Говорящий

Сколько прошло времени с моего попадания в МГА? Фиг его знает. Примерно месяца два-три. Моё зрение практически полностью сформировалось, благодаря чему, я смог, хоть как-то, рассмотреть своих родителей. Отец, Чикарагое Мазэй, был тощим, не высоким мужчиной, белые волосы, такие лохматые, что казалось будто он их не расчёсывает вообще. Мама — Мицуи — вообще прекрасная женщина. Не описать словами. Просто шик. А так женщиной она была ласковой, доброй. Прерожденная мать, как только крик, так сразу она рядом. Думаю жизнь у меня будет хороша. Так я думал сначала. Блин, я не могу терпеть это тело, оно меня совсем не слушает. Какой же я испытываю стыд, когда мне приходят менять подгузники. Не люблю чувствовать себя беспомощным. Это чувство давит. А эти крики. Я их совсем не контролирую. Сразу как только я чувствую голод, я начинаю кричать и плакать. Это ужасно. Как же я надеюсь, что я всё это забуду, уж родители вряд-ли забудут детство своего сына, но главное чтобы я забыл. Так и прошли ещё два месяца моей новой жизни. Я рос и развивался. Уже в кроватке я пытался встать держась за стенки. Иногда получалось, но я быстро падал вниз. А когда папаша вытащил меня из моей тюрьмы, так это вообще была радость. Я наконец-то смог сам куда-то уйти, в рамках комнаты конечно, да и на четвереньках далеко не убежишь. Зато как весело. Уж не знаю, уползать от родителей было самым весёлым, а когда отец ловил меня за ногу, так это вообще была бесплатная карусель. Короче веселья навалом. Родители также отмечали мой ум. Ну да, я такой умный, смог расставить цветных бабочек по их цветам. А отец, кстати, не был особо разговорчивым, лишь отвечал да или нет на мамины вопросы. Чаще просто угукал, но говорил он редко. Если вспоминать, что такое причуды, и то, что они передаются от родителей, а я знаю какая причуда у меня, то можно предположить что у него таже причуда. Может он какой-нибудь Про Герой? Не знаю, но с такой причудой он может им быть.

****

Мой первый день рождения. Мы праздновали его дома, родители позвали знакомых, а те взяли своих детей. И, о боги. Среди знакомых моих родителей оказались семейства Бакуго и Мидория. Мелкие Изуку с Кацуки особым умом не блестали. Они ведь ещё дети, не то что я амбал в теле ребёнка. Я сидел у мамы на руках, когда папа вынес большой шоколадный торт со свечкой в форме единицы. Всё гости напевали песенку с поздравлением, Ая думал лишь об одном, как бы съесть побольше торта.

****

Мне было уже четыре года. Папа отвёз меня к врачу, причуда уже проявилась, ах воспоминания. Я помню как пытался помочь какому-то пацанчику в не честной драке. Они были старше нас года на два, но полезли бить младших. Меня это немного разозлило. И сам того не ожидая, я крикнул им: — Остановитесь! — И они остановились, они не могли двинуть даже мизинцем. Но вот горлу моему был пипец. Хорошо хоть крови не было, но болело так, будто моё горло коты царапали несколько часов подряд. Говорить было так же больно, кашель не давал мне сказать что-либо. И вот теперь, я сижу на кресле, перед каким-то врачём. Не тем что был у Изуку в каноне, но так даже лучше. Не хочу, пока что, попадаться на глаза прихвостням Все За Одного. Мне моя причуда дорога, да и жизнь тоже. А перспектива стать Ному как-то меня не очень радует. — Чикарагое-сан, я могу вам с точностью сказать, что ваш сын полность здоров. А на случай повторного использования причуды, я выпишу вам одно лекарство. — Он копошился по столу, доставая лист бумаги и ручку, — У вашего сына, превосходная и сильная причуда, но она вредит его горлу, при чрезмерном использовании причуды, у него могут появиться осложнения, в худшем случае они могут окончиться летальным исходом. — Хоть я это и так знал, всё же это печально, — Вот, держите. — Он протянул листик бумаги, — А ты, Тоге-кун, хочешь быть героем? Будет странно, если ребенок не захотел становиться героем. Я кивнул, ведь говорить было до сих пор больно. Я вскочил с кресла, и для большей достоверности своих слов, я стал в Геройскую позу, расставив ноги по ширине плеч, руки на пояс, надув грудь. Да, быть героем, у меня не в приоритете. Но что ж поделать, это самая оплачиваемая профессия. Можно и попробовать. — Ха-ха, и правда, что за вопрос? Я уверен, ты станешь прекрасным героем.

****

Я гулял на улице не далеко от дома, когда услышал знакомый мне голос одной ходячей бомбы. У меня в голове пронёсся момент из канона, а именно тот, с самого начала, где Бакуго побил Изуку. — Вали отсюда, Деку. — Грозно для своего возраста говорил он, для большего устрашения он ударил кулаком в ладонь, выпустив небольшой взрыв. — Н-нет, Кац-чан, не трогайте его. — Дрожащим голосом ответил Изуку, став в некое подобие боевой стойки. — Героя из себя корчишь? И что же мне сможет сделать бесполезный мусор вроде тебя, Деку? Ни-че-го. Пока я добежал, Изуку уже валялся на земле, а тот парнишка убегал сверкая пятками, даже не думая помочь своему спасителю. — Остановись Бакуго! — Крикнул я подбегая ещё ближе, а Бакуго тем временем реально остановился, не потому что я ему так сказал, а из-за моей причуды. Он застыл с занесённой рукой для удара, не в состоянии двинуться. У меня же начался приступ сильного кашля, побочный эффект причуды. — Чё за дела, Пушок?! — Закричал он, злобно смотря на меня исподлобья. Пушок?! От шпица слышу! Пара несчастных секунд, и он уже мог спокойно двигаться. Я сразу же оказался в песке, горло болело, я не мог ничего больше сказать. Как можно было забыть об этом дурацком сиропе?! Бакуго не останавливался, он пинал меня в спину, со всей силы. Его дружки не стояли в сторонке, помогая ему. Глаза начали свербеть из-за попавшего в них песка. — Кац-чан! Ребята, не трогайте его! — Жалобно пропищал Изуку. — Отвали Деку! — Он толкнул того на землю. Всё моё тело болело. Разве это дети? Это изверги. Сам того не понимая, я сказал слова: — Пошли прочь. — И они пошли, их глаза округлились от шока и непонимания. От этого моё горло будто горело изнутри, горячим пламенем. Боль была нестерпимая. От этой боли по моей щеке пробежала одна слеза. Я сдерживался, чтобы не заплакать. Ведь мужчины не плачут, а герои тем более. Хотя... Изуку исключение. Тому тоже досталось, пара ссадин на коленях от падений, волосы в песке, да и футболка не много порвалась. — Ты как, живой? — Он подошёл ко мне протягивая руку, в голосе было неподдельное беспокойство. Я попытался ответить ему, но горло не дало, я ограничился одним кивком. — Точно? — Куда ещё точнее? Я снова кивнул. Я схватил его за протянутую руку, с его помощью я поднялся с земли. — Тоге-чан, зачем ты пошёл помогать мне? Но... Спасибо. Я кивнул ещё один раз, и улыбнулся показывая белые зубы, я выставил большой палец. — Пойдём ко мне, я думаю мама тебе поможет. — Проклятье, только не эта женщина, — Только не злись на Кац-чана. Он классный, и я верю что когда-нибудь, он станет крутым героем. Мы все вместе сможем быть героями, хи-хи. Мама сказала, что нужно немного подождать и причуда появится, а я умею ждать. Наивный ребёнок, как жаль что и половины того чего он ждёт не сбудется. Причуду даст ему Всемогущий когда ему будет 14, а не она сама появится. Бакуго... Он может и классный и как герой он хорош, но характер у него говно. В единственном я не сомневаюсь, мы сможем стать героями. Я уверен в этом на все сто. Ну а пока, это зелёное чудо тащило меня к себе домой.

****

— Это я, мам! — Крикнул Изуку в квартиру, попутно скидывая с ног сандали. Его мама, если судить по тому, что на ней надет фартук, вышла с кухни к нам в коридор. Она удивилась заметив меня, либо удивилась тому, что Изуку вообще кого-то привёл. — Ох, привет Чикарагое-кун. — Она приветливо помахала. — Ты к Изуку в гости? — Да. — Ответил я с хрипотцой в голосе. Горло всё никак не проходило. — Будете чай или какао? — Какао! — Радостный крик Изуку заполнил всю квартиру. Я кивнул. От какао бы я не отказался. — Пошли в мою комнату. — Он энергично попрыгивал из стороны в сторону, держа кулачки у своей груди. Он хочет мне что-то показать, и, кажется, я знаю что. За очень короткое время, мы оказались у двери в его комнату. Он потянул дверную ручку, щелчок и в тёмной комнате вовсю загорается люстра, освещая множество плакатов, фигурок, разного мерча лишь одного человека — Всемогущего. Изредка можно были увидеть и других героев, но их было мало, настолько мало, что они терялись посреди моря Всемогущего. — Ого. — Это было единственным, что я смог сказать увидев всё это. Как можно было так сильно любить одного человека. Всю эту комнату можно было смело назвать храмомо Всемогущего. Хотя ладно, я преувеличиваю, но со временем всего этого станет в несколько раз больше. Всё следующее время мы провели в его комнате, разговаривая о героях, точнее рассказывал в основном он, а я слушал. Больше всего он говорил о Всемогущем, конечно. О его напарнике — Сэре Ночноглазе, о Старателе и других популярных или новых героях. О их причудах, Изуку рассказывал свои предположения по поводу лучшего использования их причуд. — А что насчёт тебя, Тоге-чан? — Внезапно, он прервался и неожиданно обратился ко мне. — А? — Какая у тебя причуда? Это причуда голоса, да? Я решил показать ему, самые лёгкие приказы не вызывают особой боли в горле. Лишь лёгкое першение. — Встань. И он встал, глаза открылись ещё шире чем были. После осознания он улыбнулся. — Какая же у тебя классная причуда, Тоге-чан. Его слова вызвали у меня улыбку. Ох, Изуку, знал бы ты как я её получил. Дверь открылась, а за ней оказалась Мидория-сан, держа на подносе две чашки какао. — Мне нужна помощь героев, хи-хи. Радостный Изуку выставив кулак, побежал к ней. — Всё хорошо. Почему? Потому что я здесь! — Он повторил знаменитую фразу Всемогущего. А я молча прыгнул за ним. Всё так хорошо начинается. Но будущее, не такое радостное, как хотелось бы.