All my shit

***

— Держи, — Юнги протянул Чонгуку ярко-розовую упаковку с изображением беременного омеги. — Господи, — Гук поморщился, быстро убирая витамины в рюкзак. — Нахрена ты их вообще покупал? — Случайно, — отмахнулся Мин, доставая сендвич. Он предложил половину Чону, и тот согласно кивнул. — Как можно было купить такое случайно? — Чонгук закатил глаза, потом откусил от бутерброда и блаженно улыбнулся. — Не знаю, так получилось, — Юнги пожал плечами. — Скажешь, зачем они тебе? — Там же только витамины? — уточнил Гук, опасно сощурившись. Вдруг это было какое-то мега-средство для внепланового залета. — Они всегда суют туда только витамины, состав практически один и тот же, я потому и спутал, — Юнги в два счета умял свою половину и полез за новым свертком. — Ладно, — Чон удовлетворенно кивнул. — А что насчет тебя? Зачем они были тебе нужны? Какие-то проблемы? — Ты правда хочешь это знать? — Юнги посмотрел на него скептически. — Мы, блядь, дохренищи лет знакомы и ты никогда не интересовался подобным. — Мне уже семнадцать, я должен знать об омегах больше, — отмахнулся Чонгук. — Ну да, конечно, — Юнги фыркнул. — Или об одной конкретной омеге? — Ой, отъебись, — Гук поморщился и почесал щеку, чем случайно привлек к ней внимание друга. — Это что? — Юнги коснулся его щеки. — Да ты, блядь, шутишь? — заржал он. — Щетина? Серьезно? На кой черт ты не побрился? — Забыл, — Чонгук зло посмотрел на него. — Мог бы и не орать как конь. Ага, забыл, как же. Но Чон в жизни бы не признался, что специально не стал сбривать свой пушок, в надежде, что Тэхён заметит его. Вдруг это придало бы ему мужественности в глазах Кима? — Забыл, ну конечно, — продолжал ржать Юнги. — Да ты весь последний год с таким остервенением и гордостью бреешь свою рожу, будто у тебя там, как минимум, лесопосадка. А тут вдруг забыл. Кто-то тут пиздит. Чонгук показал ему средний палец.

***

Съемки начинались около трех, и к этому времени Чон успел порядочно соскучиться по Тэхёну. Они даже не переписывались. Тот работал, а сам Чонгук по уши увяз в учебе. Поэтому без четверти три он уже пасся на их привычном месте за школой, нервно выкуривая одну за другой сигареты. Тэ показался минут через десять. Выглядел он, как и всегда, впрочем, волшебно. В светлых штанах, белой майке и худи нежно-голубого цвета. — Привет, — он ослепительно улыбнулся и подошел ближе. Чонгук приглашающе раздвинул ноги, давая доступ к себе, и Тэхён воспользовался приглашением. — Привет, — Гук сделал последнюю затяжку, затушил сигарету и потянулся за поцелуем, выдыхая дым прямо Тэхёну в рот. Это было довольно горячо. Да и Тэ, похоже, тоже соскучился. Потому что сразу пустил в ход язык и облапал руками, зарывшись ими в итоге в волосы Чонгука. — Ох, — выдохнул он через несколько минут, когда они оторвались друг от друга. — Почему ты такой колючий? — он погладил пальцами щеки Чонгука, заставляя того от удовольствия прикрыть глаза. Эти прикосновения диаметрально отличались от того, как к нему ранее притронулся Юнги. Просто небо и земля. Ад и Рай. Чистое блаженство. — Тебе не нравится? — как можно небрежнее спросил Чон, наконец посмотрев в глаза Тэхёну. Тот улыбнулся и покачал головой. — Ничего ужасного, просто непривычно. Не думал, что у тебя уже растет что-то на лице, — хмыкнул он, поддразнивая. — Я альфа, — Чонгук нахально ухмыльнулся и стрельнул глазами. — Ох, ну конечно, как я мог забыть, — Тэ погладил большими пальцами рук тонкую кожу под глазами Гука и посмотрел с такой нежностью, что сердце в груди заполошно забилось. Тот не выдержал, подался вперед и накрыл губы Кима своими. Его бы воля, они провели так весь день. За поцелуями и прикосновениями. Но, к сожалению, у них были еще и съемки. Впрочем, Чонгук не жаловался. Сейчас, когда он немного разобрался в себе, играть Ханеля стало проще. Он знал, что Тэхён видел в нем настоящего Гука. Не мальчика-омегу. И это придавало уверенности. Съемки шли своим чередом. Но перед хиатусом они хотели успеть снять немного больше. С запасом. Сегодня им предстояла сцена объяснения в раздевалке. И, блядь, это было тяжело. Изначально Чонгука не поставили в известность о болезни Канво. По сюжету у того было биполярное расстройство. И Гук играл, как жил. Ориентируясь в обстоятельствах. Но где-то неделю назад, когда прочитал сценарий этого эпизода, он понял, что что-то не так. Что-то не так с его экранной любовью — Канво. Когда не думал о Тэхёне, он довольно много изучал медицинские сайты, пытаясь понять, что же все это могло значить. И сейчас, во время прогона сцены, увидев измученного, словно попавшего под поезд Кана, Чонгук сложил в уме некоторые вещи. Поэтому, ему стоило больших усилий сыграть все чисто. Произнести ужасные слова о психически больных людях, которых он не хотел видеть в своей жизни, практически, глядя Канво в глаза.* Да, он четко различал Канво и Тэхёна. Потому что, блядь, может они и были похожи внешне, но Тэ так перевоплощался, что становился совершенно другим человеком. Чонгук надеялся, что и он тоже. — Мне… мне будет лучше… — он снова запнулся, запоров пятый по счету дубль. Ему было физически больно говорить это. У Ханеля болело сердце за маму. А у Чонгука — за Канво. И от этого когнитивного диссонанса его практически разрывало на части. — Гук, нам нужен перерыв? — спросил Намджун, подойдя к ним и обеспокоенно смотря ему в глаза. Чонгук хотел было отказаться, но нашел в себе силы лишь кивнуть в ответ. Он надеялся побыть где-то в одиночестве, но режиссёр взял его за руку и отвел на диван, где уже сидел слегка обеспокоенный Тэхён. — Ты уже понял, да? — с улыбкой спросил Джун, внимательно всматриваясь в лицо Чона. Он почувствовал себя препарированной лягушкой. — Это жестоко, — выдохнул Чонгук. — Ты знал с самого начала, да?

***

— Конечно, — Тэхён кивнул. — Мы не хотели говорить тебе, так твоя реакция должна была быть реалистичнее. — Чем он болен? — Гук нахмурился. Ему не очень понравилось, что его практически использовали втемную, но с другой стороны, он понимал, что это отличный режиссерский ход. Как актер он прекрасно понимал это. Но он был еще и человеком. — Биполярное расстройство, — ответил Намджун, ободряюще сжав плечо Чонгука. — Я горжусь, что ты догадался сам. — У меня было несколько вариантов, — Чон вздохнул и провел рукой по волосам. — Ладно, я готов. Извините за этот срыв. — Все в порядке, — Джун погладил его по волосам. — У вас есть еще минут пять. Мне надо кое-что обсудить с Соен, и мы продолжим, хорошо? — Без проблем, — Чонгук пожал плечами. Он шмыгнул носом и проводил Джуна взглядом. Смотреть на Тэхёна не очень хотелось. Он изо всех сил старался казаться мужественнее, а тут расклеился из-за персонажа. — Эй, — позвал его Тэ, проведя рукой по шее, пытаясь повернуть голову к себе. Но Гук упрямился. — Посмотри на меня, — прибег Ким к запрещенному приему. Разве Чонгук мог отказать его просьбе. Он вздохнул и посмотрел на омегу, вздернув подбородок. — Все в порядке? — Абсолютно, — Чонгук облизнул пересохшие губы. — Мне просто стало больно за Канво в этот момент. Когда он должен был услышать подобное. Это так тупо. Расстроился из-за героя сериала. — Это нормально, — Тэхён пальцами второй руки коснулся его щеки и уголка губ. — Проявлять сострадание — это нормально. Переживать — это нормально. Это не делает тебя менее крутым. Ты был достаточно крут вчера, когда самостоятельно вправил себе вывих. Уверяю, ты вполне меня впечатлил. Гук чуть заметно улыбнулся, и кончики пальцев Тэхёна очертили контуры его улыбки. — А твоя щетина, — продолжил Ким, поиграв бровями, — с ней ты выглядишь гораздо мужественнее. — Придурок, — рассмеялся Чонгук, окончательно приходя в себя. Тэхён ответил тем же. — А если серьезно, — добавил он, наклоняясь ближе, к самому уху Гука. — Она пиздец как заводит. Жаль, что для съемок пришлось ее сбрить. — Но ты успел оценить, — хмыкнул Чонгук, чувствуя, как предательский жар и огонь расползаются по телу. А от одуряющего аромата просто кружило голову. — Но я успел оценить, — согласился Ким, отстраняясь. Чонгук тут же почувствовал пустоту от этой потери. Он невольно подался вперед, но громкий голос Намджуна заставил его отказаться от этого идеального плана. Ладно, сейчас он найдет у себя яйца и отлично отыграет сцену.

***

Еще через пару часов съемок, когда во время перерыва они валялись тюленями на диване в комнате отдыха, Чонгук вспомнил про свою идею фикс. Он стрельнул глазами в Тэхёна, который залипал в своем телефоне. Его худи лежала наверху горы верхней одежды всего каста на соседнем диване. Гук посмотрел на Хосока, который с умным видом спорил с Ыну о миграциях перелетных птиц. Блядь, что? — Псс, Хоби, — он пнул друга по лодыжке, привлекая его внимание. — Что тебе? — Хосок бросил в него каким-то мягким мячиком, на который Чонгук не обратил внимания. — Иди сюда, — позвал он, похлопав по месту рядом с собой. — Секретики? — Хоби плюхнулся на предложенное место и пошло подвигал бровями, но ему было далеко до Тэхёна в этом плане. — Можешь на пару минут вывести Кима из комнаты? — спросил Гук заговорщическим шепотом. Он косился на Тэ и видел, что тот косился на них, недобро сузив глаза. — На хрена? — удивился Хосок. — И главное, как? — Спроси о чем-нибудь, типа хочешь узнать что-то с глазу на глаз, — Чонгук не отводил взгляда от Тэхёна, который вопросительно приподнял брови. — Что я должен узнать? — не унимался Хоби, решивший не к месту повредничать. — Какой у него член, блядь, — Гук раздраженно закатил глаза, поражаясь тупости друга. Неужели ничего нельзя было придумать. Хоби со страдальческим вздохом поднялся, поправил на себе майку и, оглянувшись на Чона, пошел к дивану, на котором сидел Тэхён. Чонгук видел, что тот удивился, но все равно послушно вышел за Хосоком. Отлично. Минут пять у него в запасе было. Заметив, что остальные занимались своими телефонами или болтовней, Гук как можно непринужденнее подошел к куче одежды и наклонился, якобы пытаясь нащупать свою куртку. Конечно, существовала большая вероятность, что Тэ не стал бы носить пилюли с собой. Но… Чонгуку повезло. Бинго. В кармане толстовки он нащупал пузырек и тот был практически полон. Значит Тэхён только недавно начал его и нужные витамины он растянет надолго. Порадовавшись своей удаче, Гук еле успел пересыпать таблетки из противной розовой банки в нейтральную белую, как в дверях показался весьма обескураженный Тэхён. Следом за ним шел красный как рак Хосок. У Чонгука заколотилось сердце. Не каждый день его ловили на месте преступления. Он прикрыл спиной одежду и запихнул пузырек обратно в карман голубой худи. Таблетки Кима перекочевали в его джинсы. Дело было сделано. Но сердце все равно не унималось, поднявшись куда-то к горлу. Губы пересохли, а ладони предательски вспотели. — Привет, — Чон глупо улыбнулся подошедшему Тэхёну. — Как дела? — Ты не в курсе, почему твой друг интересовался размером моего члена? — хмуро уточнил Ким. Чонгук закашлялся и посмотрел на Хосока, пытавшегося слиться с диваном. Правда тот был черным. — Кхм, — Чонгук прочистил горло и посмотрел обратно на Тэхёна. — Хочешь, я ему врежу? — Что? — тот растерялся. — Нет. Господи, зачем. Просто это было немного стремно. — А, ну да, — Гук нервно хохотнул. — Так и что ты ему ответил? Хосок, услышавший это, затрясся от смеха.