая его желания. Тэхен не понимал, нравится ли ему, что мужчина так смотрит на него, или нет, но где-то в душе определенно было приятно. — Все в стирке, — прочистив горло, сказал Чонгук. — Я приготовил тебе свои вещи. Пока я в душе, можешь переодеться в спальне. Все лежит на кровати, — он еле нашел в себе силы, чтобы отвернуться, ведь его не хватит, если он будет пялиться на почти обнаженного парня. Тэхен был красив, Чонгук даже не побоялся бы сказать «чертовски красив», пусть тот и был одновременно милым ангелом в душе. — Тогда лучше не надо. Я могу в отеле переодеться. — А до отеля ты голый поедешь? — усмехнулся старший, пока наливал кофе. — Ахм, да… Тогда я верну тебе твои вещи, как переоденусь в отеле, — Ким нервничал, продолжая кружиться вокруг Чонгука, который накрывал на стол. — Оденься, пожалуйста, — как можно сдержаннее говорил мужчина, — завтрак почти готов, — Тэхен молча развернулся и направился в комнату, но Чонгук был бы не Чонгуком, если бы украдкой не посмотрел вслед. Перекатывающиеся мышцы спины, ямочки на пояснице, идеальная бронзовая бархатная кожа, что Чон знает наверняка, ведь он прикасался к ней ночью, когда нес его на руках в комнату, а потом не удержался, провел по руке, когда накрывал одеялом младшего. О том, что находится под полотенцем, Чонгук старается не думать. — Пять баллов, Чонгук, ты возбуждаешься уже от одного взгляда на него.***
Закончив с утренними ритуалами, они начали собираться в город. Тэхен переодевался в вещи, которые дал ему Чонгук. Не то, чтобы Ким не носил такие узкие джинсы и толстовки, но для его гардероба это был не частый выбор. Тэхен удивился размеру выданных вещей, они были явно меньше того, что носил парень, может, он дал вещи другого человека, остававшегося ранее в его квартире? От этой мысли стало неприятно, и не из-за чужих вещей, а от того, что его так же, как и любовников, привели в эту квартиру. Пока Чонгук подбирал подходящие по размеру кроссовки Тэхену, младший все-таки спросил: — Это твои вещи? — Ким подцепил рукав толстовки, подсказывая старшему, о чем идет речь. — Да, мои. Я раньше был чуть меньше, — улыбнулся снизу верх мужчина. Он все-таки смог найти ему кроссовки, так как обувь Кима не была пригодна для сегодняшней прогулки. — Куда мы сегодня едем? — уже сидя в машине, решил уточнить Ким. Чонгук расслабленно держал руль, откинувшись на спинку сиденья, явно чувствуя себя комфортно за рулем. — В национальный парк, а потом на роликах поедем кататься, и в конце программы воскресный ужин. Выберем что-то рядом, какой-нибудь приличный ресторан поблизости, — и только в конце он повернулся к Киму. Тэхен смотрел в окно, не обратив внимания на этот короткий взгляд. Парень сидел в большой дутой куртке старшего, выглядя совершенно очаровательно, и рассматривал панораму города. Почему-то сегодня говорить не хотелось, или же было все еще неловко друг с другом после утреннего пробуждения. К удивлению Чона, Ким так и не спросил, как они оказались вместе в кровати, или чем закончился вечер. Он решил не заострять внимание на этом, либо ему было все равно. В своих мыслях Чонгук не заметил, что они приехали к парку. Прогулка была совсем недолгой, так как поднялся сильный ветер, да и смотреть в парке в этот период было пока что нечего. Не обойдя даже половины парка, Чонгук увидел, что младший замерз, и лучше бы им пойти на следующую локацию. — Здесь очень красиво более поздней весной, да? — спросил Ким, потирая ладошки в попытке согреть руки. — Наверное, надо в следующий раз еще теплее тебя одевать, — переключая кнопки приборной панели, говорил старший. — Вообще, я видел фото во время цветения вишни, там все уже одеты в пальто, — Тэхен, согревшись, начал пристегиваться. — Я бы тоже хотел приехать посмотреть, — получилось слишком печально и тихо. Закусив губу, Ким посмотрел на старшего. — Цветение сакуры лучше смотреть в Чинхэ. Это приморский городок недалеко от Пусана, можем добраться на машине, — Чонгук говорил это так, будто Ким уже согласился поехать с ним. — А когда это будет? — Тэхен развернулся полубоком к Чонгуку. Так старший мог увидеть появившийся огонек в его глазах. — Я мог бы приехать, — он наклонил голову чуть ниже, и пряди его волос почти закрыли глаза. Чон подался вперед и убрал ее за ухо, и от близости у обоих сперло дыхание. — Прости, — Чон плотно сжал губы, как будто запрещая сказать себе что-то дальше. — С первого апреля начинается цветения сакуры, лучше поехать туда, это безумно красиво, тебе понравится. Там будет фестиваль, парад, фейерверки. Можем выбраться на пару дней, — мужчина говорил тихо, размеренно, чтобы не давить на Тэхена. Он хотел, чтобы младший согласился, это ведь шанс увидеть его еще раз. — Я подумаю, — улыбнулся уголками губ Ким, откинулся на сидение и перевел взгляд на город.***
Дальнейший день прошел намного продуктивнее его начала. Чонгук бывал в этом торговом центре пару раз и даже не знал, что здесь есть ролледром. Благо, у него есть старший брат, который облюбовал со своей невестой все романтические места в городе. Дойти на роликах от скамейки до площадки не составило труда, а вот на гладкой поверхности роллердрома Ким задумался, что зря согласился на эту авантюру. Чонгук старался ему помочь, но все попытки Тэхена проехать самому заканчивались либо перемещением по бортикам, либо сразу на коленях. — Я устал, Чонгук, — в очередной раз крепко вцепившись в бортики, с одышкой говорил Ким. Чон час помогает ему научиться кататься, ни на шаг не отходя от младшего. — Я ни разу не стоял на роликах, — почти вымученно простонал парень. — Давай еще кружок, и пойдем, — на самом деле, Чонгук хотел остаться подольше. Он мог с ним быть рядом, даже слишком близко, чем то требовала ситуация. Он поднимал его за бока, трогал за плечи, в какой-то момент, боясь упасть, Ким сам взял его за руку. Рука у Тэхена была теплой, и Чонгук боялся, что от этого жара у него начнут потеть ладони. Мужчина почувствовал себя пятнадцатилетним подростком на первом свидании, у которого от каждого неловкого движения немеют пальцы, заплетается язык, ноги путаются друг об друга. Все так и было, он давно не был на свиданиях, тем более в такой романтической обстановке. Почему-то с Кимом было все по-другому. — Мы можем по дороге заехать в цветочный магазин? — спросил Тэхен, когда они сидели на лавочке, снимая ролики. — Да, без проблем. Ты хочешь купить Дженни-щи цветы? — горько улыбнувшись, он развернулся к Киму, но не успел продолжить дальше, как Тэхен рассмеялся. — Господи, ну и шуточки у тебя, — перестав смеяться, он с серьезным лицом посмотрел на старшего, — или это была не шутка? — Шутка, — раскинув руки приподняв его за плечи, улыбнулся Чонгук. — Нет, не ей. Я хочу купить себе. Соскучился по любимым цветам. — Какие ты любишь? — Чон пытался ухватиться за любую возможность узнать о младшем чуть больше, и пока тот был откровенным с ним, он старался запомнить каждую мелочь. — Давай не здесь, тут очень шумно, — Ким посмотрел вокруг. В помещении к вечеру народу было больше, чем днем, так что ему становилось некомфортно. После ужина, который прошел не в дорогом ресторане, куда изначально Чонгук планировал пригласить Тэхена, а в обычной забегаловке, они решили заехать в ближайший цветочный магазин, но цветов, которые искал Ким, не было. — Какие мы ищем цветы? Может, надо в поисковике попробовать, — Чонгук пытался помочь Киму, и заодно вызнать, какие все-таки цветы ищет младший. — Каллы. Я знаю, что их трудновато найти в это время года, но гугл показывает, что здесь они в наличии, — вздохнул Тэхен и уронил голову на подголовник. — Сейчас попробуем найти. Хосок в прошлом году искал какие-то редкие цветы для Ая, — Чон набирал что-то в телефоне. — А почему именно они? — старший повернулся к Киму и отзеркалил его позу. — Цветы такой формы большая редкость. Я имею в виду, что каллы состоят из одного лепестка в форме сердечка, обернутого вокруг серединки – початка, — Тэхен достал телефон и стал показывать фото букетов, но мужчина смотрел не на цветок, а руки Кима, которыми он водил по экрану. — А еще мне нравится их запах, он немного напоминает сирень с нотками ванили и терпкой зелени. — Ты так красиво говоришь о цветах, — Чонгук перевел взгляд с пальцев Тэхена на его глаза. — Я прочитал это в статье на википедии, — Тэхен тоже стал смотреть прямо в глаза. Они сидели близко, их разделял только подлокотник автомобиля. — Попробуем еще? — Чон приподнял свой телефон, намекая на поиски, и взгляда так и не отвел. — Думаю, не стоит. Попробую завтра заказать доставку. — Тогда в отель? — Да, я очень устал. Плюс мне надо обработать мои «боевые» раны, — улыбнувшись, он показал на лицо. Чонгук резко двинулся вперед и перехватил ладонь младшего, переплетя их пальцы. Казалось, что только дыхание двоих людей звуком существует в машине, во всем мире. Чон огладил тыльную сторону ладони большим пальцем, и только Тэхен успел поднять глаза, как тот прижался к нему губами. В этот раз все было медленнее, Чонгук осторожно, практически невесомо касался губ. В один момент Ким закрыл глаза, подался ему навстречу и стал неуверенно отвечать на поцелуй. Им обоим становилось жарче, близость опьяняла, кружила голову, все мысли, тяготящие Тэхена, внезапно пропали. Чон взял в ладони полыхающее щеками лицо и стал целовать настойчивее, на пробу проведя языком по кромке зубов. Тэхен не знал, куда положить руки, поэтому просто положил их на бока мужчины, притянувшего его на себя, и Ким практически навалился на его широкую грудь. Они целовались жадно, как любовники, которые слишком давно не виделись. Поцелуй был все глубже и настойчивее, никто из них не думал прерываться, но воздуха перестало хватать слишком скоро. Чонгук отстранился первым. Он прижался своим лбом ко лбу парня, тяжело дыша, и не прекращал держать Кима в своих руках. Он нежно целовал его скулы, поднимаясь к уху. Чон начал шептать практически не слышно, но Тэхен смог различить эти слова. — Не смей мне говорить, чтобы я это забыл.
