All my shit

***

— Нужно больше мягкости! — Намджун прервал очередной дубль и замахал руками. — Чонгук, какого черта ты постоянно пытаешься залезть ему в рот с головой? Гук с раздражением, что их снова оборвали, немного отодвинулся от Тэхёна. Они снимали чертову сцену уже час. А Джуну все не нравилось. Ну ничего он не мог с собой поделать, ему хотелось вытрахать рот Тэхёна языком, а потом и самого Кима. Можно тоже языком. Тэ лежал рядом, довольный как слоняра, и улыбался еле-еле заметно. Он выглядел таким самодовольным из-за того, что Чонгук лажал. — Что я должен сделать? — пересилив себя, спросил Чон. Обычно они более-менее импровизировали, просто придерживаясь указанных рамок. Но, похоже, его собственнические инстинкты ему сейчас немного мешали. Пиздец как мешали. Прошлой ночью они секстились почти до утра, завалив друг друга откровенными фотографиями. Тэ намеренно дразнил его, и Чонгук находился недалеко от точки кипения. — Забыть, что ты альфа, — Джун подошел к ним и навис сверху, закрывая собой свет от софитов. — И позволить Тэхёну вести. — Ладно, — буркнул Гук. — Хорошо. Я попробую. Они начали снова. Это были почти невесомые, мягкие поцелуи. Тэхён целовал его почти осторожно. И, ебаный ж ты боженька, как же это было приятно. Но так хотелось сильнее, глубже. Тэхён, будто чувствуя его состояние, чуть придвинулся и провел пальцами по волосам на затылке, коснулся голой кожи на шее, словно успокаивая. Как ни странно, это сработало. Чонгук немного расслабился и уплыл на волнах сонливой нежности. Они так увлеклись, что не сразу услышали, как их снова прервали. На этот раз счастливым «Снято».

***

Конечно в кадре они не курили настоящую траву. И Чонгук был чертовски раздосадован этим. Ему срочно требовалось как-то отвлечься. Сдерживать себя в руках становилось просто невыносимо. Все прошедшие три дня он был паинькой. Провожал Тэ до остановки, целовал на прощание и уходил домой. Он даже рук почти не распускал. Впрочем, они оба уставали на съемках. Тэхён еще и работал с утра. А у Чонгука никто не отменял учебу и тренировки. Но сегодня была пятница. И Гук рассчитывал на полноценное свидание. Где он наконец смог бы получить хоть немного доступа к телу. К священному, блядь, храму Ким Тэхёна. Потому что знать, как выглядит член парня и даже ни разу его не потрогать — слишком по-лузерски. Впрочем, на «потрогать» Чонгук особо не рассчитывал. Но все равно был настроен весьма решительно. В конце съемочного дня, когда на площадке почти никого не осталось, а Тэ ошивался у автомата с конфетами, Намджун подозвал Чонгука для разговора. — Детка, — он по-отечески погладил альфу по голове. Господи, ему что, пять? — Скажи мне, только честно. У тебя сложности с ролью? До этого ты справлялся отлично. — Справился ведь и сегодня? — Чонгук криво улыбнулся. Он не любил признавать своих косяков. А кто, мать их, любил? — Конечно, справился, — Джун улыбнулся. — Но ты не должен забывать, что Ханель - омега. Может тебе стоит понаблюдать за Тэхёном в обычной жизни? Поучиться его мягкости. — Мягкости? — рассмеялся Гук. — Да у него характер как у дикой кошки. — Тебе кажется, со стороны виднее. — Но я ведь тоже смотрю на него со стороны, — фыркнул Чонгук, складывая руки на груди. Он начал чувствовать себя неуютно. Эти вопросы ему совсем не нравились. — С моей стороны, — хмыкнул Намджун. — В общем, я советую тебе почаще наблюдать, как он двигается, как касается чего-то, как говорит. Его интонации. Ханель, конечно, пытается казаться круче. Но наедине с Канво он меняется. Становится собой настоящим. Тем, кто он есть. Ведь наедине со своим альфой природу не скроешь. — Правда? — Гук хитро улыбнулся. Последняя фраза ему очень понравилась. — Что ты вообще знаешь об отношениях альф и омег? — Джун по-доброму усмехнулся и снова потрепал его по волосам. — А что там знать? — Чонгук пожал плечами, не спеша увернуться. Ему нравился Ким. И нравились его правильные советы. — Есть такое понятие, как совместимость, — Намджун поправил на носу очки, словно собирался прочесть длинную лекцию по сексуальному воспитанию. — Теоретически любой альфа может вступить в отношения с любым омегой и им, в принципе, будет хорошо. Но вероятность того, что омега сможет, к примеру, зачать ребенка, довольно мала. Но если альфа и омега подходят друг другу, так сказать, на химическом уровне, то это уже совсем другой разговор. — И как понять, что вы совместимы? — Гук нахмурился, озадачившись этим вопросом. — Есть несколько признаков, — ответил Намджун. — Самый главный — это запах… Он не успел договорить, потому что к ним подошел жующий шоколадный батончик Тэхён. — Ты скоро? Мы на сеанс опоздаем. — Да, я сейчас, — Чонгук был слегка раздосадован, что их прервали на самом интересном месте. — Джун, ты обязательно расскажешь мне все это позже, хорошо? — Конечно, — режиссёр улыбнулся. — Вы собрались в кино? Вдвоем? — Да, — с легким вызовом ответил Чон. — Ты ведь сам сказал, что нам надо лучше узнавать друг друга. — Что ж, это чудесно. Договорим в понедельник, Чонгуки.

***

Гулять с Тэхёном по улице стало для Чонгука отдельным видом удовольствия. Они постоянно пререкались о разной чуши, смеялись и касались друг друга плечами. Иногда, если улица была пустынной или уже темнело, Гук брал Тэ за руку, согревая вечно холодные пальцы в своих. Раньше он не замечал за собой потребности заботиться о ком-то. Даже об омегах. Юнги точно не вызывал желания как-то его согреть. Или накормить. А если они и провожали друг друга домой, то просто потому что было по пути. С Тэхёном же все было иначе. — О чем задумался? — Ким сощурился на холодном уже осеннем солнце и улыбнулся. — Это Намджун тебя так озадачил? — Нет, я… — Чонгук запнулся. — Тебе когда-нибудь хотелось о ком-то заботиться? — Мне? — Тэхён удивился. — Как-то не доводилось. Впрочем, я заботился о своей кошке и младшем брате. Но не по своей воле, уверяю. А тебе захотелось? — Наверное, это тупо, — Гук разозлился сам на себя за спонтанный, глупый вопрос. Он, как Ханель. Хотел казаться крутым, да ни хера не выходило. — Нет, — Тэ улыбнулся еще шире. — Это инстинкт. — У омег его нет, что ли? — фыркнул Чонгук. — Вот же эгоистичные создания. — О нас заботятся альфы, — Ким ухмыльнулся. — Но, если мы залетаем, он, естественно, появляется. Не представляю себя беременным. Это пиздец. Вот поэтому я и не стремлюсь особо заводить отношения с альфами. Вы, ребята, вполне способны наградить подарочком на всю жизнь. — Ты против детей? — Чонгук и сам не понимал своего к этому отношения. Но мнение Тэхёна его отчего-то очень волновало. — Я против того, чтобы их вынашивать, — Тэ выгнул брови. — Это не особо приятно, знаешь ли. Растить в себе человека. — Звучит стремно, — согласился Чонгук. — И крипово. — И крипово. Они оба рассмеялись.

***

Конечно же, их места в кинозале оказались на последнем ряду. Впрочем, людей было немного. Потому что ностальгировать по «Помидорам-убийцам» в Сеуле не особо любили. Но этот фильм внезапно нравился им обоим, поэтому выбор пал на него. Впрочем, кого интересовал сюжет? Уже на титрах, которые, к слову, были угарными сами по себе, Чонгук решил, что можно. Он сел в кресле поудобнее, облизнул пересохшие губы и посмотрел на Тэхёна. Тот вроде бы был увлечен происходящим на экране. Осмелев, Гук положил руку ему на колено. Тот или не заметил, или сделал вид. Ой, блядь, не заметил он, конечно. Чонгук обнаглел и повел рукой дальше, чувствуя, как кожа становится более горячей. Когда его ладонь добралась до ширинки, Тэхён шумно выдохнул и шире раздвинул ноги. Ох, ни хуя ж себе. Подарок небес, не иначе. Чонгук уверенно уложил ладонь на ширинку и стал медленно поглаживать ее. Будто там ей самое место. Ему еще не доводилось мять и трогать чужие члены, это было ново и дико возбуждало. Просто трогать кого-то даже через одежду. Впрочем, не кого-то, а именно Тэ. Он попытался сосредоточиться на фильме, но там происходил такой дикий треш, что пытаться уследить за сюжетом было сравни самоубийству. Поэтому Гук вернулся к своему увлекательному занятию — лапать Кима за яйца. Поглаживая чужой член через джинсовую ткань, Чонгук чувствовал, как тот становится все тверже. Он никогда не делал минет, но именно в эту секунду понял, что, в принципе, был бы не против. Тэхён по-прежнему смотрел на экран, будто происходящее у него в штанах его совершенно не интересовало. Решив, что уже можно все, Чонгук попытался расстегнуть ему ширинку. И, блядь, конечно же, именно в этот момент вечный шум и визги в фильме затихли, и звук расстегиваемой молнии отчетливо раздался на весь зал. По рядам пронеслась волна смешков. Но никто не стал оборачиваться. Спасибо им и на этом. Чувствуя, как предательски пылают щеки от смущения и возбуждения, Гук посмотрел на Тэхёна, и тот повернул голову. Даже в темноте кинозала он увидел горящий, голодный взгляд. Такой же голодный, наверное, как и у самого Чонгука сейчас. — Можно? — почти беззвучно спросил Чон, чувствуя, как заходится бешеным галопом его сердце. — Да, — также одними губами ответил Ким. Точнее, его губы просто разлепились и снова сомкнулись. Гука прошибла волна жара. Он сглотнул слюну и наклонился. Обхватив пальцами теплый, твердый член, он с уверенностью сжал его в кольцо и пару раз на пробу провел вверх-вниз. Тэхён громко выдохнул и откинулся на спинку кресла. Чонгук до конца не понимал, что нужно делать. Он действовал на голых инстинктах. И на гигабайтах просмотренной порнухи. Размазав выступившую на головке смазку, он понял, что ее все равно не хватает. Поэтому просто сплюнул себе на руку, и дело пошло легче. Член у Тэ был длинным и ровным. Таким же, как и весь он сам. Идеальным. Чонгук знал, что такое дрочка. Да, блядь, у него был черный пояс по дрочке. Но он понял, что не ограничится только ею. Ему безумно хотелось попробовать на вкус. Во рту снова скопилась слюна. Ему было чертовски неудобно сидеть скрючившись, поэтому, наплевав на все, он сполз с кресла на пол и встал на колени. Ебнуться можно. Узнай кто-то, что Чон Чонгук стоял в кинотеатре на коленях и отсасывал омеге, этот кто-то знатно бы охуел. Да что там, сам Гук сейчас охуевал в не меньшей мере. Он стоял между широко расставленных ног Тэхёна и уверенно дрочил ему. Он знал, где нужно прибавить скорости, а где снизить темп. Знал, как правильно сжать. Где погладить. И судя по сбившему дыханию и отчаянным попыткам остаться тихим, Ким его умения прекрасно оценил. Чувствуя, что ему осталось недолго, Чонгук наконец решился и взял в рот головку. Милостивый Иисус, она оказалась просто волшебной на вкус. Гук даже прикрыл глаза от удовольствия. А Тэ вскинул бедра. Слизав всю смазку дочиста, Чон потолкался кончиком языка по центру, обвел им по кругу и на пробу пососал. Это было слегка непривычно, но, блядь, сосать всех учили с детства. Что тут уметь. Балдея от удовольствия, он старательно посасывал гладкую головку, не рискуя пока брать больше. Бедра Тэхёна дрожали под его ладонью. А пальцами второй руки он сжимал его член у основания. Чонгук так увлекся происходящим, что чуть не пропустил момент, когда Тэхён на мгновение замер, а потом подался вверх, словно пытаясь попасть глубже. При этом он издал самый милый звук в мире, услышать который Чонгук хотел бы еще не раз. Постоянно слышать его. Целыми днями. Целыми ночами. Вкус у спермы был немного странным, но не отвратительным. Чуть скривившись с непривычки, Гук все же проглотил ее. И запил колой. Пиздец, тот еще коктейль. С трудом перебравшись обратно в кресло, он посмотрел на Тэхёна. Тот сидел с полуприкрытыми веками и выглядел божественно. Удовлетворенно усмехнувшись, Чонгук снова вернулся к просмотру фильма. Что ж, можно было сказать, что он справился практически отлично. Чон во всем привык быть первым. И он уж точно не облажался. Наблюдая за похищением Диксона, Чонгук откровенно смеялся. Впрочем, как и весь зал. Они все были больными ублюдками, любившими трешак из семидесятых. Неожиданно Тэхён схватил Чонгука обеими руками за лицо, повернул к себе и поцеловал. Глубоко, с языком, кусаче и настойчиво. Он вообще был довольно агрессивным порой. Как будто собаки дикие воспитали, ей-богу. Гук улыбнулся в поцелуй, вспомнив совет Джуна о том, что стоит присмотреться к тому, каким мягким и нежным может быть Тэхён. Видел бы он его сейчас. Ох, нет, лучше бы не видел.