Falling
2 апреля 2023 г., 10:00
***
Тэхен вернулся взвинченным после встречи с семьей Ким Дженни. Вечер проходил достаточно спокойно, старшие говорили о бизнесе и о своих делах. А вот сладкая парочка по идее должна была налаживать контакт между собой, но Тэхен упорно отвергал все попытки Дженни заговорить с ним. Девушка не отлипала от него весь вечер. В итоге, Киму пришлось дать ей обещание о встрече на выходных, и он поспешно ретировался из ресторана, сославшись на усталость. Первым делом, вернувшись в свое личное убежище, Тэхен поспешил в душ смыть усталость и отвращение от представления его отца. Парень стоял перед зеркалом, рассматривая свое лицо, синяки под глазами, бледность от недосыпа и постоянного стресса. Ким решил выпить снотворного и завалиться на ближайшие пару дней в кровать. Как только рука потянулась к шкафчику с лекарством, раздался звонок в дверь. Выходя в коридор, Ким поймал себя на мысли, что курьер с цветами от пусанского поклонника был с утра, тогда кто может прийти в столь поздний час? Даже несмотря на то, что Тэхен не написал слов благодарности за подарок Чонгуку, тот все равно через два дня прислал еще один букет его любимых цветов. В своих размышлениях он так и дошел до двери. — Кто? — Тэхен попытался рассмотреть в глазок гостя, который смог пройти мимо охраны в холле дома. — Открывай дверь, Ким Тэхен! — за дверью раздался до боли знакомый писклявый женский голос. — Что ты здесь делаешь? —парень спешно открыл дверь, впуская вечернего посетителя внутрь. — Приехала в гости. А что, мне нельзя? — девушка бесцеремонно прошла внутрь, снимая с себя одежду. — Или ты кого-то ждешь? Может быть, какую-нибудь девушку? — девушка замолчала, а потом, слегка улыбнувшись, продолжила свою приветственную тираду. — Или, может быть, одного пусанского принца? — она лукаво улыбнулась и без приглашения направилась на кухню. Ошарашенный, Тэхен чуть не забыл закрыть дверь, а позже, очнувшись от заявления девушки, направился за ней на кухню. Он мог ожидать в гости кого угодно, только не ее. — Откуда ты знаешь про Чонгука, Рюджин? — Ким подошел к кухонному столу, где девушка раскладывала покупки. Количество алкоголя удивило Тэхена. Рюджин коротко посмотрела на парня, а после открыла бутылку соджу и выпила половину из горла. — Прости, так пить хотелось. Я все это тащила сама, — девушка улыбнулась и развернулась к кухонным шкафчикам в поисках бокалов под еду и напитки. — Его зовут Чонгук? Я не знала. Знаю только, что в командировке ты замутил короткую интрижку, а после этот парень стал новым руководителем. Весь офис судачит об этом. Ха, никогда не думала, что через постель можно добиться чего-то в нашем банке! А вот твой Чонгук смог, — блондинка улыбнулась Киму через плечо, уловив его румянец на бледных щеках. — Мы не спали с ним, — пробубнил себе под нос Тэхен. — Он и вправду хороший сотрудник, даже лучше меня в этом. Он большой профессионал своего дела. Ему не нужно ни с кем спать, чтобы занять это место, — парень сел за стол, подбирая руками свое лицо. Не успел Ким продолжить, как перед ним поставили два бокала. — Ты мне все расскажешь, Ким Тэхен. Если ты помнишь, я твой единственный друг. И тем более, с детства, — блондинка убрала короткие пряди за уши и принялась доставать еду из пакетов. — И налей уже, а то я еле сдержалась, чтобы не напиться по дороге к тебе. У меня стресс. — У тебя стресс? Я постоянно живу в стрессе! — парень все-таки решил наполнить бокалы спиртным. — Поэтому у тебя есть я, твоя единственная сестрица, которая поддержит и поймет. Поэтому давай выпьем, и ты мне расскажешь все по порядку, — Рюджин вдруг замолчала, опускаясь на стул. Она склонила голову, и совсем тихо начала. — Я так поняла, это Лина распустила слухи по офису. Не переживай об этом лишний раз. Мы придумаем вместе, что с этим можно сделать, — она взяла брата за руку, нежно поглаживая тыльную сторону ладони. Ким посмотрел грустно и, улыбнувшись и выдохнув, начал свой увлекательный рассказ про свою командировку, не опуская деталей их тесной дружбы с Чонгуком.***
Тэхен никогда не умел пить, особенно если они напивались с Рюджин. Все их попойки заканчивались утренним жестким похмельем. Даже когда они в старших классах таскали на праздниках у родителей алкоголь, то уже в те времена им много не нужно было, чтобы напиться в стельку. Вообще Рюджин всегда подстрекала спокойного и рассудительного Тэхена к мелким неприятностям, за которые они получали потом вдвоем. Сестра для Кима была единственным человеком, которому он мог доверить все, и она отвечала ему тем же, подставляя свое хрупкое женское плечо как для слез, так и для защиты его от отца. Только расстояние разделяло их от постоянной поддержки. Но даже сейчас Рюджин после того, как узнала от подруги из офиса, что говорят про любимого младшего, сорвалась из Лондона к нему на помощь. Тэхен пошарил по кровати в поисках телефона, но, не обнаружив его на привычном месте, приподнялся на локтях. Визуальный поиск не дал успехов. Пришлось все-таки покинуть постель. Голова кружилась, в горле стоял тошнотворный ком. — Рюджин, — Ким осипшим после сна голосом попытался из последних сил окрикнуть сестру. Он даже не помнит, куда проводил ее спать, и проводил ли вообще. Рюджин обнаружилась на кухне, заваривающей рамен. Выглядела она не лучше Тэхена. Ее пепельно-белые волосы были растрепанны, а на щеке остался след от подушки. Они посмотрели друг на друга и рассмеялись. Это была обычная практика их утреннего похмельного ритуала: вспоминать, что произошло вчера, заедая стыд раменом. — Ты надолго в Корее? — В понедельник должна вернуться в Лондон. Думаю, выходных нам хватит, чтобы решить твои внутренние метания в сторону сексуального парня из Пусана, — девушка рассмеялась, глядя на Кима, который опустошал второй стакан с водой. — С чего ты взяла, что у меня сомнения на его счет? — Тэхен повернулся к блондинке. — И откуда ты знаешь, что Чонгук сексуальный? — Ты вчера так сказал, показывая его фотки в инсте. Ты что, забыл? Кстати, ты теперь на него подписан. Точнее, ты вчера раз десять то подписывался на парня, то отписывался от него. Сначала ты пролайкал все его фото, а потом убрал лайки, потом опять поставил, — девушка приобняла парня за плечи, усаживая его за стол. — Ладно, сейчас попробуем вернуть, — Рюджин не успела договорить, как ее телефон завибрировал на ровной поверхности стола. — Странно, незнакомый корейский номер, — девушка посмотрела на экран телефона и скинула звонок. — Может, кто-то из родственников узнал, что ты в Сеуле, или это друзья? — Тэхен помешал рамен, задумчиво посмотрев на сестру. — Все корейские номера моих знакомых у меня записаны, — девушка стала что-то внимательно листать в телефоне. — Ох, этот номер звонил мне одиннадцать раз в три ночи, и сегодня пять раз с утра. А вот в два ночи один раз звонила я. Тэхен, вспоминай, кому мы звонили два ночи! — Рюджин повернула к Киму телефону, повышая голос. Телефон в ее руке завибрировал еще раз. И Тэхен узнал последние цифры. — Я, кажется, знаю, кто это. Где мой телефон? — Ким соскочил со стула, что противно со скрипом проехался по плитке на кухне. — Он разряжен, валяется на диване, — Рюджин так и продолжила держать телефон в руке, а потом резко распахнула глаза. И начала шепотом говорить Киму, будто их двоих мог кто-то услышать. — Мы, пьяные, звонили Чонгуку... Это он трезвонит мне на телефон. Боже, ну и накидались мы с тобой, Тэхен! Ответь ему, — девушка поспешила вручить телефон в руки брата. — Я не буду ему отвечать. Я даже не помню, о чем с ним говорил! Может, это вообще ты с ним говорила, — Тэхен отодвинулся от блондинки, выставляя вперед руки. Но не успел он договорить, как Рюджин ответила на звонок и поставила на громкую связь. — Алло. Наконец-то я смог до тебя дозвониться. Что с твоим телефоном? — на той стороне был слышен обеспокоенный голос собеседника. — Добрый день, — ответила тихим голосом Рюджин. — Э-э-э…Добрый. А я, возможно, не туда попал, мне нужен Ким Тэхен, — и они с сестрой переглянулись. Парень стоял с округлившимися глазами и крутил головой в отрицательном жесте, на что Рюджин только покивала головой, подвигая телефон ближе к Киму. — Я пойду в душ. Потом расскажешь, — наклонившись к брату, прошептала девушка. — Сейчас он подойдет, — Рюджин быстро проговорила в трубку и бегом скрылась с кухни. Тэхен нервно сглотнул и подвинул телефон к себе. Выдохнув и переведя громкость в обычный режим, все-таки взял его в руки медленно поднёс его к уху, как будто это бомба замедленного действия. — Привет, — совсем хрипло и неуверенно ответил Ким. — Тэхен, господи, что с твоим телефоном? Я звонил тебе полночи и сегодня с утра! Я тут места себе не находил! Тэхен, ты слышишь меня? — мужчина выдал все на одном дыхании, голос его был тревожным, это чувствовалось даже через телефон. А Ким разом забыл все слова. В какой-то момент могло показаться, что парень стоит и не дышит. — Он разрядился, и, если честно, я даже не знаю, где он, — парень тяжело вздохнул. Он растерялся, услышав вновь этот знакомый голос. — А почему ты переживал? — Ты что, настолько сильно напился, что не помнишь ничего? Тэхен, тебе нельзя столько пить. Мне каждый раз приходится собирать твою память пазлами, — Чонгук, видимо, расслабившись после того, как услышал голос парня, звонко рассмеялся. — Ты обещал, что мы поедем через две недели на фестиваль в Чинхэ, я хотел уточнить даты. А еще хотел спросить, как ты себя чувствуешь, потому что последнее, что я вчера слышал, как Рюджин потащила тебя в туалет. И больше вы не отвечали на звонки, — на слова старшего Тэхен просто прикрыл рукой лицо, он чувствовал, как начинают от стыда полыхать щеки. Он напился и позвонил Чонгуку. Он сам. Первый. Позвонил Чон Чонгуку. Ким Тэхен звонил пьяным Чонгуку, и он, черт возьми, не помнил ничего из их разговора! Он опять что-то наобещал мужчине. Тэхену безумно стыдно за свое поведение. За двадцать три года они с Рюджин много чего натворили, но вот это, кажется, самое фееричное их выступление. Стоп. Чонгук знает о Рюджин? — Откуда ты знаешь, что я был с Рюджин? — Ох, я забыл, что ты ничего не помнишь, и, видимо, она тоже. Сколько же вы выпили... — Чон продолжал смеяться, но это было как-то по-доброму, без злой усмешки. – Она сама представилась, когда позвонила мне в два ночи. Точнее, она почти тридцать минут мне рассказывала, кто она такая и зачем мне звонит. И еще раз двадцать про то, какой ее брат замечательный, и что я уже должен был сорваться и мчаться в Сеул за тобой, — в тоне Чонгука не осталось ничего от веселья, последние слова он проговорил ровно со всей нежностью, что была в нем. — Честно, я хотел в тот момент сорваться и последовать ее совету, но было бы неуместно срывать ваши совместные выходные, учитывая, что ей скоро возвращаться в Лондон. — Господи, что еще Рюджин успела тебе рассказать? Она такая ужасно болтливая, мне приходится ее терпеть по четыре часа. Надеюсь, мои детские фото она тебе не присылала? — Тэхен окончательно расслабился и поймал волну веселья с Чоном. — Она сказала, что у нее есть пара твоих печатных фото, и по приезде домой она обязательно пришлет, — Чонгук прокашлялся и начал говорить уже более серьезно. — Ты вчера мне сказал, что я тебе нравлюсь, просил много раз прощения за то, что сбежал из Пусана. Благодарил за цветы. Но… — Чон замолчал, и только после того, как тяжело выдохнул, снова начал. Напряжение чувствовалось даже через телефон. — Но ты сказал, чтобы я не искал с тобой встречи и больше не присылал ничего. И вообще забыл о тебе. Как мне это понимать, Тэхен? — Да. Нам лучше не общаться. У нас ничего не получится. И если ты забыл, то я — мужчина, — по щекам Тэхена покатились дорожки слез. — Тебя смущает только то, что мы мужчины? — Чонгуку говорить было не легче самого Кима. — Чонгук, прости, — парень прикрыл рот рукой, чтобы не разрыдаться в голос, и совсем тихо заговорил, на одном дыхании, чтобы не выдать свои настоящие эмоции. — Я скоро женюсь, — Ким сбросил звонок, а после заблокировал номер Чона в телефоне сестры. Отбросил телефон и, опираясь двумя руками о стол, он сел на пол. Рюджин, которая уже вышла из душа, застала брата на полу почти беззвучно рыдающим. Она села рядом и приобняла парня за талию, утыкаясь лбом ему в плечо. — Ты должен бороться. Несмотря ни на что. Ты должен бороться, Тэ. Ты не можешь прожить так всю жизнь, боясь не оправдать чьи-то ожидания. Ты загнал себя так, что ты сам свои ожидания не можешь оправдать, — сестра обняла Кима сильнее, коротко поцеловав его в макушку.***
На следующую неделю Тэхен полностью погрузился в работу, почти не выходил из кабинета, зарывшись в документы с головой, чтобы лишний раз не натыкаться на осуждающие взгляды коллег. Рюджин рассказала, что половина офиса уже судачит по поводу командировки Кима в Пусане. Находясь на расстоянии, Тэхен успел испортить репутацию Чона и в Сеуле. Тэхен замкнулся в себе еще больше, теперь у него был один маршрут – работа-дом-работа. Даже полюбившийся магазинчик цветов Ким обходил стороной. Доставка продуктов только на дом, минуя и продуктовые магазины тоже. От полного одиночества и новой волны депрессии спасала только Рюджин, которая звонила брату несколько раз в день. Цветов от Чона он больше не получал. Он понимал, что сам попросил Чонгука не присылать их, но от этого становилось еще больнее. Тэхен пару раз за день заходил в профиль мужчины в инстраграме, но там не было никаких новостей. Как он и говорил Чону раньше, Тэхен сам все разрушит, даже не давая им шанса. Но еще больнее становилось оттого, что в конце недели должна была состояться конференция по стратегии развития банка, где будут все руководители. Там будут и его новые знакомые из Пусана. Списки гостей Ким увидел еще в начале недели, одна знакомая фамилия двух гостей сразу бросилась в глаза. Тэхен даже не представляет, как он встретится лицом к лицу с Чонгуком.***
Чонгук в среду был весь на нервах, казалось, что весь коллектив находится в таком же состоянии, как и сам руководитель. Перенимая дела офиса, как и парень из Сеула, Чон закопался в бумагах, практически не покидая офис. На приглашение Хосока выпить в баре мужчина отвечал постоянным отказом. Чонгук вообще не находил себе места после субботнего разговора с Тэхеном. Он не поверил ни одному слову парня. Чону хватило ночных признаний Тэхена в симпатии к нему, но единственное, что его смущало, было то, что парень что-то не договаривал. И боялся он точно не того, что они оба – мужчины и их порочной связи, там было что-то еще. За эти дни он весь извел себя мыслями о Тэхене. Женитьба из ниоткуда, парень точно не упоминал девушку – ни одного звонка за все время, что Чон был рядом. Чонгук еще раз потер ладонями лицо и откинулся на спинку стула, давая глазам отдохнуть от работы за компьютером. Он медленно повернул голову в сторону панорамного окна. Последний раз он видел Тэхена именно в этом кабинете. Поток мыслей о парне прервал стук в дверь кабинета. — Чонгук-щи, я пришел согласовать даты выезда в Сеул. Вы мне так и не сказали, вы поедете один или с Чон Хосоком? — Бомгю не спеша вошел в кабинет со стопкой бумаг. — Бомгю, прости, я совсем забыл про эту поездку на конференцию, — Чонгук развернулся к секретарю, принимая у него документы. Чхве сел напротив руководителя. — Ты послал ему цветы? — после вопроса Бомгю тактично отвернулся разглядывать стену в кабинете Чона. Оба понимают, о ком спрашивает любопытный секретарь. — Три раза, — грустно усмехнулся Чонгук, перебирая бумажки, только бы избежать зрительного контакта с парнем напротив. — Он даже поблагодарил меня за них. С сестрой его познакомился. Только он был пьян в стельку. А утром заявил, что женится, – после этих слов Чон все-таки поднял глаза на собеседника. На лице Бомгю не было ни одной эмоции, как будто он услышал что-то будничное, или... — Ты что-то знаешь? — С чего ты так решил? — Чхве изогнул в удивлении бровь. — Почему меня должна волновать личная жизнь Ким Тэхена? — Только ты не удивился, но спросил про цветы. Выкладывай, Бомгю, все, что знаешь, или ты не выйдешь из этого кабинета, — угрожающе заговорил Чон, резко встав со своего места и опираясь на стол. Парень только улыбнулся на слова своего руководителя. — Вам двоим придется встретиться в Сеуле, как бы далеко друг от друга вы не бежали, — Бомгю поднялся со своего места, и больше ничего не говоря, покинул кабинет.***
Тэхен приехал вовремя, к входу в зал уже начали собираться люди. Ким стоял в стороне, пока остальные общались и приветствовали друг друга. Парень чувствовал себя неуютно в огромной толпе, он знал всех только номинально, лично ни с кем не контактировал, лишь короткие поклоны. Уважение среди старших Тэхен пока не получил, но все и так знали, что с сыном председателя лучше быть вежливее, хоть лишний раз никто и не подходил. Ким-младший был одет в черный костюм-тройку, подчеркивающий ширину его плеч и тонкую талию. Классические штаны обтягивали стройные ноги парня, визуально придавая еще пару сантиметров в росте. Отец все-таки заставил Тэхена подстричь волосы, от его пышных кудрей не осталось и намека. Ровный боковой пробор и идеальная укладка. Только Киму хотелось их разлохматить сразу, как только он вышел от стилиста сегодня утром. Парень от нервозности периодически дергал свой галстук, у него было одно желание – поскорее оказаться в своем кабинете, подальше от этой суеты. Дженни, только завидев Кима-младшего, сразу направилась к нему. Разговор в очередной раз у них не клеился. Тэхен отвечал односложно, даже не вникая в половину вопросов девушки. Зато Дженни не замолкала ни на минуту, постоянно что-то рассказывая своему будущему жениху. Девушка то крутила пуговицы на жилетке Кима, то крутила брендовый значок банка на пиджаке, заявляя всем присутствующим свои права на парня рядом с ним. Дженни тоже была в черном классическом костюме, который подчеркивал ее идеальную фигуру. Многие проходящие мужчины оборачивались вслед, но Дженни интересовал только один парень в холле, которому не было никого дела до нее самой. Тэхен равнодушно рассматривал людей, которые проходили в зал проведения конференции, пока девушка назойливо щебетала ему возле уха. Сложив руки в карманы, Ким стал едва заметно раскачиваться на пятках, он покусывал свои губы, как в один момент он почувствовал на себе настойчивый взгляд. Ему даже не нужно было поворачиваться, он знал, кто стоит за его спиной. Медленно развернувшись, Тэхен столкнулся с черными, как ночь, глазами, в которых плескалась злость. По тому, как двигались жевалки на лице Чонгука, было понятно, что он зол. Хотя Ким не был уверен на все сто, злым ему еще не приходилось видеть мужчину. Чон смотрел только на него. Тэхен коротко поклонился в знак приветствия старшим и направился в зал, раньше времени он не хотел заходить, но сейчас ему было необходимо скрыться от прожигающего взгляда старшего. Он даже забыл, что стоял с девушкой, парень просто спешно покинул ее, оставляя одну в холле. Как только Тэхен занял свое место в зале, он заметил, что места пусанских коллег находились ниже с противоположной стороны. Братьев Чон Ким заметил сразу, оба были в таких же строгих черных костюмах с галстуками и белых рубашках. Хосок что-то рассказывал своему коллеге из Сеула. Им с Чоном тоже было, что обсудить по работе, но никто так и решился заговорить первым. Тэхен не находил себе места все три часа конференции. Он постоянно ерзал на стуле, крутился по сторонам, периодически кидая вороватые взгляды на Чонгука. Последний за все это время даже не повернул голову в сторону сеульского коллеги. И Тэхен его прекрасно понимал: увидеть того, кто неделю назад разбил тебе сердце признанием, что женится, а сейчас сидит именно с этой самой невестой рядом, было слишком даже для него. Увидев вновь Чонгука, парня захватили эмоции, которые он переживал две недели назад. Желая прижаться к мужчине и утонуть в его крепких объятиях, он даже не смог нормально поздороваться с братьями. Тэхен прекрасно понимал, что за ним следят, и все угрозы отца тоже помнил. Делать Чонгуку еще больнее минутной слабостью он не собирался. Ким опустил взгляд на свои ладони, он сам не заметил, как от нервозности у него вспотели ладони. Тэхен старался сосредоточиться на спикере конференции, но подняв вновь голову и снова украдкой взглянув на Чона, он заметил, как мужчина смотрит в его сторону. Только в этот раз в глазах была тоска. И Ким знал, кто этому причина.***
Тэхен влетел в квартиру, на ходу снимая с себя верхнюю одежду. Пиджак, галстук – все полетело на пол, как только он зашел в комнату. Парень разделся и направился в душ, чтобы поскорее смыть с себя усталость этого дня. Телефон вибрировал, не переставая, от количества сообщений, но Ким даже не стал просматривать их. Он прекрасно знал, кто ему пишет. Тэхен покинул конференцию, практически ни с кем не прощаясь. На ужин он не стал оставаться, сообщив отцу, что плохо себя чувствует. Отсутствие руководителя сеульского филиала обязательно заметят, но Тэхену все равно, ему необходимо было сбежать. Побыть немного одному. Ким стоял под струями воды и размышлял о своих чувствах. В какой момент Чон Чонгук стал занимать большую часть его мыслей? Мужчина ему понравился как хороший специалист еще в Пусане на собеседовании. Чонгук производил впечатление надежного друга и хорошего товарища, то, как он общается с коллегами, как он общается с братом, как он расположил к себе даже интроверта Кима. Тэхен первый подался навстречу. Он до сих пор не мог понять, почему ему захотелось поцеловать Чона, возможно, просто любопытство или уверенность в том, что его не отвергли бы в этот момент. Он просто чувствовал комфорт, такой, как ни с кем прежде. В квартире царил полумрак. Ким не стал включать свет, как приехал домой, только настольная лампа освещала гостиную. Он налил себе бокал вина и, захватив бутылку с кухни, прошел в зал. Как только стекло коснулось журнального столика, в дверь раздался звонок. Оставив вино, Тэхен, даже не подумав проверить, кто там, открыл дверь. Перед ним стоял мужчина в черном плаще с водолазкой в тон всего наряда. Черные массивные ботинки, джоггеры и такого же цвета кепка. Лицо было закрыто огромным букетом белых роз. Судя по одежде, мужчина точно не был курьером. — Добрый вечер. Кто вы? — совсем тихо начал Тэхен. Мужчина опустил букет, и теперь парень мог разглядеть лицо гостя. — Привет. Мог перед тем, как открыть дверь, хотя бы спросить для начала, кто там, — мужчина улыбнулся и протянул цветы Киму. — Чонгук, что ты здесь делаешь? — голос Тэхена дрожал. Чон выглядел уставшим. Черное одеяние придавало еще больше нездорового вида. Днем младший не смог так детально рассмотреть мужчину. Чонгук похудел, подбородок заострился, впалые щеки и синяки под глазами — все выдавало усталость. — Ты не отвечал на телефон. Я даже не успел с тобой поговорить толком, — старший так и стоял с протянутым букетом роз. — Уходи, — Тэхен, не прощаясь, закрыл перед гостем дверь. Прислонившись спиной к двери, он поднял взгляд к потолку. Ким затаил дыхание, будто это ему помогло бы услышать шаги, отдаляющиеся от двери, только в коридоре стояла полная тишина. Ни шагов, ни звука открывающегося лифта. Ничего. Тэхен перевел дыхание и посмотрел на дисплей домофона: Чонгук так и стоял в коридоре, низко склонив голову. В его позе изменилось только то, что он понуро опустил букет. Тэхен еще раз прислонился щекой к широкой двери. Если он сейчас откроет, то обратного пути не будет. Это понимали оба. Ким знал, что если он сейчас не остановится, то больно будет всем. — Проходи, — Тэхен резко открыл дверь, отступая в сторону. Чонгук не стал ничего отвечать и молча прошел в квартиру. Ким развернулся и направился обратно в гостиную, шлепая босыми ногами по холодному полу. Тэхен расположился на длинном диване, обхватив себя за колени. По неспешным шагам можно было понять, что в гостиную вошел Чонгук. Ким почувствовал движение совсем рядом. Чон сел вплотную, облокотившись на диван, так, что плечи мужчин соприкоснулись. Они сидели молча несколько минут, оба смотря в пустоту перед собой. — Прости, у хальмони не было твоих любимых цветов, а я не мог прийти с пустыми руками, — первым разговор решил начать Чонгук. — Ты ходил в цветочный магазин возле моего дома? — не поворачиваясь к собеседнику, спросил Тэхен. — Ты запомнил, — парень улыбнулся своему утверждению и впервые посмотрел на Чонгука. По лицу старшего было видно, что он тоже напряжен. — Конечно, я запомнил. Я помню все, что связанно с тобой, — почти шепотом проговорил Чонгук. — Прости. Я ни разу не сказал тебе спасибо за подаренные цветы. — Ты сказал, когда напился с сестрой, — мужчина рассмеялся, повернувшись к Тэхену. — Поставишь их в воду? — Чонгук приподнял букет, который до сих пор держал в руках. — Ах. Да, конечно. Будешь вино? — Тэхен соскочил с дивана, суетливо забирая цветы у мужчины. На вопрос Чон лишь коротко кивнул, смотря на парня снизу-вверх. Тэхен, выхватив букет, поспешил удалиться от пристального взгляда своего гостя. Ким почти бегом влетел на кухню, ему почему-то не хотелось надолго оставлять мужчину. Поставив цветы в вазу и схватив бокал, он так же спешно направился обратно в гостиную. Тэхен застал Чонгука у пианино, которое стояло в углу. Мужчина на шаги даже не обернулся, продолжая кончиками пальцев касаться клавиш инструмента. — Ты играешь? — все так же полушепотом говорил старший. — Да. Я с детства ходил в музыкальную школу по классу фортепьяно, — Тэхен, оставив бокал на столике, подошел к Чонгуку. — Сыграешь мне? — хоть Чонгук задавал вопрос, это было больше похоже на просьбу. Ничего не ответив, он включил лампу и медленно сел за инструмент. Нежная мелодия заполнила гостиную, как только длинные пальцы коснулись клавиш. Спустя пару минут игры Ким запел. Низкий голос парня заставил кожу Чонгука покрыться мурашками, но больше его ввели в ступор слова песни. … I'm in my bed (Я лежу в постели,) … And you're not here (И тебя рядом нет.) … And there's no one to blame but the drink and my wandering hands (И некого винить, лишь алкоголь и мои блуждающие руки.) … Forget what I said (Забудь, что я сказал,) … It's not what I meant (Это неправда) … And I can't take it back (И я не могу забрать свои слова назад,) … I can't unpack the baggage you left (Не могу избавиться от прошлого, которое осталось от тебя.) … What am I now? (Кто я сейчас?) … What am I now? (Кто я сейчас?) … What if I'm someone I don't want around? (Что, если я кто-то, с кем я не хочу быть рядом?) … I'm falling again (Я снова разбиваюсь,) … I'm falling again (Я снова разбиваюсь,) … I'm falling (Я разбиваюсь.) Последние слова произнести Киму не дали. Чонгук развернул парня к себе, резко схватив за локоть. Тэхен от неожиданности издал болезненный стон, но не успел он спросить ничего у старшего, как уже знакомые губы накрыли его собственные. Губы Чонгука скользнули по другим мягким, срывая сдавленный стон. Языки сплелись в танце, Тэхен даже не пытался доминировать в этом поцелуе, он сразу отдал это право. Чон притянул его за талию ближе к себе. Ким – тот, кто должен был остановить этот поцелуй, зная обо всех последствиях, которые ждут их, если они сейчас не прекратят. Но ему так хотелось этого вновь, почувствовать губы старшего с привкусом мяты, напористый язык в своем рту, и руки, которые со всей силой сжимают его талию. Тэхен, немного придя в себя, стал неуверенно отвечать на поцелуй. Он, не спеша огладив своими руками напряженные плечи Чонгука, приобнял его за шею, притягивая еще ближе, зарываясь в шелковистые волосы. Тэхен невольно начал вспоминать те ощущения, которые были впервые испробованы с Чоном. И теперь всё снова повторялось. Ким хотел этого, поэтому самоотверженно целовал в ответ и прижимал к себе мужчину, трогая горячую кожу на шее. Ему нравилось ощущать под своими руками такое сильное тело, такое желанное и возбужденное. Мужское тело. Чонгук, не разрывая поцелуй, потянул Кима к дивану. — Я не сделаю тебе больно, — отстранившись от губ, прошептал Чонгук, смотря прямо в глаза. И старший говорил не только об этом моменте. Он говорил о всей жизни. Тэхен лишь коротко кивнул и позволил повалить себя на диван. Чонгук приподнялся, чтобы стянуть с себя мешающую водолазку и откинуть её на пол. Тэхен облизнулся и тоже попытался снять с себя пижамную рубашку, пальцы не слушались, мелко подрагивая, он еле смог до конца расстегнуть пуговицы, как Чон резко дернул ткань, раскрывая прекрасный вид. Тэхен в полумраке видел, как горят глаза старшего и с какой жадностью он рассматривает его тело. И Ким окончательно понял, что ему не меньше хочется этого мужчину рядом. Чонгук вновь припал к его губам, наваливаясь на него всем телом. Трогать мужчину оказалось не так уж страшно, как в первый раз. Тэхен чувствовал запах, терпкий и мускусный, такой, что в животе возникал трепет. Чон ласкал его, опускаясь поцелуями ниже и жарче, на что Ким лишь успевал набрать побольше воздуха в легкие. Мужчина прикасался к Тэхену и приносил ему райское наслаждение, которого он не испытывал никогда с женщинами. Возбуждение било через край, и Тэхен слегка раздвинул ноги, позволяя Чону прижаться пахом к его промежности. — Чонгук, — парень уходил от поцелуев старшего, отвернувшись к спинке диване, — у меня никогда не было мужчины, — Чон повернул голову Тэхена, слегка подцепив подборок пальцами. — У нас сегодня не будет ничего. Мы оба пока не готовы к этому. Я сделаю нам хорошо. Где твоя комната? — Ким указал рукой, и старший поднял его на руки, нежно подхватывая за спину и под коленями. Зайдя в спальню, Чонгук сразу чуть не запнулся о брошенные вещи на полу. Он бережно уложил Кима на широкую постель. — Не бойся. Ты можешь тоже касаться меня, где хочешь, — говорил в поцелуй Чонгук. — Я не боюсь, — и в подтверждение своих слов притянул старшего к себе, утягивая его в страстный поцелуй. Ким позволил своим рукам скользнуть по широким плечам. Их языки скользили и сплетались друг с другом, и они стукнулись зубами, слишком опьянев от наслаждения. Чон впитывал каждую деталь, каждое прикосновение, каждое движение. Теперь он точно был уверен, что никогда не насытится Тэхеном, боясь, что эта ночь закончится здесь, в спальне Кима. Чонгук переключил внимание с губ младшего на его соски. Он аккуратно наклонился, облизав чувствительную ареолу, и одобрительно промычал, когда Тэхен начал извиваться под ним. Старший облизывал всё пространство вокруг твердеющей бусины. Чон принялся медленно поднимать руку, уделяя внимание второму соску и с удовольствием перекатывая его между пальцев. Нетерпеливо поднявшись на ноги, Чон резко стянул с себя брюки вместе с бельем, показывая смущенному Тэхену возбужденный член. Взъерошенный, Чонгук прерывисто дышал, его твердая грудь тяжело вздымалась, а каждый проступающий кубик пресса хотелось неспешно облизать и изучить. Кожа покрывалась мурашками, сознание плыло, и дышать становилось все труднее. Тэхен никогда не засматривался на мужчин, но тело Чонгука было действительно красивым, крепким и соблазнительным. Чон снова навис над парнем, коснувшись резинки пижамных штанов. Скользнув пальцами открытого участка тела, он подцепил штаны и медленно стянул их. Старший приподнял бровь в удивлении, под пижамными штанами не было белья. Член Тэхена, истекающий предэкулятом, прижался к животу, жаркие ладони успокаивающе оглаживали его талию и плоский живот. Тэхену было так приятно, что не хотелось, чтобы Чон прекращал. Чонгук потянулся вниз к его паховой области, на что Ким инстинктивно сжал колени, не позволяя двинуться ниже. Он покрывал поцелуями внутреннюю часть бедра, когда Тэхен стал тихо постанывать. Чонгук коснулся члена и лизнул его, Ким прикрыл рукой рот, видя, насколько сексуально это было. Старший насадился ртом на его член, Ким застонал во весь голос. Быть тихим не получалось, как Тэхен не старался, особенно когда Чон так умело берет в рот. Чонгук отстранился, выпустив член младшего изо рта с характерным чмоком. Его губы, раскрасневшиеся и припухшие, тянули за собой ниточку слюны, которую он быстро слизнул и, подхватив парня за бёдра, закинул их себе на плечи, уткнувшись лицом глубже между его ног. Чонгук прижался к нему языком, длительно и размашисто лизнув его между ягодиц, задевая носом потяжелевшие яички. Тэхен выгнулся дугой, пытаясь отстраниться от столь откровенных и приятных прикосновений, но Чонгук обхватил его за талию, притянув обратно, и теперь мягко удерживал руками, продолжая со вкусом лизать и посасывать его дырочку. — Я не могу больше, Чонгу-у-у-к, — охрипшим голосом с трудом выговорил имя мужчины Тэхен, теряя себя от удовольствия. Ким почувствовал, как старший отстранился, и заскулил от прекратившихся движений, пока вдруг Чонгук резко не навис над ним, поравнявшись телом и соединив их члены вместе. Чон целовал его в подбородок, в скулы, в нос и что-то шептал, не переставая. Но Тэхён не разбирал слова, он тонул в наслаждении. Он сам потянулся руками к щекам Чонгука и прижался к нему в яростном поцелуе, пока они вместе близились к разрядке. Их члены двигались вместе, движения были хаотичными, но оба были близки к оргазму и слишком возбуждены, чтобы думать об аккуратности. Чонгук почувствовал, как напрягся младший, обнажив свою шею для него, откинув голову назад и выкрикнув ему имя. Чон выцеловывал шею парня, спускаясь к острым ключицам, нежно прикусывая кожу, он кончил со сдавленным стоном, измазав их грудь и животы белёсыми каплями. Оба упали друг на друга, их тела были невыносимо тёплыми и липкими, но ни один из них не собирался размыкать объятия. Чонгук все-таки отстранился и лег рядом на подушку, разглядывая прекрасное лицо Тэхена. Парень лежал с закрытыми глазами, его длинные ресницы дрожали вместе со всем телом, губы припухли, грудь тяжело вздымалась. Чонгук воровато поцеловал парня в щеку, а после, прикоснувшись к его виску, прошептал: — Мы завтра должны поговорить, — но младший ничего не ответил, он лишь повернулся к Чонгуку, утыкаясь в его обнаженную грудь. Мужчине ничего не оставалось, кроме как накрыть их обоих одеялом и притянуть младшего ближе в свои объятия.***
Ким проснулся от настойчивых прикосновений к волосам. Кто-то гладил его по голове, нежно спускаясь к шее, что вызывало щекочущиеся ощущения. Парень подвигал плечом, чтобы смахнуть игривые пальцы, но на это движение теплая ладонь лишь коснулась его обнаженной спины. Тэхена прошибло током, как только он вспомнил, с кем находился в постели. Парень резко сел, отчего одеяло соскользнуло с тела, оголяя его грудь. — Доброе утро, — только что пробужденного Тэхена встретила широкая улыбка Чона. — Доброе, — промямлил Ким, натягивая на себя одеяло. — Ты даже с утра выглядишь как ангел, — Чонгук продолжал улыбаться, он не выглядел как человек, который только проснулся. Он успел сходить в душ, нагло покопаться в вещах младшего, так что сейчас он лежал в одних боксерах, при этом разглядывая обнаженного Тэхена. — Спасибо. За комплимент. — Иди ко мне, — Чонгук протянул руки к парню. Немного замешкавшись, Тэхен все-таки подполз к нему, устроившись на груди, а тот запустил пальцы в мягкие волосы Кима. — Почему ты приехал? Приехал ко мне? — Я вчера звонил после того, как ты ушел, но ты не отвечал. Не отвечал и на мои сообщения. Я волновался. Не знаю, что заставило меня приехать, наверное, мое желание тебя больше не отпускать. Я просто хотел поговорить с глазу на глаз, как взрослые. — Хм. Как взрослые? Только мы вчера не поговорили, как взрослые. Накинулись друг на друга, как незрелые подростки, — Тэхен рассмеялся и перевел взгляд на мужчину. Чонгук чмокнул его в нос и притянул к себе ближе, из-за чего парень оказался полностью сверху. — Прости. Твоя музыка меня свела с ума, я потерял рассудок. У меня давно не было близости, а тут ты, такой весь соблазнительный, босой, в клетчатой пижаме. И ты сам прекрасно знаешь, как ты меня сводишь с ума, — Чонгук водил костяшками пальцев по лицу младшего. — Я бы все равно ничего не стал менять. Но поговорить нам надо. — Нам не о чем говорить, все, что было вчера – это большая ошибка, — Тэхен попытался отстраниться и встать, но Чонгук только сильнее прижал к себе. — Прекрати. Я все знаю. — Откуда? — голос Тэхена дрожал, он испуганно смотрел на мужчину. — Тебе сказал Бомгю? — Ким видел, как брови Чона изогнулись в изумлении, а глаза округлились. — Бомгю? Он тоже все это время знал? — Чонгук чуть повысил голос. Парень снова попытался высвободиться из объятий старшего. — Ну, я ему устрою, как вернусь. И, нет, я узнал от твоей сестры. Она мне звонила на днях, — теперь пришло время удивляться Тэхену. — Что ты знаешь? Хотя, нет, дай мне сначала одеться, а то так мы не сможем вести беседу. — Да, ты прав. Ты обнаженный… Не могу сосредоточиться, — мужчина усмехнулся, выпуская из своих объятий Кима. Как только Тэхен встал, он бросил вороватый взгляд по телу Чона. Заметив его стояк, парень вспыхнул румянцем на щеках. Чонгук, проследив за взглядом младшего, коротко улыбнулся, а тот в свою очередь сильнее зарылся в одеяло и спешно покинул комнату, оставляя Чонгука с его проблемой наедине.***
Чонгук готовил, ловко перемещаясь по кухне, как будто он был у себя дома, открывал ящики, быстро находил нужную посуду. Тэхен невольно остановился в дверном проеме, засмотревшись. Чон нашел в гардеробе самые большие по размеру вещи и теперь дефилировал в них. — Прости, я тут похозяйничал, взял твои вещи. Решил приготовить нам завтрак, хотя, уже обед, — Чонгук рассказывал так, как будто это было привычным для них двоих. Тэхен подошел ближе и обнял его со спины. — Раз я все знаю, что мы теперь будем делать? — Я должен все сделать сам, иначе буду всю жизнь ждать, когда мои проблемы кто-то решит, — Ким уткнулся в спину, зарываясь носом между лопаток. Чон развернулся, обнимая Тэхена и прижимая к себе. — Ты должен знать, что я тебе помогу. — Я знаю. Но мне надо это решить самому. Как только все закончится, мы сможем поехать и посмотреть на цветение сакуры, — Ким улыбнулся и прижался лбом ко лбу мужчины. — Я буду ждать. Неважно, сколько тебе понадобится времени. Я буду тебя ждать, — Чонгук поцеловал парня в губы, едва касаясь их. — Но мне нужна гарантия. — Какую ты хочешь гарантию? — Тэхен так и не отстранился, говоря губы в губы. — Твою детскую фотку, — мужчина улыбнулся, а Ким нахмурил брови, – ту, что стоит в гостиной, где маленький кудрявый пухляш. Хочу ее забрать в Пусан, хоть какую-то частичку тебя, и заодно гарантию, что ты серьезен по отношению ко мне в своих намерениях, — Чон заулыбался еще шире, обхватывая ладошками щеки парня. — Забирай. Но дай мне время.
